16 Июль 2014

«Нет, не хочу» – такого не было

После войны четыре с половиной года я учился в Херсонском мореходном училище. После училища комиссия, назначали, кто куда пойдёт. Я мог пойти дальше учиться в высшее мореходное училище, но по глупости мне захотелось работать пойти и думать, мечтать про это. Мне представилось право выбрать пароходство, я говорю: «Балтийское, Ленинград». Так я пошёл на работу. Плавали мы в Арктике, и после Арктики обшивку нужно было менять, сорок листов. И мы пошли на ремонт в Антверпен, на судоверфь, и там месяца три мы ремонтировались.

Зашли в Мурманск, приходит капитан, говорит: «Вас срочно вызывают в Ленинград в пароходство». Собрался, приезжаю, захожу к начальнику училища. Там другой человек, кроме начальника училища. Начальник училища выходит, этот человек говорит: «Владимир Петрович, есть предложение Вас во внешнюю разведку направить». Ну а тогда же была советская власть, тогда сказать «нет, не хочу» – такого не было, иначе ты являешься уже не защитником отечества, раз есть такое решение…. Говорит: «Вот вам билет, завтра в пароходстве рассчитаетесь». Внешняя разведка – это зарубежье. Мне нужно было учиться быть разведчиком.

Приехал я в Москву. В Москве меня сразу у вагона встретили машиной. Поселили меня отдельно. Разведчиков готовили абсолютно отдельно, никаких групп – ничего. У бабушки поселили – пожилая женщина, у неё была трёхкомнатная квартира, она должна была меня и кормить, и стирать – это всё лежало на ней. Ей платили за это, видимо. Там я занимался. Я попросился выехать в Херсон на неделю – жениться. Меня отпустили. Приезжает через несколько дней мой куратор (а я только одного человека из них знаю, он информировал меня – что надо делать), он говорит: «В 2 часа ночи приедет машина, и будем решать окончательно Ваш вопрос». Приехали. Помещение такое, лампа – абажур так сделан, что по краям не видно лиц тех, кто сидит, а я в центре, и я вижу только своего куратора. А я после войны ещё двадцать лет воевал во сне, и первый вопрос, который он задал: «Владимир Петрович, Вы знаете, что Вы во сне разговариваете?» Я говорю: «Да, знаю» (мне ребята говорили).

Он: «А Вы знаете, что разведчик, когда он говорит сонный, то он говорит только на своём родном языке? Следовательно, вы не годитесь на эту работу». За мной только наблюдали, в войну же отличился, был награжден Орденом Ленина, был представлен к званию Героя Советского Союза, искали таких людей, которые были способны что-то сделать… Мне говорят: «Владимир Петрович, Вы можете вернуться назад на работу». А я уже сорвался и говорю: «Я бы хотел получить свободное решение своей жизни…» Если проследить мою жизнь, она была всё время под влиянием, мне хотелось дальше что-то самому. И мне говорят: «Владимир Петрович, как хотите, это ваша воля». И я уехал в Херсон, женился. Херсон мне нравился как город, я же тут учился… Когда я приехал в Херсон из Москвы, я пошел работать в инфлот. Инфлот – это агентство по агентированию в иностранный флот. В то время я уже знал относительно английский язык, это мне сильно помогло. Затем я работал диспетчером, лет шесть работал, а в 1957 году я стал начальником агентства. Это работа сложная юридически, потому что все вопросы по иностранному флоту, который заходил к нам, решает агент – контракты, деятельность, грузовые операции, аварийные случаи… А в 1964 году вдруг меня вызывают в пароходство, предлагают на работу за границу, в Алжир.

А в Алжире тогда шла ещё война, гражданская, против французов, а советское государство помогало национальному освобождению. Мне предложили работать представителем министерства морского флота СССР в Алжире, призаграница фото из архива семьи Кедровских фото из коллекции Н. Гоманюкаживая история 108 заграница шлось согласиться, и я поехал. На мне там была вся организация по обработке нашего морского флота, все вопросы решал я через свои иностранные агентские службы. Закончил я там службу в 1969 году, в 1972 году меня вызывают в Москву, говорят, что есть мнение… Если так говорят – уже не откажешься. Говорят: «Есть мнение, чтобы Вы поработали во Франции, в Париже». Поехал я на работу туда, там проработал семь лет – это в то время, когда самые большие сроки были два года, столько мог проработать советский человек за границей, а потом должен был вернуться. А мне пришлось семь лет работать. Я был два года старшим представителем, затем по заданию ЦК мне нужно было создать коммерческую организацию по агентированию нашего флота – создать акционерное общество.

Два года спустя я его создал, никому не удавалось до меня этого сделать, французская администрация очень сложная, я очень тщательно изучал вопросы, как это можно сделать. Я нашёл двух партнеров – одного крупного финансового и одного крупного по судоходной линии во Франции. Через некоторое время по судоходной линии получил отказ, французы не пустили. Тогда президентом Франции только что был избран Жискар Дестен, у него был финансовый советник, и через него я создал фирму. Юридически я создал эту компанию, но практически я не был готов работать как капиталист, то есть знать финансовое дело, экономику. Я пришёл к нашему министру морского флота и говорю: «Я не готов к этой работе». А он: «А ты думаешь, я был готов?

Пришёл – и сразу министром стал. Вот и ты пойдёшь». И я там пять лет работал, создал прекрасное акционерное общество. И я всё время возвращался в Херсон. Меня тянули работать в Москве, но я полюбил очень Херсон, а карьера меня не соблазняла. Закончил в работу в Париже и вернулся в Херсон снова. …Только приехал сюда – вызывают в Москву и направляют в Бельгию. А там было самое крупное коммерческое дело при советской власти. Четыре компании у меня было в Антверпене, четыре в Голландии (а в Голландию не пускали наших советских), две компании в ФРГ, в Японии одна компания и одна компания в Сингапуре – вот у меня хозяйство какое было.

И там я тоже проработал семь лет. Вернулся – мне уже было под 60, дальше меня хотели снова, но я сказал: «Нет, 18 лет за границей – это большой срок». Я с женой был и маленькой дочуркой, старшая дочь без нас росла, а младшая с нами. И здесь я снова там же работал, и в 1997 году я ушёл на пенсию, потому что начал сдавать слух. Я и сейчас ещё фактически работаю, но не так, как раньше – нельзя назвать это работой, я референтом у директора.

Казначеев Владимир Петрович, 1928 г.р.

 

Другие новости и статьи

« Письма из прошлого о чтении

Читинский филиал ФГКУ «Росвоенипотека» подвел итоги за I полугодие 2014 года »

Запись создана: Среда, 16 Июль 2014 в 0:08 и находится в рубриках Новости.

метки:

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика