Российский индекс противодействия коррупции: проблемы формирования и решения



Российский индекс противодействия коррупции: проблемы формирования и решения

#коррупция#Россия#общество

Ключевые слова: индекс восприятия коррупции, Transparency International, методология расчёта индекса, антикоррупционное законодательство, Trace Matrix, национальный индекс противодействия коррупции.

Key words: Corruption perception index, Transparency International, methodology of index determination, anticorruption legislation, Trace Matrix, national anti-corruption index. В современной экономической действительности роль рейтинговых агентств в формировании международного информационного бизнес-пространства неоценима, поскольку их мнение служит ориентиром не только для инвесторов, но и предпринимателей и во многом формирует направление их деятельности.

Однако в силу различных причин в настоящее время многие рейтинговые агентства сворачивают свою деятельность на территории России, и это обстоятельство остро ставит вопрос создания национального рейтингового агентства. Такая ситуация особенно негативно влияет на оценку состояния коррупции в стране в целом и в отдельных, конкретных направлениях деятельности, а поэтому становится необходимым ввести в практику обращения национальный индекс, характеризующий противодействие коррупции, а не политически мотивированный индекс восприятия коррупции Трансперенси Интернешнл (Transparency International), который отражает интересы транснациональных корпораций, помогая им оценить риск реализации бизнес-идей в той или иной стране .

Данное заключение основано на следующих позиционных факторах, реализуемых посредством информации. Во-первых, для определения индекса восприятия коррупции используются результаты социологических опросов среди экспертов. При этом считается, что мнение граждан об уровне коррупции в своей стране сильно коррелирует с точкой зрения иностранных экспертов . Во-вторых, доминирующие позиции среди экспертов занимают представители западных стран с развитой рыночной экономикой и работники международных организаций.

Поэтому восприятие уровня коррупции основано на оценках экспертов, ориентированных на крупные международные и транснациональные компании. В-третьих, при определении значений индекса восприятия коррупции не используются фактические данные о правоприменении антикоррупционного законодательства в различных странах. Считается, что данные показатели являются показателем качества работы правоохранительных органов и судов по выявлению коррупции, но не отражают восприятие коррупции в той или иной стране.

В-четвертых, результаты опроса общественного мнения не принимаются во внимание. Обосновывается это тем, что «…эксперты из среды бизнеса гораздо более, нежели простые граждане, осведомлены о верхушечной коррупции. Большинство же граждан имеет представление о случаях (или их отсутствии) низовой коррупции в стране»3 . В-пятых, в своих исследованиях Transparency International при оценке индекса восприятия коррупции использует отчёты зарубежных и международных организаций как за исследуемый год, так и за 1–2 предыдущих года. Считается, что коррупционное поведение в стране меняется достаточно медленно. Однако для стран, в которых происходит формирование стандартов бизнес-поведения, такое допущение является неправомерным. В-шестых, Transparency International для оценки стран в целом использует индекс восприятия коррупции и место страны среди других стран по значению этого индекса. При этом допускается неоднозначное толкование получаемых результатов. В силу изложенных выше обстоятельств индекс восприятия коррупции Transparency International не отражает тех существенных изменений, которые произошли в России в плане противодействия коррупции за последние годы4 , в частности:

– он не отражает степень восприятия коррупции населением России и его реакцию на принимаемые меры как со стороны государственных органов управления, так и общественности; – игнорирует международные антикоррупционные инициативы российского Правительства; – не реагирует на работу по усовершенствованию российского антикоррупционного законодательства и гармонизации его с международным законодательством. Другой индекс, используемый для оценки уровня коррупции, – индекс влияния коррупции на ведение бизнеса (TRACE Matrix) отражает понимание коррупционного риска и влияния на степень его угроз, принятый в США1 . Это становится очевидным на основе следующих умозаключений. Индекс Trace Matrix рассчитывается по четырём показателям: 1) взаимодействие с государственными структурами (данный показатель имеет наибольший удельный вес); 2) антикоррупционное законодательство и его правоприменение (данный показатель имеет наименьший удельный вес); 3) прозрачность функционирования госструктур; 4) контроль со стороны общества.

Данный подход находит своё объяснение в реалиях ведения бизнеса, например, в Соединённых Штатах. Так, наименьший вес юридических аспектов оценки коррупционного риска объясняется тем, что в США юридическая практика основана на прецедентном праве, а наибольший вес показателя, учитывающего взаимодействие бизнеса с властью, объясняется тем, что в этой стране подобное взаимодействие регулируется совокупностью законов о лоббистской деятельности. Таким образом, индексы, оценивающие риск появления коррупции, явились ответом на запрос времени.

Так, индекс восприятия коррупции Transparency International появился в тот период времени, когда теория глобализации рынков была доминирующей, а сам индекс отражал интересы транснациональных компаний. Когда была осознана роль индекса противодействия коррупции как инструмента политического воздействия, то был разработан индекс влияния коррупции на ведение бизнеса TRACE Matrix, отражающий понимание коррупционного риска, принятый в США. Поэтому для России актуальной становится задача разработки индекса противодействия коррупции как для нашей страны, так и для стран, близких к России по стандартам ведения бизнеса, с общим пониманием национальных интересов и методов их достижения. В качестве подобных групп стран можно рассматривать страны таможенного союза, страны СНГ, страны БРИКС и ШОС. При этом общие принципы построения подобного индекса должны быть близки, понятны и (что очень важно) приняты бизнес-сообществом в этих странах.

Процесс согласования и утверждения методики расчёта индекса и его показателей следует осуществлять на уровне сочетания интересов бизнеса и общественных потребностей, например, торгово-промышленных палат соответствующих государств. Внедрение разработанной ТПП РФ и РСПП методики для мониторинга и проверки реализации антикоррупционных мероприятий2 предоставит возможность использовать ценную информацию для анализа состояния антикоррупционной деятельности в организациях. Иными словами, появится инструмент для анализа состояния противодействия коррупции непосредственно в организациях и на предприятиях. Таким образом, будет сформирована платформа для разработки российского индекса противодействия коррупции. При этом предлагается, что при определении значения индекса противодействия коррупции можно использовать следующие условия его формирования и соответствующие показатели.

1. Степень проработанности антикоррупционного законодательства страны и его адекватность существующим коррупционным рискам. Данный показатель отражает готовность высшего политического руководства страны противостоять коррупции. В основу данного показателя могут быть заложены следующие критерии: А) общественно принятая и законодательно подкрепленная государственная программа антикоррупционных мер; Б) определение коррупции как уголовно наказуемого деяния с отстранением от занимаемой должности и конфискацией имущества; в) требование к организациям активно внедрять антикоррупционные меры, разрушающие среду, провоцирующую коррупционные действия; г) наличие системы наказаний для юридических и физических лиц за коррупционные правонарушения; д) наличие системы наказаний организаций за отсутствие программы реализации антикоррупционных мер и системы поощрений за их реализацию. 2. Результаты правоприменения антикоррупционного законодательства. Данный показатель демонстрирует способность государственных институтов власти эффективно и целенаправленно бороться с коррупцией. 3. В основу данного показателя могут быть заложены следующие критерии:

а) соотношение между количеством заведённых антикоррупционных дел и количеством антикоррупционных дел, доведённых до суда с реально назначенным наказанием; б) соотношение между количеством антикоррупционных дел, доведённых до суда, и количеством дел, закончившихся обвинительным приговором, приведенным в исполнение. 4. Антикоррупционные организационно-штатные мероприятия, реализованные в компаниях. Данный показатель отражает готовность бизнеса сотрудничать с государством с целью реализации антикоррупционной политики.

Например, в России источником данной информации могут служить отчёты о выполнении требований Антикоррупционной хартии российского бизнеса. Что касается других стран, то у них могут быть выработаны и найти применение другие механизмы получения информации. Однако они должны соответствовать условиям и критериям их формирования, заданным параметрам и ожидаемым результатам. 5. Открытость и доступность информации об антикоррупционных мероприятиях и их результатах. Данный показатель отражает открытость государственных институтов и бизнес-структур для общественной проверки.

Критерием данного показателя может служить доступность информации по указанным выше трём показателям в открытых информационных источниках, с непосредственным участием представителей общественности. 6. Обеспечение достоверности источников информации о состоянии коррупции в стране и различных секторах экономики для формирования антикоррупционной программы, а также сведений о реализации антикоррупционных мероприятий, который должен отражать готовность государственных и общественных организаций к борьбе с коррупцией. 7. Формирование в обществе посредством информационных источников и программ неприятия коррупционных деяний и содействие антикоррупционным мерам.

Таким образом, в целом государство и общество, объединяя усилия в антикоррупционной деятельности, будет опираться, во-первых, на институты и устои государства, вовлекая в эту работу все слои общества, а во-вторых, полученные результаты использовать во благо и государства, и общества.

Чалдаева Л.А., Килячков А.А.



Другие новости и статьи

« Социокультурные факторы развития человеческого капитала как ресурсная база модернизации России

Какой управленец нужен современной России? »

Запись создана: Воскресенье, 3 Ноябрь 2019 в 0:04 и находится в рубриках Новости.

Метки:



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии для сайта Cackle

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы