25 Октябрь 2011

Особенности организации тылового обеспечения в военной кампании на дальнем востоке: подготовка тыла

oboznik.ru - Особенности организации тылового обеспечения в военной кампании на дальнем востоке: подготовка тыла

В мае 1945 г. смолкли последние орудийные залпы в Европе. Гитлеровская Германия подписала акт о безоговорочной капитуляции. Но на Дальнем Востоке и в бассейне Тихого океана еще бушевало пламя войны. Правительство империалистической Японии заявило о своем намерении продолжать борьбу. Убедившись, что Япония и после капитуляции гитлеровской Германии не намерена отказаться от своих агрессивных устремлений, Советский Союз спустя три месяца после окончания войны в Европе решительно повернул против нее свое оружие.

Идя навстречу пожеланиям США и Англии, а также стремясь укрепить антигитлеровскую коалицию и ликвидировать очаг войны на Дальнем Востоке, советская сторона еще на Тегеранской конференции дала принципиальное согласие вступить в войну с Японией после завершения разгрома гитлеровской Германии. Окончательно вопрос о вступлении СССР в войну с Японией был предрешен соглашением, заключенным на Крымской конференции глав трех держав.

Приняв на себя обязательство, Советский Союз начал готовиться к ликвидации опасного очага войны на Дальнем Востоке. План советского командования состоял в том, чтобы разгромить основную ударную силу японского империализма — Квантунскую армию и освободить от японских захватчиков Северо-Восточный Китай и Корею, а также исконно русские земли — Южный Сахалин и Курильские острова. Япония, лишившись своей наиболее боеспособной группировки войск и военно-экономической базы на Азиатском континенте, вынуждена будет отказаться от продолжения войны и капитулировать. Советские Вооруженные Силы одним мощным ударом достигали конечной цели войны473.

Для решения задач по разгрому Квантунской армии было развернуто три фронта: Забайкальский (командующий Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский, начальник тыла генерал-полковник В. И. Вострухов), 1-й Дальневосточный (командующий Маршал Советского Союза К. А. Мерецков, начальник тыла генерал-майор И. К. Николаев) и 2-й Дальневосточный (командующий генерал армии М. А. Пуркаев, начальник тыла генерал-лейтенант Д. И. Андреев). В операции также принимали участие Тихоокеанский флот (командующий адмирал И. С. Юмашев, начальник тыла контр-адмирал-инженер В. Ф. Бурханов, с мая 1945 г. — контр-адмирал-инженер Н. П. Дубровин) и Краснознаменная Амурская речная военная флотилия (командующий контрадмирал Н. В. Антонов).

Всего к 9 августа 1945 г. на Дальнем Востоке было развернуто одиннадцать общевойсковых, танковая, три воздушные армии, три армии ПВО, флот и флотилия. Общая численность советских войск достигала более 1,7 млн. человек, из них около 500 тыс. человек в тыловых частях и учреждениях. Советские войска имели 29 835 орудий и минометов, 5252 танка и САУ, 5171 боевой самолет (в том числе 1450 боевых самолетов Тихоокеанского флота)474.

Для организации тылового обеспечения и руководства тылом при главнокомандующем советскими войсками на Дальнем Востоке Маршале Советского Союза А. М. Василевском была создана оперативная группа Управления Тыла Советской Армии во главе с заместителем начальника Тыла генерал-полковником В. И. Виноградовым. В нее вошли офицеры штаба Тыла Советской Армии под руководством полковника А. Н. Лаговского и представители центральных управлений: от Центрального управления военных сообщений — генерал-лейтенант технических войск А. И. Добряков, Главного автомобильного управления — генерал-лейтенант технических войск И. П. Тягунов, Главного дорожного управления — генерал-майоры технических войск В. Т. Федоров и Я. Н. Усенок, Управления снабжения горючим — генерал-майор технических войск П. В. Томилин, генерал-майор инженерно-технической службы В. В. Никитин, Управления продовольственного снабжения — генерал-лейтенант интендантской службы В. Ф. Белоусов, Управления вещевого снабжения — генерал-майор интендантской службы Ф. Г. Тармосин, Главного медицинского управления — генерал-майоры медицинской службы Н. И. Завалишин, Л. А. Ходорков, В. Н. Шамов, М. С. Вовси, Главного трофейного управления — генерал-лейтенант П. Д. Давыдов, генерал-майор Ф. И. Вахитов, а также офицеры этих управлений.

Операции Советских Вооруженных Сил должны были развернуться на огромной территории. С севера на юг сухопутный театр военных действий простирался более чем на 1500 км, а с запада на восток — на 1200 км. Госграница СССР и Монгольской Народной Республики с Маньчжурией и Кореей, являвшаяся рубежом развертывания советских войск, тянулась более чем на 5000 км. Заметим, что общая протяженность всех европейских фронтов второй мировой войны (советско-германского, западного и итальянского) в январе 1945 г. не превышала 3500 км475.

На пути предстоящего наступления наших войск находились полупустынные районы Забайкалья, цепь горных хребтов, окаймляющих Маньчжурию с запада, севера и востока, крупные реки, таежные леса, переходившие на юге района в полное безлесье. Дальневосточный театр военных действий имел слаборазвитую сеть путей сообщения, был очень редко заселен, находился далеко от основных экономических центров страны. Все это требовало от Тыла Советских Вооруженных Сил большой предварительной подготовки, умелого использования опыта, накопленного в годы Великой Отечественной войны, тщательного учета новых условий.

Тыловое обеспечение войск явилось одним из важнейших факторов, лимитировавших сроки начала Дальневосточной кампании. Поэтому многие мероприятия по его организации начали проводиться задолго до окончательной отработки замысла боевых действий. Развивалась железнодорожная сеть, подготавливались станции для приема войск и грузов, усиливались автотранспортные и дорожные части, создавались запасы материальных средств, развертывалась госпитальная база.

Одной из наиболее трудных задач тыла являлось обеспечение своевременного сосредоточения войск и накопление запасов материальных средств. Запасы вооружения, техники и других материальных средств на складах и базах Дальнего Востока не могли обеспечить предстоящие боевые действия. Местная же экономическая база, несмотря на ее значительное развитие, также не могла полностью обеспечить текущие потребности войск. Поэтому почти все необходимое приходилось доставлять из центральных районов страны, Поволжья, Урала и Западной Сибири. Решение задачи значительно осложнялось большой удаленностью театра и наличием только одной Транссибирской железнодорожной магистрали, пропускная способность которой к востоку от станции Карымская была недостаточной и осложняла снабжение. На отдельных ее участках имелись «узкие места» по тяге и водоснабжению, которые еще больше снижали пропускную способность.

Учитывая большую зависимость Дальневосточного театра военных действий от возможностей Транссибирской магистрали, ГКО 13 апреля 1945 г. принял специальное постановление о значительном повышении пропускной способности железных дорог Дальнего Востока, усилении их локомотивами и специалистами, создании запасов топлива и проведении других мероприятий.

Во исполнение постановления ГКО НКПС и Центральное управление военных сообщений направили 25-ю железнодорожную бригаду в состав 2-го Дальневосточного фронта, а 3-ю — 1-го Дальневосточного фронта. Эти части, хорошо укомплектованные личным составом, строительной и транспортной техникой, развернувшись на Амурской, Дальневосточной и Приморской железных дорогах, сыграли большую роль в увеличении их пропускной способности, развитии станций снабжения. Было развернуто строительство железнодорожных путей и автомобильной дороги, разработан вариант использования Байкала в качестве водной коммуникации, а через реки подготовлены паромные железнодорожные переправы. На случай разрушения мостов через реки параллельно двухпутной железнодорожной магистрали были отсыпаны земляные подходы и подготовлены береговые причалы для скоростного строительства железнодорожных мостов. В пунктах пересечения железнодорожной магистралью некоторых рек, ввиду близости этих пунктов к государственной границе, были построены однопутные железнодорожные обходы с устройством на них железнодорожных мостов, приспособленных к пропуску войск походным порядком. Одновременно с этими мероприятиями проводились работы по подготовке переправ через Амур и приспособлению некоторых железнодорожных мостов для пропуска через них войск и боевой техники.

С декабря 1944 г. органы тыла центра приступили к созданию на Дальнем Востоке запасов материальных средств. Так, с 1 декабря 1944 г. по 1 апреля 1945 г. было отправлено 4640 минометов, около 2200 орудий, свыше 410 млн. патронов к стрелковому оружию, около 3,2 млн. артвыстрелов и другие материальные средства.

После победы над фашистской Германией перевозки войск и грузов на Дальневосточный театр военных действий с запада резко увеличились. Только в состав Забайкальского фронта были перевезены за 10–12 тыс. км 39-я и 53-я общевойсковые и 6-я гвардейская танковая армии, в состав 1-го Дальневосточного фронта — 5-я общевойсковая армия476. Кроме того, на Дальний Восток были переброшены десятки танковых и артиллерийских бригад, большое количество тыловых частей и учреждений. В целом с мая по июнь 1945 г. с запада на Дальний Восток и в Забайкалье прибыло 136 тыс. вагонов с войсками и материальными средствами. К началу боевых действий общая численность войск здесь увеличилась в два раза477.

Значительный объем перевозок выполнил водный транспорт. Для 2-го Дальневосточного фронта морским транспортом в Советскую Гавань, на Сахалин и Камчатку было подано 51,3 тыс. т и для Приморской группы 1-го Дальневосточного фронта по Амуру 84 тыс. т материальных средств478.

В июне 1945 г. были установлены размеры запасов материальных средств, подлежащих к накоплению во фронтах к началу боевых действий. По боеприпасам они составляли для Забайкальского фронта — 4–5 боекомплектов, для 2-го Дальневосточного — 3–4 и для Приморской группы 1-го Дальневосточного фронта — 3,5–4 боекомплекта479 на все виды вооружения; по горючему (для всех фронтов) — 30 заправок авиационного бензина, 20 заправок автомобильного бензина и 10 заправок танкового горючего.

Однако вследствие недостаточной пропускной способности Транссибирской магистрали, занятой в это время переброской массы войск, боевой техники и вооружения, и недостатка емкостей для слива горючего решение полностью выполнить не удалось. Фронты не располагали также достаточным количеством складов и автотранспортных средств для вывоза материальных средств от станций Транссибирской магистрали непосредственно в войска.

Особенно неблагополучно обстояло дело с накоплением запасов горючего, в связи с чем в конце июня 1945 г. боевая подготовка частей Забайкальского фронта, а также дальнейший подвоз материальных средств находились под угрозой срыва. По просьбе начальника Управления снабжения горючим было разрешено разбронировать часть мобилизационного резерва горючего для обеспечения текущей потребности войск Забайкальского фронта с последующим его пополнением из поступивших в середине июля транспортов с горючим480.

В целях разрядки напряженности с обеспечением горючим войск Забайкальского фронта и решения проблемы емкостей из Румынии перебрасывались два батальона перекачки горючего и ряд строительно-восстановительных подразделений из военных округов для строительства резервуаров. Но эшелоны с ними были на подходе к Чите лишь в середине августа 1945 г.481 Поэтому планируемые работы по строительству стационарных резервуаров под горючее в установленные сроки выполнены не были. В этих же целях Советское правительство в срочном порядке заказало несколько комплектов полевых трубопроводов. Планировалось, что они будут использованы для перекачки горючего на территории МНР в помощь железнодорожному транспорту. Но, к сожалению, эти трубопроводы поступили с большим опозданием.

Большую работу проделала в этот период оперативная группа УСГ во главе с генерал-майором технических войск П. В. Томилиным. Она перераспределила между фронтами имевшееся у них горючее и приняла неотложные меры по изысканию на месте свободных емкостей. В результате только в одном Забайкальском фронте к 8 июля было обнаружено и собрано стационарных и подвижных емкостей на 35,2 тыс. т горючего482. Группа поставила также перед центром вопрос о срочной отправке на Дальний Восток восьми наливных автомобильных батальонов, 70 тыс. бочек, 1600 контейнеров и подвижных емкостей, а также о передаче трубопроводов в распоряжение отдела снабжения горючим Забайкальского фронта. Благодаря принятым мерам запасы горючего к началу операции в Забайкальском фронте составили 4 заправки дизельного топлива, 4,3 заправки автомобильного бензина и 6,9 заправки авиационного бензина Б-70 и КБ-70483.

Обеспеченность фронтов боеприпасами к началу операции в целом была высокой. Однако в результате недостаточно четкого планирования подвоза эшелонирование запасов боеприпасов было крайне неравномерным. Например, в 35-й армии 1-го Дальневосточного фронта было сосредоточено до 10 боекомплектов 82-мм мин, а в 1-й Краснознаменной и 25-й армиях, наступавших на направлении главного удара войск фронта, только 2,8 боекомплекта. Примерно такое же положение было и с распределением 120-мм мин в 35-й и 5-й армиях этого же фронта. Это мешало эффективному использованию артиллерийских систем и усложняло подвоз снарядов в ходе операции.

В целом же созданные запасы боеприпасов и горючего с учетом подвоза их в ходе операции обеспечивали бесперебойное снабжение войск.

Запасы продовольствия и фуража накапливались из расчета потребности создаваемой группировки войск. В покрытие этой потребности засчитывались коммерческие ресурсы продфуража, имевшиеся к этому времени в Забайкалье и на Дальнем Востоке, запасы на базах Главного управления государственных материальных резервов в данных районах, а также планируемый выпуск продуктов питания на местных предприятиях. Образовавшийся дефицит по отдельным продуктам питания покрывался за счет подачи из центральных районов. Важным источником снабжения войск продовольствием в этот период являлись подсобные хозяйства соединений и частей. На Дальнем Востоке имелась широкая сеть таких хозяйств, организованных в предвоенные годы и особенно в годы войны. Получаемая из них сельскохозяйственная продукция шла главным образом на текущее довольствие войск и была серьезным подспорьем в обеспечении соединений и частей. В 1945 г. только с подсобных хозяйств Забайкальского фронта было собрано такое количество овощей, картофеля и хлебного зерна, на подвоз которого из центральных районов нашей страны потребовалось бы около 28 тыс. железнодорожных вагонов484.

В результате большой работы, проделанной органами тыла, и в первую очередь службой продовольственного снабжения, к началу войны с Японией обеспеченность фронтов продфуражом составляла от 16 до 68 суточных дач. Из них в армиях находилось от 10 до 20 сутодач продовольствия, в том числе 3 сутодачи сухого пайка. Однако из-за недочетов в планировании снабжения и подвоза имела место значительная неравномерность в обеспечении армий продовольствием. Например, в 53-й армии Забайкальского фронта к началу операции имелось 221 сутодача сахара и только 24 сутодачи крупы, 47 сутодач жиров и 9 сутодач овса; 5-я армия 1-го Дальневосточного фронта располагала только 5 сутодачами крупы и 33 сутодачами жиров и т.д.

Войска 2-го Дальневосточного фронта, находившиеся на Северном Сахалине (16-я армия) и на Камчатке (Камчатская оборонительная группа), были обеспечены годовым запасом продовольствия.

В период подготовки кампании органы управления службы продовольственного снабжения совместно со штабами тыла фронтов и армий заблаговременно разработали планы заготовки продовольствия и фуража на территории Маньчжурии и Кореи, а также правила использования местной сельскохозяйственной продукции. Районы заготовок были своевременно доведены до заготовительных органов фронтов и армий. В связи с тем, что на территории Маньчжурии и Кореи представлялась возможность заготовок продовольственных культур, которые не имели распространения в СССР (гаолян, чумиза, соя и др.), были разработаны и разосланы в войска специальные инструкции о способах приготовления пищи из этих культур.

Характер Дальневосточного театра военных действий обусловил целый ряд особенностей построения тыла фронтов, использования сети путей сообщения. 1-й и 2-й Дальневосточные фронты имели общие с армиями тыловые районы. Тыловые границы для них не устанавливались, так как за Транссибирской железнодорожной магистралью были горы и тайга, почти отсутствовали населенные пункты и дороги. Использовать эту территорию не представлялось возможным. Восточная часть Транссибирской железнодорожной магистрали, вдоль которой в основном и развертывались тыловые части и учреждения фронтов, проходила на удалении 25—150 км от войск — фактически в пределах войсковых и армейских тыловых районов.

Исключение составлял Забайкальский фронт, которому был выделен фронтовой тыловой район. Его глубина на левом крыле достигала 100 км, на правом — 600–650 км, а вместе с армейскими и войсковыми тыловыми районами доходила до 1000 км и более. Такая большая глубина тыловых районов в Забайкальском фронте объясняется сосредоточением войск к началу операции в пустынной и полупустынной местности Внешней Монголии и Даурских степей Забайкалья, где почти отсутствовали железные дороги, было очень мало водных источников и населенных пунктов. Железная дорога и благоприятная для развертывания тыловых частей и учреждений местность находились на значительном удалении от районов сосредоточения войск.

Одной из особенностей построения тыла являлось и то, что 16-й армии 2-го Дальневосточного фронта, предназначенной для обороны побережья Татарского пролива и наступления на Южном Сахалине, тыловой район не назначался, а 6-й гвардейской танковой армии Забайкальского фронта, действовавшей в первом эшелоне оперативного построения войск фронта, был назначен самостоятельный тыловой район485.

Транссибирская железнодорожная магистраль находилась в ведении оперативной группы Управления тыла Советской Армии при главнокомандующем советскими войсками на Дальнем Востоке. Руководство линейными и полевыми органами военных сообщений всех трех фронтов было объединено в руках уполномоченного ЦУПВОСО при Дальневосточном округе железных дорог генерал-лейтенанта технических войск А. В. Добрякова, которому были предоставлены права заместителя начальника Тыла Советской Армии. Фронты использовали железнодорожные участки, ответвлявшиеся от Транссибирской магистрали.

Забайкальский фронт имел два участка широкой колеи довольно низкой пропускной способности и пять участков узкоколейных (военно-полевых) дорог провозной способностью от 350 до 1200 т в сутки. Армии Забайкальского фронта (39, 53, 17, 6-я гвардейская танковая и конно-механизированная группа), которые должны были наступать с территории МНР, самостоятельных железнодорожных участков не имели. Для обеспечения их материальными средствами могла быть использована только одна узкоколейная железная дорога Баин-Тумэн (Чойбалсан) — Тамсак-Булак.

2-й Дальневосточный фронт имел три подводящих к границе участка широкой колеи пропускной способностью от 12 до 24 пар поездов в сутки и два участка узкой колеи провозной способностью 400–600 т в сутки. Наиболее сложной была организация подвоза войскам 16-й армии. При подготовке и в ходе операции армия использовала водный участок Амура от Хабаровска до Николаевска-на-Амуре протяжением 940 км, а также морские коммуникации по Охотскому морю и Татарскому проливу, связывавшие Николаевск с портами и пристанями выгрузки. На Северном Сахалине 16-я армия использовала железнодорожный участок широкой колеи Москальво — Оха протяжением 36 км и военно-полевую железную дорогу Арково — Дербинское длиной 54 км, провозной способностью до 400 т в сутки. Это был один из немногих примеров комбинированного использования армией морских, речных и железнодорожных коммуникаций.

1-й Дальневосточный фронт имел семь железнодорожных участков, из них подводивших к границе было три, и один участок узкой колеи провозной способностью до 300 т в сутки, что не обеспечивало полностью его потребностей.

В связи с недостаточным количеством железных дорог большинство фронтовых складов размещалось на железнодорожной магистрали Иркутск — Владивосток, находившейся в ведении центра. Ввиду этого внутрифронтовые перевозки приходилось осуществлять по участкам, не входившим в состав фронтовой сети железных дорог.

Удаление фронтовых тыловых частей и учреждений 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов от войск было небольшим (50— 150 км), что значительно облегчало подвоз. Армии этих фронтов (за исключением 16-й и 35-й) имели свои железнодорожные участки с несколькими станциями снабжения.

Совершенно иная обстановка складывалась в полосе Забайкальского фронта. Удаление фронтовых складов от войск на отдельных направлениях достигало 500–600 км, а выделить армиям станции снабжения не представлялось возможным. Лишь 36-я армия имела свой железнодорожный участок со станциями снабжения Мациевская, Харанор, Досатуй. Полевые армейские базы основной группировки войск фронта были развернуты на грунте ближе к войскам, на значительном удалении от фронтовых складов.

В связи с тем что войска фронтов наступали по отдельным направлениям, тыловые части и учреждения также группировались по направлениям. Так, главная ударная группировка Забайкальского фронта была развернута в районе тамсак-булакского выступа. Поэтому фронт значительное количество своих тыловых частей, учреждений и запасов выдвинул в район Баин-Тумэна (Чойбалсан) и со 2 августа 1945 г. открыл на ст. Тамсак-Булак отделения фронтовых складов с запасами боеприпасов, горючего и продовольствия. Здесь же находилась оперативная группа управления тыла фронта и часть транспортных средств.

Большая протяженность коммуникаций при слабо развитой сети железных дорог резко повышала роль автомобильного транспорта и военно-автомобильных дорог. Укомплектованность фронтов автомобилями к началу операции показана в табл. 29.

Таблица 29

Фронт Положено по штату В наличии Укомплектованность, % Исправные Коэффициент технической готовности
Забайкальский (на 1 августа) 57 719 49 053 94 44 814 0,91
2-й Дальневосточный 44 796 31 916 71 30 579 0,96
1-й Дальневосточный 7 479 4 850 65 4 800 0,99

Наибольшим количеством автомобилей располагал Забайкальский фронт. На степных просторах Даурии и Монголии, с чрезвычайно большой протяженностью коммуникаций, автомобильному транспорту принадлежала решающая роль. В период подготовки операции со ст. Баин-Тумэн (Чойбалсан) в войска Забайкальского фронта ежедневно отправлялось около 3 тыс. автомобилей с различными грузами.

О большом размахе автомобильных перевозок свидетельствуют и такие данные: только за июнь — июль 1945 г. автомобильным транспортом Забайкальского и 2-го Дальневосточного фронтов в войска было подано 513 тыс. т различных материальных средств486.

Широкое использование автомобильного транспорта потребовало большого объема работ по дорожному обеспечению. Забайкальский фронт имел шесть фронтовых ВАД общей протяженностью 2279 км, 1-й Дальневосточный фронт — десять ВАД (1509 км) и 2-й Дальневосточный фронт — четыре ВАД (485 км). Протяженность армейских военно-автомобильных дорог также была значительной. Например, в 35-й армии она составляла 154 км, а в 25-й — 568 км487.

Для подготовки и содержания военно-автомобильных дорог во фронтах и армиях имелось достаточное количество дорожных частей. Однако оснащение и обеспеченность имуществом этих частей, прибывших в основном с запада, не соответствовали условиям театра военных действий. Своевременный пересмотр штатов и табелей сделан не был. В дорожных частях недоставало автотранспорта, палаток, брезентов, цистерн для воды и другого имущества. Трудности организации дорожного обеспечения усугублялись еще и тем, что большинство автомобильных дорог на театре не имели покрытий и надежное движение по ним автотранспорта было возможно лишь в сухую погоду.

В период подготовки операции дорожными войсками была проделана огромная работа. Они выполнили 169 тыс. куб. м земляных работ, заготовили и подвезли 136,1 куб. м гравия. Только в полосе Забайкальского фронта было отремонтировано 317 км, спрофилировано 34 км и оборудовано знаками 2,2 тыс. км дорог, восстановлено и усилено 34 моста общей протяженностью около 300 пог. м.

К началу операции почти все ВАД фронтов и армий представляли собой улучшенные дороги со сплошной насыпкой гравия. Их проезжая часть была расширена до 7,5 м, а некоторых — до 10 м. Лишь незначительная часть ВАД имела грунтовые участки, которые после сильных дождей становились труднопроходимыми.

Дорожные войска во фронтах к началу операции были расставлены с учетом опыта боевых действий на советско-германском фронте. Основные их силы и средства были сосредоточены на главных направлениях и максимально приближены к войскам. В Забайкальском фронте в целях быстрейшего восстановления дорог на решающих направлениях из состава дорожных войск и дорожно-строительных организаций Читинской области были созданы два внештатных (сводных) механизированных отряда488, включавшие наиболее исправные тракторы, грейдеры и другие механизмы, а также наиболее опытные кадры.

Для Тихоокеанского флота и сухопутных войск, расположенных на побережье, на острове Сахалин, на полуостровах Камчатка и Чукотка, решающее значение в выполнении оперативных, снабженческих и эвакуационных перевозок имели водные пути сообщения. Эти перевозки в подготовительный период осуществлялись по коммуникациям Японского, Охотского и Берингова морей, а также по нижнему течению Амура и через Татарский пролив. Перед началом операции здесь имелось 222 транспортных судна общей грузоподъемностью свыше 1 млн. т. Этот тоннаж обеспечивал потребности в нем, однако использование транспортных судов для воинских перевозок осложнялось недостатком портов и портовых пунктов, их слабым развитием и оборудованием. В большинстве своем к началу подготовительного периода они были не приспособлены для погрузки и выгрузки боевой и транспортной техники и других воинских грузов. В ходе подготовки к операции во Владивостокском порту была развернута специальная база перевалки воинских грузов с железнодорожного на морской транспорт и наоборот. Однако и она не имела своих причалов и необходимого оборудования. Все это отрицательно сказывалось на организации и осуществлении воинских перевозок.

В отдельных случаях воинские перевозки выполнялись и военно-транспортной авиацией. Для этого в состав всех трех фронтов были включены части военно-транспортной авиации. Всего на Дальнем Востоке к началу операции имелось 228 транспортных самолетов, в том числе 189 самолетов в Забайкальском фронте489.

В ходе подготовки к операции командование и органы тыла фронтов и армий уделяли большое внимание вопросам тщательной маскировки, надежной охране и обороне тыловых частей и учреждений, транспортных средств, тыловых пунктов управления. Особо важное значение приобретало сохранение от разрушения железных дорог и прежде всего крупных искусственных сооружений на них — туннелей, мостов и других объектов. В планах операций фронтов были предусмотрены меры по воспрещению разрушения противником железных дорог как на нашей территории, так и при его отходе. Например, во 2-м Дальневосточном фронте для охраны и обороны железных дорог, кроме частей НКВД, привлекалось шесть зенитных бронепоездов, а в 1-м Дальневосточном фронте — восемь бронепоездов и четыре зенитных бронепоезда. В целях противовоздушной обороны ст. Баин-Тумэн командование Забайкальского фронта выделило шесть зенитных артиллерийских дивизионов и отдельную зенитную батарею, специальные самолеты, а для борьбы с диверсионными группами противника — подвижные части490. Особенно тщательно были разработаны мероприятия по быстрому захвату и надежной охране от возможных диверсий специальных групп противника шести туннелей на железнодорожном участке государственная граница СССР — Муданьцзян, и прежде всего первых трех туннелей на участке государственная граница — Пограничная.

В подготовительный период к операции на Дальнем Востоке работа тыла в значительной степени осложнялась большими межфронтовыми и внутрифронтовыми перегруппировками войск. Эти перегруппировки осуществлялись по железной дороге (на расстояние до 1500 км), а также комбинированными маршами на 250–500 км. Всего было перевезено железнодорожным транспортом и совершило марш около 30 дивизий (в том числе кавалерийские части монгольской Народно-революционной армии).

Большая часть оперативных объединений, соединений и частей, прибывших с запада в состав Забайкальского фронта, в том числе 39-я, 53-я общевойсковые и 6-я гвардейская танковая армии, выгружались в районе Чойбалсана. Но в связи с тем что однопутная железная дорога на участке Карымская — Борзя — Баин-Тумэн (Чойбалсан) не могла пропустить в установленные сроки требуемое количество эшелонов, часть артиллерии на механизированной тяге и моторизованные соединения пришлось выгрузить на железнодорожных станциях между Читой и Карымской. Отсюда до района сосредоточения они следовали своим ходом (от 600–700 км до 1000–1200 км). Из района Баин-Тумэна (Чойбалсан) войска всех трех армий и части усиления выдвигались в районы их развертывания на государственной границе еще на 250–300 км. Войска 36-й и 17-й армий для выхода в район развертывания на государственной границе совершили марш на 250–500 км. Одновременно с этим 12-я воздушная армия Забайкальского фронта перебазировалась с аэродромов, расположенных в районах Читы и других, на аэродромы восточной части МНР.

Нельзя не отметить, что войска и тыл, совершавшие марши на такие большие расстояния в степной и полустепной местности, испытывали большие трудности, особенно в обеспечении горючим, твердым топливом, продовольствием, фуражом, водой, в техническом, медицинском и ветеринарном обеспечении. В Забайкалье и в МНР в этот период от высокой температуры воздуха перегревались двигатели танков и автомашин, личный состав войск быстро утомлялся. В танках и автомашинах плавилась кислотоупорная масса аккумуляторов, что приводило к выходу их из строя. При передвижениях войск, особенно автомобильных колонн, в воздухе поднимались сплошные тучи песчаной пыли, что не только затрудняло движение и демаскировало колонны, но и вызывало усиленный износ механизмов и материальной части танков и автомашин. В условиях высоких температур значительно увеличился расход горючего и воды. Все это требовало дополнительных сил и средств тыла для обеспечения войск как в ходе марша, так и после его совершения, снижало боевую готовность частей и соединений.

Отсутствие естественных ориентиров при исключительном однообразии местности затрудняло вождение колонн и подвоз материальных средств войскам вне дорог, особенно ночью. К тому же источники питьевой и хозяйственной воды и твердого топлива (дров) на путях движения войск встречались крайне редко. Это вызывало необходимость создавать значительные возимые запасы воды и дров, что в свою очередь увеличивало потребности в автомобильном транспорте и отрицательно сказывалось на регулярном питании личного состава горячей пищей. Например, в войсках Забайкальского фронта дрова для полевых хлебозаводов и кухонь приходилось подвозить на расстояние 500–600 км. Для этого ежесуточно требовалось до 50 вагонов и большое количество автотранспорта. Объем подвоза дров по железным дорогам Забайкальского фронта нередко соперничал с объемом подвоза боеприпасов. Так, 1 августа войскам этого фронта было подвезено 34 вагона боеприпасов и 51 вагон дров, 2 августа — 111 вагонов боеприпасов и 107 вагонов дров, 3 августа — 113 вагонов боеприпасов и 50 вагонов дров и 4 августа — 75 вагонов боеприпасов и 106 вагонов дров.

Учитывая большие трудности с подвозом дров, войска вынуждены были приспосабливать хлебопекарные печи и походные кухни для работы на жидком топливе. Первоначально для сжигания дизельного топлива, нефти и керосина использовались различные примитивные приспособления, вплоть до кирпичей, пропитанных жидким топливом. Затем стали изготавливаться собственными силами форсунки различных конструкций.

Не меньшие трудности были и в обеспечении войск некоторых армий Забайкальского фронта водой. Перегруппировки войск велись на местности, почти полностью лишенной естественных водоисточников. Небольшие озера, попадавшиеся на пути следования войск, имели горько-соленую воду, не пригодную для питья и приготовления пищи. Колодцы из-за небольшого дебита не обеспечивали потребность войск. Трудности в обеспечении питьевой водой усугублялись отсутствием в войсках опыта изыскания и оборудования водоисточников и соблюдения строгого питьевого режима на марше, недостатком табельных средств для хранения и перевозки воды.

Практика водоснабжения войск Забайкальского фронта показала, что для более или менее нормального обеспечения водой необходимо иметь суточный запас ее из расчета 6 л на человека, из которых половина расходовалась на приготовление пищи. Для создания хотя бы минимальных запасов воды в войсках службой продовольственного снабжения частей и соединений были широко использованы различные нетабельные средства: бочки, бидоны, кадки, а также емкости походных кухонь и кипятильники, что позволило обеспечить приготовление горячей пищи и чая личному составу частей. Однако перевозка запасов воды в этой таре вызвала не только много неудобств, но и значительные ее утраты.

Военные советы фронтов, командование инженерных войск и органы тыла приняли ряд срочных мер по разведке и оборудованию новых и ремонту имевшихся водоисточников. В частях и соединениях были созданы внештатные команды водоснабжения, изготовлялась специальная тара. Военным советом Забайкальского фронта были установлены средние нормы потребления воды на одну стрелковую дивизию: в обычных условиях — 138 куб. м, на марше — 75—100, на отдыхе — 150 куб. м.

В ходе перегруппировки инженерные войска Забайкальского фронта выполнили огромный объем работ, связанных с обеспечением соединений и частей водой. Только за период 10 июля — 8 августа 1945 г. при помощи внештатных команд частей и соединений ими было построено 1194 и отремонтировано 322 шахтных колодца, развернут 61 пункт водоснабжения491. На маршрутах движения войск колодцы оборудовались на удалении 15–30 км друг от друга. На каждом пункте водоснабжения была создана комендантская служба во главе с начальником пункта — офицером инженерных войск или общевойсковым.

Широкая сеть пунктов водоснабжения, оборудованная различного рода указателями, позволяла войскам четко планировать привалы и создавать необходимые запасы воды с учетом расстояния до близлежащего водоисточника. Для своевременной подготовки пунктов водоснабжения к приему войск на маршруте Баин-Тумэн (Чойбалсан) — Тамсак-Булак между ними устанавливалась телефонная связь.

Опыт водоснабжения войск Забайкальского фронта показал, что если расход воды на приготовление пищи можно сократить до минимума, то суточная норма для питья должна быть не менее 1,5 л в сутки на человека, причем такая крайне ограниченная норма допускается, как правило, не более чем на трое суток. Обычно же войска Забайкальского фронта получали в отдельных случаях минимальную норму воды для питья — 3 л на человека в сутки.

В войсках 1-го и 2-го Дальневосточного фронтов вопрос водоснабжения не был столь острым и сложным. Наличие в полосах этих фронтов мощных рек — Амур, Сунгари, Уссури, Нонни — с их многочисленными притоками, а также подготовленных еще в мирное время колодцев в Приамурье и Приморье значительно облегчило снабжение войск питьевой водой.

Перегруппировка войск Забайкальского фронта на полупустынной местности потребовала особо тщательной организации снабжения их продовольствием и фуражом. К началу марша обеспеченность продовольствием соединений и частей всех армий доводилась до семи суточных дач. Помимо этого во всех армиях (за исключением З6-й, которая совершала марш вблизи армейских складов) создавался подвижной резерв продовольствия, обеспечивающий суточную потребность трех дивизий. Его расходование на марше допускалось лишь в случае перебоя в снабжении продуктами питания в каком-либо соединении с разрешения командира корпуса. Запасы продовольствия в войсках на марше пополнялись один раз в четыре-пять дней.

Опыт продовольственного снабжения войск, и в первую очередь частей Забайкальского фронта, дает возможность установить наиболее выгодный ассортимент продуктов для питания личного состава в условиях жаркого климата и безводной пустынной местности. Картофель, свежие овощи, мясо и рыба быстро портятся, плохо транспортабельны и требуют значительного времени для приготовления горячей пищи. Более рациональным оказалось использование быстро разваривающихся концентратов, мясных и мясо-растительных консервов, макаронных изделий, твердых жиров, сахара и чая. Эти продукты не требуют большого расхода воды на их кулинарную обработку, устойчивы к хранению.

Большую работу в период подготовки к операции проделала медицинская служба. Фронты доукомплектовывались медицинскими частями и учреждениями, на базе местных ресурсов организовывалось производство некоторых медикаментов и медицинского имущества (наркозного эфира, ампульных препаратов, гипса и др.). Проводились занятия по повышению теоретических знаний и практических навыков медицинского персонала.

К началу операции в Забайкалье и на Дальнем Востоке имелось 166 200 госпитальных коек492. Распределение их по фронтам показано в табл. 30.

Таблица 30

Фронт Планировалось иметь к началу операции Фактически имелось Находилось в пути
Забайкальский 72 700 72 700
2-й Дальневосточный 50 850 24 600 20 800
1-й Дальневосточный 88 700 68 900 6 600
Итого 212 250 166 200 27 400

Каждая армия, в зависимости от ее состава и боевой задачи, имела от 5 до 12 полевых подвижных госпиталей, 2–4 для легкораненых, 2 инфекционных и 1–2 сортировочно-эвакуационных госпиталя, по одной автосанитарной роте, а большая часть из них и по одной конно-санитарной роте. С разрешения главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке автосанитарные роты были переведены с двухвзводного состава на трехвзводный493. Накануне операции госпитальные базы большинства армий развернулись в два эшелона. Первый эшелон размещался в 20–25 км от переднего края. Полевые подвижные госпитали находились, как правило, в свернутом состоянии с целью быстрого продвижения вслед за наступающими войсками.

С многочисленными трудностями столкнулась ветеринарная служба. Среди конского состава фронтов отмечались случаи эпидемии сапа и кровепаразитарных заболеваний, а в Забайкальском фронте — еще и энцефалита. Большая часть лошадей в войсках, и особенно в 25-й армии 1-го Дальневосточного фронта, была недостаточно упитана. Это объяснялось тем, что сено, заготовленное на Дальнем Востоке, имело низкую кондицию по ботаническому и химическому составу, в нем недоставало многих жизненно важных питательных веществ. Серьезным эпизоотическим фактором являлось также наличие в ряде населенных пунктов Приморья и Хабаровского края чумы крупного рогатого скота.

Ветеринарной службе фронтов пришлось провести целый ряд организационных противоэпизоотических и учебных мероприятий. Был установлен строгий контроль за питанием личного состава продуктами животного происхождения, всем лошадям сделаны предохранительные прививки. В целях повышения упитанности конского состава велись изыскания дополнительных источников кормления. В частности, по опыту войны с фашистской Германией заготовлялись и скармливались кустарниковые ветки, создавались специальные кормовые кухни, на которых из местных растений изготовлялись объемные корма — заменители сена. Большое распространение получило также скармливание лошадям проросшего овса. Принятые меры позволили значительно улучшить эпизоотическое состояние районов сосредоточения войск, привести конский состав в удовлетворительное состояние, ликвидировать очаги опасных заболеваний.

В подготовке службы вещевого снабжения особых затруднений не было. К началу операции войска были полностью обеспечены обмундированием по летнему плану, на складах фронтов и армий имелись необходимые запасы вещевого имущества.

Специфика театра военных действий обусловила ряд особенностей и в организации управления тылом. Вследствие сосредоточения войск и тыла на отдельных операционных направлениях и больших расстояний от тыловых пунктов управлений (ТПУ) фронтов до ТПУ армий494, а также от ТПУ фронтов и армий до основных группировок тыловых частой и учреждений установить между ними прочную радиосвязь не представлялось возможным. Поэтому основным способом руководства подготовкой и деятельностью подчиненных органов тыла являлось регулярное командирование в войска небольших оперативных групп из числа офицеров штабов и управлений (отделов) тыла фронтов и армий.

Таким образом, органами всех звеньев тыла в короткий срок была проделана огромная работа по подготовке театра военных действий, обеспечению перегруппировок и сосредоточения войск, созданию запасов материальных средств, подготовке тыловых частей и учреждений. Сложные физико-географические условия ТВД, огромные расстояния и слаборазвитая сеть путей сообщения до крайности осложнили ее выполнение. По несмотря на это, личный состав тыла успешно справился с поставленными задачами.

Тыл Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне

Cм. также

Финансовое обеспечение в годы Великой Отечественной войны

Создание материально-технической базы для советских вооруженных сил

Состояние тыла советской армии к началу войны

Тыл Советской Армии в первом периоде войны

Тыл Советской Армии во втором периоде войны

Cнабжение горючим в годы Великой Отечественной войны

Снабжение вооружением и боеприпасами в годы Великой Отечественной войны

Тыл Советской Армии в третьем периоде войны

Снабжение продовольствием и фуражом в годы Великой Отечественной войны

Снабжение вещевым имуществом в годы Великой Отечественной войны

Водный транспорт в годы Великой Отечественной войны

Другие новости и статьи

« Военная тайна Минобороны

Особенности организации тылового обеспечения в военной кампании на дальнем востоке: тыловое обеспечение войск в ходе кампании »

Запись создана: Вторник, 25 Октябрь 2011 в 16:59 и находится в рубриках Вторая мировая война, Защита, охрана и оборона тыла.

метки: , ,

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика