Стихи Вальтера Скотта



Стихи Вальтера Скотта

Книги стихов сэра Вальтера Скотта были приняты обществом как нарядные светские знакомые; книги его прозы мы готовы задушить в объятиях, как старых друзей. В балладах сэра Вальтера было что-то мишурное, показное, и, подобно тем, кто содержит оперных статисток, мы хотели бы, чтобы наши пристрастия и вкусы разделяла и поддерживала публика, продающая каркасные дома в ижевске.

Романы же — часть сердца нашего, кость от кости, плоть от плоти нашей, и мы ревниво опасаемся, как бы кто-нибудь другой не постиг в полной мере и не оценил их красоту так, как мы. За кого из героинь его поэм читатель с такой готовностью пошел бы на бой, как за Джини Динз? Какая Дева Озера сравнится с прекрасной Ревеккой? Нам кажется, что покойный мистер Джон Скотт и на смертном одре (пусть кончина его была скоропостижной и мучительной) покоился с некоторым удовлетворением потому только, что сочинил самый изысканный доселе панегирик шотландским романам. Эпические произведения нашего автора — это не столько поэмы, сколько романы в стихах. На очертания природы и старого романа наброшено сверкающее покрывало ритма и рифмы. Глубинный взрез характера «затягивается и зарастает сверху коркой», подробности стерты или сведены к хлипкой, скучной внешней благопристойности, а правдивость чувств и событий превращается в тоненький звон, в показную банальность.

Признаемся, что в истинной поэзии заключена сила, благодаря которой душа возносится из мира реальности в высшие сферы, проницает неподвижные, беспорядочно разбросанные, внутренне бессвязные предметы и явления материального мира — и в порыве вдохновения придает им возвышенность и красоту. Но сэр Вальтер Скотт, утверждаем мы, и пусть нас поправят, лишен этого творческого импульса, дара пластики, созидательной способности следовать своим первым впечатлениям. Он ученый, буквалист, прозаический повествователь о вымысле и правде: он не парит в вышине и не смотрит оттуда сверху вниз, не вкладывает в описания природы высокие взгляды и чувства, а опирается на изображаемый предмет, с ним вместе возвышается, сливается с ним — или превращается в ничто.

Поэт — прежде всего созидатель; это значит, что энергия и изобретательность его ума должны возместить нехватку индивидуальности или недостаточное умение воспроизвести конкретные местные черты. Таких свойств у писателя, о котором идет речь, явно мало. Он то ли не может, то ли не хочет озарить предмет описания светом чистого воображения. Его творения исполнены на уровне недолговечных печатных произведений. Они легковесны, приятны, томны, многоречивы. Муза сэра Вальтера Скотта — осовремененная старина.

Гладкая, блестящая ткань его стихов удачно контрастирует со странностью, неуклюжестью, шероховатостью тематики, благодаря чему описываемые поэтом местные традиции и устарелые одежды освобождаются от впечатления суровости и тяжеловесности. Мы видим угрюмых рыцарей и железные доспехи, но небрежной, изящной рукой они затканы в шелк и нежностью напоминают цветы. Образы поэта подобны скопированной со старинных гобеленов вышивке на тончайшем бархате; они похожи на рисунки не Рафаэля, а мистера Уэстолла15, сопровождающие и как бы поясняющие эти образы.



Другие новости и статьи

« Как достигаются отличные результаты

Поэзия - универсальный язык »

Запись создана: Среда, 26 Февраль 2014 в 0:30 и находится в рубриках Новости.

Метки: ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы