Единство формы и содержания в искусстве

Имеются все основания для того, чтобы говорить о трехчленном единстве, или, точнее, о таком единстве содержания и формы в настоящем искусстве, благодаря которому возникает художественная правда. И онато и есть тот третий член, тот специфический предмет изучаемой проблемы, который до сих пор обозначался нами как синтетическое качество искусства. Понятие художественной правды употребляется и в материалистической, и в идеалистической эстетике, но смысл, вкладываемый в него, при этом весьма различен. Данный термин используется часто для противопоставления искусств;; жнзнн. Под художественной правдой понимается как раз то, что не совпадает с правдой жизни.

Такой взгляд на вещи берет начало из глубины веков от Платона и его последователен. Как известно, великий ученик Сократа считал, что по самой своей сущности искусство не может быть чемлибо иным, кроме как иллюзией — тенью теней, ибо весь реальный мир, согласно этой философской системе,— бледное отражение потусторонних идей. Последователи Платона выдвинули получившую широкое распространенно мысль: искусство это то, что прибавляет художник к природе. Такая посылка и приводит к утверждению: художественность — это все то, что сверх реального, что делает искусство красивее жизни или непохожим на нее. Задача искусства определяется при этом совершенно недвусмысленно — создаиио «сладостной легенды». Гносеологический постулат об отражении жизни искусством предлагается заменить идеей творческого преображения действительности, требованием активно-субъективного отношения художника к окружающему.

Если в повседневной своей практике или научных или экономических построениях, связанных например с таким процессом, как здесь человек вынужден считаться с объективными закономерностями, подходить с присущей к данному предмету мерой, оставаться в границах необходимости и логики отношения причин и следствий, то, по мысли сторонников этого тезиса, художнику открывается величайшая свобода — творить по собственному усмотрению. Подобной системе взглядов, казалось бы, логично противопоставить утверждение об идентичности художественной правды и правды жизни.

Но на деле все обстоит гораздо сложнее. Попытки такого отождествления и в художественной практике, и в теории оканчивались торжеством фактографнзма, натурализма. Художник привносит н не может не привносить творческое начало в изображение жизни, в передачу фактов и событий, и тем самым правда искусства отличается от правды жизни, не равна ей, не копирует и не дублирует изображаемый объект. Но художественная правда немыслима вопреки реальному.