22 Ноябрь 2019

Вооруженные силы России в XVI веке

oboznik.ru - Вооруженные силы России в XVI веке
#вооруженныесилы#история#армия

Самой многочисленной части войска, зародившейся еще при Иване III, — поместному ополчению были присущи крупные недостатки. Оно собиралось только при военной опасности. Сбор его проходил довольно медленно. Вооружалось оно на свой счет, и вооружение отличалось большим разнообразием. Вотчинники, занимаясь своим хозяйством, не всегда охотно шли на службу.

Присутствие самостоятельных отрядов феодалов в войске также подрывало его единство. Так, отряды крупнейших феодалов в сражениях занимали места в боевом построении «где похотят». Некоторые из них учиняли споры между собой о порядке подчинения даже во время военных действий. Подобные пережитки феодальной раздробленности в организации вооруженных сил снижали его боеспособность (1).

Однако поместное ополчение было подчинено одному руководству, вели военные действия по единому плану, что являлось крупным шагом по сравнению с организацией войск в период феодальной раздробленности.  В конце XV — начале XVI веков Русское государство уже имело значительные по численности формирования. К «воинскому чину» — то есть к военнообязанным причислялись «служилые люди по отечеству» — князья, бояре, дворяне; за ними шли «служилые люди по прибору» (набору) — пищальники, пушкари, городовые и вольные казаки, в том числе выходцы с Украины — «черкасы» и другие. К военным действиям широко привлекалась «посоха» — вспомогательные контингенты из крестьян. Многочисленное войско и пестрый его состав требовали реформ. А содержание военной реформы прежде всего заключается в придании войскам нового качества. Именно качественные параметры реформ и их успешное воплощение наиболее отчетливо просматриваются в практическом внедрении их в жизнь.  При Иване IV был сделан крупный шаг в развитии поместной системы.

Со второй половины XVI в. основной военной силой Русского государства становятся служилые люди — дворяне (воины при дворе великого князя) и дети боярские. Дети боярские — разряд ратников, появившийся на Руси в XV в. Они представляли собой мелких землевладельцев — феодалов, являлись потомками младших членов княжеской дружины (отряда) или потомками измельчавших боярских родов. Их численность была значительной. Постепенно дети боярские стали сливаться с дворянами, другие же превращались в поместных служилых людей. Таким образом, дворянство стало главной опорой утверждающегося самодержавия. Однако занятие дворянами соответствующего положения в государственной системе требовало кардинальных реформ.

Начало в упорядочении военной службы крупных феодалов положил проект Ивана IV в 1550 г. Во время похода на Казань в 1549 г. царь отметил, что воеводы спорили из-за мест в следствии этих разногласий «куды кого с кем посылаю… помешка бывает». Практически поход был сорван. Бояре-воеводы стремились занять более высокие командные должности и не очень-то пеклись о результатах начатого предприятия против Казанского ханства. После возвращения из похода царь издал в июле 1550 г. указ (приговор), регулировавший местнические счеты. В нем устанавливалось бесспорное старшинство большого воеводы — командующего большого полка. Ему подчинялись первые воеводы полков правой и левой руки, сторожевого и передового. Соподчинению первых полковых воевод соответствовало соподчинение вторых. Приговор запрещал местничество в период боевых действий.  Указ не отменял местничество полностью.

Им давались определенные гарантии боярской аристократии, из среды которой назначались командиры полков. Однако царь при выборе воевод на командные должности мог теперь руководствоваться не только знатностью происхождения вельможи, но и его ратным умением.  Уложение о службе 1555—1556 гг. завершило реформу ворянского ополчения. По нему с каждых 100 четвертей (150 десятин — около 50 га) «доброй» земли (этот надел назывался окладом) должен был являться один дворянин — служилый человек на коне в доспехе полном, а в дальний поход — с двумя конями.

Владельцы крупных поместий обязаны были приводить с собой воинов дополнительно в зависимости от размеров надела.  Тем не менее поместная конница, несмотря на свою многочисленность, не решала основной проблемы. Царь не мог содержать ее в постоянной готовности к боевым действиям, а наличие в составе войска ополчений крупных феодалов (князей, бояр) ограничивало его властные полномочия в период ведения войны. Необходимо было предпринять определенные шаги по созданию такого войска, которое находилось бы на государственном содержании и готовое в любое время начать военные действия по приказу военачальников. Таковым войском в силу развития военного дела в тот период могла быть пехота, вооруженная огнестрельным оружием и артиллерией под руководством командиров, непосредственно подчинявшихся государственным структурам. Требовалось создать постоянную армию и командирский корпус, находившийся в ведении верховной власти. Начало созданию постоянной армии положили первые формирования стрелецких полков. Они также были созданы в ходе военных реформ.  Толчком к образованию постоянного «огнестрельного войска» послужил случай, происшедший с Иваном IV во время подготовки похода на Казань. Летом 1546 г., когда великий князь собирал в Коломне войска, он выехал со свитой дворян на прогулку «на прохлад потешится». За городом его встретила толпа пищальников из Новгорода числом в 50 человек. Они «начали государю бить челом», жалуясь на тяготы военной службы. 

Действительно, пищальники, набираемые из ремесленников города и сельчан, надолго отрывались от хозяйства. Они, выходя на войну, обязаны были идти на службу со своими лошадьми, оружием, порохом, свинцом и припасами. Так, в 1546 г. Новгород обязали поставить в войско 1973 пищальника с лошадьми и около 2 тыс. человек с погостов и сел, половина из которых должна была явиться верхом. Кроме этого город выделял 232 пуда (3,7 т) пороха, деньги и продовольствие. Для населения, да еще обложенного налогом, такие тяготы оказывались зачастую не по силам.  Иван IV не стал вникать в суть жалоб и приказал дворянам отогнать челобитников. Пищальники оказались людьми не робкого десятка. Они «все стали на бой и почали битися в ослопы (дубинами) и из пищалей стреляти, а дворяне из луков и саблями, и бысть бой велик» с убитыми и ранеными с обеих сторон. И будущий царь всея Руси со свитой вынужден был ретироваться и пробираться в Коломну другой дорогой. Урок не прошел даром для монарха: стала очевидной необходимость создания огнестрельной пехоты на совершенно иных началах.  Важнейшим документом, по сути заложившим основы первого постоянного войска в Русском государстве, стал изданный Иваном IV 1 октября (ст.стиля) 1550 г. приговор «Об исполнении в Московском и окружающих уездах избранной тысячи служилых людей» в количестве 1000 человек. Их набралось 1078 человек из провинциальных дворян. Они подчинялись только верховной власти в лице царя и не зависели от столичной аристократии и крупных феодалов — удельных князей. Именная роспись командирского корпуса свидетельствует о первых начальниках (голов) стрелецких полков: Григорий Пушешников, Дмитрий Ржевский, Иван Черемисинов, Василий Прончищев, Федор Дурасов, Яков Бундов (2).

Они первыми из «тысячников» приступили к своим служебным обязанностям, когда по указу «того же лета» 1550 г. были созданы шесть стрелецких полков по 500 человек в каждом. Жить стрельцам предписывалось в Москве, в Воробьевой слободе.  Так, в 1550 г. был набран из посадских людей постоянный пеший отряд в 3 тыс. человек, вооруженных огнестрельным оружием — «стрельцов из пищалей». Они комплектовались путем набора свободного населения посадских и вольных охочих людей. К ним предъявлялись строгие требования: добропорядочность, крепкое здоровье и, желательно, иметь семью. Следовательно, возраст стрельцов был не менее 18—20 лет. Служить же им предписывалось пожизненно. Стрельцы находились на государственном содержании.

Они получали из казны денежное и хлебное жалованье. Стрельцы, несшие службу в порубежных городах, наделялись земельными участками — наделами. В Москве и других городах они жили семьями в особых слободах, имели двор и приусадебный участок. Ввиду того, что жалованье им выдавалось нестабильно (по 4 рубля в год), стрельцам разрешалось заниматься ремеслами и торговлей.  В организационном отношении они делились на приказы по 500 человек в каждом*, приказы на сотни, полусотни и десятки. Приказом управлял стрелецкий голова. Каждый приказ имел свою особую «съезжую избу», где производилось рассмотрение дисциплинарных нарушений, издавались наказы, регламентирующие порядок службы. В отличие от дворянской конницы, стрельцы имели единообразное вооружение и одежду, периодически проходили военную подготовку.

Имея хорошую боевую выучку, вооруженные огнестрельным и холодным оружием, они представляли собой наиболее подготовленную часть военных сил Русского государства. Стрельцы уже в первых боях показали уменье владеть своим оружием и соблюдать воинскую дисциплину. Степень их обучения проверялась на смотрах.  Стрелецкие отряды, поголовно вооруженные пищалями, резко отличались от дворянской конницы. Дворяне, как правило, пользовались «дедовским оружием» — саблями и луками. Они неохотно брали на вооружение огнестрельное оружие, ибо оно было тяжелым по весу, требовало постоянного «навыкания» в обращении с ним. По этой причине пищалями снабжались их военные слуги-холопы.

Стрельцы же хорошо владели огнестрельным оружием. По свидетельству иностранца Я.Маржерета, служившего в русских войсках, крымские татары, узнав при набеге, что им противостоит стрелецкая пехота, не вступая в сражение, возвращались обратно. * В некоторых городах (Михайлов, Рязань и других) приказы были тысячного состава. В концу XVI в. количество стрелецкой пехоты достигло 18—20 тыс. воинов. В результате реформ было создано постоянное, хорошо организованное и боеспособное стрелецкое войско, заменившее отряды временно созываемых пищальников-ополченцев. Был сделан первый шаг к организации регулярного войска в России.  Реформы коснулись и казачьей вольницы, которая жила в городах на южных окраинах государства. По принципу организации стрелецкой пехоты получило развитие новое формирование в войсках — городовые казаки. Они набирались, как и стрельцы, «из вольных, охочих людей». Из городовых казаков составлялись гарнизоны главным образом пограничных городов и укрепленных пунктов засечной черты, где они несли пограничную службу.

Городовые казаки разделялись на конных и пеших. Пешие были вооружены пищалями, хорошо обучены, и их положение по существу не отличалось от положения стрельцов. Но в отличие от последних городовые казаки вооружались за свой счет. Они являлись на службу с двумя конями, седлом, саблей и пищалью (ружьем). Небольшое денежное жалование казаки получали за «лишнее стояние» сверх установленного срока в походах или в пограничной охране.  При Иване IV произошло выделение «наряда» (артиллерии) в самостоятельный род войск и упорядочение его организации. Артиллеристы — пушкари и затинщики, обслуживающие «затинную» (крепостную) артиллерию, составляли особую группу ратных людей. Развитию артиллерии (наряда), производству орудий отводилось большое место. Правительство поощряло службу в наряде пушкарей и затинщиков, обладающих нужными знаниями и мастерством.

Им представлялись различные привилегии и льготы. Набирались они, главным образом, из горожан — вольного ремесленного люда. Их служба, как и стрельцов, была пожизненной и передавалась по наследству: отец передавал свои знания сыну.  Состоялось зарождение полевой артиллерии. Появились пушки, поставленные на колеса и передвигавшиеся при помощи конной тяги, что повысило подвижность артиллерии и позволило применять ее в полевом сражении. Она имела на вооружении пушки, тюфяки и пищали.  Важно отметить, что впервые в мире для стрелецкой пехоты вводилась полковая артиллерия. Стрелецкие полки имели не менее 6—8 орудий. Пушкари стрелецкого полка подчинялись голове полка и имели права воинов стрельцов. 

Командование, условия службы и жизни пушкарей и стрельцов практически не имели различий. По этой причине произошло как бы естественное слияние двух родов войск. Наблюдается тесное взаимодействие артиллерии и огнестрельной пехоты при осаде городов и в полевых сражениях (3). В связи с широким применением и усовершенствованием огнестрельного оружия русские войска в середине XVI века меняют свой боевой порядок, зарождаются элементы новой, линейной тактики. Боевой порядок стал растягиваться по фронту и сокращаться в глубину.  В состав русского войска по-прежнему входила посошная рать. Она собиралась в определенном количестве от сохи. Так называлась единица податного обложения. Зачастую в посошную рать включалось по одному человеку от 50, 20, 10 и даже 5 или 3 дворов.

Выставлялись посошные люди конными и пешими в возрасте от 25 до 40 лет. Они должны были отличаться крепким здоровьем, уметь хорошо стрелять из луков и пищалей и ходить на лыжах. Силами посошных людей выполнялись военно-инженерные работы по устройству дорог и мостов, осуществлялся подвоз боеприпасов и продовольствия, перевозились артиллерийские орудия и производилась их установка.  В ходе реформ с помощью «посохи» Иван IV усовершенствовал порядок снабжения русских войск. Провиант доставлялся обозами или речными судами в пункты следования, где создавались запасы: Муром  — Свияжск — Казань. Многие пограничные города имели на случай осады продовольствия на 2—3 года (Псков, Смоленск, Астрахань и другие). Так зарождалась система снабжения войск, получившая впоследствии название «магазинной». Посоха — «зборные люди» — возводили укрепления засечных черт: грандиозные оборонительные линии на юго-восточных рубежах Русского государства, выполняли на засеках все ремонтные работы, а ведь вся протяженность укреплений составляла более 1000 км.  В ходе реформ сложилась более четкая, чем прежде, система военного управления.

Общее руководство войсками и всеми военными делами осуществлял царь. Непосредственное управление строительством и подготовкой вооруженных сил сосредоточивалось в приказах. Высшим органом военного управления являлся Разрядный приказ.  Термин «приказ» впервые зафиксирован в 1512 г. (4). Первоначально он ведал росписью («разряжал») по полкам поместной конницы в пределах Московского княжества. Но начиная с 1535 г. его функции и полномочия расширились. Приказ вел учет и контролировал производство артиллерии на Пушечном дворе; холодного, огнестрельного оружия, оборонительных доспехов — в Оружейной палате. С образованием стрелецкого войска, а вместе с ним и Стрелецкой избы (приказа) Разрядный приказ приобрел статут высшего военного управления в государственном аппарате. Он стал проводить в жизнь решения царя и Боярской думы по военным вопросам.  Одно из центральных мест в военных реформах заняла реорганизация пограничной службы. Постоянная военная угроза со стороны агрессивного Крымского ханства и кочевых народов на юго-восточных окраинах Русского государства требовали настоятельного улучшения обороны границ. 1 января 1571 г. Иван IV поручил воеводе М.И.Воротынскому «ведать станицы и сторожи и всякие свои государевы польские службы» — т.е. в поле.  Сторожевая служба, зародившаяся задолго до М.И.Воротынского, при нем получила развитие и точную регламентацию.

Он начал с того, что велел созвать станичных воевод и сторожей (дозорных), «которыя ездят… в станицах на поле к разным урочищам и преж сего езживали лет за десять и за пятнадцать». Вызваны были и старые, и увечные, но имевшие богатый опыт в несении сторожевой службы. В феврале 1571 г. все они прибыли в Москву и при их помощи был выработан известный приговор о сторожевой и станичной службе 1571 г., датированный 16 февраля.  Сторожевая служба начиналась с 1 апреля и оканчивалась 1 декабря. Устав предписывал воеводам городов и головам сторожей посылать в дозор людей на лучших лошадях и не в одиночку. Первая статья устава обязывала дозорных находиться в таких местах, из которых бы они могли видеть противника, но самим оставаться не замеченными. Как правило, эти разъезды (станицы) выезжали вглубь по прямой до 500 км в «Дикое поле», осматривали «сакмы» — дороги, по которым обычно двигались полчища степняков. Дозорные, которые совершали постоянные объезды определенных участков от 20 до 40 км по периметру порубежья назывались сторожами.

Они вели непрерывное наблюдение: «А стояти сторожем (дозорным) на сторожах, с конь не сседая, переменяясь направо и налево по 2 человека… А станов им не делати, а огня класти не в одном месте; коли каша сварити и тогда огни в одном месте не класть дважды; а в коем месте кто полднивал, и в том месте не ночевать, а где кто ночевал, и в том месте не полднивати. А в лесах им не ставитца, а ставитца им в таких местах, где б было усторожливо» (т.е. не углубляться в чащобу лесных массивов, из которых трудно следить за степью).  Обнаружив противника, от станицы или сторожи обязаны были немедля мчаться гонцы к станичным и сторожевым головам (группе дозорных в составе 6—10 человек, расположенных в определенных местах, чаще всего на поросших лесом или кустарником холмах). От них срочно отправлялись гонцы в ближайший город-крепость к воеводе. Затем, оставшиеся дозорные рассредоточивались и начинали вести разведку, идя параллельно с войском противника или позади него. Собрав новые сведения, они снова отсылали гонцов с уточнениями, причем в те города, по направлению к которым двигались основные силы неприятеля. 

Устав предусматривал строгие наказания за нарушение службы: «Тем сторожам, которые, не дождавшись смены, покинут сторожи, быти казнеными смертию». Приговор заканчивался расписанием порядка смены станиц и сторож. Первая смена дозоров по 4—6 человек каждая, выезжали с 1 апреля, спустя 15 дней — вторая и так шло чередование остальных — всего 8 смен. Через 4 месяца с 1 августа все повторялось.  И так до 1 декабря. Но если еще не выпадал снег — сторожевая служба продолжалась. 

Для проверки исполнения и отыскания мест для расстановки дозорных выделялись воеводы и дьяки, хорошо знавшие юго-восточные степи на окраинах Русского государства. Следует отметить, что устав не ограничивал в некоторых случах действия сторожи, полагался на инициативу дозорных: «Ехати…которымы месты пригоже», или поступать «посмотря по делу и по ходу» (5).  Таким образом, задача пограничной службы сводилась к определению количества и направления движения войск противника. Вся южная граница, протяженностью более 1000 км, делилась на 12 сторожевых районов и 73 сторожевых участка.

Подвижные заставы (разъезды) выдвигались непосредственно к владениям Крымского ханства. По плану М.И.Воротынского на границе намечалось иметь 25-тысячное войско — на первый взгляд не такое уж и многочисленное. Ответственность за охрану границ возлагалась на разведку. От достоверности сведений зависел успех действий русских войск, а не от их количества.  «Боярский приговор о станичной и сторожевой службе» определил четкие правила службы и сыграл большую роль в отражении набегов. Устав содержал ряд дисциплинарных норм, в которых определялись наказания за нарушение службы. За небрежное несение службы, за опоздание или несвоевременный уход со сторожи взимался штраф и даже предписывалось битье кнутом.

Если враг нападал на границе, а сторожа в этот период не выходила на службу или покидала свой пост не дождавшись смены, по полагалась смертная казнь (6). В данном случае такой проступок приравнивался к государственной измене. Все это свидетельствовало о том значении, которое придавалось безопасности населения государства и строгой регламентации дисциплины войск, охраняющих рубежи.  * * *  В процессе развития и становления единого Русского государства в русском войске произошли не только количественные, но и качественные изменения. Во второй половине XVI в. все большее значение в войске приобретает огнестрельная пехота и артиллерия. Если в более ранний период в 20-е годы XVI в. современники отмечали массовое применение конницы на поле боя, то в последующее время происходит рост пехотных частей.  Во второй половине XVI в. русское военное искусство получило свое дальнейшее развитие.

Современники подчеркивали высокую боевую подготовку огнестрельной пехоты — стрельцов и пушкарей. Стрельцы, по свидетельству летописцев, при осаде Казани в 1552 г. объединенные корпоративной дисциплиной и традиционным отношением русских воинов — не оставлять товарищей в беде, — не щадили голов в бою, действовали напористо и смело. Отмечалась их ратное умение, подготовка к бою и обучение прицельной стрельбе: «Яко и малые птицы на полете убиваху из ручных пищалей…» (7). Степень их обучения проверялась на смотрах.  По сообщению англичанина А.Дженкинсона, в декабре 1557 г. стрельба велась по специальной мишени в виде деревянного вала в 1,8 м вышиной, около 190 м длины и до 4 м толщины. Перед валом на расстоянии около 60 м были устроены подмостки. На смотре присутствовал сам царь Иван IV. Стрельцы явились на стрельбище по 3 человека в шеренге и по пяти в ряду. Также известно, что летом 1584 г. в день коронации Федора Иоанновича 20 тысяч стрельцов, поставленные в 8 рядов на 3-километровой линии выстрелили дважды в полном порядке. Стреляли первые четыре шеренги путем вздваивания («приступая»).

Остальные четыре находились в резерве для действия холодным оружием. В этом построении заключалась своеобразная тактика стрелецкого войска, которое умело сочетало огневой бой с ударом холодным оружием. В отличие от западноевропейских мушкетеров, ограждавших себя пикинерами, стрельцы после выстрелов решительно вступали в рукопашную схватку, прибегая к бердышу. Эти факты имеют большое значение для определения возникновения линейного строя и тактики в России.  Посланник английской королевы Елизаветы Д.Флетчер, бывший в России в 1588 г., писал, что «ни один из христианских государей не имеет такого хорошего запаса военных снарядов, как русский царь, чему отчасти может служить подтверждением Оружейная палата в Москве, где стоят в огромном количестве всякого рода пушки, все литые из меди и весьма красивые» (8).  Отличную выучку проявляли русские пушкари (9). Так, при осаде Пскова в октябре 1581 г. секретарь королевской канцелярии Я.Пиотровский писал: «Мы стреляли хорошо, а русские отплачивали нам десятикратной порцией.

Откуда у них такое изобилие ядер и пороха? Наши раз, а русские десять и редко без вреда!»  Борьба за ликвидацию иноземного гнета и за целостность Русского государства происходила в сложнейших политических условиях. Характерными чертами русской стратегии в XV—XVI вв. был переход от оборонительного характера военных действий к захвату инициативы и стратегическому наступлению. Во второй половине XVI в. стратегия русской армии отличалась значительной активностью. Обезопасив границы Русского государства с юга, военные действия были перенесены на территорию, занятую противником. В XV в. большую роль играло огнестрельное оружие, артиллерия, но несовершенство, малая подвижность вынуждали использовать их преимущественно лишь при обороне и осаде крепостей или на заранее подготовленных позициях. Объединение русских земель позволило русскому правительству собирать необходимое количество войск для ведения боевых действий. Ядром войска становятся артиллерия и пехота, вооруженная огнестрельным оружием. 

В конце XVI в. стрелецкая пехота переходит к линейному построению, используя вместо громоздкого «гуляй-города» подручные средства — обоз, временные засеки или естественные препятствия — ручьи, речки. В соотношении рукопашного и огневого боя решающая роль стала принадлежать последнему. Победа зависела от правильного сочетания рукопашного и огневого боя, согласованных действий родов войск: пехоты, конницы, артиллерии и объединений (полков). Увеличение числа стрельцов и вообще войск, вооруженных огнестрельным оружием, усложнило боевой порядок и повлекло за собой появление новых тактических форм и постепенное изменение характера боя.  Сражение, как правило, завязывала легкая конница, располагавшаяся впереди, иногда в 1—2 км от основных сил. Затем в зависимости от обстановки в атаку бросались фланговые полки: в этом случае противник подвергался удару во фланг и тыл, а с фронта сильному ружейно-артиллерийскому обстрелу боевой линией стрельцов. При необходимости в дело вступали резервные конные части.  Конные полки, если их атака была неудачной, укрывались за линией пехоты и там под ее прикрытием и защитой резерва приводили себя в порядок для нанесения повторного удара.  Старая система построения боевого порядка по полкам большому, правой, левой руки и другим постепенно уступает место линейному боевому порядку, в основе которого — использование огнестрельного оружия. Складывались элементы линейной тактики, получившие дальнейшее развитие в XVII веке. 

Подводя итоги военным реформам Ивана IV, важно отметить, что в его правление впервые в военной истории Руси 1 октября 1550 г. было создано национальное постоянное войско* — стрелецкая пехота  * Термин «войско» производное от «воя» — воина, существовал на Руси с древних времен до XVIII в. В эпоху Петра I был введен новый термин — армия (регулярная), производное от французского: armee; по латыни armare — вооружать. По этой причине для Руси в XVI—XVIII вв. желательно применять для обозначения организованного объединения вооруженных людей, находящихся на содержании государства, термин — войско, а для стран Западной Европы — армия, что, однако, не противоречит одно другому.  — имевшее элементы регулярного устройства (пребывание на службе не только в военное, но и в мирное время, государственное содержание, периодическая боевая подготовка, однотипное вооружение и обмундирование). Национальное потому, что в стрельцы набирались люди из коренного русского, православного вероисповедания, населения. Несмотря на то, что Русское государство, как и Киевская Русь, складывалось как многонациональное, но основные тяготы, особенно опасный ратный труд, возлагались на этническое большинство, объединенное общей хозяйственной деятельностью и языковой основой на единой территории. Другие, более малочисленные этнические общности (карелы, мордва: угро-финны; татары-тюрки) могли участвовать в войнах Руси, но на добровольных началах. Они, подчиняясь единому командованию со стороны русских воевод, служили под непосредственным руководством своих единоплеменников, что свидетельствовало об уважительном отношении к военным традициям малых народов. Постоянное войско становилось одной из важнейших частей государственной системы. Оно, в отличие от феодальных дружин и ополчений, выражало и защищало общегосударственные интересы.

Высшая верховная власть в лице царя и Думы могла распоряжаться таким войском независимо от воли крупных феодалов — удельных князей и боярской аристократии*.  В XVI в. в Западной Европе национальную армию удалось создать в Швеции. В 1544 г. король Густав I Ваза провел военные реформы. Он приступил к набору рекрутов в королевскую армию из различных провинций (ленов) страны. Шведская постоянная армия резко отличалась от наемных войск других стран Западной Европы. Вся пехота состояла из шведских призывников, поставляемых крестьянскими дворами. Она была достаточно однородной и сплоченной по территориальному признаку. Но шведская армия (пехота 12.034 человека и 1370 конницы) была вооружена холодным оружием. Преемники Густава I Вазы развили его начинания. В XVII в. шведы создали сильнейшую армию в Европе (10). 

Таким образом, зарождение российской постоянной армии 1 октября 1550 г. можно отнести к важнейшим событиям той эпохи, поскольку только Швеция сумела довести реформы до логического завершения. Также и в России почти одновременно был осуществлен комплекс мер, которые положили начало организации постоянного русского войска, имевшего четкое централизованное управление, рода войск (пехота, артиллерия, конница) и сыгравшего огромную роль в защите Отечества.  Жизненность военной системы, сложившейся в результате реформ Ивана IV, выдержала испытания временем. Принципы организации постоянного (стрелецкого) войска были использованы в XVII в. при формировании полков «нового строя»: солдатских, драгунских и рейтарских.  * Даже накануне знаменательного события 1480 г. освобождения Руси от монголо-татарского ига Иван III вынужден был улаживать свои отношения с братьями Борисом и Андреем Большим, которые намеревались со своими отрядами уйти из своих уделов к литовской границе.

Литература

1. Зимин А.А. К истории военных реформ 50-х годов XVI в. Исторические записки. 1956. Т.55. С.345. 

2. Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-г годов XVI в. М.-Л., 1950. Указатель имен. С.249—441.

3. Полное собрание русских летописей. М., 1963. Т.XIII. С.298 (год 1558). 

4. Неволин К.А. Образование управления в России от Ивана III до Петра Великого. СПб., 1839. С.4. 

5. Марголин С.Л.Оборона русского государства в конце XVI века. Военно-исторический сборник. Труды Государственного Исторического музея. М., 1948. Вып. XX. С.17. 

6. Там же. С.8. 

7. Казанский летописец. СПб., 1903. Т.XIX. С.425. 

8. Флетчер Д.О. О государстве Русском. СПб., 1905. С.70. 

9. Пиотровский Я. Дневник последнего похода Стефана Батория (осада Пскова). Псков, 1882. С.113—119, 193—204, 211—212. 

10. Eneyclopaedia Britannica. 1978. Vol.10, p.1048; Vol.21, p.489.

Другие новости и статьи

« Екатерина II: как управлять государством

Автомобили Вооруженных Сил Российской Федерации »

Запись создана: Пятница, 22 Ноябрь 2019 в 0:55 и находится в рубриках Кашеварная часть.

метки: ,

Темы Обозника:

В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриот патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика