19 Апрель 2019

Проблемы единства объема социально-пенсионных прав граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей

oboznik.ru - Проблемы единства объема социально-пенсионных прав граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей
#пенсия#закон#право

Конституционный Суд РФ отметил, что различия в условиях приобретения отдельными категориями граждан права на пенсию и реализацию пенсионных прав не должны устанавливаться произвольно. Они допустимы, если объективно оправданны, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им. В сфере пенсионного обеспечения соблюдение принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в пенсионных правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях) (п. 3.2 постановления Конституционного Суда РФ от 16 июля 2007 г. N 12-П*(1)).

Также, например, размеры пенсии по инвалидности дифференцируются у военнослужащих в зависимости от группы и причины инвалидности, у остальных категорий граждан - только в зависимости от группы инвалидности. Из сравнения понятия военной травмы, закрепленного в подп. 1 п. 2 ст. 15 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации"*(2) (далее - Федеральный закон о государственном пенсионном обеспечении) и подп. "а" ст. 21 Закона РФ от 12 февраля 1993 г. N 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей"*(3) (далее - Закон РФ 1993 г.), пенсия по инвалидности вследствие военной травмы не назначается бывшим военнослужащим, проходившим военную службу по призыву и ставшим инвалидами вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных во время их пребывания в плену. Таким образом, можно говорить о неравноправном положении военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, и военнослужащих, проходящих военную службу по контракту. И хотя в настоящее время в связи с отсутствием крупномасштабных войн такое различие может не иметь большого практического значения, принципиальный подход законодателя к пенсионному обеспечению указанных категорий военнослужащих не может быть, на наш взгляд, оценен как соответствующий Конституции РФ.

Согласно ст. 15 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении, военнослужащим, проходившим военную службу по призыву, размер пенсии по инвалидности устанавливается как процент социальной пенсии. В соответствии со ст. 22 Закона РФ 1993 г. размер пенсии военнослужащим, проходившим службу по контракту, устанавливается в процентном отношении от суммы денежного довольствия. На наш взгляд, условия назначения пенсии для всех военнослужащих должны быть одинаковыми, поскольку условия их службы принципиально не отличаются. И призывники, и контрактники подчиняются одним и тем же воинским уставам, одинаково должны рисковать здоровьем при исполнении своих обязанностей, несут одинаковую дисциплинарную и уголовную ответственность и т.д. Вместе с тем размер пенсии, составляющий 300% социальной пенсии у солдата-призывника, может оказаться меньше размера пенсии в 85% денежного довольствия у солдата-контрактника. Данная проблема возникла после перехода на контрактную основу и повышения денежного довольствия военнослужащим. На наш взгляд, более справедливым является установление проходящим службу по призыву солдатам, матросам, сержантам и старшинам денежного довольствия на уровне денежного довольствия равных им по званию военнослужащих, проходящих службу по контракту, и исчисления размера пенсии по инвалидности из него по правилам Закона РФ 1993 г.*(4)

Пример
В марте 2012 г. Г.В. Ледовской обратился в Управление МВД России по Курской области, которое осуществляет его пенсионное обеспечение, с заявлением о выплате ему ежемесячной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью, установленной частью 13 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат"*(5), однако получил отказ, мотивированный тем, что факт выплаты страхового возмещения в связи с установлением инвалидности после увольнения со службы свидетельствует о предоставлении ему предусмотренных законодательством мер социальной защиты, а получение военной травмы во время прохождения военной службы по призыву не порождает обязанности пенсионного органа МВД России, выплачивающего ему пенсию за выслугу лет, предоставить также ежемесячную денежную компенсацию в возмещение вреда, причиненного здоровью в период прохождения военной службы. Суды общей юрисдикции, куда обратился Г.В. Ледовской, также отказали в удовлетворении его исковых требований*(6). Конституционный Суд РФ, изучив данный вопрос, в постановлении от 19 мая 2014 г. N 15-П*(7) пришел к следующему выводу: "…федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции РФ и с учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, изложенных в настоящем постановлении, - внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на обеспечение выплаты указанным лицам ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной частью 13 ст. 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

Как совершенно правильно заметил ученый-юрист В.М. Корякин, "принятие данного акта высшего органа конституционного контроля призвано существенно укрепить гарантии защиты прав и законных интересов инвалидов вследствие военной травмы, способствовать утверждению начал законности и социальной справедливости в данной сфере"*(8).
При этом Конституционный Суд РФ особо подчеркнул, что действующее правовое регулирование в его истолковании правоприменительной практикой - вопреки цели, которую при принятии Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" преследовал федеральный законодатель (наиболее полное возмещение вреда, причиненного здоровью гражданина в период прохождения им военной службы, в том числе по призыву), - приводит к необоснованным различиям в объеме социальных прав таких граждан в зависимости от того, какую профессиональную деятельность (работу, службу и т.д.) осуществлял гражданин после получения военной травмы и увольнения с военной службы. Такая дифференциация в сфере социальной защиты лиц, относящихся к одной и той же категории (инвалиды вследствие военной травмы), несовместима с конституционным принципом равенства и не согласуется с конституционно значимыми целями возможных ограничений прав и свобод человека и гражданина (абз. 3 п. 4.1 постановления Конституционного Суда РФ от 19 мая 2014 г. N 15-П).
Таким образом, Конституционный Суд РФ дал оценку конституционности ч. 15 ст. 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат". Оспоренная норма являлась предметом рассмотрения в той мере, в какой она служит основанием для решения вопроса о предоставлении предусмотренной частью 13 данной статьи ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью, гражданам, являющимся инвалидами вследствие военной травмы (далее - ежемесячная денежная компенсация), полученной в период военной службы по призыву, если до установления инвалидности они проходили службу в органах внутренних дел, в связи с чем им установлена пенсия за выслугу лет, выплачиваемая с учетом увеличения, предусмотренного пунктом "а" ст. 16 Закона РФ 1993 г.

Конституционный Суд РФ признал оспоренное законоположение соответствующим Конституции РФ в той мере, в какой им устанавливается принцип недопустимости повторного предоставления по одному основанию одинаковых по своей правовой природе выплат, в том числе ежемесячной денежной компенсации, и не предполагается возможность произвольного отказа от предоставления военнослужащим, получившим военную травму в период прохождения военной службы по призыву и впоследствии признанным инвалидами, указанной ежемесячной денежной компенсации.

В то же время оспоренное нормативное положение было признано не соответствующим Конституции РФ в той мере, в какой оно служит основанием для отказа в выплате ежемесячной денежной компенсации тем гражданам, которые получили военную травму в период прохождения военной службы по призыву и после увольнения с военной службы до установления инвалидности вследствие военной травмы проходили службу в органах внутренних дел, в связи с чем получают пенсию за выслугу лет, выплачиваемую с учетом увеличения, предусмотренного пунктом "а" ст. 16 Закона РФ 1993 г.

Также статьей 2 Закона РФ от 15 января 1993 г. N 4301-I "О статусе Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы"*(9) гражданам, удостоенным звания Героев, предусмотрена выплата пенсий в повышенном размере в соответствии с законодательством. Однако если Закон РФ 1993 г. для указанных лиц, проходивших службу по контракту, предусматривает право на такое повышение (п. "а" ст. 45), то Федеральным законом о государственном пенсионном обеспечении для Героев, проходивших службу по призыву, такое право не содержит. Таким образом, в отношении заслуженных граждан, проходивших службу по призыву, норма ст. 2 Закона РФ от 15 января 1993 г. N 4301-I остается нереализованной. Также обязывает предоставлять ветеранам боевых действий льготы по пенсионному обеспечению и норма ст. 16 Федерального закона от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ "О ветеранах"*(10). Однако если для ветеранов боевых действий, служивших по контракту, пункт "г" ст. 45 Закона РФ 1993 г. повышение размеров пенсий предусматривает (32% размера социальной пенсии), то для ветеранов, служивших по призыву, Федеральный закон о государственном пенсионном обеспечении такое право не содержит.

Инвалидам вследствие военной травмы, проходившим службу по призыву, предоставляется право на одновременное получение двух пенсий - пенсии по инвалидности по ст. 15 Закона РФ 1993 г. и трудовой пенсии по старости (п. 3 ст. 3 настоящего закона), которая выплачивается при достижении 55-летнего (женщины) и 60-летнего (мужчины) возраста. Однако инвалиды, проходившие службу по контракту, как указано в ст. 3 Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении, имеют право на одновременное получение пенсии по инвалидности по Закону РФ 1993 г. и страховой части трудовой пенсии по старости по Федерального закона 2001 г. "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" лишь при соблюдении определенных условий для назначения им пенсии по последнему закону. Считаем, что вышеперечисленные нормы также нарушают принцип равенства прав граждан, в равной степени пострадавших при защите Отечества и впоследствии оказавшихся в одинаково сложном социальном положении.

Если частью 2 ст. 58 Закону РФ 1993 г. и пунктом 2 ст. 23 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"*(11) предусмотрена ответственность пенсионного органа за несвоевременно выплаченную пенсию (задолженность подлежит выплате без ограничения каким-либо сроком), то Федеральный закон о государственном пенсионном обеспечении и изданное в его исполнение постановление Минтруда России от 27 февраля 2002 г. N 17*(12) норму о такой же ответственности перед лицами, прошедшими военную службу по призыву, не содержат. Необходимо ст. 23 Закона Федерального закона о государственном пенсионном обеспечении дополнить нормой об ответственности пенсионного органа за несвоевременно выплаченную пенсию*(13).

Сегодня в нашей стране только по линии Министерства обороны РФ насчитывается около 50 тыс. членов семей, потерявших сыновей, отцов, мужей в годы Великой Отечественной войны, в локальных войнах и в различных военных конфликтах. За последние годы увеличилось число социальных гарантий членам семей погибших защитников Отечества, возрос уровень их материальной поддержки. В частности, пенсии вдов военнослужащих достигли порядка 18,5 тыс. руб. при средней пенсии 10,7 тыс. руб.*(14) По данным Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации на 2013 г., в нашей стране проживают 462 тыс. членов семей погибших (умерших) инвалидов войны, участников Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий, а также военнослужащих, погибших при исполнении служебных обязанностей. Автор настоящей статьи довольно часто обращал внимание на то, что в процессе реализации мер социальной поддержки, устанавливаемой для семей погибших (умерших) военнослужащих, практически повсеместно возникают определенные проблемы их правоприменения в данной сфере общественных отношений*(15). Эти проблемы возникают как по объективным, так и по субъективным причинам. Так, например, нормативно-правовые акты, изданные в сфере обеспечения жилыми помещениями членов семей военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения ими военной службы в связи с исполнением обязанностей военной службы, требуют на сегодняшний день более детального раскрытия, систематизации и упорядочения*(16).

Социальная защита семей погибших защитников Отечества является функцией государства и предусматривает реализацию их прав, социальных гарантий и компенсаций органами государственной власти, а также совершенствование механизмов и институтов социальной защиты указанных лиц (ст. 3 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"*(17)). Поэтому, на взгляд автора статьи, необходимо особо подчеркнуть важную роль соответствующих должностных лиц государственной власти, органов местного самоуправления, органов военного управления в доступности правового толкования и комментария законодательства, касающегося вопросов реализации мер социальной поддержки членов семей погибших (умерших) защитников Отечества, для всех заинтересованных граждан в нашей стране, чтобы тем самым избежать необоснованных денежных затрат как со стороны государства, так и со стороны членов семей погибших (умерших) военнослужащих, так как представление интересов в судах общей юрисдикции по спорам, связанным с реализацией социальных гарантий, компенсаций и мер социальной поддержки, предусмотренных для семей погибших (умерших) защитников Отечества, очень часто требует высокой квалифицированной профессиональной юридической помощи со стороны адвокатов и других представителей с юридическим образованием.

В настоящий момент времени существующая система социальных гарантий и компенсаций в сфере социальной поддержки семей погибших (умерших) военнослужащих регламентируется достаточно большим массивом нормативных правовых актов, в которых даже практикующим юристам с трудом удается разобраться, что уж говорить о гражданах, которые не имеют никакого юридического образования. Как правильно заметила Ю.В. Васильева, в том, что обязательным этапом проверки качества законодательства служит юридическая практика, именно эта "обратная связь" отражает реальное состояние и действенность законодательства*(18). Таким образом, правоприменение, нарушающее конституционное право граждан на социальное обеспечение, чаще всего свидетельствует о дефекте юридической техники, который допускает неоднозначное понимание и применение нормы права, в то время как законодательство должно быть конкретным, т.е. содержать четко выраженные правила поведения, способные однозначно регулировать определенную сферу общественных отношений, при сохранении разумной обобщенности его содержания*(19). Поэтому, как правильно подметила О.А. Самарина, "вынесение Конституционным Судом РФ решений, в которых дается конституционно-правовое истолкование положений законодательства о социальном обеспечении, должно служить сигналом законодателю о недостаточном уровне законодательной техники. Конституционный Суд РФ в пределах своих полномочий выявляет и оперативно преодолевает такой дефект, в результате чего формируется единообразное понимание и применение соответствующей нормы"*(20).

Например, направление военнослужащего в зону боевых действий является ничем иным, как актом распоряжения жизнью военнослужащего, так как риск причинения смерти максимален (исходя из существа права на жизнь, гарантированного статьями 20 и 55 Конституции РФ). В условиях мирного времени это возможно только с согласия военнослужащего, но даже при наличии такого согласия командование должно принять все меры, направленные на обеспечение его безопасности как тактическими средствами и способами ведения боя, так и путем формирования навыков и умений у каждого военнослужащего. Несоблюдение вышеизложенных требований по обеспечению безопасности позволяет ставить под сомнение законность направления военнослужащего в зону вооруженного конфликта, качество предварительного обучения (подготовки) для ведения боевых действий в условиях горной местности, города и т.д. А значит, и гарантии безопасности военной службы также должны быть установлены на федеральном уровне. Однако в условиях боевых действий гарантировать безопасность практически невозможно, можно обеспечить лишь имущественные гарантии на случай причинения вреда*(21).

Следовательно, под безопасностью военнослужащего необходимо понимать состояние защищенности его интересов, выражающееся в отсутствии реальных возможностей наступления вредных для него обстоятельств. В данном определении говорится об отсутствии реальных возможностей наступления вредных обстоятельств, поскольку они возникают из абстрактных обстоятельств, появление которых предотвратить невозможно. В реальной действительности по многочисленным причинам безопасность военнослужащего как таковая недостижима, ибо каждому из нас всегда угрожают какие-то опасности, о которых мы не всегда помним и которые не всегда осознаем. Тем не менее они реальны, особенно в ходе выполнения обязанностей военной службы, которые сопряжены с прямым или косвенным риском для жизни. Из принципиальной недостижимости безопасности военнослужащего вовсе не следует, что к ней не следует стремиться как к идеалу, постоянно повышая степень защищенности военного человека, последовательно и параллельно обеспечивая ему витальный, физический, психический, духовный, интеллектуальный и другие компоненты безопасности.

Исходя из уяснения сущности безопасности военнослужащего, можно определить обеспечение безопасности военнослужащего как деятельность, препятствующую возникновению и воплощению в жизнь реальных возможностей наступления вредных для конкретного военнослужащего обстоятельств. Тогда под правовым обеспечением безопасности военнослужащего следует понимать деятельность отдельных людей, в том числе самого военнослужащего, должностных лиц, специальных подразделений и структур по недопущению и устранению реальных возможностей наступления вредных обстоятельств для военнослужащего на основе права, с помощью сил и средств, предусмотренных законами*(22). Следовательно, военнослужащий независимо от формы прохождения им военной службы - по контракту или по призыву, должен знать о том, что в случае его гибели или повреждения его здоровья ему или членам его семьи (в случае его гибели) будут предоставлены вполне достойные государственные социальные гарантии и компенсации, а также различные меры социальной поддержки со стороны государства, которое он защищает не щадя своей жизни.

Так, недавно вышло в свет постановление Конституционного Суда РФ от 1 июля 2014 г. N 20-П по делу о проверке конституционности абзаца первого пункта 2 Постановления Верховного Совета РФ "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" в связи с жалобой гражданина В.Ф. Лякина*(23). Суть постановления состояла в следующем. В силу конституционных принципов равенства и справедливости военнослужащие, здоровью которых причинен вред при исполнении обязанностей военной службы, в равной мере должны обладать правом на его возмещение. Однако действующее правовое регулирование устанавливает различные правила возмещения вреда, причиненного здоровью воздействием радиации, в зависимости от обстоятельств его причинения.
Так, в соответствии с п. 6 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" (и действовавшим до 1 января 1998 г. Законом РФ от 22 января 1993 г. N 4338-1 "О статусе военнослужащих") в системной связи с п. 15 ч. 1 ст. 14 Закона РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС"*(24) военнослужащие, принимавшие участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС и ставшие вследствие этого инвалидами, наделены правом на получение ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью воздействием радиации.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 26 ноября 1998 г. N 175-ФЗ "О социальной защите граждан Российской Федерации, подвергшихся воздействию радиации вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча"*(25), военнослужащие, принимавшие в 1957-1961 гг. непосредственное участие в работах по ликвидации последствий аварии в 1957 г. на производственном объединении "Маяк", а также занятые на работах по проведению защитных мероприятий и реабилитации радиоактивно загрязненных территорий вдоль реки Теча в 1949-1962 гг. и ставшие инвалидами вследствие воздействия радиации, полностью приравнены к инвалидам-чернобыльцам, в том числе получают ежемесячные компенсации в возмещение вреда здоровью.
Возможность получения ежемесячных денежных компенсаций в возмещение вреда, причиненного здоровью, предусмотрена также для военнослужащих, получивших заболевание при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в результате поражений, обусловленных воздействием радиоактивных веществ, которым установлена причина инвалидности "военная травма" (ч. 13 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", п. 94 постановления Правительства РФ от 4 июля 2013 г. N 565 "Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе"*(26)).

Как следует из приведенных нормативных положений, военнослужащим, пострадавшим в результате радиационного воздействия при исполнении служебных обязанностей и признанным в связи с этим инвалидами, за исключением инвалидов из числа граждан из подразделений особого риска, предоставлено право на получение ежемесячных компенсационных выплат в возмещение вреда здоровью либо путем приравнивания их к инвалидам-чернобыльцам, либо путем отнесения их к инвалидам вследствие получения военной травмы. Что касается граждан, которые в период прохождения военной службы получили повреждение здоровья при выполнении в рамках служебных обязанностей государственно значимых задач в связи с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска, то фактически они поставлены в худшее положение по сравнению как с военнослужащими, признанными инвалидами вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в связи с аварией на Чернобыльской АЭС (и приравненными к ним лицами), так и с инвалидами вследствие получения военной травмы.
Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что вышеуказанные нормы неконституционны. Они являются таковыми в той мере, в какой не предполагают, что данным гражданам, ставшим инвалидами из-за радиационного облучения, выплачивается ежемесячная компенсация в возмещение вреда здоровью. Как подчеркнул Конституционный Суд РФ, изначально акт, нормы которого оспариваются, предоставлял данным лицам такие же меры социальной поддержки, как и инвалидам-чернобыльцам.

Между тем в результате корректировки правила закона в части упомянутой компенсации перестали распространяться на этих лиц. Законодатель мог бы отменить выплату гражданам из названных подразделений, если бы это имело объективное и разумное оправдание. Однако его нет. По сути, такие лица поставлены в неравное положение по сравнению с теми, кто относится вместе с ними к одной и той же категории (в том числе с ликвидаторами аварии на Чернобыльской АЭС).

Таким образом, абзац 1 п. 2 постановления Верховного Совета РФ "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" не соответствует Конституции РФ, ее ст. 7, 19 (ч. 1 и 2), 39 (ч. 1) и 42, в той мере, в какой он не предполагает в системе действующего правового регулирования предоставления ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием, гражданам из подразделений особого риска, ставшим инвалидами, чем ухудшает их положение по сравнению с другими гражданами, пострадавшими в результате радиационного воздействия при исполнении обязанностей военной службы и вследствие этого признанными инвалидами (постановление Конституционного Суда РФ от 1 июля 2014 г. N 20-П).
Законодатель должен изменить регулирование так, чтобы данным гражданам гарантировалось право на возмещение вреда здоровью. Причем это право должно гарантироваться на равных условиях с теми военнослужащими, кто стал инвалидом из-за повреждения здоровья вследствие радиационного. До принятия необходимых поправок указанным гражданам должна выплачиваться ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда здоровью. Величина выплат - те же размеры, что и аналогичная компенсация, предусмотренная законом для названных инвалидов-чернобыльцев.

Следовательно, учитывая вышеизложенное, гражданам - военнослужащим, ставшими инвалидами из-за радиационного облучения, предоставляются в настоящий момент, как указал Конституционный Суд РФ, такие же меры социальной поддержки, как и инвалидам-чернобыльцам из числа военнослужащих. Значит, и вдовы граждан-инвалидов из числа военнослужащих - ветеранов подразделений особого риска должны иметь равные меры социальной поддержки с вдовами инвалидов-чернобыльцев из числа военнослужащих.
При этом необходимо особо отметить, что некоторые правовые вопросы о мерах социальной поддержки вдовам военнослужащих-инвалидов из числа ветеранов подразделений особого риска рассмотренных нами в другой статье*(27), остаются открытыми, но на сегодняшний момент вполне созданы все необходимые предпосылки для существенного увеличения льгот и компенсаций и для вышеуказанной категории граждан.
В случае обращения вышеуказанной категории граждан из числа вдов военнослужащих-инвалидов из подразделений особого риска в суды общей юрисдикции для признания таких мер социальной поддержки, которые предоставляются на сегодняшний день вдовам инвалидов-чернобыльцев из числа военнослужащих, возникнут определенные правовые проблемы.
Как известно, Конституционный Суд РФ в постановлении от 16 июня 1998 г. N 19-П*(28) пришел к выводу о том, что суды общей юрисдикции при обнаружении несоответствия Конституции РФ федерального закона или закона субъекта РФ не вправе разрешать дело на основе прямого применения Конституции РФ, а обязаны обратиться в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности этого закона. Из текста данного постановления, на наш взгляд, можно сделать вывод об исключительном применении конституционных норм, обусловленном определенными дефектами правового регулирования (пробельность, коллизионность). На первый взгляд декларируемая возможность непосредственного применения Конституции РФ в том случае, когда конституционно-правовая норма "самодостаточна", т.е. не требует дополнительной регламентации, расходится с данным выводом. Однако здесь нужно учитывать, что сама по себе ситуация наличия конституционно-правовой нормы, не опосредованной текущим законодательством, является исключительной*(29).
Как справедливо утверждает ученый-юрист М.В. Пресняков, причиной прямого применения ч. 3 ст. 59 Конституции РФ может быть "нештатная"правоприменительная ситуация при отсутствии, например, соответствующего закона, т.е. пробел в текущем законодательстве. Однако отсутствие соответствующего закона и непосредственное применение конституционных норм носят. как отмечает М.В. Пресняков, "исключительный" характер: она обусловлена несовершенством текущего законодательства. Получается, что сама конституционная норма требует наличия закона и подзаконных актов для своей реализации, а их отсутствие воспринимается как "конституционно-ущербный пробел". Представляется, что основной причиной, послужившей запрету судам общей юрисдикции непосредственно принимать решение на основе конституционных норм при обнаружении несоответствия закона или иного нормативно-правового акта Конституции РФ, является опасность "разноречивого толкования различными судами конституционных норм". При "преодолении" коллизии путем непосредственного применения конституционных норм такая опасность возникает дважды*(30).
Во-первых, суд должен четко установить, что конкретная норма закона или иного нормативно-правового акта не соответствует Конституции РФ. Безусловно, этот процесс потребует от суда интерпретативной деятельности, и не только в отношении нормы исследуемого закона, но и в отношении норм Конституции РФ.
Во-вторых, суду потребуется установить действительный смысл конституционной нормы уже в процессе непосредственного применения Конституции Российской Федерации*(31).
Таким образом, сложность в прямом применении Конституции Российской Федерации судебными органами общей юрисдикции (по мнению М.В. Преснякова, суды общей юрисдикции обладают лишь теоретической возможностью прямого применения Конституции, когда текущее регулирование отсутствует, а конституционная норма не отсылает к закону, либо опосредованного применения конституционной нормы в интерпретации Конституционного Суда при наличии правового пробела) еще больше усложняют общественные отношения между гражданином и государством по вопросам единства объема социально-пенсионных прав граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей.

─────────────────────────────────────────────────────────────────────────
*(1) См.: Вестник Конституционного Суда РФ. 2007. N 5.
*(2) См.: Российская газета. 2001. 20 декабря.
*(3) См.: Российская газета. 1993. 26 февраля.
*(4) См.: Жаворонков Р.Н. Правовое регулирование труда и социального обеспечения инвалидов в Российской Федерации: Дисс. … д.ю.н. Москва. 2014. С. 245-246.
*(5) См.: Российская газета. 2011. 9 ноября.
*(6) Подробнее см.: Корякин В.М. Увеличение пенсии за выслугу лет инвалидам вследствие военной травмы и ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного их здоровью, имеют различную правовую природу (комментарий к постановлению Конституционного Суда РФ от 19 мая 2014 г. N 15-П // Право в Вооруженных Силах. 2014. N 7. С. 2-5.
*(7) См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 19 мая 2014 г. N 15-П "По делу о проверке конституционности части 15 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" в связи с жалобой гражданина Г.В. Ледовского" // Российская газета. 2014. 27 мая.
*(8) Корякин В.М. Указ. изд. С. 5.
*(9) См.: Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 7. Ст. 247.
*(10) См.: Российская газета. 1995. 25 января.
*(11) См.: Российская газета. 2001. 20 декабря.
*(12) См.: Российская газета. 2002. 5 июня.
*(13) См.: Моисеева С.В. Возмещение вреда, причиненного здоровью и жизни военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации: Дисс. … к.ю.н. Волгоград. 2014. С. 95-97.
*(14) См.: Из выступления министра труда и социальной защиты Российской Федерации М.А. Топилина на заседании Российского организационного комитета "Победа" 12 июля 2013 г. // Боргоякова Т.В., Аксенов П.В. Информационно-аналитический материал на тему: "Правовое обеспечение социальной защиты семей погибших защитников Отечества и предложения по его совершенствованию". С. 11.
*(15) См.: Ефремов А.В. О некоторых вопросах перерасчета пенсии по случаю потери кормильца // Право в Вооруженных Силах. 2011. N 8. С. 56-59; он же. О предоставлении мер социальной поддержки членам семей погибших (умерших) ветеранов боевых действий // Право в Вооруженных Силах. 2012. N 9. С. 98-102; он же. К вопросу о переходе к наследникам прав, принадлежавших на день смерти военному пенсионеру как субъекту пенсионных правоотношений // Право в Вооруженных Силах. 2011. N 6. С. 69-71; он же. Право на выплату пенсии по случаю потери кормильца утрачивается в связи с призывом на военную службу // Право в Вооруженных Силах. 2010. N 11. С. 88-90.
*(16) См.: Трофимов Е.Н. О некоторых вопросах обеспечения жилыми помещениями членов семей военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения военной службы в связи с исполнением обязанностей военной службы // Право в Вооруженных Силах. 2013. N 9.
*(17) См.: Российская газета. 1998. 2 июня.
*(18) См.: Васильева Ю.В. Кодификация российского законодательства о социальном обеспечении. С. 154.
*(19) См.: Кашанина Т.В. Юридическая техника: Учебник. М., 2008. С. 147; Сырых В.М. Логические основания общей теории права. Т. 2. М., 2004. С. 271-273.
*(20) Самарина О.А. Российское законодательство о социальном обеспечении и роль в его развитии конституционного (уставного) правосудия: Дисс. … к.ю.н. Пермь, 2013. С. 94.
*(21) См.: Калинин В.М. Комментарий законодательства о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих "За права военнослужащих". М., 2004. С. 91-92 (извлечение).
*(22) См.: Борисов О.А. Правовое обеспечение безопасности военной службы как составная часть правового обеспечения прохождения военной службы // Российский военно-правовой сборник. Актуальные проблемы правового обеспечения прохождения военной службы в Российской Федерации. "За права военнослужащих". М., 2006. С. 77.
*(23) См.: Российская газета. 2014. 9 июля.
*(24) См.: Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1991. N 21. Ст. 699.
*(25) См.: Российская газета. 1998. 2 декабря.
*(26) См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2013. N 28. Ст. 3831.
*(27) См.: Ефремов А.В. Правовые вопросы, возникающие в сфере социально-пенсионного обеспечения вдов ветеранов подразделений особого риска // Гражданин и право. 2013. N 1.
*(28) См.: Российская газета. 1998. 30 июня.
*(29) См.: Пресняков М.В. Прямое действие Конституции Российской Федерации и ее отраслевая интерпретация // Гражданин и право. N 11. 2014. С. 11.
*(30) См. там же. С. 4-5.
*(31) См.: там же. С. 12-13.

Другие новости и статьи

« Между Вильной и Москвой: западноевропейские пушечные мастера в Восточной Европе (первая половина XVI в.)

Павел I и реформирование штата императорского двора »

Запись создана: Пятница, 19 Апрель 2019 в 0:18 и находится в рубриках Новости, Финансовое.

метки: , ,

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медикаменты медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие охрана патриотизм пенсии подготовка помощь право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба спецоперация сталин строительство управление финансы флот эвакуация экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика