Аксиологические аспекты военно-теоретических взглядов И.Г. Бурцова И Д.В. Давыдова



Аксиологические аспекты военно-теоретических взглядов И.Г. Бурцова И Д.В. Давыдова

oboznik.ru - Аксиологические аспекты военно-теоретических взглядов И.Г. Бурцова И Д.В. Давыдова

Первая четверть XIX века ознаменовалась для России великим испытанием Отечественной войны 1812 года, Заграничными походами и восстанием декабристов. Последним событием завершается самобытный этап истории нашей страны. Анализ военной литературы данного периода позволяет говорить о значительном приросте военных знаний, как в количественном, так и в качественном отношении. Большие войны всегда пробуждали интерес мыслителей к этой стороне жизни общества. Не стали исключением и войны против наполеоновской Франции. Иван Григорьевич Бурцов (1795-1829), декабрист, генерал-майор (1829).

Участник Отечественной войны 1812 г., заграничных походов русской армии 1813-1814 гг. [1, С. 142]. Его главный военно теоретический труд вышел в 1819 году в «Военном журнале» Гвардейского Генерального штаба и назывался «Мысли о теории военных знаний». Нам известно два издания этой работы – собственно статья в «Военном журнале» (он хранится в фондах Российской Национальной библиотеки в СанктПетербурге) и отдельное типографское издание без титульного листа и данных об издателе. Именно на это издание, хранящееся в фондах Российской Государственной библиотеки в Москве, мы и будем ссылаться в данной статье [2].

«Мысли о теории военных знаний» не отличается большим объемом. Это была программная статья группы молодых офицеров, которые участвовали в издании «Военного журнала» и ставили перед собой цель развивать военную науку и сделать ее подобной более развитым естественным или социальным наукам. Философской базой для рассуждений И.Г. Бурцова служили, прежде всего, английский эмпиризм Т. Гоббса и Дж. Локка и философия Просвещения.

Такой выбор был не случаен. На философские взгляды Бурцова большое влияние оказали годы учебы в Московском благородном пансионе Академической гимназии при Московском университете. Можно сказать, что это было одно из самых лучших учебных заведений России конца XVIII начала XIX в. В этом пансионе преподавался широкий круг дисциплин как классической гуманитарной, так и математической направленности. Большое внимание уделялось и военной подготовке пансионеров [8, С. 5254]. Преподавалась история философии. В начале своей работы И.Г. Бурцов выстраивает схему развития знания как такового и определяет место военной науки в общей структуре наук. По поводу источника знаний человека он пишет следующее: «Опытность предшествовала рассуждению человека. Привлекаемый удовольствием, а неприятностию отвращаемый, он обращал внимание свое на окружающие его предметы, и пользуясь светом разума, познавал оных качества… Далее, помощью сравнения и воображения, из круга физических предметов переступил он в область нравственных» [2, С. 1].

Эта мысль напрямую отсылает нас к взглядам Дж. Локка на роль опыта в познании: «На опыте основывается все наше знание, от него в конце концов оно происходит» [7, С. 128] и функции воображения как формы мышления [7, С. 139]. Предметное рассмотрение аксиологических аспектов взглядов И.Г. Бурцова позволяет утверждать, что и в этом случае он двигается в русле философии английского эмпиризма. Здесь помимо идей Дж. Локка он использует ряд мыслей Т. Гоббса. Главным источником войн и конфликтов Бурцов называет человеческие страсти, которые заложены в его природе: «Без сомнения никто из военных людей не будет оспаривать, чтоб война не была зло; но справедливость заставляет прибавить к сему, что причина зла сего сокрыта в страстях человеческих, что все благословенные условия между гражданскими обществами могут на время только отдалить сие зло, но искоренить отнюдь его не в состоянии…» [2, С. 11]. Первое, на что следует обратить внимание, это тезис о том, что война есть зло. И.Г. Бурцов здесь явно возражает поклонникам романтического взгляда на войну, которые превозносили войну как своеобразную сферу искусства, воспевали ее. Для него была совершенно справедлива мысль, что военные знания до появления теории являются знаниями ремесленными [2, С. 6] и сама военная деятельность связана скорее с миром грубой материи, нежели с вершинами духа. Природа этого зла лежит в человеческой сущности, в человеческих страстях.

Эта часть тезиса Бурцова является практически цитатой из «Основ философии» Т. Гоббса: «Если к естественной склонности людей нападать друг на друга, которую объясняют аффектами… присоединить еще и право всех на все…невозможно отрицать, что естественным состоянием людей до объединения в общество была война… война всех против всех» [4, С.291]. Мысль Бурцова о роли гражданского общества в предотвращении войны вполне соотносится с идеями, сформулированными по этому поводу Гоббсом в «Левиафане…» [5, С. 93-98]. Фигура другого представителя отечественной военной мысли первой четверти XIX века – Дениса Васильевича Давыдова (1784-1839) – в особых представлениях не нуждается. Обучение в детстве и юношестве носило разрозненный характер. Помимо домашнего обучения, по словам его первого научного биографа В.В. Жерве, он водил знакомство с молодыми людьми, которые обучались в упомянутом выше Московском университетском Пансионе.

Они снабжали Давыдова литературой для чтения [6, С. 5]. После поступления на военную службу выявились пробелы в образовании Д.В. Давыдова, которые взялся восполнить его двоюродный брат А.М. Каховский [6, С. 7]. Вероятно, именно в его библиотеке молодой Давыдов познакомился с трудами деятелей французского и английского Просвещения. Главная теоретическая работа Д.В. Давыдова «Опыт теории партизанского действия» впервые вышла в свет в 1821 году. С ней был знаком и И.Г. Бурцов, который написал обстоятельный, на двадцати четырех страницах, разбор этой работы. Он высказал целый ряд замечаний и пожеланий, которые были учтены во втором издании [6, С. 107-108]. Во вступлении к «Опыту…» содержится ряд тезисов, раскрывающих аксиологические аспекты взглядов Давыдова. Он обращает особое внимание на так называемую нравственную часть партизанской войны.

Она оказывает серьезное моральное воздействие на население районов, затронутых войной: вызывает страх в жителях и при этом «поощрение, даваемое ею лазутчикам, поставщикам всякого рода продовольствия и подстрекателям на все вредное для оборонительной армии» [5, С. XII]. В солдатах вражеской армии партизанская война также взывает страх, убивает надежду и толкает к грабежам и разложению: «Каких последствий не будем ли мы свидетелями, когда разорение неприятельских госпиталей, лабораторий и магазинов; истребление транспортов, курьеров, раненых и больных… словом, ужас, посеянный на пути сообщения, разгласится в противной армии?» [5, С. XIII]. Партизанские действия вызывают все эти последствия благодаря разрушению организации вражеской армии. Армия, по логике рассуждений Давыдова, это своего рода «левиафан» в миниатюре, хотя прямо он об этом не говорит. Но он совершенно четко уловил связь между нарушением дисциплины и пробуждением в человеке низменных желаний, то есть переходом в некое изначально состояние.

Об этом же писал и Дж. Локк: «В человеческих стремлениях действительно заложены принципы деятельности; но они настолько далеки от врожденных нравственных принципов, что, если бы дать им полный простор, они привели бы людей к уничтожению всякой нравственности. Нравственные законы являются уздою и сдерживающей силой необузданных желаний, они могут быть таковыми только при помощи наград и наказаний, перевешивающих удовольствие, которого ожидают от нарушения закона» [7, С. 102.]. Собственно именно эту сдерживающую силу закона и должны разрушать партизанские действия в отношении вражеской армии. Таким образом, можно сделать вывод, что отечественная военная мысль первой четверти XIX века в лице своих видных представителей И.Г. Бурцова и Д.В. Давыдова в плане аксиологических аспектов своих теоретических разработок опиралась на философское наследие английского эмпиризма Дж. Локка и Т. Гоббса.

Список литературы

1 Большая советская энциклопедия. 3-е изд. М. : Советская энциклопедия, 1969-1978. Т. 4. 1971. 600 с.

2 Бурцов И.Г. Мысли о теории военных знаний. [СПб.], [не ранее 1818]. [2], 19, [1] с.

3 Гоббс Т. Левиафан, или материя, форма и власть государства церковного и гражданского // Сочинения : в 2 т. / сост., ред., авт. примеч. В. В. Соколов; пер. с лат. и англ. М. : Мысль, 1991. Т. 2. С. 6-545.

4 Гоббс Т. Основ философии // Сочинения : в 2 т. / сост., ред., авт. вступ. ст. и примеч. В. В. Соколов ; пер. с лат. и англ. М. : Мысль, 1989. Т. 1. С. 66-506.

5 Давыдов Д. В. Опыт теории партизанского действия. М. : Типография С. Селивановского, 1821. XV, [1], 217, [3] с.

6 Жерве В. В. Партизан-поэт Денис Васильевич Давыдов: Очерк его жизни и деятельности 1784-1839 : По материалам семейн. арх. и другим источникам. СПб. : Имп. Рус. воен.-ист. о-во, 1913. [4], X, 174 с.

7 Локк Дж. Опыт о человеческом разуме // Избранные произведения : в 2 т. М. : Изд-во соц.-экон. лит-ры, 1960. Т. 1. С. 57-696.

8 Прокопович-Антонский

9 Страхов П. Ил. Краткая история академической гимназии, бывшей при Императорском Московском университете. Репринтное издание. М. : Изд-во Моск. ун-та, 2000. 64 с

А.С. Луньков, г. Екатеринбург


Другие новости и статьи

« Национальный характер как культурная норма

Труд как ценность »

Запись создана: Пятница, 1 Январь 2016 в 16:57 и находится в рубриках Начало XIX века.

Метки:



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Контакты/Пресс-релизы