От Версаля до Мюнхена: где искать истоки Второй мировой войны



От Версаля до Мюнхена: где искать истоки Второй мировой войны

#война#история#СССР

Статья посвящена борьбе СССР за коллективную безопасность в Европе в 30-е годы ХХ в. и противодействию миролюбивой политике Советского Союза со стороны бывших союзников России по Антанте в Первой мировой войне и их усилиям переориентировать агрессивные устремления нацистской Германии с Запада на Восток.

Ключевые слова: Первая мировая война, Версальский договор, коллективная безопасность, Восточный пакт, политика «умиротворения».

Сегодня все более очевидно, что итоги Первой мировой войны предопределили, по большому счету, неизбежность нового широкомасштабного военного столкновения между главными ее участниками. «После подписания Версальского мирового договора вся Европа знала сроки начала новой войны» [2]. Узнав об условиях этого договора, французский маршал Фош, по словам У. Черчилля, «удивительно верно сказал: “Это не мир.

Это перемирие на двадцать лет”» [11, с. 22]. С данным утверждением был согласен и сам великий британец, рассматривавший впоследствии Первую и Вторую мировые войны как одно целое [13, с. 3]. В Германии к реваншу за поражение 1918 г. генералы исподволь начали готовиться еще задолго до прихода Гитлера к власти, тайно нарушая и условия Версальского договора, и конституцию Веймарской республики.

Многовековая тевтонская «тяга» к Востоку, в конечном счете, однозначно определяла, что Россия (СССР) в новой войне в очередной раз станет объектом германского нашествия, и новая схватка с жестоким врагом, оставившим о себе страшную память в глубинах народного сознания, будет для нее неизбежной. Ситуация усугублялась тем, что по мере нарастания тайной, а затем и явной милитаризации Германии, власть имущие в стане бывших союзников России по Первой мировой войне, прекрасно понимая, что в созданной ими Версальской системе заложена «мина», настойчиво подсказывали германским реваншистам, за счет кого они должны решать свои проблемы.

Отсчет этим «подсказкам» можно начинать уже с 16 октября 1925 г., когда в г. Локарно (Швейцария) был подписан ряд взаимосвязанных договоров, главным из которых являлся Рейнский гарантийный пакт. Согласно ему Германия, Франция и Бельгия обязались сохранять неприкосновенность границ между Германией и Францией и Германией и Бельгией, а также соблюдать те положения Версальского договора, которые относились к Рейнской демилитаризованной зоне. Гарантами соблюдения этих договоров выступали Англия и Италия. Локарнские договоренности 1925 года стали первыми после Версаля межгосударственными соглашениями Запада, открывавшими Германии путь к агрессии на Восток [4, с. 30–31]. После 30 января 1933 г., когда президент Германии генерал-фельдмаршал времен Первой мировой войны Гинденбург назначил рейхсканцлером лидера национал-социалистической партии Адольфа Гитлера, всем мыслящим людям того времени стало понятно, что вероятность такой агрессии многократно возросла. Тем более ясно это было советскому руководству, имевшему к тому времени все основания ожидать нападения на СССР как с Запада, так с и с Востока [5].

Поэтому уже в феврале 1933 г. на конференции по сокращению и ограничению вооружений в Женеве Советским Союзом было внесено предложение о подписании декларации об определении нападающей стороны (агрессора). Однако державы Запада посчитали его стесняющим их и воспрепятствовали принятию предложенного СССР проекта декларации. Тогда Советское правительство в апреле 1933 г. выступило с инициативой о подписании протокола об определении агрессии с теми соседними странами Восточной Европы, которые заключили с СССР договоры о ненападении. Однако наиболее «беспокойная» из них – Польша – под надуманным предлогом первоначально отклонила это советское предложение. Только последовательная и настойчивая борьба СССР за определение агрессии хотя бы и на региональном уровне дала свои результаты. 3 июля 1933 г. соответствующую конвенцию подписали СССР, Эстония, Латвия, Польша, Румыния, Турция, Иран и Афганистан. 4 июля была подписана аналогичная конвенция между СССР, Румынией, Чехословакией, Турцией и Югославией, а 5 июля – между СССР и Литвой.

Дольше всех «раздумывала» Финляндия, присоединившаяся к первой из названных конвенций лишь 22 июля. Следует отметить, что правительства Англии и Германии пытались противодействовать подписанию этих конвенций [10, с. 13–14]. СССР был крайне заинтересован в том, чтобы Польша и Прибалтийские государства не стали жертвами германской агрессии, а их территории не превратились в немецкий плацдарм для нападения на него. Поэтому Советский Союз уделял большое внимание укреплению отношений со своими западными соседями, в т.ч. установлению сотрудничества с ними по предотвращению агрессии. Полагая, что правительство Польши учитывает опасность, нависшую над страной после прихода власти в Германии фашистов, Советское правительство в декабре 1933 г. предложило опубликовать совместную советско-польскую декларацию о заинтересованности обеих стран в сохранении и укреплении мира в Прибалтике.

Появление такой декларации придало бы чувство уверенности в себе Прибалтийским государствам, повысило их сопротивляемость германской экспансии и ослабило давление на них Германии. Переговоры, связанные с советским предложением, закончились отказом Польши участвовать в гарантии безопасности Прибалтийских стран. В это время её руководители вели переговоры с нацистами о перспективах совместной войны против СССР [6, с. 190–192; 10, с. 16–17]. Активную роль в них играл польский министр иностранных дел Юзеф Бек. «Как большинство поляков, он был настроен против русских, – характеризовал его политические предпочтения Уильям Ширер. – Более того, он не любил французов, против которых затаил обиду еще в 1923 году, когда его выслали из Парижа… Вполне естественно, что этот человек, став в ноябре 1932 года министром иностранных дел, склонялся в сторону Германии. Он с самого начала сочувствовал фашистской диктатуре и … старался сблизить свою страну с Третьим рейхом» [12, с. 492–493]. 26 января 1934 г. была опубликована германо-польская декларация о дружбе и ненападении.

Она была подписана на 10-летний срок и направлена на подрыв усилий СССР по созданию системы коллективной безопасности. В этих условиях Советское правительство посчитало необходимым принять ряд новых мер для прояснения обстановки и упрочения положения на Северо-Востоке Европы. В частности, СССР выступил с предложением о продлении договоров о ненападении со своими западными соседями, а германскому послу в Москве было передано официальное предложение подписать советско-германский протокол об учете СССР и Германией в своей внешней политике обязательности сохранения независимости Прибалтийских стран [10, с. 21]. Германия, не желая лишаться свободы действий и демагогически ссылаясь на то, что независимости Прибалтийских стран никто не угрожает, подписать такой протокол отказалась. Протоколы же о продлении договоров о ненападении между СССР и странами Прибалтики и СССР и Финляндии были подписаны в апреле 1934 г.

Соответствующий протокол между СССР и Польшей из-за проволочек с польской стороны был подписан спустя месяц [10, с. 22]. Исходя из того, что сохранение мира не могло быть обеспечено усилиями одного Советского Союза и требовало сотрудничества других государств, в декабре 1933 г. его руководство – ЦК ВКП(б) – принял решение о развертывании борьбы за коллективную безопасность. В этом решении предусматривалась возможность вступления СССР в Лигу наций и заключения регионального пакта о взаимной защите от агрессии с участием широкого круга европейских государств [7, с. 55]. «Советский Союз заинтересован в укреплении мира повсюду, – писали по этому поводу «Известия», – ибо при теперешнем напряжении международных отношений вооруженное столкновение между великими державами, где бы оно ни началось, имело бы тенденцию перерасти в Мировую войну. Тем более СССР заинтересован в сохранении мира в Восточной Европе» [1].

Разъясняя концепцию коллективной безопасности, советские руководители и дипломаты подчеркивали, что предлагавшиеся СССР проекты региональных пактов не имели ничего общего с политикой блоков, с формированием военных союзов старого образца. Блоки прежних времен всегда были нацелены против какого-то конкретного государства или нескольких государств. Региональное же соглашение о коллективной безопасности должно было охватывать все государства данного географического района и предоставлять каждому из них одинаковые гарантии помощи в случае агрессии любого государства.

Важной составляющей такого соглашения должно было стать и обеспечение сильными государствами гарантий безопасности своим более слабым соседям. Начиная новый этап активной борьбы за мир и безопасность, Советский Союз выступил с предложением о выработке проекта европейского регионального соглашения с участием СССР и Франции. Проект получил название «Восточного пакта».

К этому времени все условия для подготовки и реализации данного проекта были налицо. Международный авторитет Советского Союза возрастал год от года. Он вошел во вторую «полосу дипломатических признаний», получил приглашение к вступлению в Лигу наций. С другой стороны, под воздействием целого ряда факторов, наиболее весомым из которых было резкое усиление в Германии реваншистских настроений, правящие круги Франции в начале 30-х гг. взяли курс на сближение с СССР. Приход к власти Гитлера, считавшего Францию смертельным врагом рейха, еще более усилил значение для нее возможности опереться на помощь Советского Союза.

Уход с конференции по разоружению, выход из Лиги наций и лихорадочная деятельность гитлеровцев по вооружению Германии проблему отношений с ней в политической жизни Франции выдвинула на первый план и способствовала пониманию частью ее правящей элиты необходимости союза с СССР. К середине 1934 г. в результате длительных переговоров проект Восточного пакта был подготовлен. От первоначальных вариантов он отличался тем, что предусматривал предложение Германии присоединиться к его участникам.

В случае принятия этого предложения пакт лишал бы гитлеровцев возможности реализовать свои агрессивные планы, а в случае отказа – разоблачал бы их как потенциальных агрессоров. Структура Восточного пакта предусматривала заключение двух соглашений, связанных в единую систему: регионального договора о гарантии границ и взаимной помощи между Германией, СССР, Польшей, Литвой, Эстонией, Латвией, Чехословакией и Финляндией («Восточный Локарно») и гарантийного франко-советского договора о взаимной помощи против агрессии. В результате подписания этого договора Франция становилась бы гарантом Восточного пакта, а Советский Союз – Локарнских соглашений 1925 г. [5, с. 46–56; 7, с. 61–62; 10, с. 22–32].

Очевидно, что реализация советско-французского проекта «Восточного пакта» обеспечило бы создание эффективных гарантий против агрессии, вполне осуществимых в конкретно исторических условиях того времени. Понятно, что Восточный пакт, если бы он был принят в разработанном СССР и Францией варианте, «ставил крест» на гитлеровских планах сокрушения «смертельного врага Германии» и последующего завоевания «жизненного пространства» для немцев на Востоке. Поэтому Берлин сделал все возможное, чтобы не допустить подписания этого пакта – вплоть до организации убийства наиболее последовательного его западноевропейского сторонника – тогдашнего министра иностранных дел Франции Луи Барту [5, с. 49–50].

Гитлер, превративший немецкую дипломатию в послушный инструмент своего вероломства [9, с. 94–95], с удовольствием несколько раз просматривал кинохронику этого убийства [7, с. 53]. Противодействие подписанию Восточного пакта оказывала и Англия. Ее интересы заключались в том, чтобы держать в постоянном напряжении континентальную Европу, вооружить, вопреки положениям Версальского договора, Германию и направить ее агрессию на Восток. Добиваясь срыва заключения Восточного пакта, Лондон подталкивал Париж к подписанию пакта с Германией, к чему стремился и новый министр иностранных дел Франции Пьер Лаваль, в недалеком будущем – главная фигура переворота в Виши [8, с. 199]. Для СССР было важно предотвратить подписание такого соглашения: ведь за обязательство не нападать на Францию Гитлер получал бы свободу рук на Востоке.

В результате энергичных действий Советского правительства происки Англии в этом направлении были нейтрализованы. 5 декабря 1934 г. состоялось подписание франко-советского соглашения, один из пунктов которого гласил, что Франция не будет участвовать в переговорах о каких либо договорах, способных противодействовать заключению Восточного пакта, а также подписывать соглашение с Германией без предварительных консультаций с СССР. Этим соглашением советская дипломатия расчистила путь для последующего заключения франко- советского договора о взаимной помощи [5, с. 51]. Дремучий антикоммунизм правящих кругов Англии, близорукая политика Польши и ряда других стран Восточной Европы привели к тому, что предложенная Советским Союзом система региональной коллективной безопасности была похоронена. От нее остались только договоры о взаимной помощи между СССР и Францией (подписан 2 мая 1935 г.) и между СССР и Чехословакией (подписан 15 мая 1935 г.).

При этом в последний договор по предложению чехословацкого правительства была включена оговорка о том, что обязательства СССР и Чехословакии об оказании помощи друг другу будут действовать лишь в том случае, если помощь Чехословакии и СССР в случае агрессии против них будет оказана также со стороны Франции [10, с. 33]. В судьбе Чехословакии в 1938 г. эта оговорка из-за мюнхенского предательства Франции сыграла роковую роль. Как известно, Франция вместе с Англией и Германией единодушно исключили СССР из числа участников встречи в Мюнхене. «Это, – подчеркивал У. Ширер, – был выпад, который Сталин запомнил» [12, c. 464]. Советскому руководству стало ясно, что теперь в борьбе за безопасность СССР ему придется рассчитывать только на себя. «Мюнхен» со всей очевидностью выявил, что главным противником Советского Союза в проводимой им политике на коллективное обуздание агрессии были правящие круги Англии. Их попытка «умиротворения» «представляла собой причудливую смесь политической близорукости и макиавеллиевского расчета» [3, с. 499].

Ключевой фигурой в этой политике оказался тогдашний премьер-министр Невилл Чемберлен. Разделявший профашистские взгляды «клайвденской клики», страдавший франкофобией и презиравший «малые народы» Европы, он упорно и последовательно добивался поставленной цели – обеспечить мир Западу за счет Востока «Конечно, – писал по этому поводу Л.Е. Кертман, – было бы упрощением всю политику «умиротворения» сводить к одному лишь Чемберлену, но, бесспорно, он был ее главной пружиной, ее персонифицированным выражением, он придавал ей самую законченную форму» [3, с. 511]. Таким образом, в рассматриваемом периоде Советский Союз оказался единственным крупным государством Европы, добивавшимся сохранения мира в ней путем создания системы коллективной безопасности, гарантировавшей неприкосновенность установленных Версальский системой границ. Однако творцы этой системы сделали все для того, чтобы сорвать мирные инициативы СССР и оставить его один на один с германским фашизмом.

Список литературы

1. Известия. – 1934. – 5 апреля.

2. Калашников, В. Февраль 1917-го: Уроки февраля 1915-го // Санкт-Петербургские ведомости. – 1995. – 25 февраля.

3. Кертман, Л. Е. Джозеф Чемберлен и сыновья. – М.: Мысль, 1990.

4. Кульков, Е. Н. и др. Правда и ложь о второй мировой войне. – М.: Воениздат, 1983.

5. Накануне. 1931-1939. Как мир был ввергнут в войну: краткая история в документах, воспоминаниях, и комментариях. – М.: Политиздат, 1991.

6. Наленч, Д., Наленч, Т. Юзеф Пилсудский – легенды и факты. – М.: Политиздат, 1990.

7. Овсяный, И. Д. Тайна, в которой война рождалась. (Как империалисты подготовили и развязали Вторую мировую войну) / изд. 2-е, доп. – М.: Политиздат, 1975.

8. Ратиани, Г. М. Франция: судьба двух республик. – М.: Мысль, 1980.

9. Раушнинг, Г. Говорит Гитлер. Зверь из бездны. – М.: Миф, 1993.

10. СССР в борьбе против фашисткой агрессии. 1933–1945. – М.: Наука, 1976.

11. Черчилль, У. Вторая мировая война : в 3-х кн. – Кн. 1. – М.: Воениздат, 1991.

12. Ширер, У. Взлет и падение Третьего рейха : в 2 т. – Т. 1. – М.: Воениздат, 1991.

13. Яковлев, Н. Н. Последняя война старой России. – М.: Просвещение, 1994.

А.Б. Фёдоров, Г.Н. Голядкин



Другие новости и статьи

« Подготовка рабочих кадров Тульского оружейного завода в первой четверти XIX в

Реализация дисциплинарной ответственности военнослужащих в годы Великой Отечественной войны »

Запись создана: Вторник, 18 Июнь 2019 в 0:25 и находится в рубриках Вторая мировая война, Межвоенный период.

Метки:



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы