Смоленская война 1632—1634 годов



Смоленская война 1632—1634 годов

oboznik.ru - Смоленская война 1632—1634 годов
#1633#полки#война

Война 1632—1634 годов между Русским царством и Речью Посполитой. Россия пыталась восстановить контроль над Смоленском и прилежащими территориями, вошедшими в состав Речи Посполитой по результатам войны 1605—1618 годов.

Война велась в контексте внешнеполитического курса России XVI—XVIII веков, который был нацелен на решение трёх задач: присоединение западнорусских земель, обеспечение выхода к Балтийскому и Чёрному морям, а также достижение безопасности южных границ от набегов крымского хана. Накануне войны Россия пыталась склонить к совместным действиям против Речи Посполитой Швецию и Османскую империю, но безуспешно, и ей пришлось воевать без союзников.

10 октября воевода Шеин получил приказ выдвинуться в Вязьму. 12 октября калужский отряд князя Ивана Гагарина взял Серпейск. 18 октября отряд Федора Сухотина овладел Дорогобужем. Князь Прозоровский овладел крепостью Белой. 20 октября воевода Шеин выступил из Вязьмы на Смоленск. В ноябре-декабре 1632 года русские войска овладели Невелем, Рославлем, Стародубом, Почепом, Себежем, Трубчевском и Суражем.

5 декабря 1632 года армия Михаила Шеина собралась под Смоленском. Перебежчики доносили, что в гарнизоне города 7 000 человек. Шеин принимает решение организовать осаду. В 6 верстах от Смоленска на левом берегу Днепра, воевода построил острог с «теплыми избами» и перекинул через реку два моста. Солдатские полки встали вплотную у города с юго-восточной стороны и соорудили траншеи и туры для пушек. Часть войск была выдвинута в Оршанский и Мстиславский поветы для блокирования войск Гонсевского. На западной стороне Смоленска был расположен «острожек» князя Прозоровского. К острожку примыкали шанцы полка Вилима Кита. На юго-восточной стороне расположились полки Александра Лесли (русский полк солдатского строя и полк наёмников). Но полной блокады города установить не удалось.

Польско-литовские войска смоленского воеводы Гонсевского стояли у села Красное в 40 верстах от Смоленска. Численность войск не превышала 6 000 человек. Воеводе срочно было необходимо перебросить в город подкрепления и припасы. Положение гарнизона, в котором насчитывалось 2 212 человек под командой князя Самуила Соколинского, было тяжелым — не было фуража и дров, а вода в колодцах была гнилая. В ночь на 26 февраля 1633 года Гонсевский смог перебросить в подкрепление к гарнизону около 300 человек, но вторая часть подкреплений заблудилась и была уничтожена русскими войсками утром 27 февраля. Во время второй попытки удалось перебросить ещё 600 человек через Покровскую гору. После этого воевода Шеин приказал усилить охранение этого направления.

В начале марта 1633 из Москвы прибыла осадная артиллерия. После установки орудий, русские войска начали обстрел города. 26 мая был произведен подрыв стены и начат штурм, но за стеной русских встретил земляной вал с установленной артиллерией и штурм был отбит. 10 июня последовал новый штурм, после подрыва мины. Встретив сильный артиллерийский огонь, русским пришлось отступить. После этого воевода Шеин оставил попытки взять город приступом и вернулся к осаде.

В этот период основное беспокойство для русской армии доставляли расположенные в Красном войска смоленского воеводы, которые пытались прорваться в Смоленск. Обязанность по сдерживанию Гонсевского воевода Шеин возложил на князя Прозоровского и воеводу Нагого. Сам первый воевода Михаил Шеин отдалился от руководства армией. 21 июля 1633 года воевода Богдан Нагой скончался и его полк перешёл в подчинение к князю Прозоровскому. В двух полках летом 1633 года насчитывалось 4 130 человек. Помимо этого, в августе в подчинение князю был передан солдатский полк Вильяма Кита в 1 506 человек и рейтарский полк Самуэля Шарля д`Эберта в 2 400 человек.

24 июня 1633 года в лагерь войск Гонсевского добрался гонец из Смоленска, который сообщил, что положение гарнизона очень серьёзно. В начале июля воевода Гонсевский вернулся в расположение своих войск. Воевода привез с собой деньги и выплатил давно задерживаемое жалование своим войскам. После этого появилась возможность активизировать действия по соединению с гарнизоном Смоленска. 23 июля 1633 года к Гонсевскому подошли подкрепления, и он перешёл к действию.

После обеда 29 июля воевода Гонсевский с полковниками Мадалинским и Шмелингом выступили из лагеря. Гонсевский собирался связать войска князя Прозоровского, прорваться через заслоны к Копытским воротам и доставить в город необходимые припасы. Позже перебежавший к русским пахолик гусарской роты * Наум Никонов сообщил, что Гонсевскому не удалось поставить в известность гарнизон города, поэтому, подойдя к реке Лубна, войска воеводы произвели пушечные выстрелы, дав сигнал гарнизону. Выстрелы услышали в русском лагере, и князь Прозоровский успел подготовиться к встрече. При подходе к русским позициям, воевода Гонсевский был атакован сотнями Ивана Оничкова, Фёдора Коротнева и князя Андрея Псевицкого, а следом ударил и сам князь Прозоровский. Бой продолжался четыре часа, после чего Гонсевскому пришлось отступить.

11 августа 1633 года в русский лагерь пришёл сбежавший из лагеря Гонсевского местный крестьянин Давыд Фёдоров. Он сообщил, что к Гонсевскому прибыл отряд каменецкого кастеляна Александра Нясечипского в 2 000 панцирного войска. На следующий день к Гонсевскому прибыл польный гетман литовский Радзивилл.

13 августа 1633 года состоялся новый бой. Гонсевский атаковал передовые сотни князя Прозоровского на реке Ясенной. Сначала русские отбросили противника от реки, но Гонсевский контратакой опрокинул русские сотни, которые начали отступать. Солдаты Гонсевского захватили одно русское сотенное знамя. Бросившись в преследование, войска воеводы проскочили через русские позиции, но тут оказалось, что отступление было ложным. Сотни навели польско-литовские войска на засаду, и 400 наемных солдат майора Роберта Кита открыли кинжальный огонь по наступающей коннице Гонсевского. Одновременно конные сотни, развернувшись, ударили на противника. Рейтары полковника д`Эберта атаковали казаков Гонсевского и опрокинули их в реку. Воеводе Гонсевскому вновь пришлось отступать. От пленных русские узнали, что у Гонсевского и Радзивилла в распоряжении 11 000 человек, и что скоро Радзивилл планирует перенести лагерь ближе к Смоленску.

Войска гетмана и воеводы выдвинулись на новое место уже 13 августа, но несколько дней им удалось оставаться незамеченными. 17 августа русские разъезды натолкнулись на польско-литовские колонны. В этот же день, бежавший к русским литовский гусар Ян Грудович сообщил, что гетман Радзивилл собирается встать лагерем на реке Боровой в 7 верстах от Смоленска и с ним 8 000 войск. 20 августа гетман атаковал позиции князя Прозоровского на реке Ясенной. Войска гетмана имели численный и качественный перевес в кавалерии и старались выманить русские сотни в поле под удар гусар, но русские держались вблизи своих позиций в пределах обстрела своей артиллерии. Бой продолжался пять часов. Русские рейтары д`Эберта атаковали казачьи хоругви гетмана и прогнали их с поля, но потом сами были атакованы польскими гусарами и рейтарами и отступили. Не сумев добиться результата, гетман скомандовал отход. Потери обеих сторон составили несколько десятков человек.

В этот же день утвердившийся на троне король Владислав IV, с 15-тысячным войском, артиллерией и обозом, встал лагерем в Красном. 22 августа 1633 года король на реке Жорновке встретился с гетманом Радзивиллом и воеводой Гонсевским. В этот же день русские произвели налет на королевский лагерь и отогнали часть коней. После боя Радзивилл предложил Шеину обменяться пленными, но воевода отказался. 25 августа королевская армия встала лагерем в Глушице.

К этому времени положение русской армии значительно осложнилось. В июне 1633 года 5-тысячное войско запорожских казаков под водительством полковника Якова Острянина смогло взять и разорить город Валуйки, а после этого осадить город Белгород. Польская армия князя Иеремии Вишневецкого осадила Путивль. Русские воеводы, князья Гагарин и Урусов, смогли организовать оборону и все атаки были отбиты, но Вишневецкому удалось захватить и сжечь город Валуйку.

В середине июня 20-30 тысяч крымских татар под командой Мубарек-Гирея по Изюмскому шляху вошли на Русь. Это нападение стало результатом договоренностей, достигнутых посольством короля Владислава. Татары разорили Московский, Оболенский, Серпуховский, Тарусский, Алексинский, Калужский, Каширский, Коломенский, Зарайский, Рязанский, Пронский, Белёвский, Болховской и Ливенский уезды. Русскому правительству удалось организовать большой поход против татар. В 20-х числах августа 1633 года подверглись разорению ногайские улусы и Мубарек-Гирей поспешил вернуться в Крым. Однако, это успело сказаться на смоленской армии.

В войсках Шеина сложилась катастрофическая ситуация. Началось массовое дезертирство. Солдаты наёмных полков начали покидать позиции и уходить в польский лагерь. Дворяне «видя татарскую войну, что у многих поместья и вотчины повоеваны, и матери, и жены, и дети в полон поиманы, из-под Смоленска разъехались, а остались под Смоленском с боярином и воеводою немногие люди», докладывали в Москве. В полку князя Прозоровского дезертировали 3 453 человека, а потери за всю кампанию составили всего 27 человек пленными и 319 убитыми и умершими от ран. Правительство пыталось воспрепятствовать этому, вводя жесткие меры, но ничего не помогло, дворяне не желали выходить на службу, казаки и часть солдат сбивались в отряды, неподконтрольные воеводе, и уходили на Русь. Один такой отряд атамана Анисима Чертопруда в декабре 1633 года насчитывал 3 000 человек. Правительство смогло только организовать блокирование этих отрядов, после чего всех разоружали и отправляли по домам. Польская дипломатия достигла большого успеха. Гетман Радзивилл говорил: «Не спорю, как это по-богословски, хорошо ли поганцев напускать на христиан, но по земной политике вышло это очень хорошо».

28 августа 1633 года король пошёл на штурм русских позиций. Главный удар был направлен на Покровскую гору, где оборона была самой слабой. Сюда было направлено 8 000 пехоты и конницы. Шанцы на горе занимал солдатский полк полковника Юрия Матейсона. 82 начальных человека и 1 202 рядовых выдержали все атаки польско-литовских войск. Оборону прорвать не удалось и король отступил, но сумел передать в гарнизон города немного припасов.

11 и 12 сентября королевская армия вновь пыталась взять Покровскую гору. Полк Матейсона вновь отбил все атаки, но 13 сентября воевода Шеин приказал оставить позиции. 18 сентября главный удар королевской армии был направлен на юго-западные позиции русской армии. Здесь сражался солдатский полк Генриха фон Дама, численностью около 1 300 человек. Все атаки были отбиты, но 19 сентября воевода Шеин приказал оставить и эту позицию. Сильно поредевшие войска воеводы не могли удерживать широкий фронт, который занимала осадная армия. На северо-западе 18 сентября сражался полк наемников полковника Якова Карла Хареслебена. 19 сентября солдаты этого полка «перед рассветом вышли из этого шанца и вместе со своим предводителем убежали, отчасти в лагерь Леского (польского воеводы), отчасти в большой лагерь Шеина». 20 сентября главные бои разгорелись на юго-востоке. Здесь князь Прозоровский после получения приказа об отходе, с трудом пробился в лагерь Шеина, сумев разбить сильный отряд противника.

Осада закончилась, Шеин занял оборону в своем лагере. Воевода приказал рыть новые окопы, так как не хотел бросить осадную артиллерию. 9 октября армия короля заняла село Жаворонки, перекрыла Московскую дорогу и окружила армию Шеина. Прикрывавшие Жаворонкову гору полк наёмников полковника Томаса Сандерсона и солдатский полк полковника Тобиаса Унзена (тестя полковника Александра Лесли), атакованные гусарами, с большими потерями отступили в лагерь Шеина. Полного разгрома этих полков удалось избежать благодаря решительным действиям солдатского полка Александра Лесли, прикрывшего отход. В бою погиб полковник Унзен.

Осажденная армия Шеина страдала от болезней, нехватки продовольствия и дров. В конце ноября 1633 русские попытались сделать вылазку из осажденного лагеря, но эта затея провалилась. На военном совете 2 декабря Александр Лесли обвинил в этом провале полковника Сандерсона, заявил о его измене и застрелил полковника на глазах воеводы Шеина.

В январе 1634 года по инициативе короля Владислава начались переговоры. Комиссары собрались на Жаворонковой горе 14 февраля 1634 года. Воевода Шеин капитулировал. Воевода добился права вернуться в Москву сохранив знамена, 12 полевых орудий, «холодное оружие и мушкеты с зарядами», но оставив неприятелю всю осадную артиллерию и лагерное имущество. Узнав про условия договора, князь Прозоровский попытался взорвать наряд и пороховые запасы, но воевода Шеин не позволил князю этого сделать. Из оставшихся у Шеина 2 140 наёмников после капитуляции половина перешла на службу к полякам. Всего с воеводой Шеиным из под Смоленска ушло 8 056 человек. Ещё 2 004 человека больных и раненных остались в лагере на излечении. По условиям соглашения, после выздоровления они должны были вернуться в Россию. В Москве поражение восприняли очень болезненно. Воевода Михаил Шеин был обвинен в государственной измене и вместе со своим помощником окольничем Артемием Измайловым и его сыном Василием, казнен в Москве 28 апреля 1634 года.. Смоленский поход обошёлся Польской короне в 6450000 золотых (2150000 талеров), при этом бюджет короны составлял в год 4500000-5000000 золотых в год.

Несмотря на успех под Смоленском, королю не удалось развить наступление. Путь на Москву прикрывала 10-тысячная русская армия во главе с князьями Дмитрием Черкасским и Дмитрием Пожарским. Провалилась попытка вернуть крепость Белую. Русский гарнизон в тысячу человек отбил все атаки польско-литовской армии. В июне 1634 года на реке Поляновке был заключен «Поляновский мир» между Россией и Польшей, подтвердивший в основном границы, установленные Деулинским перемирием. К России отошёл только один город — Серпейск.

Опыт этой войны сказался на дальнейшем развитии русской армии, поскольку самыми боеспособными частями оказались полки нового строя. В дальнейшем правительство продолжило формирование этих полков, одновременно отказавшись от наёмников.

Примечание:
* Каждый из рыцарей-шляхтичей в гусарской хоругви ( роте) обязан был привести с собой «почт» («почёт»-свиту) в составе одного-двух вооружённых слуг с лошадьми. Эти «почтовые» воины, называвшиеся также пахолками или пахоликами (оруженосцами) и «челядниками», обычно набирались из дворовых людей шляхтича или, если товарищ был достаточно богатым — из мелкой «убогой» шляхты.

См. также документы периода Смоленской войны:

Государева грамота воеводам,кн. Ф. Куракину и кн. Ф. Волконскому, о сходе с боярином, князем Д.М. Черкасским, для промысла над литовскими людьми. (11 февраля 1633 г. )

Отписка боярина М.Б. Шеина с товарищами о жалобе полковников на несвоевременную выдачу жалованья (16 сентября 1633 ? г.)

Государева грамота боярину М.Б. Шеину с товарищами о посылке в полки денег на жалованье ратным людям (28 сентября 1633 г.)

Отписка боярина Мих.Д. Шеина с товарищами о займе ими денег у полковников для уплаты жалованья ратным людям за октябрь месяц (20 октября 1633 г.)

Память из Розряда боярину, князю Юрью Ян. Сулешеву, да дьяку Федору Витовтову о переписи всех дворов в Москве и в них людей, с обозначением, кто и какое имеет оружие (1633 г. 19 ноября)

Наказ дьяку Семену Дохтурову об отвозе в Калугу денежной казны на жалованье ратным людям (1633 г. 20 ноября)



Другие новости и статьи

« Рота негодяев. Ложь о Великой Отечественной

Заем денег у командования полков для выплаты жалования ратникам »

Запись создана: Пятница, 19 Июль 2019 в 0:35 и находится в рубриках Защита, охрана и оборона тыла, Медицинское обеспечение, Продовольственное, Расквартирование войск, Стрелецкое войско, Управление тылом.

Метки: , , , , , , , ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы