4 Июль 2019

Организация вещевого снабжения иностранных военнопленных второй мировой войны в СССР

oboznik.ru - Организация вещевого снабжения иностранных военнопленных второй мировой войны в СССР
#военнопленные#история#обмундирование

Одной из малоизученных страниц истории советского плена периода Второй мировой войны является вопрос о снабжении обезоруженных неприятельских военнослужащих вещевым имуществом. Очевидно, что уровень обеспеченности одеждой и обувью оказывал непосредственное влияние на положение военнопленных в целом, уровень их заболеваемости и смертности в частности. Право «узников войны» на безвозмездное получение необходимой одежды и обуви декларировалось как в международных конвенциях, так и в советском законодательстве.

Согласно 12-й статье Женевской конвенции «О содержании военнопленных» от 27 июля 1929 г. держава, содержавшая военнопленных, была обязана обеспечить их одеждой, обувью и бельем, а также предусмотреть возможность регулярной смены и починки этих вещей. Лиц, привлекаемых к работам, следовало обеспечить спецодеждой с учетом характера трудовой деятельности .

Как известно, Советский Союз не присоединился к данной конвенции, усмотрев в данном документе ущемление прав военнопленных по социально-классовому и национальному признакам. «Положение о военнопленных», утвержденное Центральным исполнительным комитетом СССР и Советом народных комиссаров СССР 19 марта 1931 г., воспрещало отбирать у военнопленных их форменное обмундирование, ношение которого разрешалось во время пребывания в лагере без знаков отличия и различия (ст. 5, 18). Наряду с этим предусматривалось снабжение одеждой, бельем и обувью и другими предметами первой необходимости применительно к нормам снабжения военнослужащих тыловых частей РККА (ст. 27), допускалась возможность получения военнопленными вещевых посылок из-за рубежа (ст. 29), а также приобретения предметов обихода за свой счет (ст. 28)2 .

Несколько иная формулировка содержалась в «Положении о военнопленных», принятым СНК СССР 1 июля 1941 г., после начала войны с фашистской Германией. В частности, право устанавливать нормы снабжения объявлялось исключительной прерогативой Управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР (ст. 9) . Как правило, военнослужащие противника попадали в плен в обмундировании, несоответствовавшем климатическим условиям СССР. Ситуация усугублялась тем, что при взятии в плен красноармейцы нередко отбирали у неприятельских солдат и офицеров их личные вещи . Безусловно, данная практика пресекалась советским военным командованием, а лица, уличенные в мародерстве, привлекались к ответственности. В сентябре 1939 г., одновременно с введением войск на территорию Польши, советское руководство реализует комплекс мероприятий по подготовке лагерей НКВД к поступлению обезоруженных солдат и офицеров польской армии. 20 сентября 1939 г. по решению Экономического совета при СНК СССР на довольствие польских военнопленных было выделено 60 тыс. тюфячных и 120 тыс. подушечных наволочек, 10 тыс. простыней, 10 тыс. одеял, 5 тыс. телогреек, 2 тыс. шапок, 10 тыс. нательных рубах, 10 тыс. кальсон, 20 тыс. полотенец, 25 тыс. пар портянок .

Разумеется, данного количества вещевого имущества было недостаточно для обеспечения 125 тыс. польских военнослужащих, особенно в условиях приближавшейся зимы6 .

Польский генерал Е. Волковицкий писал по этому поводу в адрес руководства НКВД из Грязовецкого лагеря: «Большинство военнопленных имеет обмундирование в очень плохом состоянии, неполное, ни в каком случае не соответствующее здешней суровой зиме. Необходимы: вторые одеяла, фуфайки, рукавицы, теплые портянки, валенки и т.п.

Поскольку не будет достаточного количества теплых вещей, то, наверное, надо ожидать появления в лагере большого количества простудных болезней, что только в ненужной мере обременит лагерное начальство» . В первый период плена в лагерях УПВИ, в отличие от лагерей ГУЛАГа , вещевое снабжение военнопленных не было регламентировано. Повсеместно существовала практика самообеспечения контингента одеждой и обувью. Для ремонта обмундирования организовывались сапожные и пошивочные мастерские, для стирки белья – прачечные . Новая одежда и обувь, как правило, выдавалась только лицам, проявившим усердие на лагерных работах. В начале Великой Отечественной войны критическая ситуация со снабжением населения не позволяла выделять на нужды пленных даже самые минимальные фонды вещимущества. По всей стране был объявлен сбор одежды для армии и флота. Потребность в одежде и обуви советских граждан удовлетворялась менее чем на 25 %. Старую одежду не раз латали, штопали, перекраивали, пока она не превращалась в лохмотья. Колхозникам приходилось заниматься домашним ткачеством, плести лапти и т.п. Недостаток одежды и обуви также ощущался в городах. Острую нужду испытывали эвакуированные рабочие и их семьи.

Государство не могло им выдать соответствующую суровому климату Урала и Сибири зимнюю одежду, так как полушубки, валенки, шапкиушанки направлялись на фронт. Военнопленные обеспечивались верхней одеждой и обувью только в случае их отсутствия или непригодного к ремонту состояния. В соответствии с инструкциями НКВД, в зимнее время военнопленному полагались телогрейка, брюки или шаровары, шапка-ушанка, ботинки и теплые портянки. Работавшим военнопленным предусматривалась выдача полупальто, ватных штанов, теплых рукавиц, а при необходимости – валенок. Что касается постельных принадлежностей (одеяло, подушечные наволочки, простыни), то ими обеспечивались только лица, находившиеся в лечебных учреждениях, а также офицерский состав. Остальным военнопленным предписывалось выдавать матрацы, набитые соломой, стружкой, мхом или просто солому13. Однако упомянутые нормативы не всегда выполнялись из-за отсутствия фондов вещевого имущества.

Между тем, ситуация с материальным снабжением военнопленных приобретала все более угрожающий характер, что стало особенно очевидным после завершения Сталинградской битвы. Поступавшие на приемные пункты вражеские солдаты, как правило, не имели исправной одежды и обуви. Так, начальник приемного пункта № 48 (Воронежский фронт) доносил в УПВИ в марте 1943 г., что 75 % военнослужащих противника доставляются босыми, 25–30 % – раздетыми. Приказом Наркомата обороны СССР № 001 от 2 января 1943 г. командующим фронтами было предписано в случае отсутствия у военнопленных теплой одежды и обуви выдавать недостающее обмундирование из трофейного имущества, а также из вещей убитых и умерших солдат и офицеров неприятеля. Во исполнение данного приказа руководство сталинградских лагерей предписало похоронным командам, сформированным из военнопленных, погребение трупов их соотечественников производить без шинелей, френчей, свитеров, сапог и головных уборов. Снятое с мертвецов обмундирование использовалось затем для обеспечения военнопленных.

7 апреля 1943 г. вышел приказ НКВД № 250, согласно которому каждого военнопленного следовало обеспечить обмундированием и обувью (летним и зимним головными уборами, шинелью, гимнастеркой, шароварами, сапогами, ботинками или лаптями); бельем (рубахой, кальсонами, портянками, полотенцами); теплыми вещами (теплыми портянками, перчатками или рукавицами). Военнопленным из числа офицеров и госпитализированных больных полагались постельные принадлежности (одеяла, наволочки, простыни) . Ответственность за своевременное обеспечение военнопленных одеждой и обувью возлагалась на начальников окружных управлений военного снабжения (ОУВС) НКВД и начальников лагерей18. Согласно приказу начальника Тыла Красной армии № 005 от 17 января 1944 г. интендантским службам фронтов предписывалось передать трофейное обмундирование с армейских складов в распоряжение приемных пунктов военнопленных, с фронтовых – пересыльных лагерей. При отсутствии трофейных запасов обезоруженных неприятельских военнослужащих следовало обеспечить отечественным обмундированием и обувью 3–4 срока носки.

На довольствие военнопленных обращались выбракованные красноармейские шинели, гимнастерки и даже легендарные буденовки, у которых срезалась верхняя остроконечная часть. Посредством организации портновских и обувных мастерских получаемый лагерями вещевой утиль подвергался реставрации и повторно вводился в употребление. В 1943 г. в лагерях было отремонтировано 32 800 зимних головных уборов, 53 100 шинелей, курток и пальто, 44 100 гимнастерок и френчей, 33 300 шаровар и брюк, 45 700 теплых нательных рубах, 69 800 ватных телогреек, 88 300 ватных шаровар, 110 000 пар кожаной обуви, 2900 пар портянок и теплых носков, 53 600 пар рукавиц и перчаток, 10 800 пар валенок и бурок, 30 400 ватных кальсонов20. Судя по отчетности УПВИ, к концу 1943 г. лагеря были полностью обеспечены вещевым имуществом, за исключением портянок, полотенец, наволочек и простыней. Ситуация с обеспечением военнопленных одеждой и обувью обострилась летом и осенью 1944 г., когда в лагеря снова начали поступать массовые этапы военнопленных. Судя по актам приема контингента, 70 % военнопленных не имели шинелей, 50 % – нательного белья, 40 % – обуви, 30 % – головных уборов, 20 % – брюк и гимнастерок. В спецсообщении лагеря № 150 за сентябрь 1944 г. указывалось: «Безобразнее всего обстоит дело с обувью, одеждой и постельной принадлежностью. Более 2000 чел. военнопленных ходят в обуви, пришедшей в полную негодность, большинство из них ходят совершенно босые…

Теплые вещи у военнопленных отобраны, не рассортированы. От шинелей военнопленных отпороты подкладки, из коих пошито для личного состава обмундирование… До 2000 чел. военнопленных совершенно не имеют постельной принадлежности, поэтому военнопленные вынуждены спать не раздеваясь, на голых нарах или прямо на полу»

Для выхода из сложившегося положения был реализован комплекс мероприятий. В соответствии с постановлением Государственного комитета обороны СССР № 6725сс от 14 октября 1944 г. снабжение военнопленных вещевым имуществом было возложено на Главное интендантское управление Красной армии по заявкам Управления военного снабжения НКВД. Согласно установленной норме каждому военнопленному ежегодно полагались пилотка, шапка-ушанка, шинель или ватная куртка, телогрейка, летние и зимние шаровары, летняя гимнастерка, две пары нательного белья, два полотенца, две пары летних портянок, теплые портянки, две пары суррогатированной обуви, валенки (для холодных районов), рукавицы или теплые перчатки24. Одновременно ГУПВИ предъявило требование наркоматам, использовавшим труд бывших неприятельских военнослужащих, об отпуске зимней спецодежды по одному комплекту на каждого работавшего военнопленного. Что касается японских военнопленных, то на них в 1946 г. были распространены нормы вещевого снабжения, установленные для военнопленных европейских армий.

За период с 20 октября 1944 г. по 1 марта 1945 г. лагеря военнопленных получили 552 500 зимних и 63 000 летних головных уборов, 295 500 шинелей и курток, 184 200 ватных телогреек, 122 800 полушубков, 381 500 ватных шаровар, 437 800 гимнастерок и френчей, 391 800 шаровар, 802 100 нательных рубах, 919 300 кальсон, 1 590 200 пар портянок, 1 024 000 пар рукавиц, 750 000 пар обуви, 157 300 пар валенок, 908 100 полотенец, 1 240 000 комплектов нательного белья, 3 млн м хлопчатобумажной ткани27. Поступившее количество вещимущества, по данным ГУПВИ, полностью покрывало потребности лагерей, за исключением постельных принадлежностей28. Что касается лагерей и колоний ГУЛАГа, то их потребность в вещевом имуществе в этот период удовлетворялась лишь на 70–80 %29. Однако не вся получаемая от органов снабжения одежда и обувь годилась к носке. Имели место случаи, когда из полученных головных уборов, половина выбраковывалась вследствие малого размера.

Попытки же лагерей отказаться от получения негодного к носке вещевого имущества жестко пресекались вышестоящим руководством НКВД-МВД, требовавшим организовать его реставрацию и последующую эксплуатацию31. В лагерях вводился режим строгой экономии. Вещи, как правило, изнашивались буквально до дыр и выбрасывались лишь в случае невозможности их ремонта. Значительная часть вещдовольствия восстанавливалась из утиля. Для ремонта обмундирования лагерями выписывался починочный материал и инструменты. В 1945 г. по нарядам ГУПВИ было получено 280 швейных машин, 400 тыс. катушек ниток, 1100 комплектов сапожного инструмента, 30 тонн кожи, 4 тонны гвоздей, 5 тонн стелечного полувала. Проведенное в начале 1946 г. обследование ряда лагерей показало, что большинство военнопленных одеты не по сезону в негодное к носке обмундирование 4-й категории (выбракованное). Особенно неблагополучным было положение с обувью. Например, в лагере № 218 (Смоленская обл.) на 6 тыс. военнопленных имелось всего 342 пары кожаной обуви. Как правило, пленные носили брезентовую или матерчатую обувь на деревянной подошве.

Из-за отсутствия постельных принадлежностей бывшие неприятельские солдаты спали на голых нарах, не снимая рабочей одежды33. Стирка белья проводилась раз в месяц, а иногда и реже, вследствие чего, как говориться в одном из документов, белье у военнопленных было «грязное, как уголь». Чтобы хоть как-то простирать и продезинфицировать одежду, ее приходилось замачивать на несколько часов в ведрах с хлоркой34. Практически во всех лагерях действовали мастерские по пошиву и ремонту обмундирования. К примеру, за 1946 г. сапожная и портновская мастерские лагеря № 150 изготовили и отремонтировали 32 965 пар обуви и 55 017 единиц нательного и постельного белья35. В 1947 г. руками военнопленных лагеря № 158 было восстановлено из утиля 10 073 пар портянок, 3537 пар рукавиц, 452 майки и 406 трусов36. За 1947–1948 гг. мастерские лагеря № 437 изготовили из ветоши 150 000 портянок и носков и 50 000 полотенец. Также как и в лагерях ГУЛАГа среди военнопленных проводились конкурсы на лучшие образцы одежды и обуви, изготовленные из выбракованной амуниции.

В большинстве лагерей было организовано производство суррогатированной обуви38. Как правило, в лагерных мастерских изготавливались веревочные чуни (из отходов веревки или шпагата), лапти (из лыка и бересты), босоножки (деревянная подошва с ремешком), обувь на деревянной подошве с верхом из парусины, холста и старых кожаных изделий, ватные стеганные чулки или получулки-носки (использовались с чунями и лаптями)39. Если в одних лагерях производство суррогатированной обуви осуществлялось исключительно для внутреннего потребления, то в других – с учетом снабжения других лагерей. Так, лагерь № 150 направил в другие лагеря 13 990 пар ботинок на деревянной подошве, 11 830 пар чунь из льноволокна, 5300 пар деревянных подошв40. В марте 1946 г. НКВД СССР директивой № 57 категорически запретил вывод на работы военнопленных, не обеспеченных непромокаемой обувью. Начальникам лагерей предписывалось снабдить каждого военнопленного исправной кожаной или суррогатированной обувью, что должно было снизить количество простудных заболеваний среди контингента.

Другой проблемой было отсутствие матрасов, из-за чего военнопленным приходилось спать на голых нарах. Руководство МВД СССР в январе 1947 г. предписало обеспечить всех военнопленных тюфяками, для набивки которых предлагалось использовать солому, стружку, сухие листья, мох, паклю, вату и т. п.42 Особое внимание уделялось обеспечению военнопленных теплым обмундированием. 22 сентября 1947 г. вышла директива МВД № 616с, которая обязала руководство лагерей, расположенных в северных районах СССР, выдать пленным телогрейки, ватные бахилы, а также шерстяные портянки. Каждую весну проводился сбор теплых вещей с одновременной их заменой летним обмундированием. Все собранное имущество очищалось от грязи и рассортировывалось по категориям ремонта.

Опыт обеспечения военнопленных вещевым имуществом был обобщен и систематизирован в «Наставлении об обозно-вещевом снабжении лагерей МВД для военнопленных» (1947 г.). Согласно этому документу, одеждой и обувью лагеря ГУПВИ обеспечивали органы военного снабжения МВД, спецодеждой и постельными принадлежностями – хозорганы, использовавшие труд военнопленных. В свою очередь, спецгоспитали снабжались одеждой, обувью и постельными принадлежностями по линии Министерства здравоохранения СССР45. Вещевое снабжение в лагерях возлагалось на отделения обозновещевого снабжения (ОВС), штат которых включал начальника, его помощника, бухгалтера, заведующего обозно-вещевым складом.

Функции отделений ОВС заключались в: 1) своевременном обеспечении военнопленных вещевым имуществом по установленным нормам; 2) приеме, хранении, ремонте, выдаче и учете обозно-вещевого имущества; 3) организации банно-прачечного обслуживания кадрового состава и военнопленных; 4) контроле за правильным расходованием и эксплуатацией вещимущества. В ведении службы ОВС находились обозно-вещевой склад, сапожная и портновская мастерские, баня и прачечная46. Акты обследований лагерей за 1946–1947 гг. свидетельствуют, что уровень обеспеченности вещимуществом существенно варьировался. В одних лагерях не хватало постельного белья, в других – теплой одежды, в третьих – обуви. Качество обмундирования по-прежнему оставалось очень низким, ввиду снабжения военнопленных по остаточному принципу. «Имевшиеся запасы нового трофейного обмундирования полностью использованы в 1945–1947 гг. Наиболее доброкачественное обмундирование из разряда «БУ», получаемое от МВС во время и непосредственно после войны, также использовано, и в настоящее время военнопленные обмундировываются в большинстве путем «латания» старья, изготовления из трех-четырех вещей одной, очень недолговечной к носке», – отмечалось в докладе ГУПВИ об итогах работы за 1948 год48. Характерно, что ведомственные инструкции предписывали производить захоронение умерших военнопленных (за исключением офицерского состава) без одежды, обуви и нательного белья, которые затем обращались на довольствие контингента. Военнопленным рядового состава полагалось иметь только один комплект обмундирования, офицеры же могли позволить себе приобретение дополнительной одежды и обуви.

Что касается репатриантов, то они подлежали отправке домой экипированными по сезону в соответствии с установленными нормами50. В целом за время пребывания в плену общая обеспеченность военнопленных одеждой и обувью выросла. Если первоначально ведомственные инструкции предписывали изымать у военнопленных «излишествующие предметы вещимущества», дабы предотвратить их продажу гражданскому населению51, то в 1948 г. Главное управление военного снабжения МВД специальной инструкцией разрешило военнопленным иметь личные предметы одежды без записи в арматурную книжку52. Как, правило это были штатские пиджаки и брюки, нательное белье, верхние рубашки, приобретенные на заработанные деньги. Что касается осужденных военных преступников, то они получали обмундирование по нормам, установленным для военнопленных. В завершение отметим, что система ГУЛАГа в послевоенный период также испытывала значительные трудности с получением вещдовольствия, заявки на которое удовлетворялись в пределах 30 % от потребности. В переводе на хлопчатобумажную ткань недостача вещевого довольствия составляла 35 млн м ткани.

Итак, изучение организации вещевого снабжения военнопленных позволяет сделать вывод о том, что обеспечение обезоруженных неприятельских военнослужащих материальными ресурсами являлось исключительно сложной проблемой. Как правило, военнослужащие противника попадали в плен в изношенном обмундировании, несоответствовавшем суровым климатическим условиям СССР, в связи с чем на органы военного снабжения и хозяйственные аппараты лагерей ложилась задача по их переэкипировке. Военнопленные получали выбракованное и негодное к носке трофейное и советское обмундирование, которое нуждалось в реставрации.

Как правило, бывшие солдат и офицеры вермахта носили старую военную униформу и неудобную суррогатированную обувь, изготовленную в лагерных мастерских. При ограниченных фондах вещевого довольствия и остром дефиците на товары ширпотреба в стране лагеря ГУПВИ, в конечном итоге, сумели обеспечить военнопленных необходимой одеждой и обувью. Был организован ремонт и починка имущества, что позволяло поддерживать его в надлежащем состоянии. Все это говорит о том, что советское государство в меру своих сил и возможностей обеспечило военнопленных тем минимумом, который позволил большинству обезоруженных вражеских солдат и офицеров сохранить жизнь и здоровье

А.Л. Кузьминых

Другие новости и статьи

« Забытые подвиги Первой мировой войны, в которые сложно поверить

Пушкин и его герой на нижегородской ярмарке »

Запись создана: Четверг, 4 Июль 2019 в 0:03 и находится в рубриках Вещевое обеспечение, Вторая мировая война.

метки: , ,

Темы Обозника:

В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриот патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

Будем благодарны за Ваши комментарии  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика