Блестящий тактик воздушного боя



Блестящий тактик воздушного боя

oboznik.ru - Блестящий тактик воздушного боя
#Покрышкин#герой#летчик

О легендарном маршале авиации, трижды Герое Советского Союза Александре Ивановиче Покрышкине и его фронтовых буднях написано немало. Менее известны обстоятельства, позволявшие ему оставаться неординарной личностью. Он стал первым и единственным за годы войны летчиком, трижды представленным к званию Героя Советского Союза.

Александр Покрышкин родился 6 марта 1913 г. в Николаевске (ныне Новосибирск) в семье рабочего. Все сегодня знают прославленного аса страны, новатора, воздушного бойца, снайпера, ставшего легендой при жизни. Но далеко не всем известно, как формировалась эта личность, что способствовало тому, чтобы из простого заводского паренька получился отважный и умный тактик, талантливый военачальник, видный общественно-политический деятель. Да, гениями часто рождаются, но далеко не все ими становятся. Современники Александра Покрышкина считают, что главными условиями в воспитании его характера стали природное «сибирское упорство» и воля, тяжелый труд с детства, как у всякого подростка из простой российской семьи. «Бить баклуши» в российской глубинке всегда считалось дурным тоном, а вот труд на благо семьи приветствовался и поощрялся. Саня Покрышкин под строгим родительским оком вырос хорошим помощником семье. Советская власть открыла для молодежи широкие возможности для нравственного и физического совершенствования — курсы ликбеза, ФЗУ, секции, кружки технического мастерства, спортивные, стрелковые клубы, аэроклубы.

Они, словно магнит, тянули к себе молодежь. В этой атмосфере новых возможностей и формировался будущий воздушный ас. Сначала Александр стал квалифицированным токарем, затем способным планеристом, отменным гимнастом и боксером. Его первый армейский друг и наставник в летном деле В. Севастьянов рассказывал: «Воентехника второго ранга А. Покрышкина подселили в общежитии ко мне. Были мы парнями из далекой глубинки, жадные до знаний, фанаты спорта, поэтому сразу подружились. Однажды вечером нас подстерегли шесть хулиганов, у двоих в руках были ножи. Но мы не дрогнули, приняли боевую стойку, первых сунувшихся отработанными «хуками» послали в нокаут, а потом еще двоих положили. Остальные хулиганы разбежалась…».

Мало кто знает, что, кроме Пермской авиашколы, Александр Иванович успел попутно закончить годичное Ленинградское авиатехническое училище доподготовки. Он не только учился пилотировать Р-5, но и внес многие усовершенствования в оборудование кабины и даже рассчитал новую центровку, что значительно улучшило противоштопорные характеристики самолета, за что он получил благодарность и ценный подарок от конструктора А. Поликарпова, а от наркома обороны СССР К. Ворошилова — именные часы. Но работа техника самолета не в полной мере удовлетворяла его. Молодому парню хотелось летать. Рабочая смекалка, чувство товарищества, закаленные в труде и спорте воля и характер, это, конечно, хорошо, но как пробиться через чиновничьи препоны? Сколько времени пришлось «уламывать» начальника Краснодарского аэроклуба, чтобы его допустили к полетам. Добиваясь права летать, Покрышкин не сдавался, не ломался при очередном отказе, написав один за другим 39 рапортов!

И все-таки Покрышкин добился своего. Стал помогать аэроклубу, проводить лекции и беседы по авиатехнике с курсантами. Полеты наконец-то разрешили. За короткий личный отпуск Александр Иванович успел сдать все зачеты по теории, выполнить контрольные полеты с инструктором и налетать самостоятельно на У-2 необходимое количество часов. 40-й по счету рапорт К. Ворошилову со справкой об окончании летного курса стал переломным в судьбе Александра Покрышкина. Дальше его ждала учеба в знаменитом Качинском авиаучилище, которое он вместо трех лет окончил за девять месяцев. Далее служба в 55-м авиаполку на Украине, затем — в Молдавии. Далеко не все гладко складывалось у молодого летчика в службе. Нет, летал он успешно, уверенно освоил истребитель МиГ-3, но в первые дни войны по ошибке сбил свой бомбардировщик Су-2. Все могло в биографии повернуться иначе. Но комэск Исаев (бывший комиссар эскадрильи на Карельском фронте, раненый там и награжденный орденом Ленина) к промашке молодого командира звена отнесся с пониманием и встал на его защиту. И хотя норовистого сибиряка едва не исключили из партии и не отдали под суд, позднее представил к первой Звезде Героя, а потом и ко второй. Талант военного летчика Покрышкина расцвел, он совершил 650 боевых вылетов, провел 157 боев, одержав 59 побед. Сослуживец Александра Ивановича, председатель совета ветеранов 9-й гвардейской авиационной дивизии В. Маслов уверяет, что сбитых вражеских самолетов у Покрышкина 116. Подтверждают это уже поднятые после войны документы, да в этом ли суть…

Главное, что на Кубани он стал лидером советской истребительной авиации, блестящим тактиком и новатором воздушного боя. Некоторые недоброжелатели вслед за побитыми немецкими генералами утверждают, что немецкая авиация побеждала нашу везде, в том числе и на Кубани. Говорить можно всякое. Однако факт остается фактом, советские летчики перед гитлеровскими «тузами» не дрогнули, а стоило подняться в воздух А. Покрышкину, тотчас же звучало в эфире: «Ахтунг, ахтунг! В воздухе Покрышкин!», и хваленые немецкие асы в страхе разлетались… Не мы, а фашисты бежали с Кубани, бежали с Днепра, из Прибалтики. И над Берлином реял наш победный флаг. Командующий 8-й воздушной армией генерал Т. Хрюкин был строг и скуп на похвалу, но в представлении на третью звезду Героя Советского Союза Покрышкину написал «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас». Что характерно, сам Александр Иванович из всех своих боевых достижений на первое место ставил то, что по его вине не погиб ни один пилот, которых он поднимал в воздух… Герой войны, мастер воздушного боя не один год пребывал в «служебной опале», долго «ходил в различных заместителях» и девять лет не получал положенного по штатной должности генеральского звания.

И все за то, что отказался прислуживать сыну вождя генералу В. И. Сталину, да и отзывался о нем, как о командире, не очень лестно. Разработчика тактики и стратегии воздушного боя Александра Покрышкина не баловали и после смерти вождя, — многие в «верхах» за открытость души и твердость характера откровенно его недолюбливали. Во всяком случае, как наиболее вероятного кандидата на должность Главкома ВВС и ПВО его кандидатуру не рассматривали. Даже власти Чечено-Ингушской АССР относились к герою с прохладцей. А причина нелюбви к Покрышкину лежала на поверхности. Республиканским первым лицам давно хотелось военный аэродром в Ханкале сделать гражданским и подчинить себе. Они «бомбардировали» по этому поводу и ЦК, и Совмин СССР письмами. Собираясь в командировку в Чечено-Ингушскую республику, первый зам. П. Батицкого генерал армии А. Щеглов подошел к Покрышкину: «Александр Иванович, ты курируешь авиацию, что сказать в Грозном насчет аэродрома, если спросят?» — «Аэродром в Ханкале — собственность Министерства обороны. Он больших денег стоит. Пусть платят 50 миллионов или отстанут…». На месте Щеглов примерно в таком тоне и ответил. Когда через год в Слепцовскую под Грозным собрался сам Покрышкин, в обкоме КПСС к новости отнеслись прохладно — ну и что, что Покрышкин? Даже отказывались выделить легковой автомобиль «Волгу» для встречи именитого гостя.

Зато в Слепцовской, где проживали его сослуживцы по Северо-Кавказской воздушной армии, генерал-полковника А. Покрышкина власти встретили по-иному — прямо на сцене вечером накрыли торжественный стол, тосты за трижды Героя Советского Союза поднимали все с воодущевлением… Сам Александр Иванович не искал дружбы в «верхах», сближался лишь с теми, кто ближе был ему по духу. Он тепло общался с бывшим членом Политбюро ЦК КПСС Ефимом Шелестом, выведенным из состава Политбюро и работавшем в Подмосковье главным инженером оборонного предприятия, талантливым специалистом и организатором, которого знал еще по Киеву. Из действующих членов Политбюро все вопросы решал только с А. Косыгиным и К. Мазуровым, бывшим руководителем комсомольского подполья Белоруссии, Героем Советского Союза. Блестящий организаторский талант А. Покрышкина проявился, когда он вступил в должность председателя ЦК ДОСААФ СССР. Он превратил структуру Оборонного общества страны в неиссякаемый резерв квалифицированных кадров для Вооруженных сил СССР. Скажи сейчас, что во времена А. Покрышкина и С. Харламова УАЦ ДОСААФ обучали курсантов-летчиков полетам в СМУ и ночью, вряд ли кто сейчас поверит. Александр Иванович Покрышкин был не только стратегом и тактиком воздушного боя, он был великим патриотом, большым общественным и государственным деятелем. Еще в 1943 году он выступил в роли общественного обвинителя на первом показательном суде над изменниками и предателями Родины, заклеймив их яркой и гневной речью. В послевоенный период он — член ЦК КПСС, депутат Верховного Совета СССР 2—10 созывов, член Президиума Верховного Совета СССР (1979—1984 гг.). Скольким людям помог народный депутат Покрышкин, сколько решил разных вопросов — сосчитать невозможно. Член Союза писателей СССР А. Покрышкин оставил нам в наследство десятки книг и статей, которые учат нас не только воевать, но и любить Родину, а самое главное — честно работать и жить. Александр Иванович долго жил в Москве, закончил две академии, избирался депутатом Моссовета. Мы, ветераны Великой Отечественной войны и военной службы, бережно храним память о боевом товарище. Благодаря и нашим усилиям есть в городах улицы трижды Героя Советского Союза А. Покрышкина, его памятники и бюсты. Существует даже Фонд имени А. И. Покрышкина, созданный семьей героя и земляками из Новосибирска.

А. ПЕРЕПАДЯ



Другие новости и статьи

« Территориальная оборона

С кем воевали федеральные войска в Чеченской Республике? »

Запись создана: Воскресенье, 17 Ноябрь 2019 в 0:20 и находится в рубриках Вторая мировая война.

Метки: , , ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии для сайта Cackle

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы