Особенности временной перспективы молодежи



Особенности временной перспективы молодежи

oboznik.ru - Особенности временной перспективы молодежи
#молодежь#общество#кризис#информационнаявойна

В современных, быстро изменяющихся условиях, характеризующихся неопределенностью, динамичностью, расширением информационного пространства, личности достаточно трудно выбирать значимые цели, планировать их достижение и оценивать вероятность потенциальных результатов. Вследствие этого многие молодые люди осуществляют стихийный, часто не соответствующий их возможностям выбор жизненных целей, приводящий в ряде случаев к кризисным явлениям и зачастую оказывающий негативное влияние на всю дальнейшую жизнь. Умения определять долгосрочные цели, самостоятельно планировать свое время, строить профессиональную и жизненную стратегию связаны с тем, каким представляется человеку его будущее.

Тем самым временная перспектива может выступать ресурсом в многочисленных ситуациях неопределенности и предпосылкой благополучия личности. Существуют различия в методологических позициях авторов при изучении понятия «временная перспектива», и подобное разнообразие как теоретических разработок данного феномена, так и полученных результатов исследований только подчеркивает его сложность. Понятие временной перспективы рассматривалось в теории К. Левина, и он подчеркнул, что для объяснения поведения личности необходимо учитывать субъективный момент восприятия настоящей и будущей ситуации. Именно категория временной перспективы включает в себя рассмотрение личности во временном континууме, и чем более обширными и уходящими в отдаленное будущее целями живет человек, тем более интегрированы его личностные свойства. По мнению К. Левина, человек, живущий во имя отдаленных целей, которые имеют для него жизненный смысл, экстраполирует свои потребности, возможности и наличные качества на предполагаемые, ожидающие его ситуации и ближайших целей достигает с учетом предстоящих (Левин, 2001).

Экзистенциальный психолог и психотерапевт Л. Бинсвангер также уделял особое внимание пониманию временных аспектов организации субъективного опыта. В рамках метода экзистенциального анализа временная перспектива личности, представляющая собой систему смыслов как способов трансценденции личности в прошлое, настоящее и будущее, формирует так называемый горизонт возможностей, определяющий широту и глубину смыслового пространства личностного выбора (Бинсвангер, 1999). К. А. Абульханова-Славская отмечает, что формой компенсации «необратимости» времени является способность личности к прогнозированию и предвосхищению будущего. Планирование времени выступает как начальный личностный уровень достижения целей, соотнесенный с их определенным размещением во временном пространстве (Абульханова-Славская, 2001).

По мнению Ж. Нюттена, в реальной жизненной ситуации мотивационное поле субъекта представляет собой иерархическую структуру со множеством целей и проектов, виртуально присутствующих в его перспективе будущего (Нюттен, 2004). При определении временной перспективы учитывается субъективное видение индивида и организация последовательности объектов. С точки зрения субъекта, временная перспектива – это темпоральная зона, которую он виртуально имеет в виду, думая об объектах и осознаваемых детерминантах своего поведения. Особое отношение к проектированию своей жизни, восприятие времени как невосполнимого ресурса и осознание его необратимости диктуют необходимость осознанного планирования действий, связанных с будущим благополучием.

Целью исследования являлось выявление различий во временной перспективе респондентов двух возрастных групп (юношеский возраст и период ранней взрослости). Испытуемым предлагалась для заполнения методика мотивационной индукции Ж. Нюттена – русскоязычный перевод и адаптация Д. А. Леонтьева. Темпоральная шкала включала анализируемые периоды социальной жизни: возраст до начала обучения в школе (0–6 лет); обучение в начальной школе (6–10 лет); обучение в средней и старшей школе (11–17 лет); период послешкольного образования, включая профессиональное образование (18–23 года); переходный период, когда человек приступает к работе или создает собственную семью (18–25 лет); первая половина взрослой жизни (25–45 лет); вторая половина взрослой жизни, до возраста ухода на пенсию (45–65 лет); старость – с 65 лет; обращение к оставшемуся периоду жизни неопределенно, и показатели «открытого настоящего», когда мотивационный объект является модальностью, качеством или способностью, которыми субъект хотел бы обладать не только на данный момент, но и в более или менее отдаленном будущем. По перечисленным показателям выполнялся профиль временной перспективы испытуемого. С целью статистической обработки данных применялся критерий t Стьюдента для независимых выборок. При интерпретации результатов мы рассматривали следующие характеристики временной перспективы: протяженность, как наличие объектов в долговременной перспективе, степень структурированности объектов, связывающая прошлое, настоящее, будущее и уровень реалистичности.

Протяженная, реалистичная и структурированная перспектива будущего важна для планирования значимых жизненных ситуаций и сохранения психологического благополучия личности. При анализе данных исследования выявлены значимые различия в характеристиках временной перспективы испытуемых двух возрастных групп. Перспектива будущего испытуемых юношеского возраста (n=78) не протяженная, поскольку целей на ближайшие периоды обозначено больше, чем у испытуемых периода ранней взрослости (n=89): в настоящий момент, в течение дня (t=2,1 при p≤0,05), в течение недели (t=3,9 при p≤0,01), в течение месяца (t=3,9 при p≤0,01), в течение года (t=2,9 при p≤0,01), в период получения образования (t=2,4 при p≤0,01), в период первой половины взрослой жизни (t=2,2 при p≤0,05). При анализе описаний испытуемых юношеского возраста не прослеживается взаимосвязь между планированием ближайшего и отдаленного будущего, события, происходящие в настоящем времени, не выступают способом достижения ситуаций в будущем.

Время в настоящем тоже не структурировано, происходящие события определяются ситуативными факторами. Практически не обозначены дальние цели на период жизни, относящийся ко второй половине взрослости (t=2,1 при p≤0,05). Зафиксировано меньшее количество описаний, по сравнению с описаниями испытуемых периода ранней взрослости, относящихся к «открытому настоящему» (t=2,5 при p≤0,01) и описаний, затрагивающих общую продолжительность жизни (t=2,6 при p≤0,01). Как свидетельствуют эти результаты, планы испытуемых юношеского возраста не конкретные, отсутствует установление иерархии целей, а описания, касающиеся будущего, в основном, неопределенные. Временная перспектива испытуемых юношеского возраста в различных темпоральных периодах мало «насыщена» задачами как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. И хотя поставлены краткосрочные задачи, но они не предполагаются в качестве промежуточных результатов при достижении более долгосрочных целей. Это может обуславливать низкую субъективную реалистичность временной перспективы.

У испытуемых периода ранней взрослости прослеживается некоторая непрерывность в планировании, демонстрирующая, в основном, связь прошлого и будущего. События планируются в жесткой последовательности, что может снижать реалистичность планов, поскольку испытуемые не ориентированы на перестуктурирование временного содержания при наличии препятствий, возникающих на пути достижения цели.

Несмотря на протяженность временной перспективы испытуемых периода ранней взрослости, они практически не обозначают краткосрочные задачи, не учитывают ближайшие ситуации, являющиеся основой для достижения долгосрочных планов, не конкретизируют цели, оставляя их в качестве неопределенных, которые нельзя отнести ни к одному темпоральному периоду. Испытуемые живут только долгосрочными планами, и эта тенденция, на наш взгляд, демонстрирует их неспособность практически реализовать поставленные цели и действовать согласно своим долгосрочным планам «здесь и сейчас», в реальной социальной ситуации.

Литература

Абульханова К. А., Березина Т. Н. Время личности и время жизни. СПб.: Алетейя, 2001. Бинсвангер Л. Бытие-в-мире. М.: КСП+; СПб.: Ювента, 1999. Левин К. Динамическая психология. М.: Смысл, 2001. Нюттен Ж. Мотивация, действия и перспектива будущего. М.: Смысл, 2004.

Е. А. Магазева, А. Г. Братухин (Омск)



Другие новости и статьи

« Тайны смерти Чайковского

Битва при Пальциге »

Запись создана: Воскресенье, 21 Апрель 2019 в 0:28 и находится в рубриках Новости.

Метки:



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы