Министерство чрезвычайной обороны
Новые назначения в военном ведомстве ставят вопрос о дальнейших направлениях военной реформы
Главной темой минувшей недели стали перемены в руководстве Вооруженными силами. Президент страны отправил в отставку министра обороны Анатолия Сердюкова и назначил на этот пост экс-главу МЧС и недавнего губернатора Московской области Сергея Шойгу. Начальником Генерального штаба вместо генерала армии Николая Макарова стал генерал-полковник Валерий Герасимов, первым заместителем министра вместо Александра Сухорукова назначен генерал-полковник Аркадий Бахин, занимавший до этого должность командующего Западным военным округом. Еще одним заместителем министра стал генерал-полковник Олег Остапенко, руководивший войсками Воздушно-космической обороны.
В том, что вместе с новым руководителем приходит и новая команда, нет ничего странного. Такова обычная практика во всем цивилизованном мире. Любой начальник хочет опираться в своей работе на тех профессионалов, которые являются его единомышленниками и которым он полностью доверяет. И вряд ли у специалистов военного дела есть сомнения, что генералы, занявшие новые посты в Минобороны, этим требованиям полностью соответствуют. Но вот в чем загвоздка. Пока никто – ни президент, ни новый министр – не дал своей авторитетной оценки тем реформам в армии и на флоте, что проходили последние четыре года под руководством Анатолия Сердюкова и Николая Макарова, не сказал о том, что в них было хорошо и полезно для военной организации государства, что плохо и недопустимо и что требуется изменить и откорректировать.
Известна только оценка, которую дал Владимир Путин в своей статье, посвященной проблемам безопасности, которую он опубликовал в марте этого года. Там он сказал, что вполне удовлетворен ходом реформы, хотя она идет не без ошибок и требует некоторых корректировок. А Дмитрий Медведев заявил во время недавней командировки во Вьетнам, что «Сердюков был эффективным министром обороны, это проявилось во время преобразовании, которые он проводил в Вооруженных силах». Теперь возникают вопросы, какие преобразования должен продолжить и укрепить Сергей Шойгу и команда его новых назначенцев, что исправить и от чего отказаться.
Президент страны, наставляя генерала Герасимова при назначении на пост начальника Генерального штаба, советовал ему обратить внимание на одну из главных задач – «это, конечно, перевооружение армии и флота, но не только. Есть и другие задачи: по совершенствованию и структуры, и управления войсками». Все это, безусловно, важнейшие направления военной реформы. Но тогда как расценить увольнение Александра Сухорукова, который в Минобороны как раз и занимался вопросами перевооружения, строго добивался высокого качества закупаемой армией продукции, воевал с оборонкой за соответствие цены на военную продукцию ее реальной стоимости? Надо понимать, что Сухоруков не справился со своей задачей? Тогда вопрос: кто именно в Минобороны на самом высоком уровне будет заниматься взаимодействием с оборонной промышленностью? Сам НГШ генерал Герасимов? Но у него, как у начальника Генерального штаба, и без этого достаточно сложных и неоднозначных задач. А сменившему на посту первого зама министра обороны Сухорукова генералу Бахину поручено курировать межвидовую боевую подготовку. Если взаимодействие с ОПК «спустится» на уровень начальника вооружений, то вряд ли армия получит высококачественную военную продукцию. На человека, занимающего эту должность, в правительстве всегда найдутся очень авторитетные люди, которые сумеют внушить ему, что он неправильно понимает политику администрации президента. А баланс между потребностями армии в высококачественном современном оружии и боевой технике и пока еще нераскрытыми возможностями оборонной промышленности – это в последнее время был и будет оставаться одним из самых конфликтных узлов противоречий между Минобороны и ОПК.