Правда и миф о Чапаеве



Правда и миф о Чапаеве

oboznik.ru - Правда и миф о Чапаеве

Имя Василия Ивановича Чапаева сегодня известно каждому. Одни видят в нем героя Гражданской войны, другие считают, что своей необычайной популярностью он обязан талантливому фильму, снятому в 1934 году по роману Фурманова… В те времена созданию мифов о героях Гражданской войны действительно придавалось огромное значение.

Но настоящая жизнь Чапаева была намного интереснее и трагичнее любого художественного вымысла.

Чапаев родился 28 января (9 февраля) 1887 года в деревне Будайка Чебоксарского уезда Казанской губернии в бедной крестьянской семье. Позже, в попытках наладить свою жизнь, семья перебралась на Волгу, в город Балаково Самарской губернии. Родители Василия, Иван Степанович и Екатерина Семеновна, рассчитывали, что Васенька станет священником. Но время, в которое ему суждено было жить, оказалось слишком неспокойным.

Правда, в статье Фурманова, выпущенной после гибели Чапаева, о его происхождении придумана целая легенда: «Чапаев — сын артиста цыгана и дочери казанского губернатора, фамилию которой не помню. Когда девушка, губернаторская дочь, забеременела, цыган бросил ее и скрылся бесследно, губернатора в то время уже не было в живых. При родах губернаторская дочка умерла. Ее матушка губернаторша, не пожелав воспитывать „незаконного“ внука, отдала его на воспитание брату своего кучера. Старик взял малютку и воспитал его так же, как воспитывал и целую кучу собственных детей».

По воспоминаниям односельчан, Чапаев с детства был заводилой, постоянно придумывающим новые игры. Нарушителей правил Чапаев не любил: если кто-то пытался жульничать, он немедленно изгонялся из игры — мальчику было свойственно обостренное чувство справедливости. Когда он в 12 лет начал работать у купца (школу пришлось оставить, едва освоив грамоту), то наотрез отказался осваивать науку обвеса покупателей. Смекалки хватало, но ему казалось нечестным наживаться на них, так что купец вскоре нашел себе другого подручного.

Работа в чайной также оказалась не по нему — как и в лавке, от него требовали не только обслуживать посетителей, но и обсчитывать их. Дальше в его биографии появляется «белое пятно» примерно в два года. По некоторым сведениям, он уходит с шарманщиком, зарабатывая на хлеб песнями и ведя жизнь вольного бродяги. Романтики в этом было немного, а вот голода и холода — сколько угодно, и Василий вернулся домой. В Балаково он освоил профессию плотника и начал помогать отцу и братьям.

В 1908 (по другим сведениям — в 1910) году Чапаев оказался в армии. К этому времени он уже был женат на Пелагее Захаровой. После службы Василий вернулся домой, к семье, однако ненадолго. В 1914 году его снова призвали на фронт. Через год он был ранен и получил отпуск. Но поездка домой вышла совсем не такой, как он себе представлял. С Пелагеей они поссорились, и Чапаев вернулся в строй досрочно. В конце 1916 года Василий Иванович получил свое последнее ранение и в звании подпрапорщика (по другим данным, в звании фельдфебеля) был отправлен в один из госпиталей города Саратова. Там он находился на лечении вплоть до Февральской революции 1917 года. На тот момент он был награжден тремя Георгиевскими крестами и медалью, что говорит о его недюжинных способностях военного — Георгиевские кресты просто так не давали.

В июне 1917 года Чапаев прибыл в Николаевск и был назначен фельдфебелем в 4-ю роту 138-го запасного пехотного полка. Именно в этот момент он познакомился с большевиками. И, конечно же, не смог пройти мимо идеологии, в которой главной целью было установление нового мирового порядка, основанного на справедливости.

Чапаев был, как сказали бы сегодня, харизматичным лидером. Он умел расположить к себе людей, понимал, чем они дышат, чувствовал, когда нужно в разговоре ввернуть шутку, а когда необходимо быть серьезным. За ним охотно шли солдаты. Так что неудивительно, что вскоре он стал председателем ротного комитета, а осенью 1917 года был избран в Совет солдатских депутатов. Во время корниловского мятежа Чапаев агитировал солдат, призывая их «вступить в добровольный отряд и идти на защиту Советов». На этот призыв откликнулось более 500 человек. Во время вступления в партию большевиков ему задали только один вопрос: как он собирается служить революции? Василий Иванович тогда ответил: буду служить как солдат. И это свое обещание он выполнил.

14 декабря 1917 года Чапаев официально становится командиром 138-го полка. Но ненадолго: вскоре полк был распущен, а вместо него Чапаев создал отряд Красной гвардии численностью до 800 бойцов. Этот отряд поначалу занимался подавлением антиреволюционных восстаний в Николаевском уезде. Но 29 марта 1918 г. офицеры белой армии и члены партии эсеров разогнали в Уральске областной Совет и арестовали его членов. Было решено направить в эти края помощь. Командиром одного из отрядов, посланных на борьбу с белогвардейцами, стал Чапаев. Он подошел к своей задаче нестандартно: предложил реорганизовать войска, объединив их в батальоны и полки. В этом был смысл: небольшие отряды не могли оказать сопротивления обученным белогвардейским частям, потери были очень большими. Инициатива Чапаева была поддержана. Отряды Бубенца, Кутякова, Степанова, Чуркина и Киндюхина влились в отряд Чапаева, составив в целом 2-й полк, а отряды Плясункова, Рязанцева, Потапова и Баулина влились в отряд Топоркова, образовав 1-й полк. Полки были объединены в бригаду (она получила название Пугачевской), а Чапаев стал ее командиром.

24 июня командующий 4-й армией Ржевский отдал приказ о наступлении на Уральск. Оно далось нелегко: казаки упорно сопротивлялись, каждый населенный пункт приходилось брать с боем… Положение осложнилось, когда на помощь казакам направился чехословацкий полк. Красные войска оказались на грани разгрома. И тут Ржевский заболел (по другим данным — симулировал болезнь), и армия осталась без командующего. Командармом назначили Василия Ивановича Чапаева. Новый командир разработал план отхода и сумел вывести армию из смыкавшегося кольца, при этом нанеся врагу ощутимые потери. 21 августа Чапаев овладел Николаевском, затем разгромил врагов под Орловкой и Ливенкой. Ему удавалось то, что считалось невозможным. Например, в 1918 году он буквально за 3 дня создает дивизию. Он лично проверяет состояние полков, вооружение. Требует от командиров дисциплины и интереса к нуждам солдат, организует разведку. Все это не могло не сказаться на боеспособности 2-й Николаевской дивизии (ею Чапаев командовал вплоть до отъезда на учебу в академию).

Во время наступления на Самару главной задачей дивизии было прикрыть тыл и правый фланг 4-й армии от уральских казаков. Но это не означало, что ему предстояло только держать оборону: Чапаев должен был наступать на Уральск. Казачьи войска были серьезным противником, но, несмотря на это, Чапаеву удалось овладеть деревней Таловой. Эта победа едва не стала для дивизии последней. В ночь с 12 на 13 октября 1918 года главные силы Уральской казачьей армии под командованием генерала Мартынова окружили чапаевскую дивизию. У казаков было 3600 штыков, 1200 сабель и 77 пулеметов. Чапаев не располагал такими силами. Создается впечатление, что в этот период Чапаева сознательно стремились уничтожить. Иначе трудно объяснить, почему ему систематически «забывали» прислать подкрепление, обеспечить дивизию продовольствием, а ответы на его донесения порой задерживались. В донесениях этого времени сохранились свидетельства катастрофического положения, в котором дивизия оказывалась не раз: не хватало патронов, оружия, временами — продовольствия. Но комдив и в таких условиях воевал, да еще как! Вот небольшой отрывок из его донесения: «Наша батарея открыла огонь по противнику из двух орудий. Наша цепь залегла. Противник получил еще два полка подкрепления и бросился в атаку, но был остановлен. Противнику еще прибыло около полка подкрепление, и (он) бросился на наши два батальона пехоты и на кавалерийский полк в атаку, где завязался неописуемый рукопашный бой, который продолжался около одного часа.

Противник оставил на поле убитыми и ранеными неподобранными более 300 человек. С нашей стороны 7 убитых и 6 раненых. Преследовать противника не пришлось, так как (к) противнику ещё пришло подкрепление около 4 полков при 6 орудиях, после чего отступили обе стороны».

Описанному нельзя не удивляться. Соотношение потерь казаков и чапаевцев — следствие таланта Чапаева и его бережного отношения к солдатам. Для своих бойцов он был легендарной фигурой. За ним готовы были идти в огонь и в воду. Это вызывало зависть и опасение: а не слишком ли выросла его популярность? И не пора ли принять соответствующие меры?

Не все знают, что незадолго до направления в академию Чапаеву был вынесен смертный приговор. Его собирались отстранить от должности и расстрелять. Особенно настаивал на необходимости таких мер командир 4-й армии Хвесин, которого в одном из донесений Чапаев открыто назвал предателем и мерзавцем. Было за что: Хвесин обещал начдиву поддержку, говорил, что к чапаевцам придет на помощь конница Уральской дивизии и Малоузенский полк, однако помощи дивизия так и не дождалась. Именно из-за Хвесина Чапаев попал в окружение, из которого не должен был выйти. Однако Чапаев все же избежал расстрела. В штаб армии поступила разнарядка выбрать из числа лучших командиров и комиссаров кандидатов для направления их на ускоренный курс Академии Генерального штаба РККА. В их числе оказался и Чапаев.

Обучение было коротким: с ноября 1918 по январь 1919 года. А затем Чапаев вновь отправился на фронт. В апреле он принял под свое командование 25-ю стрелковую дивизию. Эта дивизия сыграла важную роль при проведении контрнаступления Красной армии против войск Колчака. В ходе сражений чапаевская дивизия освобождала один населенный пункт за другим. Весной 1919 года она прорвала фронт Колчака, уничтожила три отборных корпуса, затем были взяты Белебей и узловая станция Чишма. А 9 июня чапаевцы вошли в Уфу. С этого момента началось отступление остатков колчаковской армии. А Чапаев за блестящее руководство дивизией и проявленную храбрость был представлен к ордену Красного Знамени.

В том же 1919 году Чапаев знакомится с Фурмановым. Нельзя сказать, что их отношения с самого начала складывались гладко. После одной из стычек Фурманов написал в донесении в политуправление Восточного фронта: «Недавно на совещании он с пеной у рта кричал о комиссародержавии. Чапаева считаю беспринципным и опасным карьеристом, способным на авантюру». Но в дневнике Фурманова можно найти записи, которые свидетельствуют о глубочайшем уважении, которое он испытывал к Чапаеву: «Такой цельной и сильной натуры я еще не встречал… На него много клевещут, его понимают даже наши „лучшие“ как авантюриста и только. Ему мало доверяют. И этот товарищ Смирнов, например, сообщил мне, что „лишь только Чапаев немного покачнется, мы его живо уберем“… В защиту от клеветников и узколобых я уже неоднократно писал дорогому Фрунзе про истинного, про настоящего Чапая». Такое противоречие становится понятным, если сопоставить даты этих записей. Трения между Фурмановым и Чапаевым обострились после приезда к Дмитрию Андреевичу жены. Чапаев был категорически против присутствия в армии жен командиров. Одни считают, что причиной этого была неудавшаяся личная жизнь самого Василия Ивановича, другие пытаются представить конфликт между комиссаром и начдивом как обычную ревность. Но более вероятно другое: Чапаев просто-напросто заботился о дисциплине. Тем временем из штаба поступали распоряжения о наступлении. Чапаев, прекрасно разбиравшийся в тактике, некоторые из них пытался опротестовывать. Как военный, он не имел права не выполнить приказ, однако давал понять, к каким последствиям может привести его исполнение. Во время телефонного разговора с начальником штаба Южной группы B.C. Лазаревичем он говорил: «Мною был издан приказ по группе 16 июля занять хут. Железнов 2-й, Чернухин, Железной 3-й и форпост Чеганский. По полученному приказу командарма свой приказ отменяю, но ставлю в известность, что наступление на Лбищенск по большой дороге нецелесообразно, где каждый шаг противником закреплен. Если выполнять приказ в точности, то до подхода к Лбищенску дивизия вся будет разбита. По моему соображению, маневр [следует] произвести через Железнов 3-й обходом на Чеганский, чтобы не брать Круглоозерный, где неприступная позиция, а главные силы пустить со ст. Деркул и Шипово обходным путем на Лбищенск, дабы противник сдал укрепленные позиции по большому тракту без боя. На что прошу ответа».

Путаницы с приказами в этот период было немало. Иногда они запаздывали — и Чапаев получал распоряжение занять пункт, который его бойцы освободили уже несколько дней назад. Порой от него требовали невозможного. Например, силами дивизии контролировать огромный участок фронта, протяженность которого доходила до 250 километров… И это при отсутствии нормально налаженной связи и разведки! В распоряжении дивизии были самолеты, однако большую часть времени они стояли на земле из-за отсутствия топлива. Впрочем, топливо было не самой большой проблемой…

Чапаев посылает в штаб донесение за донесением: «В передовой базе имеется 5 тысяч патронов и на складе в Уральске 3 тысячи, так что в запасе всего 8 тысяч, с каковым количеством вперед не двинусь ни шагу… Держаться на занимаемых позициях нельзя без патронов, чем можно погубить всю дивизию. Вы даете патронов всего лишь на бригаду, а под моим руководством бригад 5… Высылайте скорей пополнение, так как в некоторых полках всего осталось по 500 штыков. Здесь свирепствует сильный тиф, что уносит из рядов больше, чем в бою.

От Уральска до Лбищенска убитыми и ранеными потеряно до полутора тысяч человек. Кавалерийские дивизионы участвуют в пешем строю за неимением лошадей. От Бузулука до Лбищенска лошадей потеряно до 3 тысяч, некоторые орудия стоят в бездействии за неимением лошадей для перевозки. Пулеметы люди таскают на себе». В штабе выслушивали жалобы Чапаева, но удовлетворяли их очень редко. И, вопреки логике, требовали новых побед.

Тем временем над чапаевской дивизией сгущались тучи. Противник, в отличие от непосредственных начальников Чапаева, отдавал должное его таланту полководца и стремился любой ценой его уничтожить. Известно, что за голову Чапаева белогвардейцы предлагали 25 тысяч золотом — огромная по тем временам сумма! Некоторые исследователи считают, что она сыграла не последнюю роль в событиях 5 сентября 1919 года.

Сцена гибели Чапаева в знаменитом фильме известна всем: он утонул при попытке переплыть реку Урал. Но так ли все было на самом деле? Свидетелей последнего боя легендарного Чапая не осталась, ни один человек не видел его мертвым. А когда невозможно точно установить истину, вместо нее рождаются легенды.

4 сентября Василий Иванович вместе с комиссаром Батуриным приехали в Лбищенск. В то время этот городок мало чем отличался от станицы. К вечеру туда же прибыли обозные команды. Они сообщили, что в окрестностях Лбищенска видели казаков. Казачьи разъезды в тылу чапаевцев уже не были редкостью: слишком велико было расстояние между отрядами. Но такое соседство грозило крупными неприятностями, и Чапаев запросил в штабе разведданные. Из штаба сообщили, что никаких крупных частей в окрестностях Лбищенска не наблюдается. Тем не менее, начбрига одолевало беспокойство. Он распорядился усилить охрану. Правда, это не помогло. Ночью Лбищенск подвергся нападению одновременно с трех сторон.

Оборонявшиеся красноармейцы остались без связи: телефонные и телеграфные линии были перерезаны, так что попросить о помощи возможности не было. Завязалась отчаянная перестрелка. Чапаев был четырежды ранен. Но, несмотря на это, сумел добраться до реки Урал и организовать на берегу оборону — к тому моменту там собралась небольшая группа бойцов. С рассветом стало ясно, что положение безнадежно. Оставалась последняя возможность уйти, но для этого нужно было форсировать реку. Раненый в руку, голову и живот Чапаев не смог бы этого сделать. По воспоминаниям бойцов, командира положили на створку ворот и переправили на другой берег. Но он потерял слишком много крови и умер от полученных ран. Тогда бойцы похоронили его в прибрежном песке, старательно замаскировав могилу, чтобы враги не надругались над его телом. Эта версия стала известна уже после окончания Великой Отечественной, когда дочь Чапаева, Клавдия, получила из Венгрии письмо от бывших бойцов его дивизии. Она попыталась отыскать могилу отца, но к тому времени река изменила русло и бывший берег оказался под водой.

Но далеко не все уверены в том, что Чапаев погиб 5 сентября 1919 года. Существует свидетельство Василия Ситяева. Правда, свидетельство косвенное, да и в его достоверности можно усомниться. В 1941 году Ситяев встретился с одним из бывших бойцов чапаевской дивизии, который рассказал, что в тот день Чапаев благополучно переправился через реку. После этого он отпустил бойцов, а сам отправился в Самару — к Фрунзе. Другой свидетель якобы встречал начдива через много лет после его предполагаемой гибели. Василий Иванович был седым и слепым, носил совершенно другую фамилию. Он рассказал о том, как сложилась его жизнь после переправы через Урал. По дороге в Самару он будто бы серьезно заболел, три недели отлеживался на одном из хуторов, а потом все-таки встретился с Фрунзе. Поскольку к этому времени он числился в списках погибших, было решено не «воскрешать» Чапая, а использовать его образ в идеологической борьбе. В 1934 году он проговорился и был посажен в один из сталинских лагерей, а после смерти Сталина его выпустили и поместили в дом инвалидов. Эту версию трудно назвать правдоподобной, слишком многое в ней не стыкуется с характером Чапаева. Во-первых, трудно поверить, что он «отпустил» бойцов. Боевой командир ни при каких обстоятельствах не оставил бы своих бойцов без руководства. Да и сами они едва ли подчинились бы такому странному приказу. Кроме того, человек с четырьмя ранениями (а о том, что Чапаев был ранен, свидетельств немало) передвигаться самостоятельно вряд ли смог бы. Даже если во время спешной переправы удалось сохранить лошадей, это не помогло бы: Чапаев, вопреки легенде, ездил чаще на автомобиле, чем верхом — мешали полученные еще во время Первой мировой увечья.

Не менее странным кажется решение не объявлять о спасении Чапаева. Погибший герой — это, конечно, замечательный образ. Но едва ли в условиях дефицита кадров в армии ради легенды пожертвовали бы исключительно талантливым командиром. Более того — спасение Чапаева воодушевило бы бойцов не меньше, чем его смерть. Да и сам Чапаев ни в коем случае не согласился бы «уйти в отставку» — при его-то характере!

Еще при жизни Чапаев был живой легендой. Его уважали, к нему шли за советом и помощью. Это неудивительно: в своей бригаде Василий Иванович ввел строгую дисциплину. Его бойцы знали, что за обиды, причиненные местному населению, последует немедленное наказание. После смерти слава Чапая только выросла. Этому способствовала и книга Фурманова «Чапаев», а в 1934 году братья Васильевы сняли о нем фильм.

По итогам опроса киноведов мира, «Чапаев» вошел в сотню лучших фильмов за всю историю кинематографа. Многие сцены фильма отличаются как от того, что происходило в реальности, так и от текста романа Фурманова. Например, знаменитая сцена психической атаки. Части Каппеля и Чапаева в реальности никогда не встречались в бою. Еще один порожденный фильмом миф — о трагической гибели Чапаева при попытке переплыть реку — множество раз пытались опровергнуть. Многие пловцы, в том числе и профессиональные, пытались переплыть Урал 5 сентября. Однако ни одному из них не удалось этого сделать. Во-первых, вода была слишком холодной, во-вторых, течение в том месте очень сильное. Если физически здоровые тренированные люди не смогли переплыть Урал, едва ли это было по силам четырежды раненому человеку…

Кстати, создатели фильма поначалу сняли еще два варианта концовки, более оптимистичных. В первом из них по Лбищенску маршировали красные войска. На их фоне по городу проезжали раненые Петька и Анка, а за кадром звучали слова Чапаева: «Счастливые, говорю, вы с Петькой. Молодые. Вся жизнь впереди». Второй вариант был и вовсе идиллическим: яблоневый сад, Анка играет с детьми. К ним подходит Петька, уже ставший к этому времени командиром стрелковой дивизии. И за кадром — чапаевский голос: «Вот поженитесь, работать вместе будете. Война кончится, великолепная будет жизнь. Знаешь, какая жизнь будет? Помирать не надо!».

Во время Великой Отечественной войны появился агитационный ролик, в котором Василий Иванович все-таки переплыл Урал. Красноармейцы встретили его словами: «Заждались уже вас!» А он произнес речь с призывом бить врага так, как бил когда-то он. Ролик задумывался как средство агитации, однако эта идея оказалась не слишком удачной. Слишком сильна была власть мифа, созданного фильмом. И зрителям, на глазах которых погиб Чапаев, его воскрешение показалось неуместным.

Говоря о мифах, сложенных о Чапаеве, нельзя не упомянуть еще об одном феномене: Василий Иванович, Петька и Анка стали любимыми героями анекдотов.

В них Василий Иванович выглядит то как участник любовного треугольника, то как любитель выпивки, то как не слишком умный, но довольно привлекательный персонаж. Правда, к реальному Чапаеву этот образ уже не имеет никакого отношения…

В. М. Скляренко, И. А. Рудычева, В. В. Сядро. 50 знаменитых загадок истории XX века



Другие новости и статьи

« Банно-прачечного обслуживания личного состава воинской части

Образ русского купечества в творчестве А.П. Чехова: художественный вымысел и реальный облик »

Запись создана: Понедельник, 8 Октябрь 2018 в 4:29 и находится в рубриках Гражданская война.

Метки: , ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы