16 Май 2020

Социализация и идентификация человека в манипулятивном обществе

#общество#социализация#человек

Предметом настоящего исследования является анализ некоторых ключевых факторов социализации и культурной идентификации как отдельных индивидов, так и целых народов в ситуации современного общества. Среди этих факторов рассматриваются социальные институты, коммуникаторы и масс-медиа. Анализируется их взаимосвязь и взаимовлияние, место и роль в процессах глобализации. Соединение столь различных феноменов как медиа, коммуникации, лишь на первый взгляд кажется необычным.

На самом деле, и это эмпирическое обобщение, они в значительной степени комплиментарны, дополняют друг друга по принципу симбиоза, и, пожалуй, диалектического единства. Это диалектическое единство представлено, например, жаждущим своей самореализации объекта (медиа, коммуникаций), стремящегося преодолеть свою инструментальность и подчиненность и обрести черты субъекта сознания и деятельности, с другой стороны, весьма перспективной и адекватной нашему времени синергетической методологии прочтения социальной реальности, изучающей секреты сложности, хаоса и управления ими.

Действительно, нельзя не согласиться, например, с В.В.Савчуком, который пишет о самостоятельности массмедиа и их устремленности к тому, чтобы стать онтологическим условием существования человека. Поистине, на наших глазах творится новая история медиа и коммуникаций. Из нейтрального посредника между человеком и миром, медиа во все большей степени преодолевают свою инструментальность, становясь активным субъектом современного общества, проявляя себя как всепоглощающая, всеохватывающая среда реального опыта и сознания.

Что мы понимаем под современными социальными институтами как факторами глобальных и локальных социокультурных процессов современности? Какова их специфика? Для ответа на этот вопрос представляется уместным использование коммуникативного подхода. Социальные институты как связующая ткань социальной реальности (духовного и материального характера), способная не только устойчиво воспроизводить, но и развивать себя, безусловно, может рассматриваться в качестве фундамента сохранения социальности.

Эта ткань не мыслима без коммуникаций и коммуницирующих индивидов. Но что такое социальная коммуникация? Естественна или искусственная основа этого широко используемого сегодня в науке понятия? Безусловно, что «коммуникация» – понятие социального формата, этимологически связанное с таким исторически выстраданным феноменом человеческой истории, как коммуна, коммунальность, то есть общество, совместное, общественное и т.д.

Мы верим в это слово настолько, насколько это слово отражает нашу реальность, т.е. настолько, насколько оно укоренено в нашу реальную жизнь. В чем же реальность коммуны, общества, не иллюзия ли это? Эмпирический факт, скажет исследователь. Но в чем этот факт? Он в обществе, он в коммуне. Но через что мы можем его зафиксировать? Безусловно, либо через структуру субъектов, либо через структуру отношений и связей этих субъектов друг с другом в их статических и динамических формах. Но что такое коммуникация? Коммуникация – это определенное единство, система этих субъектов и этих связей между ними. Коммуникация – это определенное устойчивое их единство, поддерживаемое активностью ее участников.

Именно поэтому коммуникация – эта всегда определенная система, в которой есть свои субъекты и их отношения друг с другом. Значит, коммуникация – это единство социальных субъектов в их отношениях друг с другом. Коммуницировать – восстанавливать и развивать эти отношения социальных субъектов. Но в чем можно зафиксировать эти отношения субъектов друг с другом? В каких субстратных формах они себя проявляют, делаются актуально, реально существующими? Это отношения социальных субъектов друг с другом «по поводу», через определенных посредников, актуализируемых, проявленных внешнему наблюдению в форме потребностей, интересов и целей этих субъектов в их взаимных отношениях друг с другом. Мы говорим о социальных коммуникаторах, значит, мы говорим о социальных посредниках людей в обществе. Но, говоря об этих посредниках, мы не можем не видеть, что это на самом деле и есть то, что мы привыкли называть обществом.

Это все то, что люди создали усилиями своего разума и включили в свое бытие как неотъемлемую часть себя, которую они назвали культурой или тем, что К. Маркс называл Второй Природой Человека. Это вся та совокупность моральных, эстетических, политических, экономических, религиозных, правовых и т.д. ценностей, идей, знаний, установок, а также многообразных технических и технологических артефактов, ценностей, которыми мы так активно пользуемся, фиксируя их как часть своей эмоциональной и интеллектуальной, физической и духовной жизни.

В значительной степени все они являются важной составной частью современного медийного пространства. Система коммуникаций – это тем самым все то, что отличает род человеческий от окружающего природного мира, делает его Тем, а не Другим, Этим, а не Тем, особенной формой человеческого бытия, в том числе в истории его развития, центральным звеном которой является формирование и развитие социальных институтов общества, воплощающих марксово понятие второй природы человека. История системы социальных коммуникаций – это тем самым история человеческого рода и наоборот.

В этой истории, миллионами лет шло формирование такого социального института, как система моральных категорий, ставших основой совместного жития людей в обществе. Это та общая нить, которая связывает отдельных индивидов в единой целое и делает их членами одной семьи, в которой всякая развивающаяся личность, несмотря на свою особенность и неповторимость, имеет общий всем культурный пласт, поддерживаемый усилиями многих, в том числе усилиями третейской силы, например, государства или церкви, вставших на страже этой общности. Но и государство, и другие социальные институты – это также социальные коммуникаторы-посредники, в особой форме их проявленности. Коммуникаторы тем самым, будучи созданы самими людьми, в лице людей же получили и механизм своего воспроизводства и развития.

Тем не менее, главным отличительным свойством социальных коммуникаторов, характеризующим их сущность, была и остается их изначальная двойственность и противоречивость. Социальные коммуникаторы это всего лишь продление человека в его стремлении удовлетворить свои потребности и реализоваться в широком пространстве-времени. Такова их онтологическая сущность. Но их отличительное свойство не только в созданности, производности от человека, но и в относительной независимости от него. Когда на определенном этапе развития человека, эти функционально востребуемые человеком материальные и духовные вещи (в форме высокой потребности в них людей, через их интересы) приобретают над пользующимися ими людьми постепенно непреклонную власть.

Это все то, что может быть достаточно четко схвачено определением «превращенной формы». Это все то, что, будучи порождено человеком, имеет над ним силу, выраженную зависимостью в поддержке своего существования. И чем сильнее эта зависимость, тем больше власть коммуникаторов над человеком, его личной и общественной жизнью. Это обобщение адекватно и в вопросах медиа, как одной из форм, созданного человеком мира коммуникаторов. А именно, чем больше потребность человека в продуктах медиа, тем больше его зависимость от этих продуктов и формах их доставки человеку. Но, тем больше и власть медиа над человеком. Действительно, посредник, в том числе, такой как медиа, однажды приобретает над посредничающими силу и власть и начинает «руководить» ими. Всегда ли это плохо? Где здесь граница допустимого?

Велика ли опасность этой силы и этого влияния? Не граничит ли эта опасность с тем, что М. Мамардашвили называл «антропологической катастрофой», а М. Хайдеггер и К. Ясперс – «тайной властью техники над человеком»? Вопрос этот сегодня остается во многом открытым. История человека есть то, что она есть, а не такая, какой мы ее желали бы видеть. Но нельзя не учитывать, что история человека – это, прежде всего, история не просто социальных институтов, но история лежащих в их основе социальных коммуникаторов, ставших базисом социальности в человеке. Человек и коммуникаторы – единая симбиотическая система. Такова философская постановка вопроса о сущности социальных институтов и лежащих в их основе социальных коммуникаций, выступающих в качестве сущности социального коммуникатора – человека.

Постановка эта связана с глубинной философской проблемой – проблемой сущности самого человека. Какова же особенность современных социальных институтов в призме социальных коммуникаторов и социальных коммуникаций нашего времени? Окинув взглядом историю, мы видим, что роль социальных институтов в становлении и развитии человеческого рода фундаментальна. И эта фундаментальность в той великой роли, что принадлежит лежащим в их основе социальным коммуникаторам. Человек, по существу, есть Человек коммуницирующий, а его история коммуникаторов, непрерывная борьба которых друг с другом и с человеком за актуализацию и власть в обществе, борьба посредством интересов самих людей, боровшихся за власть друг над другом, над природой и усиленно привлекавших для успеха в ней все возрастающие силы коммуникатора– посредника.

Сначала это была история борьбы за выживание человека перед мощью природной стихии, это в значительной степени была история объединяющих коммуникаторов – коммуникаторов, которые, объединяя усилия людей, делали их сильнее и независимее в «схватке» с природой. В этой схватке люди изобрели иллюзорный мир ценностей и образов, объединив его в мифологических и религиозных формах. Этот мир примерял и упорядочивал отношения человека и природы, через многочисленные синкретичные, анимистические и гилозоистические идеи снимал напряжение в их отношениях. Объясняя человеку его малость, эти идеи примеряли человека с природой в том смысле, что снимали соблазн борьбы с ней, учили терпению пребывания в ней. Но, обретя через мифологию и религию духовную опору в себе самом, человек пошел дальше. Ему захотелось большего, он пошел по пути роста своих потребностей, прежде всего материальных.

Он удвоенными силами обратился к соблазну физической власти над природой, осознанно (а на ранних этапах сначала, быть может, и неосознанно) решая свои проблемы роста за ее счет. Здесь мы видим вторжение в мир социума совершенно другой формы коммуникаторов. Это коммуникаторы агрессии, натиска, потребления. В значительной степени они сегодня весьма активно осваиваются именно медиа. Их воплощение представлено широким рядом медийных продуктов общества потребления – от потребительской, весьма навязчивой рекламы, до масскультурных «хлеба и зрелищ» развлекательных образов кинематографа.

Современная социально-философская наука все чаще пользуется понятием «общество потребления». Действительно мы потребляли всегда и лишь за счет этого потребления видели возможность выживания и развития своей жизни. Такова «земная» правда нашей человеческой (местячковой по вселенским масштабам) земной жизни, лишний раз подтверждающая знаменитый ломоносовский закон сохранения вещества, а затем и закон сохранения энергии Эйнштейна, в их социальном измерении.

Тем выше уровень и весомее значение для познания и практики этих законов в наших глазах. Закон этот – своеобразное эмпирическое обобщение, имеющее общенаучное значение, справедливое для класса различных наук в описании многих объектов исследования. Это, в значительной степени, и закон социального характера, в основных тенденциях достаточно адекватно описывающий процессы общественной истории и современности. Итак, формы коммуникаторов изменились в соответствии с тем новым этапом развития человеческого рода, который мы сегодня во многом называем этапом гипертрофированного потребления природы человеком, или этапом потребления, ставшего органичной частью процессов глобального производства и глобального потребления, движимых капиталом.

Между тем еще раз подчеркнем ту большую роль в социализации и развитии индивидов, развитии общества, которую играли и играют коммуникаторы по принципу обратной связи влияния на их собственного создателя в его истории. Создав к настоящему времени мощную систему поддерживающих и развивающих социальную жизнь коммуникаторов, человек вошел в своей истории в этап гиперсложного общества, гиперсложной социальной системы, о специфике которой мы уже говорили. Сама идея глобального общества, как единой планетарной системы экономической, политической, духовной жизни народов и ее воплощение в соответствующих ценностях и социальных структурах, есть вершина в творческого гения человека по созданию сверхсложных системкоммуникаторов. В сверхсложной системе глобального общества, в настоящее время оказывается все менее возможным контролировать процесс социальных (в том числе экономических, техногенных) и социально-природных связей и отношений.

Примером тому состоявшийся мировой экономический кризис. В этой системе доминирующего влияния многообразных посредников на своего создателя в силу ее чрезвычайной сложности все большую роль начинают играть недетерминированные связи и процессы – те, что в современной социальной синергетической науке получили название стохастических связей и процессов. Отличительная особенность этих связей и процессов заключается в повышенной роли, которую в них играют явления случайности, малых флуктуаций, способные изменить генеральную линию развития сложной системы, отклонить ее от сложившихся устойчивых ритмов функционирования и первоначальных целей развития. Ведь сложность системы непосредственно основана на том многообразии субъектов деятельности и их бесконечных взаимосвязях, что являются тканью единства этой системы. Налицо чрезвычайный, гиперболический рост взаимозависимостей в системе. Кроме роста сложности коммуникаторов и умения пользоваться ими, контролировать их, а также роста влияний малых флуктуаций на процессы функционирования и развития общества, представленных широкой палитрой масскультурной игры и управляющих экспериментов современных медиа над человеком, нельзя не отметить и резкий рост возможностей и реальных манипуляций человеком в обществе посредством сложившейся системы коммуникаторов и все возрастающей потребности людей в них, как универсальных посредников с обществом. Генеральным проводником, фактором этой манипулируемости и становятся медиа. Но в условиях глобализационных процессов это уже не разрозненные точки роста и распространения культуры, как в прошлом. Сегодня это многообразная и мощная по своему содержательному потенциалу индустрия медиареальности, решающим образом влияющая на стандартизацию современного человека в масскультурных ценностях бытия. При этом, несомненно, что манипулируемое общество вырастает на почве доминирующих человеческих страстей, связанных со стремлением к власти, удовольствиям и капиталу.

Эта манипулированность тем больше, чем большую силу в обществе набирают процессы масскультурности, разобщенности и индивидуализированности людей. В обществе, где индивиды противостоят друг другу как потребляющие индивиды, набирает силу возможность обобществления последних, со стороны посредников, бывших до сих пор на службе этих индивидов, но ставших посредством этой зависимости от них их же собственными властителями и управленцами. Эта власть распространяется не только на тех, чьим сознанием манипулируют посредством медиа, но и над теми, кто использует эти коммуникаторы в своих целях, будучи подвержен их влиянию на себя в форме ценностей и установок жизни. Состояние противостояния потребляющих индивидов, роста социальных дистанций между ними, рост сложности связей и отношений в обществе, рост сложности и взаимозависимости общества и природы, рост сложности самих коммуникаторов порождают то, что может быть описано понятием гиперсложности, т.е. внутренне противоречивого, напряженного, кризисного существования людей во все более кризисном и напряженном обществе. Все это не может породить, но всюду порождает в людях и их отношениях друг с другом рост ожиданий и активный поиск новых форм стабильности. Набирает силу борьба отдельных людей, социальных групп, за гарантии своей жизни в ее новых кризисных условиях существования.

С учетом тех значительных сдвигов, что произошли в культуре и сознании людей в последние два–три столетия в сторону индивидуализации и уменьшения места в них коллективного начала. С учетом того, что доминанта общественной системы ценностей все больше склонилась к доминанте индивидуального, мы и фиксируем это новое состояние общества и его социальных институтов, близкое к тому, что получило в синергетической науке наименование бифуркационного. Мы люди бифуркационного общества в том смысле, в каком мы люди нестабильного, раздираемого противоречиями, но жаждущего новой формы стабильности общества, а значит все менее предсказуемого в своих проявлениях общества. Мы также люди бифуркационного общества в том смысле, что мы больше люди общества поиска нового, чем сохранения прежнего. Еще раз подчеркнем, что ситуация усугубляется еще и тем, что это общество, к которому мы принадлежим сегодня, может по праву называться обществом потребительским (ориентированным на все большее потребление), чрезвычайно индивидуализированным в этом потреблении как высшей его ценности. В таком обществе, жаждущем стабильности в своем индивидуализированном потреблении и ощущающем, осознающем кризисность, ускользающую эфемерность этой стабильности, люди объективно готовы к тому, чтобы воспринимать любые идеи, способные гарантировать им в случае их объективации эту долгожданную стабильность потребления.

В таком обществе на основе этих все возрастающих, подогреваемых наиболее развитыми государствами, ожиданий и готовности действовать в соответствии с этими ожиданиями, чрезвычайную силу и приобретают факторы манипуляции людьми, и медиа здесь главный фактор этой новой реальности. Особенно важную роль здесь приобретают коммуникаторы, способные привести к успеху в этих манипуляциях. Именно это мы наблюдаем, например, в условиях различного рода выборов во властные структуры современной России и Западного общества. В процессах этих повышенным спросом пользуются не только манипуляционные коммуникаторы, но и профессионалы, способные их создавать и использовать в интересах заказчиков. Вследствие этого нередко именно медиа профессионалы становятся главными деятелями политиков и все чаще современной политики. Здесь опасно все: и сложность самих коммуникаторов, их ускользающая подконтрольность, и их беспринципное использование в неблаговидных, зачастую краткосрочных целях, ничего общего с родовыми целями человечества не имеющими.

Но таково это новое общество, в котором мы живем. Если мы хотим продолжить эту жизнь, нам ничего не остается, кроме того, чтобы учиться в нем жить, суметь понять тайну времени и постараться перейти к новому этапу развития наименьшими издержками. Казалось бы, незначительная проблема социальных коммуникаторов как сути социальных институтов современного общества выводит нас на более глубокое понимание своей сущности, своей истории, своих целей и ценностей, своей деятельности, открытой новому обществу.

Мы говорим о сути человека и связываем ее с сутью создаваемых им коммуникаторов, создаваемой им социальной среды, и отмечаем в сущности этой среды, в коммуникаторах их гиперсущность, то есть ускользание от создателя (человека), ускользание в себя, в свою сущность «вещей в себе» по своему собственному пути. «Вещь для нас» оказывается слишком незначительной по своей мощи, в сравнении с сокрытой для нас сущностью вещей. Но нельзя определить сущность коммуникаторов, не определив их тайну как тайну их проектировщика и создателя – человека. Сила вещей, созданных человеком не в их самостоятельной силе, она в тайне, которая выражена в тайне самого человека – в восприятии себя как их создателя.

Значит, если и ставить вопрос о решении проблемы гиперсложности, ускользающих медиа, то ставить его надо, прежде всего, в направлении изменения самого человека. Но вопрос изменения человека, изменения его отношений с искусственным миром – вопрос, остающийся открытым. Нам представляется, что форма такого решения может быть только в виде интенсивного революционного шага, своеобразного социального скачка, скачка не только в области нравственности, но и в области рациональности, с переходом к новой рациональности – например, рациональности сложных систем синергетики. Какова же в этом обществе судьба социализирующихся, самоидентифицирующихся индивидов.

По нашему мнению, это все больше судьба не социализирующихся и самоидентифицирующихся, но во все большей степени внешним образом идентифицируемых индивидов (того что Н. Бердяев называл объективацией, а К. Маркс отчуждением человека в системе общественных отношений). Превращенным субъектом этой объективации и отчуждения все явственнее выступают те системы ценностей и целей, что человечество изобрело для себя в форме своей гиперсложной культуры и цивилизации, вершиной которой сегодня становится глобальное общество производства и потребления, не способное обойтись без этого отчуждения и объективации сущностным образом. Современный человек в этом смысле это человек объективированный, отчужденный глобальным обществом производства и потребления.

Особенно велика сила удара этой объективации и отчуждения по наиболее молодым слоям населения в обществе, сензитивность и манипулируемость сознанием и поведением которых, по понятным причинам их ограниченного опыта, фатальна. Но фатальна и их лежащая в основе этой сензитивности и манипулируемости эмоциональность, свобода духа, способность на творческие, социально-революционные акты. Человек никогда не совпадает полностью с какой то одной моделью, одной формой культурной идентификации, ибо человек стохастичен, человек в сущности свободен и свобода эта у него от разума. Все это говорит о том, что феномен «бегства от свободы», зафиксированный Э. Фроммом в западной культуре, не случаен и будет иметь свое продолжение, пропорционально тому, насколько глубоко будет пытаться проникнуть общество глобальной социализации по унифицирующим внешним стандартам и связанная с этим манипуляция сознанием во внутренний мир человека и на его поведение.

Наверное, молодежи, как наиболее устремленной к своей культурной идентификации и самореализации социальной группе современного общества, вырастающей из детства, в этом процессе будет принадлежать решающая роль. В прочем, эта роль будет, по объективным причинам, скорее всего, реализовываться как с той (развитие общества манипуляций), так и с другой (противоборство обществу манипуляций) стороны. Повидимому, нам всем в той или иной степени в предстоящий период предстоит во всей полноте испытать всю диалектическую сущность этого взаимообратного, противоречивого процесса. Мы будем манипулировать, стремясь к своим целям и, мы будем защищаться от манипуляций, стремясь быть свободными.

Сущность данной ситуации как никогда ясна: человечество во все большей степени встает перед новым вызовом сложности, социального хаоса и овладения ими. Перед этим вызовом стоят и отдельные локальные цивилизации, описывающие себя данную проблему, в том числе в понятии угроз и факторов реализации национальной безопасности. В этой ситуации на всех уровнях современного человека – личность, отдельные народы, человечество, в равной степени, тема манипулирования сознанием и поведением становится одной из центральных. Одной из важнейших она становится и для социально-гуманитарного знания, философии, прежде всего в вопросах ее сущности и проявлений.

В.П. Шалаев

Другие новости и статьи

« Семья как основание отечественной государственности

Ценностно-ориентационный подход к проблеме подготовки старшеклассников к семейной жизни »

Запись создана: Суббота, 16 Май 2020 в 0:35 и находится в рубриках Новости.

метки: ,

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика