Они не успели стать офицерами: их подвиг бессмертен!

Реквизиты счета:
Субсчет марафона «Твои защитники, Москва!»
МРОО «Кремль»
ИНН 7743057200, КПП 774301001, ОГРН – 1037700236694, р/с 40703810001200020001 в АО «ГЕНБАНК» г. Москва, к/с 30101810245250000382, БИК 044525382
Наименование платежа: пожертвование на создание мемориального комплекса Кремлевским курсантам «Свечи»

Инициативной группой ветеранов Московского высшего общевойскового командного училища совместно с Министерством обороны России, межрегиональной общественной организацией «Кремль» при поддержке Правительства Москвы принято решение увековечить память о подвиге Кремлевских курсантов, защищавших столицу России. Для этого будет создан мемориальный комплекс Кремлевским курсантам «Свечи». Данная акция проходит в рамках марафона «Твои защитники, Москва!»
Просим всех, кому дорога память о героях Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. принять посильное участие в пожертвованиях на создание комплекса.


oboznik.ru - Духовные истоки русской культуры в творчестве А.А. Ахматовой

Анна Андреевна Горенко родилась в в Большом Фонтане близ Одессы. Начала писать стихи с 11 лет , а также свои дневники. Вот как она сама пишет о себе.... Я родилась в один год с Чарли Чаплиным, "Крейцеровой сонатой" Толстого, Эйфелевой башней и, кажется, Элиотом. В это лето Париж праздновал столетие падения Бастилии – 1889. В ночь моего рождения справлялась и справляется древняя Иванова ночь – 23 июня (Midsummer Night). Назвали меня Анной в честь бабушки Анны Егоровны Мотовиловой. Ее мать была чингизидкой, татарской княжной Ахматовой, чью фамилию, не сообразив, что собираюсь быть русским поэтом, я сделала своим литературным именем.

См. также:

Духовные истоки русской культуры в творчестве А.А. Ахматовой

Как создаются мифы 

В VIII веке Испания, как известно, уже принадлежала маврам— мусульманам. Один из мавританских эмиров затеял войну с эмиром Сарагосы и позвал на помощь Карла Великого, короля франков, будущего императора, основателя династии Каролингов. Карл пришел, помог, не бесплатно, конечно, и двинулся в обратный путь. Но в узком Ронсевальском ущелье на его армию напали испанские баски. (Как видим, баски и тогда считали себя отдельными от испанцев и были неукротимы.) В этом бою погиб Роланд, вместе со своими воинами прикрывавший отход армии и фактически спасший армию и Карла.

Cм. также: Мифы современной России

Таковы факты. Но что мы читаем в дошедшей до нас «Песни о неистовом Роланде», сочиненной (по крайней мере записанной) позже, уже в XII веке? А то, что император Карл пошел войной на нечестивцев(?) за веру Христову(?), на его армию напали мавры(?), в иных источниках — даже сарацины(?), но храбрый Роланд, верный рыцарским традициям(?), спас армию и императора, пожертвовав собой. Понятно, что все это сочинено уже в свете идеологии крестовых походов и идеологии рыцарства, которых тогда, в VIII веке, и в помине не было. На первых рыцарей (конных воинов), вышедших из диких германских лесных ватаг, людей пещерных нравов, Роланд наверняка смотрел со снисходительной брезгливостью, поскольку был он ближайшим сподвижником императора и — ни много ни мало — маркграфом Бретани, то есть особой коронованной.

И сейчас уже неважно, в какой степени трубадуры сами отредактировали древние легенды и сочинили новые «в духе времени», а насколько им подсказали: «Ребята, нехорошо напоминать о том, что наш Карл Великий участвовал в разборках мавров, нехорошо говорить, что на христианское войско напали христиане же — баски…» Скорее всего и то было, и другое. Так создаются мифы.

Возьмите нас под свою защиту 

Да, в истории подобное часто случалось. Скажем, присоединение Казахстана к России, когда Абулхаир, хан Младшего Жуза (Младшей Орды), спасаясь от нашествия джунгаров, устав от извечных стычек на границе с башкирами, попросился в российское подданство. Или Грузия, которая искала защиты от турецкой экспансии, заключила с Россией Георгиевский трактат и укрылась «за гранью дружеских штыков».

В этих случаях более слабое государство входит в состав более сильного. Но в любом случае — государство обращалось к государству.

А был ли Новгород в IX веке государством? Да, был. Городом-государством, с высокой культурой и цивилизацией, причем с обширными владениями. И нас не должна смущать относительная его молодость — раскопки экспедиции академика В. Л. Янина показывают, что Новгород существует с VIII века. Потому и назвался Новым городом. А старый, как свидетельствуют недавние археологические открытия, был скорее всего в Старой Ладоге — древнейшем центре поселения славян на Северо-Западе. Кстати, по более поздней Ипатьевской летописи, Рюрик пришел сначала княжить именно в Старую Ладогу, а затем, освоившись, основал Новый город и перевел свою ставку туда, в Новгород.

Итак, к какому же государству обратилось за покровительством государство Новгород? К Варяжскому? Так не было такого государства!


Рюрик — тезка 

Противоречия и несообразности летописи приводили даже крупных историков к неубедительным гипотезам. Действительно, вначале платили дань варягам, потом выгнали варягов, но тотчас же вслед за этим попросили их «владеть нами»? Несуразица явная. И потому В. О. Ключевский предполагает, что позвали «других варягов». Каких «других»?

А был ли Рюрик?

Историк-эмигрант Г. В. Вернадский (и вслед за ним Л. Н. Гумилев) в «нашем» Рюрике видят Рюрика (или Рерика, Рорика) Ютландского. Если так, то все нормально, обратились не к какому-нибудь сброду, а к знаменитому человеку. К государству! Не стыдно родословную оттуда вести. Но в этой гипотезе противоречий еще больше, чем в летописи. Во-первых, от Новгорода до Ютландии-Дании почти две тысячи километров. Значит, и новгородской делегации, а самое главное, Рюрику с дружиной надо было идти через немецкие, польские, литовские, жмудские, псковские земли и наверняка прорываться с боями, потому что врагов у него было много. И об этом в летописи — ни слова! А если он шел на кораблях вдоль побережья Балтики, по Неве поднялся в Ладогу, а оттуда по Волхову пришел к Новгороду — все равно бы просто так окрестные племена его не пропустили. И не мог бы остаться в Европе незамеченным такой дальний поход, по сравнению с которым прежние походы Рюрика в земли франков и англосаксов — короткие воскресные прогулки…

Во-вторых, трудно представить, что Рюрик тотчас и с готовностью променял свое положение владетеля Ютландии-Дании на столь далекий от Европы Новгород. Но даже если и так, то почему в западных источниках нет о таком событии никаких упоминаний? Между тем о предыдущей жизни Рюрика Ютландского известно очень многое. И родители его, и победы, и поражения. Ведь он был знаменитым в Европе воителем, снаряжал в походы до трехсот(!) кораблей, поднимался вверх по Эльбе и захватывал германские земли, ходил к берегам Англии, подвергал разору и грабежу англосаксов. И вдруг такой его поступок, уход в Новгород, который наверняка поразил бы его современников, двухтысячекилометровый поход — остался никем не отмеченным?! Очень-очень сомнительно!

Видимо, историков сбила с толку еще и фраза: «Пошли за море». Вроде как если «море», то само собой разумеется, что Балтика. В действительности же славяне называли морем и Чудское озеро, и Ильмень, и Онегу, и Ладогу, вкруг которой были лагеря и стоянки «своих», ближних варягов.

Вспомним еще раз слова летописи:

«Варяги из Заморья взимали дань с чуди и со славян… Изгнали варяг за море… И пошли за море к варягам…»

И вот здесь я скажу, что многие ответы и многие разгадки на виду и на слуху, в языке. Самом долговечном и надежном свидетеле. Вы согласны, что конструкция фразы самая что ни на есть бытовая: изгнали за море, пошли за море? Согласитесь, если бы пошли просить варягов за две с лишним тысячи километров в Ютландию, строй фразы был бы другим, совсем другим! Даже если б не упоминалось, что поход великий, а море Варяжское, как именовалась в древности Балтика. А здесь — просто море. То есть по эту сторону Ладоги был город славян, мери, чуди и кривичей — Старая Ладога. А по ту сторону Ладоги, за морем, стойбища варягов… Вот и весь секрет. И если вспомнить еще, что по Ипатьевской летописи Рюрик в начале начал пришел в Старую Ладогу, то многое становится на свои места…

Да и почему, собственно, речь идет только о Ладоге? Точно так же Ильмень называли «морем», и точно так же за Ильменем были стойбища варягов.

Кто такие варяги? 

Варягами славяне называли викингов. Викинги же, если отбросить современную киноромантизацию, были тогда просто-напросто морскими разбойниками, бандитами. Это были молодые люди, которые не хотели жить мирно и ловить селедку, как их отцы и деды. И уходили из родных поселений в вик (по-русски — выселок, а буквально — путь). Промышляли разбоем, грабежом. Со временем они стали страшной силой и три века терроризировали Европу, поднимаясь в своих ладьях вверх по течению рек и сжигая города и села. А когда не было походов, нанимались в армии сопредельных воюющих государств. В общем, наемники, ландскнехты.

Нанимали их и славянские города-государства. Многочисленные свидетельства тому — в летописях. Причем везде о найме варягов говорится как о деле обыденном, никуда далеко за ними не ходили, они всегда были под рукой. Приведу одно из самых ранних свидетельств.

980 год. Новгородский князь Владимир ведет войну против Ярополка, убийцы их брата Олега, и нанимает варягов. Разбивает дружину Ярополка, захватывает Киев, а самого Ярополка приглашает на переговоры в свой шатер. Едва вошел туда Ярополк, как два варяга пронзили его мечами с двух сторон…

Да, Владимир наш отличался истинно варяжской жестокостью, необузданностью, пренебрежением всех человеческих норм и неразборчивостью в выборе средств, редкими даже для нравов тех времен. Получив отказ от полоцкой княжны Рогнеды — та не захотела идти за него, потому что Владимир был бастардом, незаконным сыном Святослава от древлянской рабыни-ключницы Малуши, — Владимир идет на Полоцк войной, захватывает город и насилует Рогнеду на глазах ее отца и матери. Как отмечает летописец, «был он ненасытен в блуде, приводя к себе замужних женщин и распаляя девиц». Убив Ярополка, он тотчас берет его жену, то есть жену своего брата. А она была уже беременна. Родился сын, от Ярополка. И отношение к нему в семье было соответствующим. Как в свое время и к самому Владимиру. И вел он себя, надо полагать, тоже соответственно. В общем, вырос Святополк, убийца своих же братьев Бориса, Глеба и Святослава, прозванный летописцем Святополком Окаянным…

Но так или иначе, а князь Владимир, столь страшный в своих необузданных страстях, стал ключевой фигурой в истории Руси. Все, что вершилось после него, — лишь следствие его выбора веры. Второй такой фигурой в истории Руси был только Александр Невский, о котором в этой книге будет сказано еще много…

Князь же Владимир через восемь лет после убийства Ярополка окрестил Русь и стал Владимиром Святым. Быть может, Господь и простил ему за это все его грехи. Как заключает летописец, «был невежда, а под конец обрел вечное спасение».

В этой фигуре, на мой взгляд, явлены нравы тех времен в самых крайних выражениях. От бушующих комплексов неполноценности до таких поступков, как Крещение Руси, определившее развитие эпохи, течение самой истории.

Впрочем, братоубийство нельзя сводить лишь к недобрым чувствам незаконных сынов и пасынков. Начал-то убивать вполне законный Ярополк. А вспомним, опять же, убийство Бориса, Глеба и Святослава. Да, Святополк, конечно, Окаянный. Но вот скандинавские источники недвусмысленно указывают на причастность к этому убийству Святополкова братика Ярослава, названного впоследствии Мудрым. Так что остается гадать, отчего Ярослав так яростно воевал, изгонял отовсюду Святополка: то ли как братоубийцу окаянного, то ли как свидетеля общего преступления? А если вспомнить их предка Рюрика, то нельзя не отметить более чем странную одновременную смерть его братьев Синеуса и Трувора, после которых Рюрик становится единоличным властителем на Северо-Западе. (Надо, однако, упомянуть, что некоторые исследователи считают Синеуса и Трувора вымышленными фигурами.)

Братоубийство — обыденное явление в семейной хронике Рюриковичей. Из одиннадцати детей Владимира своей смертью умерли, кажется, только четверо или пятеро. Ярослав Мудрый, один из них, говорил перед смертью детям: «Любите друг друга, потому что вы братья родные, от одного отца и одной матери».

Но бесполезно — сыновья и внуки Ярослава, как их отцы и деды, нещадно воевали друг с другом… Самый разумный из них — Владимир Мономах — пытался устроить мир уступками, отдавая родичам то Киев, то Чернигов. Но Олег и Давыд Святославичи продолжали братоубийственные войны даже после съезда князей в Любече, где все они целовали крест и договорились о мире. Что не помешало Давыду Игоревичу и Святополку тотчас после этого схватить Василька Теребовльского и выколоть ему глаза. И т. д. и т. п.

Да, когда речь идет о власти, тут уже не до родства. Так было во всех династиях и во всем мире. Но все же я полагаю, что Рюриковичи в мировой истории занимают особое место по пролитой родной крови… Наверно, это обусловлено было особенностями громадной страны и тем, что изначально, при Святославе и тем более при многодетном Владимире, не был определен жесткий порядок наследования и распределения земель. Но нельзя не учитывать и происхождение…

Языческие славяне — мирный и гостеприимный народ. Это отмечали все древнейшие хронисты. Славяне чтили род, старшинство в роду, семью.

Варяги-викинги — это сознательное и бессознательное, полное, абсолютное отрицание семьи, отца и матери. В древней воинской ватаге был один закон — безусловное подчинение вожаку. А в почете — только сила и полное пренебрежение всем остальным. Потому-то среди викингов особо ценились так называемые берсерки — психопаты, люди-звери, бешеные, одержимые, обладающие пещерной свирепостью и столь же пещерным бесстыдством и презрением к любым ограничениям.

Вот какая среда породила Рюрика, вот по каким законам и нравам воспитывались его сын и внук. Вот какая кровь бушевала в его правнуках и праправнуках.

Да, с одной стороны, нравы княжеских семей смягчали славянские жены и традиционно близкие к женской половине дома православные священники. Представьте только: два брата при одобрении третьего отдают приказ выколоть глаза племяннику, а четвертый брат, не в силах остановить их, пытается увещевать и современников, и потомков:

«Ни правого, ни виновного не убивайте и не повелевайте убить его; если и будет повинен в смерти, то не губите никакой христианской души. Если вам Бог смягчит сердце, пролейте слезы о грехах своих…»

Представьте человека, воспитанного матерью в православных духовных традициях, который в кровавой мути жестокого века пишет такие слова:

«Зачем печалишься, душа моя? Зачем смущаешь меня? Уповай на Бога, ибо верю в Него…»

Это — Владимир Мономах.

А с другой стороны, по мужской линии, шло воспитание «в традициях отцов и дедов». Огромным было и влияние на княжичей-отроков их варяжских наставников-воевод, вроде Свенельда. Ведь Свенельд, первый советник Ярополка, играл ключевую роль в убийстве Олега. Да и неваряжские воеводы были немногим лучше. Например, Добрыня — воевода уже Владимира. Добрыня был братом Малуши. Той самой рабыни, матери князя Владимира. И когда полоцкая княжна Рогнеда отказала Владимиру, указав на его происхождение от рабыни, то Добрыня шибко оскорбился за сестру. И как мог настропалял юного Владимира на войну с Полоцком. В общем, эта свирепая солдатня реализовывала свои мстительные или честолюбивые планы при помощи княжичей, приучая их и подвигая их на поступки, немыслимые для их возраста…

Но это — отступление. В данном случае нас интересует коллизия «варяги и Владимир». Тот, первый, которого потом назвали Святым.

Убив Ярополка и утвердившись на киевском престоле, Владимир решил, что наемникам теперь можно и не платить. Выгнал их в Византию (в летописи — они сами попросились: «Обманул нас, так отпусти в Греческую землю»), прежде послав византийскому императору предупреждение: «Вот идут к тебе варяги, не вздумай держать их в столице, иначе наделают тебе такого же зла, как и здесь, рассели их по разным местам, а сюда не пускай ни одного».

Разумеется, и этот поступок князя не красит. Но сам потомок варягов, Владимир, видимо, знал, как следует обращаться с этой братией.

Одним словом, точно установлено, кто такие были варяги, как относились к варягам и кем они были для славян в 980 году. Так можно ли считать, что веком раньше они, варяги, были цивилизованными представителями какого-либо цивилизованного «варяжского» государства?

Разумеется, нет.

И логично ли, что представители цивилизованного Новгородского государства пришли в буйную, дикую ватагу, живущую по пещерным законам и нравам, и позвали их «княжить и владеть нами»? По-моему, смешно. Это все равно что вольный город Гамбург в XVI веке призвал бы на правление атамана из Запорожской Сечи…

Более того, это вдвойне смешно, если обратить внимание на то, что речь идет о самом вольнолюбивом городе Древней и средневековой Руси. Новгородцы никогда не терпели у себя княжеского всевластия. Поэтому сыновья великих киевских князей шли сюда с большой неохотой. Новгородцы даже Александра Невского не признавали! А тут — полное раболепие и унижение, да еще и перед варягами!

Для прояснения ситуации проведем современную аналогию. Допустим, два могущественных московских олигарха — Березнер и Гусев — что-то не поделили. Придет ли кто-нибудь из них к уголовникам из люберецкой преступной группировки и скажет ли: «Олигархия наша велика и обильна, но порядка в ней нет. Придите и владейте нами…»? Не придет. Не скажет. А вот нанять — может.

Кстати, одно из первоначальных значений слова «варяг» — «наемник».

Что же было? 

 Была рознь. Это очевидно. За власть в Новгороде боролись, видимо, две партии. Партия Вадима Храброго и партия некоего Гостомысла. Исторически личность его не установлена, по легенде он считается новгородским посадником. Легенда эта широко пошла от историка Татищева, который даже родословную Рюрика вывел от Гостомысла. При этом Татищев ссылается на летописи, которых нет. То ли придумал, то ли пропали те летописи. В общем и в целом Татищев в ученом мире пользуется репутацией почти сомнительной.

Л.Н. Гумилев предполагает, что Гостомысл — это вовсе не имя, что это была скорее партия «гостомыслов», то есть людей, симпатизирующих иноземцам, гостям. Вот они-то, гостомыслы, и наняли варягов, чтобы установить выгодные им порядки.

А дальше все пошло, как часто бывало и бывает в истории. Наемники, почувствовав свою силу и слабость мирного города, просто-напросто захватили власть в Новгороде. И когда два года спустя, в 864 году, Вадим Храбрый поднял восстание, жесточайшим образом расправились с ним и его сторонниками.

«Оскорбшиася новгородцы, глаголюще, яко быти нам рабом имногазла всяческа пострадати от Рюрика и ради его… Того желетауби Рюрик Вадима Храброго и иных многих, изби новгородцев советников его».

(Никоновская летопись)

Вслед за Новгородом варяги захватили власть и в других русских городах.

Особые отношения 

 Немногие историки обратили внимание на особые отношения, сложившиеся между Новгородом и князьями Рюрикова дома. Обычно активную к ним нелюбовь, неприязнь новгородцев объясняют демократическими традициями вольного города. Но это применимо только к ситуации, возникшей в более поздние века. А тогда, в изначальные времена, никаких таких традиций, ни демократических, ни аристократических, еще не было. И никаких князей на Руси не было вообще. Они начались с Новгорода!

Но если Новгород призвал варягов Рюриковичей и — так получилось — навязал их всей Руси, то новгородцы должны, по всем законам логики, коллективной ответственности, психологии, на всех углах говорить, какие варяги хорошие, отважные, как защищают народ и как плохо будет всем, если они уйдут. То есть должны быть главной опорой Рюриковичей.

Однако все было наоборот! Вся Русь признала Рюриковичей, а Новгород их не любил и не скрывал этого. Такое ощущение, будто новгородцы знали о Рюриковичах что-то такое… Мол, это вы в других городах Руси можете вешать лапшу на уши, что вас призвали, а мы-то знаем, что вы бандиты-захватчики… И Рюриковичи как будто это понимали… Во всяком случае, с великой неохотой шли туда на княжение. Например, когда распределялись уделы между внуками Ольги, то Новгород отвели Владимиру, потому что на лучшее он не мог претендовать, так как был сыном Святослава от рабыни Малуши. На тебе, что нам негоже…

Похоже это на отношения «добрых князей» и «благодарных пейзан», с поклоном позвавших князей владеть ими?

Да и с принятием христианства Новгород не спешил, оставаясь верным своим языческим божествам, защищая волхвов от княжеской расправы. Мы привыкли к идеализированно-лубочному образу волхвов, с длинным волосами и постно-благообразным выражением лица. На самом же деле и зачастую это были бесноватые личности, которые в XI веке прошли по Русской земле от Суздаля до Новгорода, сжигая живьем женщин, обвиняя их не то в возникновении голода, не то во всех остальных бедах. И этих изуверов новгородцы закрыли собой, спасли от княжеского гнева. Можно сказать, что христианами новгородцы окончательно и бесповоротно стали только в XIII веке, когда волхвы, снова надеясь на народную поддержку, подняли восстание, но новгородцы отвернулись от них и, более того, расправились с ними.

Безусловно, в первоначальном и долгом неприятии христианства сказалась удаленность от Киева как центра русского православия. Но вполне возможно, что здесь сказалась и неприязнь к Рюриковичам. Народ заранее с предубеждением воспринимал все, что исходит от них, в том числе и новую веру.

И здесь читатель может сказать: «Да, выдумка о призвании варягов — это самоуничижение. Но хрен редьки не слаще, и час от часу не легче! Выходит, нашими князьями-правителями стали бандиты и наемники?!»

Сергей Баймухаметов

См. также

Черные мифы о Руси. От Ивана Грозного до наших дней

Летописи Руси

Миф о вековечной бедности простого русского народа

Гуслицы и Выг

Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Метки: , , ,

Запись создана: Суббота, 9 Апрель 2016 в 12:58 и находится в рубриках Новости. Вы можете следить за комментариями к этой записи через ленту RSS 2.0. Вы можете оставить отзыв, или trackback с вашего собственного сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти чтобы оставить комментарий.