Благотворительность как феномен в российском обществе



Благотворительность как феномен в российском обществе

oboznik.ru - Благотворительность как феномен в российском обществе
#благотворительность#феномен#общество#человек#психология

Современная картина благотворительности в России выглядит довольно разнопланово и неоднородно. Среднестатистическому человеку имеющему советское прошлое за спиной, реалии представляются в очень мрачных тонах. Несомненно, молодежь и подрастающее поколение стремится к приобретению материальных благ, и готово устраивать соревнования в быстроте покупки последней модели айфона. Девицы читают в метро книги с названием «Как стать стервой» и искренне верят в свой жизненный успех. Действительно, сложно, что-то противопоставить старшему поколению, когда видишь столько отчужденности в глазах людей, проходящих мимо лежащего на холодной земле человека, совсем не обязательно, что он пьяница, просто человеку стало плохо. Откуда у нас возникла такая стойкая, уверенность в том, что скорая медицинская помощь или государство, обязательно обо всех позаботится? А как же мы?

Российская жизнь имперского периода, которая к началу XX века по праву заслужила названия «Золотого века российской благотворительности». Чуть более чем за два века российская благотворительность логично и поступательно переходила от личной, частной инициативы членов императорской фамилии к мощной системе государственно-общественной, побуждавшей и привлекавшей к сотрудничеству, со-работничеству широкие слои общества. Можно смело говорить о том, что в этой сфере уровень сознания гражданского общества достиг очень высокой степени (1).

Именно в этот период зародились и получили развитие практически все виды социального обеспечения, создание которых так бессовестно присвоила себе новая «народная» власть. Детские дома для беспризорников и молочные кухни, пенсионная система и детские санатории – эти и многие другие виды соцобеспечения, которыми еще совсем недавно так гордились, считая их «достижениями» советской власти, появились за несколько десятков лет до ее рождения.

И как знать, если не прервал бы «шариковский» разгул нормального развития общественных, государственных и частных институтов благотворительности, какой бы уровень жизни «социально незащищенные слои населения» могли бы иметь теперь (1). За годы советской власти, мы потеряли ощущение потребности собственной благотворительности. Еще совсем недавно, в царской России, каждый обязан был жертвовать хоть по копеечке, бедным, давать нуждающимся, это было нормально. Во времена советской власти всё это было вытравлено, считалось, что если подаёшь нищему, то ты совершаешь антисоветский акт!

Товарищ Сталин всех накормит, обо всех позаботится. Но вот, не успели оглянуться, как советской власти не стало, подросло поколение пост 90-х годов. Без веры и без идеологии, за что уцепиться, как найти себя? И вот тут-то, как луч света в темном царстве, возникает современная тенденция благотворительности – волонтёрство. Да, кто-то может сказать, что для многих это просто модное увлечение и красивое слово, сказанное вожделенным западом. Но нет. Ни для меня, ни для многих ставших мне близкими людьми это не так. И вот о чем я хочу рассказать. Мне тогда было 20 лет и я, долго определялась, чем же все-таки заниматься по жизни, наконец-то поступила на коррекционную психологию и со свойственной всем молодым людям горячностью чувств, решила сразу пойти на практику в детский дом для детей с множественными нарушениями в развития. Но по воле Божьей, там не оказалось мест, волонтеров уже набрали, и я отправилась пытать счастье на отборочные туры для поездки на волонтерский социальный год в Германию.

Я благополучно прошла отборочные туры, чтобы поехать с русской группой волонтеров помогать инвалидам в Германии, но перед тем, как отправить нас любоваться замечательной жизнью зарубежных инвалидов, мы должны были отработать две недели в психоневрологическом интернате для взрослых на родине… И тут начались самые настоящие испытания. По сей день в нашей реальности, где есть место шикарным зарубежным машинам, силиконовым новообразованиям, лояльному отношению к ЛГБТ сообществам и нелепому кичу – нет места людям с ограниченными возможностями. До сих пор существуют закрытые учреждения, такие, как ПНИ – в советское время там спрятали инвалидов, их вообще не должно было быть в советском обществе. Детские дома для детей с нарушениями, где на отделении «милосердия» – для лежачих детей выделяется только один памперс в день.

Еще совсем недавно, врачи советовали мамочкам прямо в родильном доме отказаться от неперспективного ребенка, чтобы государство о нем заботилось, а вы еще молодая, родите себе красивого, здоровенького. Но обо всем этом я ещё не знала. Для меня, как и для любого другого человека привыкшего к обыкновенной жизни, которую каждый день мы наблюдаем из окон домов, на улицах, обсуждаем на теплых уютных кухнях, поход в интернат стал шоком. Тот день перевернул мое сознание раз и навсегда, он стал рубежом между прошлой жизнью и той, которой я живу сейчас. Впервые придя в интернат, я с порога поняла, что дверь, которую я сейчас открою, перенесет меня сразу в противоположный мир. Так и произошло. Одна из координаторов проекта той благотворительной организации, которая и по сей день работает в интернате, провела для меня экскурсию. Меня сразу удивило, как много живет людей в этом интернате и как много всяких корпусов, было похоже на маленький город. На тех этажах, где работала благотворительная организация, все выглядело не так ужасающе. Время от времени встречались немцы или поляки – тоже приехавшие по обмену на волонтерский год. Из кабинетов доносилась музыка, это педагоги с волонтерами устроили музыкальный круг для своих подопечных. В какой-то из комнат ребята на инвалидных колясках с удовольствием лепили из глины. Где-то рисовали. Конечно везде спертый воздух, очень много людей и от шуманичего не разберешь, но все же не то, что я увидела на другом этаже. А мне, было, суждено трудится две недели, в корпусе, где благотворительная организация только начала работать.

Открыв дверь в корпус, я увидела длинный коричневый, в некоторых местах замазанный зелёной краской коридор, тусклое освещение с постоянно мигающей лампочкой, как будто специально повешенной для частых эпилептических приступов. Вдоль стены в ряд стояла группа обнажённых мужчин с отрешёнными взглядами, пройдя немного вперёд, я поняла, что они идут мыться. Там, куда они двигались, стояла суровая женщина и по очереди, бесцеремонно хватая своими руками мужчин, она поливала их водой из толстого, старого шланга. Пройдя дальше по коридору, я заглядывала в каждую из палат, где жили мужчины. Какая-то санитарка подошла ко мне и сказала, что за мной закреплены две палаты 8 и 9-ая. Я двинулась туда. От изобилия смешанных запахов: еды, грязных тел, фекалий и от того, что видели мои глаза, по спине текли капли холодного пота, мне было страшно. Хотелось только одного, забрать свою сумку из волонтёрской и бежать со всех ног не оглядываясь, как в страшном сне, когда ты убегаешь от кошмарного преследователя. Но, что-то меня заставило двигаться дальше к палатам с номерами 8 и 9. В первой палате было пять человек, трое лежали под одеялами, двое хаотично слонялись от стены к стене.

Во второй – всё повторялось. Что с ними делать, как начать говорить? Страх сковывал движение, ноги и руки не двигались, а про русскую речь я напрочь забыла. Ситуацию исправили сами ребята, мои подопечные. Первым заговорил молодой человек Дима, он заулыбался и сразу протянул руки к моему животу: «Пампуся» – произнёс Дима, ласково похлопывая меня по животу. От этого доброго, импровизированного рукопожатия, мне сразу стало радостно и по-настоящему тепло на душе, я за долю секунды стала абсолютно счастливым человеком! Мы стали знакомится друг с другом, ребята оказались удивительные, за внешней некрасивостью скрывались тонко чувствующие души. Ребята с удовольствием принимали от меня любую помощь, от кормления до смены памперса, они и сами старались помогать друг другу, те, кто был более активным, помогал покормить лежачего или перестилали постель. Мне все время хотелось сбежать из этого малогабаритного ада и забрать всех своих подопечных с собой, но ресурс был для этого только один – прогулки.

И мы наматывали с моими подопечными мужчинами километры вокруг интерната, а бывали особенно счастливые дни, когда мне разрешали вывести их на прогулку в местный парк, как нам там было хорошо! Я научилась от моих подопечных, видеть красоту этого мира, радоваться жёлтым кувшинкам в воде, солнечным зайчикам, пробегающим по стене, искреннему, настоящему общению. Уехав через две недели в Германию я, наконец, увидела достойные условия проживания для людей с нарушениями в развитии. Комнаты были на двоих, просторные, чистые. Вкусная еда в отдельных тарелках. Индивидуальные вещи. На улице, во время прогулки, от меня с подопечным в коляске никто не шарахался. Организовывались праздники. Горько мне было вспоминать про моего Димку в интернате.

Так хотелось, чтобы у него тоже была достойная жизнь. Люди не отдавайте своих особых детей в детские дома и интернаты, давайте будем жить вместе с ними, в нашем социуме! Для меня феномен русской благотворительности заключается в том, что сейчас замечательное, свободное для творчества время, любой человек может поучаствовать в благотворительности. В СанктПетербурге возникло множество волонтёрских, благотворительных организаций, которые помогают не только инвалидам, но и старикам, или семьям принявших к себе на воспитание детей сирот. Многие крупные компании стали вновь выделять из своего бюджета деньги на благотворительность. А если говорить не о деньгах, то практически любой человек может подарить благому делу более ценное – это своё время. Все большие стены строятся из маленьких кирпичиков, каждый может и должен вносить свою лепту. В моём сердце теплится надежда, что мы двигаемся по пути духовно-нравственного возрождения. И как бы не хулило старшее поколение молодёжь, я встречаю всё чаще в толпе небезразличные глаза.

Использованная литература

1. История русской благотворительности. Радио Санкт-петербургской митрополии «Град Петров», 2015.

Сабликова Т.В. (Санкт-Петербург)



Другие новости и статьи

« Воспитание детей в русских благочестивых семьях XIX века

Постоянное самообразование как стиль жизни и всеобщая полезность »

Запись создана: Четверг, 17 Январь 2019 в 17:39 и находится в рубриках Новости.

Метки: ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии для сайта Cackle

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы