Загадка нападения на Пёрл-Харбор



Ежегодно 20 июня Военно-морской флот России чествует специалистов минно-торпедной службы. Профессиональный праздник этого подразделения был учрежден в 1996 году приказом Главнокомандующего ВМФ России — в память о первом успешном применении минного оружия российскими моряками. Согласно историческим источникам, в 1855 году, во время Крымской войны, англо-французская эскадра вошла в Финский залив, чтобы атаковать российские военно-морские базы, в первую очередь, Кронштадт.

Чтобы защитить свои рубежи, русским морякам пришлось применить минное оружие. В результате противник потерял четыре боевых корабля и отказался от нападения. А торпеду впервые в истории применил будущий вице-адмирал Степан Макаров в ходе Русско-турецкой войны (1877—1878). В ночь на 14 января 1878 года он атаковал турецкий сторожевой пароход «Интибах» на батумском рейде. Торпеда попала в цель и затопила вражеский корабль. 

Не меньший профессионализм и мужество проявили специалисты минно-торпедной службы и в годы обеих мировых войн, защищая рубежи страны. Сегодня мины и торпеды составляют основу вооружения Войск береговой обороны, в чьи обязанности входит защита пунктов базирования сил ВМФ РФ, портов и других важных участков побережья. Кроме того, торпедное оружие входит в комплектацию торпедных подводных лодок. Их предназначение — оборона от подводного флота противника, а также эскортирование ракетных подводных лодок и надводных кораблей.


Загадка нападения на Пёрл-Харбор

oboznik.ru - Загадка нападения на Пёрл-Харбор
#ВМС#флот#Сталин

Трагедия, случившаяся 7 декабря 1941 года на военной базе Пёрл-Харбор, расположенной на Тавайских островах, ознаменовала вступление Японии во Вторую мировую войну.

В тот день японская авиация разбомбила основные силы американского Тихоокеанского флота, который базировался в Пёрл-Харборе. А 8 декабря США и Великобритания официально объявили войну Стране восходящего солнца. Но историки до сих пор спорят о том, знало ли руководство СССР о готовящемся нападении, и если да, то почему не предупредило о нем американцев…

Около 8 часов утра 7 декабря 1941 года группа японских бомбардировщиков и торпедоносцев обрушила внезапный удар на американскую военно-морскую базу Пёрл-Харбор на Гавайях. В 9 часов была предпринята вторая атака. В тот день на дно отправились пять линкоров, получили серьезные повреждения еще три судна того же класса, оказались выведенными из строя три эсминца и три крейсера, были уничтожены либо выведены из строя свыше 300 самолетов, которые базировались в Пёрл-Харборе.

И конечно же, в тот день пострадала не только техника. Американцы потеряли в Пёрл-Харборе около 2400 человек. И это при том, что с японской стороны потери составили всего 29 самолетов и несколько подводных лодок. На следующий день после инцидента — 8 декабря — Америка и Великобритания объявили о своем вступлении в войну против Японии. 11 декабря война Соединенным Штатам была объявлена Германией и Италией.

Собственно, до этого момента президент Соединенных Штатов Рузвельт старался ограничиться поставками вооружения для СССР. Широкомасштабного участия во Второй мировой он явно не планировал. Нападение на Пёрл-Харбор стало для Рузвельта полной неожиданностью. Ведь до этого он на протяжении нескольких месяцев старался путем дипломатических переговоров оттянуть неизбежную войну с Японией.

После объявления войны президент США, в соответствии с действующим законом, принял на себя обязанности главнокомандующего в военное время и внес свою лепту в укрепление антигитлеровской коалиции. Особое значение Рузвельт придавал созданию Организации Объединенных Наций, Декларация об их создании была подписана в Вашингтоне 1 января 1942 года. Однако в вопросе об открытии Второго фронта глава Соединенных Штатов долгое время занимал выжидательную позицию.

Решение он принял только после впечатляющих побед СССР под Сталинградом и на Курской дуге, когда стало ясно: Советский Союз имеет все шансы на победу и с ним лучше налаживать активное сотрудничество… Понятно, такое затягивание крайне важного на тот момент для СССР вопроса не могло не нервировать Сталина и его окружение. Однако, как оказалось, американцам тоже было на что обижаться… Во всяком случае, в самый разгар «холодной войны», в 1951 году, Комитет по расследованию антиамериканской деятельности палаты представителей Конгресса США заявил: в СССР знали о готовящемся нападении Японии на Пёрл-Харбор, однако скрыли эту информацию и дату налета. Выяснению этого вопроса было посвящено «слушание по американским аспектам дела о шпионаже Зорге». В их ходе специалисты старательно перебирали горы документов, выслушивали свидетельства разных людей и выдвигали различные версии.

Особый интерес вызвали показания генерал-майора Чарлза Уиллоби, который во время Второй мировой войны занимал пост главы разведки штаба Верховного командующего союзных держав на юго-западном направлении Тихоокеанского театра военных действий Дугласа Макартура. Уиллоби на протяжении ряда лет собирал материалы о деятельности одного из самых известных в истории разведчиков — Рихарда Зорге, вошедшего в историю под псевдонимом Рамзай. Согласно существовавшему на тот момент мнению, Зорге заранее известил правительство СССР о том, что Япония собирается нанести удар в направлении южных морей, и поэтому имеется возможность отправить часть войск, дислоцированных в Сибири, на западный фронт. Кроме того, Рамзай якобы указывал, что первое нападение японские военные совершат на Гавайские острова, и даже назвал время, на которое была назначена эта акция. Так ли это было, и почему — в случае утвердительного ответа на этот вопрос — Сталин утаил столь важную для Америки информацию и предстояло выяснить участникам слушания.

Уиллоби, например, считал, что группа Зорге обладала информацией о планах японцев. Однако на вопрос, знал ли Рамзай о времени нападения на Пёрл-Харбор, сразу ответить не смог. Лишь на следующий день он признался, что еще раз досконально пересмотрел все имеющиеся в его распоряжении документы и может с уверенностью утверждать: в сообщениях разведчика конкретная дата не указывалась. Таким образом, выходило, что никаких данных по поводу нападения на Пёрл-Харбор Рамзай не давал; единственное, что он сделал — указал направление вероятного удара. Однако, по словам Уиллоби, это-то и было очень важно. Ведь особую ценность представляли даже не даты, а указания, в каком направлении будут двигаться японские войска в 1941 году — на юг (против Англии и США) или на север (против СССР). Эти сведения представляли огромный интерес для всех держав, на которые мог быть направлен удар Страны восходящего солнца.

Уиллоби действительно был прав: именно благодаря информации, полученной от Зорге, СССР смог значительно усилить свои войска на западном направлении. Шифрограммы Рамзая, направленные в Москву, имели огромное значение как в политическом, так и в экономическом и военном отношениях. В них сообщалось, что Япония в 1941 году двинет свои войска именно на юг, так что ее нападения на Советский Союз в этот период можно не опасаться. Причем документы свидетельствуют, что группа Зорге получила эту информацию еще в сентябре-октябре 1940 года.

Одновременно Уиллоби подчеркнул, что сами США, несмотря на все возмущение «непартнерским» поведением Сталина, имели причины опасаться нападения японцев. Причем военные специалисты предполагали: первый удар будет нанесен по Филиппинским островам, которые на тот момент являлись фактической колонией Америки. Значит, информация о предполагаемом направлении удара не являлась неизвестной для США. Таким образом, обвинять правительство Советского Союза в укрывательстве важнейших сведений и в пособничестве разгрома Тихоокеанского флота Америки не представляется возможным.

В целом, информация, предоставленная Уиллоби, подтверждается другими известными военным историкам документами. Например, в Японии в свое время были опубликованы материалы следствия и суда над членами группы Зорге. Там тоже напрочь отсутствуют упоминания о подготовке нападения на Пёрл-Харбор. Вопрос об этом поднимался всего один раз, во время допроса помощника Зорге, Хоцуми Одзаки, состоявшемся 8 июня 1943 года. Одзаки тогда сказал: «Если говорить о начале войны, то нападение на Гавайи оказалось для нас полной неожиданностью».

Кстати, в опубликованных шифрограммах Зорге за 1941 год также нет никаких указаний на подготовку атаки на Пёрл-Харбор. Согласно этим документам, вплоть до июня 1941 года все усилия группы знаменитого разведчика были сконцентрированы на раскрытии планов нападения Германии на Советский Союз. И только после 22 июня Рамзай переключился на выяснение военных намерений Японии. Его группе удалось получить сведения о двух совершенно секретных совещаниях с участием императора, на которых решался вопрос вступления Японии во Вторую мировую войну. Они состоялись соответственно 2 июля и 6 сентября 1941 года. На первом заседании его участники приняли решение об одновременной подготовке выступления на двух фронтах — на севере и на юге. Но в северном направлении наступал Гитлер, так что основные усилия можно было сконцентрировать в направлении южных морей. Так что на втором совещании верхушка Страны восходящего солнца приняла решение вступить в войну против Англии и Америки.

На всем протяжении японо-американских переговоров, проходивших в Вашингтоне с лета 1941 года, Зорге и его группа пристально следила за развитием событий. В шифрограмме, датированной 3 октября 1941 года, был подведен итог наблюдений и указано: «Если США не придут к реальному компромиссу к середине октября, Япония выступит сначала против Таи, затем двинет войска на Сингапур, Малайю и Суматру». Это, кстати, была последняя шифрограмма, направленная Рамзаем в Москву…

В сентябре — начале октября 1941-го японские военные действительно завершили разработку планов выступления в южном направлении. Согласно им, главный удар предстояло нанести по английской цитадели в Тихом океане — Сингапуру. Кроме того, перед войсками ставилась задача захватить колониальные владения Франции, Англии и Голландии в Азии, а также Филиппины.

Но тогда при чем же здесь Пёрл-Харбор, спросите вы. Оказывается, идея нападения на эту базу пришла в голову командующему ВМФ Японии адмиралу Исороку Ямамото лишь в августе 1941-го. Он предложил продублировать выступление японской армии в южном направлении, нанеся удар по базе, где располагались основные силы американского флота на Тихом океане. Идея Ямамото была принята охотно. На ее основе и была разработана сверхсекретная операция нападения на Пёрл-Харбор, которую предстояло провести специальной эскадре. В ее состав входили шесть авианосцев, имевших на борту около 400 боевых самолетов. Операция получила кодовое название «Операция Зет».

Судя по сохранившимся донесениям Зорге, он действительно предугадал направление японской агрессии. Но раскрыть планы атаки на Пёрл-Харбор знаменитому разведчику не удалось. Это, кстати, подтверждает и японский исследователь Хисая Сираи. Он писал, что план атаки на Пёрл-Харбор разрабатывался в высших военно-морских кругах в атмосфере строжайшей секретности.

«Группа Зорге просто не смогла до него добраться», — подытожил Сираи. К тому же, к моменту принятия окончательного решения о нападении на базу члены группы Зорге уже были арестованы, а значит, ни с кем не могли поделиться информацией (даже если предположить, что она действительно у них была).

Тем не менее, Рамзай, прекрасно представляя себе, какой опасности могут подвергнуться США, сделал попытку известить американскую общественность об известных ему планах Японии. И сделал он это с помощью американского журналиста Джозефа Ньюмена, токийского корреспондента газеты «Нью-Йорк геральд трибюн».

Японский исследователь Сабуро Ито, который некоторое время работал корреспондентом газеты «Асахи», заинтересовался судьбой Ньюмена и выяснил, что тот приехал в Японию в 1937 году. Корреспондентский пункт американца находился в здании телеграфного агентства «Домэй цусин», там же, где располагался корпункт французского агентства «Гавас». Под прикрытием последнего долгое время и работал один из самых ценных агентов группы Рихарда Зорге Бранко Вукелич. Именно он в 1941 году и предложил своему шефу использовать американского журналиста для того, чтобы ознакомить американскую общественность с агрессивными планами Японии и Германии.

Когда Вукелич был арестован и начал давать показания, он признал, что лично проводил работу с Ньюменом еще с весны 1941 года. Делалось это по согласованию с самим Зорге. Вукелич и Ньюмен обсуждали американо-японские отношения, изыскивая возможности сделать американскую политику более благоприятной для СССР. Агент доказывал журналисту, что политика Германии рано или поздно приведет к вступлению Японии в войну в качестве пятой колонны Германии. Причем удар японцев будет направлен против Великобритании и США. Вукелич настаивал, чтобы Ньюмен использовал полученную от него информацию и написал ряд соответствующих статей для своей газеты. Наконец журналист согласился.

Конфиденциальную информацию о планах Японии и Германии, о состоянии японо-американских переговоров Вукелич получал от Рамзая, после чего снабжал необходимыми данными Ньюмена. Тот сразу же обрабатывал полученный материал и писал на его основе материалы, которые отправлял в редакцию. В «Нью-Йорк геральд трибюн» появились, как минимум, три подобных статьи. Первой стала статья «Токио ожидает, что Гитлер двинется на Россию», опубликованная 31 мая 1941 года, то есть за три недели до начала войны.

Стоит, пожалуй, привести отрывок из этого материала, поскольку он говорит сам за себя… «Информация, полученная заслуживающими доверия источниками в Токио, свидетельствует, с их точки зрения, о том, что напряженность между Россией и Германией достигла за последние несколько недель почти что точки взрыва и не спадает из-за ожидаемого решения фюрера Адольфа Гитлера двинуться против Советского Союза. Эти источники считают, что единственно возможным временем нападения Германии на Россию является отрезок между завершением сева зерновых на Украине и созреванием урожая. Они добавляют также, что если нападение не произойдет в конце июня, оно будет отложено до следующего года. Что касается германских кругов в Токио, они говорят, что Советский Союз может быть разбит в течение двух месяцев. Цели германского нападения на СССР, по словам этих источников, следующие: а) устранить опасность, исходящую от единственной огромной сухопутной армии на европейском континенте, прежде чем начать новую кампанию на западе в связи с ожидаемым вступлением в войну Америки; сделать возможной последующую демобилизацию нескольких миллионов высвобождающихся германских солдат, в которых остро нуждается промышленность; б) приобрести украинские зерновые без оплаты их стоимости; в) получить рабочую силу с Украины, чтобы обеспечить выполнение новых задач на западе».

Казалось бы, такая статья должна была произвести впечатление разорвавшейся бомбы и никак не могла пройти незамеченной. Однако, как ни странно, прошла… Дело в том, что «Нью-Йорк геральд трибюн» не оценила по достоинству предоставленный Ньюменом материал и потому поместила его не как передовицу, а всего лишь на 21-ю страницу в конце газеты. А американцы привыкли обращать внимание на информацию разве что с первых полос…

1 июля 1941 года была опубликована новая статья Ньюмена, которая называлась «Япония все еще нацеливается на область южных морей». В ней говорилось, что основной интерес Японии — это вовсе не Владивосток, а южные моря. Журналист, получивший очередную порцию информации от Вукелича, указывал, что Япония планирует создать Великую Восточно-Азиатскую сферу взаимного процветания. В нее должны были войти Французский Индокитай, Таиланд, Филиппины и Голландская Восточная Индия.

7 сентября 1941 года «Нью-Йорк геральд трибюн» разместила на своих страницах очередной материал Ньюмена. Он носил название «Токио готовится к войне, обихаживая тем временем США». В статье говорилось о том, что японское правительство втайне продолжает активную подготовку к военным действиям на случай провала переговоров в Вашингтоне.

Из-за этих материалов Ньюмен оказался в зоне пристального внимания японской тайной полиции. 15 октября 1941 года, когда уже был арестован Хоцуми Одзаки и готовились аресты Зорге, Вукелича и Клаузена, был выдан ордер и на арест американского журналиста. Но он избежал печальной участи, хотя и по чистой случайности — просто именно в этот день Ньюмен успел покинуть Японию, отплыв из Иокогамы «в отпуск на Гавайи».

Рассуждая о деятельности Ньюмена, Сабуро Ито указывает: этот человек, знакомивший американцев с полученной им секретной информацией, предупреждавший соотечественников об угрозе, исходящей со стороны Японии, на самом деле сделал огромную услугу исторической науке. В частности, он помог выявить историческое значение работы группы Зорге, по поводу которой специалисты спорят вот уже столько десятилетий.

Казалось бы, в деле нападения Японии на Пёрл-Харбор пора ставить точку и вынести вердикт: Рамзай и его группа не могли передать информацию о планах японцев относительно этой несчастной базы и времени атаки, поскольку сами разведчики этими сведениями не обладали. А значит, никаких претензий к СССР у американцев в этом вопросе быть не может. Тем более что Рамзай приложил все усилия, чтобы граждане Соединенных Штатов узнали о нарастающей японской угрозе. Однако, несмотря на имеющиеся на данный момент документы, часть историков никак не могут успокоиться. Они пытаются доказать, что Зорге и его команда все же знали о нападении на Пёрл-Харбор. Так, В. Бережков, работавший в 1941 году в аппарате наркома иностранных дел В. Молотова, лично имел дело с шифрограммами Зорге. Об этом он, кстати, упоминает в книге «Как я стал переводчиком Сталина». По словам Бережкова, в одной из шифрограмм Рамзай указывал, что удар, скорее всего, будет нанесен по военным базам США на Гавайских островах. Однако Сталин не передал это сообщение президенту Америки Рузвельту. Почему он так поступил, остается неясным. Может, в силу своей патологической подозрительности просто не поверил своему лучшему агенту. А может, у вождя были и иные, не известные нам причины поступить именно таким образом. Во всяком случае, нам остается лишь догадываться о них…

Учитывая, где работал Бережков и к какой информации имел доступ, не поверить ему сложно. Но куда же тогда делась эта таинственная шифрограмма? Почему ее не удалось обнаружить ни одному из исследователей? Журналист Л. Млечин в своей книге «История внешней разведки. Карьеры и судьбы» высказывает следующую версию: А. Вышинский попросту запретил дипломатам упоминать имя Зорге.

Указание якобы шло от самого Сталина и было дано после того, как в результате предательства одного из работавших на советскую разведку осведомителей легендарный агент был арестован. В 1944 году, 7 ноября, его казнили. Впоследствии оказалось, что Сталин мог спасти Рихарда Зорге, обменяв его на японского офицера. Однако глава СССР, получив такое предложение, быстренько умыл руки, заявив, что он вообще не понимает, о ком идет речь. Видимо, талантливый разведчик стал ненужным советскому правительству, и его просто сдали японским властям. Так что вопрос о Рамзае, его работе и судьбе больше не поднимался. Архивы старательно почистили, уничтожив все документы, связанные с деятельностью удивительного агента. Может, дело действительно было именно в сообщении о готовящемся нападении Японии на американские военные базы? Если это так, и Сталин не счел нужным передать Рузвельту предупреждение Рамзая, то после налета на Пёрл-Харбор вождь позаботился, чтобы информация о его осведомленности не всплыла наружу.

Нет, безусловно, это весьма интересная версия. Вот только доказательств ее не существует, во всяком случае пока. И до тех пор, пока не будут обнаружены подтверждающие ее документы, стоит все же полагаться на имеющиеся свидетельства и основанные на них мнения специалистов.

В. М. Скляренко, И. А. Рудычева, В. В. Сядро. 50 знаменитых загадок истории XX века



Другие новости и статьи

« Питание солдат в Петровскую эпоху

Дополнительный отпуск военнослужащему »

Запись создана: Воскресенье, 12 Май 2019 в 9:00 и находится в рубриках Вторая мировая война, Управление тылом.

Метки: , , , , , ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы