14 Ноябрь 2018

Cемейные ценности и нравственные ценности

#семья#нравственность#ценности

При постановке вопроса о семейных ценностях неизменно предполагается, что они заведомо обладают нравственным статусом. Многие философы считали семью институтом нравственности, социальной формой, которая по определению производит моральные ценности. Даже при осознании несовершенства наличных форм семьи, само ее существование продолжало считаться залогом моральности личности и общества. Однако поскольку исторические типы семьи многообразны и исторические формы морали также изменчивы, то нравственная самоценность семьи не является очевидной, и вопрос о соотношении семейных ценностей и нравственных ценностей нуждается в прояснении. В архаическом обществе архетип семьи был моделью
интерпретации любых, в том числе нравственных, отношений. Чтобы сориентироваться в ситуации, человек наделял ее участников семейными ролями. Фольклор пропитан идеями того, что семья – это первостепенная ценность, создать которую надо любой ценой. Само наличие у человека семьи служило критерием его моральной благонадежности. По словам одного австралийского аборигена, «тот, кто ведет себя правильно, не может лишиться всех родных». Архаический архетип семьи как критерия нравственности человека сохранялся даже тогда, когда система социальных отношений многократно переменилась.

Общество продолжало с подозрением относиться к сиротам не только по рациональным соображениям (плохая наследственность, неадекватное воспитание), но и в силу чисто первобытного предрассудка: человек без родственников – плохой человек. Архаические род и семья были построены по патриархальному принципу, который предполагал подчинение детей родителям, младших – старшим, женщин – мужчинам, давал представление о едином порядке вещей, незыблемость которого составило сердцевину традиционной нравственности. Отец семейства, следуя сложившимся культурным стереотипам, сам должен был проявлять заботу о духовно-нравственном воспитании членов семьи, приобщать их к ценностям традиции. Нравственное лидерство мужчины выражалось в том, что его жизнь строится по норме, а существование всех остальных – по его воле, которая наделяется атрибутами моральности. В традиционной культуре не считалось, что дети, вышедшие из младенческого возраста, заслуживают мягкого обращения и учета их интересов. Напротив, дети мыслились, как объект воспитания, который нужно как можно раньше любыми методами приобщить к сложившимся нормам.

Соответственно, семейные ценности традиционного общества – это патриархальные ценности, задающие вполне определенную матрицу нравственных ценностей, регулирующих отношения между полами и поколениями. С возникновением государства безусловный приоритет семейных ценностей был в некоторых цивилизациях поставлен под вопрос. Если в китайской традиции Поднебесная империя устойчиво мыслилась как большая семья, отношения в которой должны регулироваться правилами семейной почтительности, а не законами и принуждением, то уже древнеримское общество зафиксировало конфликт между гражданскими и семейными обязанностями человека, предпочитая первые вторым. Патриотизм, отношение человека к Родине как священной ценности подразумевал, что ради нее семейными интересами следует пожертвовать. Впоследствии различные системы нравственности настаивали на существование норм более важных, чем слепая преданность родне. В частности, в религиозной морали архетипу семьи было противопоставлено представление об индивидуальной душе, соотносящей себя с Богом. Поэтому человек может и должен любить Бога и Его нравственные правила больше, чем свои земные привязанности. В эпоху модерна произошел переход от большой патриархальной семьи традиционного общества к парной семье, что стало потрясением нравственных основ.

Семья из формы организации всей целостности человеческой жизни превратилась в локальное социальное образование, вовлеченное во взаимодействие с другими социальными единицами по универсальным правилам. Стремление человека традиционного общества укрыться в лоне семьи, просить совета у старших стало неодобрительно характеризоваться как «несамостоятельность», «бегство от свободы». Последовательное утверждение идеи равенства привело культуру модерна к формированию новой нравственной установки в семейной сфере: принципа равноправия моральных субъектов независимо от их пола и возраста. Кроме того, обоснование морали модерна осуществлялось не благодаря традиции, а с помощью рационального дискурса, в контексте которого все социальные практики должны соответствовать неким всеобщим моральным критериям. Семейные ценности перестали восприниматься как нравственные сами по себе, но должны были проходить проверку своего статуса, что уже свидетельствует об утрате ими самоценности

В современном обществе с очередным повышением социальной мобильности и изменением ценностных ориентаций, в условиях, когда семья перестала быть хозяйственной ячейкой, местом воспроизводства рабочей силы и даже репродукции человека, институт семьи настиг очередной кризис, который сопровождается активным поиском новых форм семейной жизни, что предполагает и поиск ее новых нравственных основ. В эпоху постмодерна семья выступает как важнейший источник идентичности, как сфера личностного самовыражения, ее главной функцией становится создание ниши для нравственных отношений. В условиях социальной непредсказуемости и отчуждения семья оказывается одной из немногих сфер полноценного саморазвития личности.

Строится она на тех же основаниях, что и любое другое сообщество: родственные отношения не являются ни «естественными», ни привилегированными, они вырабатываются как «договорные», «кумулятивные» привязанности [1, с. 114]. Семью укрепляет не кровное родство, брак или авторитет старших, но доверие и дружба, подлинная интимность отношений. В этом плане семейные связи становятся похожими на дружеские: «Принцип семьи – сообщества близких людей, преданных благу друг друга – несомненно, останется; но [теперь] родство может возникнуть из дружбы так же, как из кровных отношений» [2, с. 537], – отмечает М. Френч. В свою очередь узы, подобные семейным (family-like ties), могут складываться и в дружеских сообществах [3].

В европейских странах речь идет не только о браках между геями, но и семьях геев, воспитывающих детей, а также о семьях, состоящих из нескольких гетеросексуальных женщин, воспитывающих детей совместно. «Просто вместе» – это не только название популярного французского романа, но и общее обозначение сущности современных семейных сообществ. Э. Гидденс пишет, что современный брак эволюционирует либо в дружбу, либо в «домашний очаг» – среду, в которой индивид обретает чувство безопасности и психологического комфорта [1, с. 167]. У. Бек среди прочих сценариев будущего семьи выделяет возникновение новых жизненных форм за пределами мужской и женской роли [4, с. 178]. Н. Гросс пишет, что детрадиционализация приводит к разрушению только так называемой регулятивной традиции брака и семьи, однако смыслообразующая традиция поддержания семейных связей на основе романтической любви и верности сохраняет свою роль в структуре интимности современных американцев [5]. Таким образом, семья как сообщество может довольно далеко отойти от своего традиционного состава и функций, сохраняя при этом нравственное значение.

В постмодерных обществах ценность семьи не только не снизилась, но возросла. Почитание старших сменилось заботой о старших. Идеи толерантности, добровольности, равноправия и доверия стали основой новых норм, поддерживающих нравственные отношения в сообществах семейного типа. Дети становятся не только равноправными, но и главными (в силу их малочисленности и дорогостоящего воспитания) членами семьи. Исчезает разница между законными и «незаконными», родными и приемными детьми. Основой нравственности белорусского общества выступает традиционная нравственность и семья как ее доминанта. Семья образует ценностное ядро сознания взрослых белорусов, она занимает первую позицию, как среди базовых, так и среди инструментальных ценностей, ее значимость росла на протяжении последних десятилетий и превысила 90% [6, с. 93].

Первое место семьи в иерархии ценностей является также наиболее важным общеевропейским приоритетом [6, с. 102]. Однако при всей приверженности семье белорусы недостаточно сильно осуждают те явления, которые фактически разрушают традиционную семью (развод, аборт, случайный секс) [7, с. 159]. Абстрактная ценность семьи слабо подкреплена инструментальными ценностями, позволяющими на практике создавать и поддерживать гармоничную семейную жизнь. Кроме того, содержание семейных ценностей давно и существенно модернизировано.

«В Беларуси в сознании населения доминирует эгалитарный тип семьи, обеспечивающий гендерное равенство и партнерство супругов в выполнении ими семейных обязанностей» [8, с. 73]. Притом, что семья у современной молодежи неизменно входит в пятерку ведущих жизненных ценностей, традиционная половая мораль, обеспечивавшая ее прочность, ушла в прошлое. Таким образом, при сохранении высочайшей ценности семьи происходит существенное изменение содержательного наполнения этой ценностной ориентации, относящейся к ядру нравственного сознания. Итак, в условиях динамичности семейных процессов и сосуществования семей различных типов современное общество не должно довольствоваться самоочевидной значимостью семейных ценностей. Следует тщательно формулировать ответ на вопрос: какой тип семьи общество нравственно одобряет, что является основанием этого одобрения, на основе каких именно нравственных ценностей нужно строить современную семью.

Литература

1. Гидденс, Э. Трансформация интимности: Сексуальность, любовь и эротизм в современных обществах. – СПб., 2004.

2. Franch, M.M. Beyond power: on women, men and morals. – N.Y., 1985.

3. Spencer, L. Rethinking friendship: hidden solidarities today. – New Jersey, 2006.

4. Бек, У. Общество риска: На пути к другому модерну. – М., 2000.

5. Gross, N. The detraditionalization of intimacy reconsidered // Sociological Theory. – 2005. – Vol. 23. – № 3. – P. 286–311.

6. Морозова, С.Н., БулынкоД.М. Динамика жизненных ценностей в структуре нормативного сознания населения Беларуси и стран ближнего зарубежья // Роль образовательных и исследовательских организаций в приграничном сотрудничестве: материалы междунар. семинара, Минск, 29 мая 2008 г. – Минск, 2008. – С. 84–107.

7. Титаренко, Л.Г. Ценностный мир современного белорусского общества: гендерный аспект. – Минск, 2004.

8. Воднева, А.К., СидоренкоС.Ф. Семья // Ценностный мир современного человека: Беларусь в проекте «Исследование европейских ценностей» / под ред. Д.М. Булынко, А.Н.Данилова, Д.Г. Ротмана. – Минск, 2009. – С. 53–74

Е.В. Беляева

Другие новости и статьи

« Технология и методы вербовки и индоктринации в экстремистские организации

Общая характеристика законодательства о социальной поддержке семей с детьми »

Запись создана: Среда, 14 Ноябрь 2018 в 6:02 и находится в рубриках Новости.

метки: , ,

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика