Исторические версии российского патриотизма

Государство пухло - народ хирел

В.Ключевский

Могут быть выделены три основные исторические версии патриотизма, в разных пропорциях реально присутствующие в массовом сознании нынешней России. Имперская, державно-святоотеческая – доминируя в дореволюционный период, отчетливо присутствует и в сознании общества XXI в. Опорные смыслы: единая и неделимая; Святая Русь, хранительница истинной православной веры, мощная держава; ее боялись соседние государства, которым она диктовала свою волю. Так канцлер екатерининского времени Александр Безбородко, не без гордости наставлял молодых русских дипломатов: «Не знаю, как будет при вас, а при нас ни одна пушка в Европе без позволения нашего выпалить не смела".

Известны, однако, и весьма скептические оценки казенного патриотизма, принадлежащие такому знатоку народной жизни, как Лев Толстой: «Я прожил полвека среди русского народа и в большой массе настоящего русского народа в продолжение всего этого времени ни разу не видел и не слышал проявления или выражения этого чувства патриотизм, если не считать тех заученных на солдатской службе или повторяемых из книг патриотических фраз самыми легкомысленными и испорченными людьми народа.

Я никогда не слыхал от народа выражений чувств патриотизма… Рабочий народ слишком занят поглощающим все его внимание делом поддержания жизни, себя и своей семьи, чтобы он мог интересоваться теми политическими вопросами, которые представляются главным мотивом патриотизма. …

В России, где патриотизм в виде любви и преданности к вере, царю и отечеству с необыкновенной напряженностью всеми находящимися в руках правительства орудиями: церкви, школы, печати и всякой торжественности, прививается народу, русский рабочий человек - сто миллионов русского народа, не смотря на ту незаслуженную репутацию, которую ему сделали, народа, особенно преданного своей вере, царю и отечеству, есть народ самый свободный от обмана патриотизма и от преданности вере, царю и отечеству. Веры…той православной, государственной, которой он будто бы предан, он большей частью не знает, а как только узнает, бросает ее и становится рационалистом…

К царю своему, не смотря на непрестанные, усиленные внушения… он относится как ко всем насильственным властям, если не с осуждением, то с совершенным равнодушием,; отечества своего же, если не разуметь под этим свою деревню, волость, он или совершенно не знает, или, если знает, то не делает между ними и другими государствами никакого различия. … Как прежде русские переселенцы шли в Австрию, в Турцию, так и теперь они селятся совершенно безразлично в России, вне России, в Турции, в Китае».

В оценках Льва Толстого механизмов воспитания населения в духе патриотического официоза отчетливо проступают российские реалии ХХI в. Державную компоненту патриотизма, через контролируемые государством СМИ, широко и последовательно стремятся использовать околовластные творцы мифологем, а также идеологи националистического толка.

Советский военизированный патриотизм – доминировал в коммунистический период. Опорные смыслы: СССР/РФ – наследники великих исторических побед; народ России – народ-победитель, внесший решающий вклад в победу во Второй мировой войне. Характерные компоненты советской версии патриотизма: - В довоенный период - массовая сдача нормативов «Будь готов к труду и обороне», подготовка в клубах «Ворошиловский стрелок»; сеть тиров, парашютных и авиаклубов и т.п. военизированных учебно-тренировочных организаций;

- в послевоенный период - допризывная подготовка; обучение молодежи в системе ДОСААФ; всесоюзная военная игра «Зарница» для подростков, посещение ими воинских частей, с тем чтобы максимально приблизить обстановку к «боевой»; специфическая «политика памяти» с отфильтрованными государственной цензурой учебниками истории, особенно военной истории предвоенного и начального периодов Второй мировой войны; замалчивание и приуменьшение роли западных союзников в разгроме нацизма; аналогично - помощь США воюющему СССР вооружением, военными материалами, продовольствием и обмундированием; помпезное празднование сколько-нибудь значимых победных дат военного периода; финансирование государством, спустя многие десятилетия по окончании войны, потока кинофильмов о войне, где наряду с подлинными произведениями искусства соседствуют откровенные поделки. Послевоенная практика формирования государственного патриотизма в немалой степени характерна и для постсоветского периода.

Спустя многие десятилетия после окончания Второй мировой войны подобная риторика выполняет ряд функций: - Заслуженное чествование ветеранов; - Позволяет наличной власти представить себя в образе наследницы победных традиций прошлого, что было характерно и для правления Л.И.Брежнева; - Способствует обоснованию все более милитаризованного бюджета; - Помогает закамуфлировать, отодвинуть на периферию общественного внимания скудное существование немногих, еще живых ветеранов войны - убогие пенсии; отсутствие благоустроенного жилья; отсутствие личного транспорта, приспособленного для передвижения инвалидов…

Постсоветский гражданский патриотизм. Его носителем в начале XXI в. являются лишь относительно небольшие, локальные группы российского общества. Опорные смыслы – правовое государство; гражданские права и политические свободы; демократия, честные конкурентные выборы, сменяемость власти, социальная экономика, ориентированная на интересы и нужды массовых слоев населения.

Сергей Александрович Магарил