Российский чиновник как национальная идея второго плана
Говоря с молодыми литераторами, он [Ф. Булгарин] утверждал, что существенной разницы между ним и Пушкиным не было. Всегда оба старались быть полезными по начальству. 1
Характерной чертой российского национального сознания является мессианизм – идея об особом предназначении России. Долгое время эта установка выражалось в идеологеме Москва – Третий Рим, затем – в идее построения коммунизма. Сегодня на смену пришла пока еще не очень отчетливо сформулированная концепция Новой демократической России в многополярном мире.
Национальная идея как смысл и судьба «русской цивилизации»
Всякий мессианский проект имеет сложную структуру, включает ряд сопутствующих идей, касающихся условий его реализации, лидеров и сторонников, с одной стороны, противников, с другой, и т.д. В российском национальном сознании к числу таких «идей второго плана» относится идея власти и персонифицирующая ее фигура чиновника. Лучшие отечественные умы посвятили этой теме сотни страниц своих произведений. «Номенклатура», благодаря М. Восленскому, стала неотъемлемой чертой образа России на Западе.
Любопытно, что с точки зрения мессионисткой парадигмы тандем – «власть – чиновник» играет противоречивую роль. Первая в лице государства выступает локомотивом, чиновник – тормозом. Естественно, образ государева (служилого) человека несопоставим по масштабам с концепцией мессианизма, претендующей на цивилизационную значимость. Вместе с тем в силу особенностей исторического развития страны концепт чиновника был и остается по сию пору призмой, сквозь которую вольно или невольно рассматриваются любые существенные новации в национальном сознании и жизнеустройстве. Начало этому положила опричнина; петровский Табель о рангах придал проекту общенациональный характер,
свое всеобъемлющее воплощение бюрократическая машина получила в советской административно-командной системе. Несмотря на тотальный характер фигура чиновника остается для массового сознания загадочно-демонической. «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй» 2 . Одна из причин тому: рационально-теоретический дискурс по поводу бюрократии всегда жестко контролировался властью. Сегодня ситуация меняется. Во-первых, резко возрос интерес к проблемам корпоративной этики как одному из важнейших факторов формирования гражданского общества. Не случайно в последнее время кодексы профессиональной этики приняты во многих ведомствах – в Министерстве внутренних дел, Прокуратуре РФ, Федеральной антимонопольной службе и т.д.
Во-вторых, и в теории, и на практике наметился переход к Новому государственному управлению. Концепт базируется на доверии как основе власти, трактовке государства как поставщика услуг, освобожденного от любых политических интересов кроме удовлетворения запросов потребителей. Вместе с тем анализ литературы показывает – в работах по государственному строительству, теории управления, социологии власти развернутое понятие чиновника отсутствует. Теоретические построения сводятся к разделению чиновников3 на гражданских управленцев и сотрудников силовых структур, а также к детальной проработке прав и обязанностей государственных служащих; последние изложены в Федеральном законе о государственной гражданской службе Российской Федерации.
Таким образом, в теоретическом плане образ современного чиновника носит по-преимуществу дискрептивный, а не аналитический характер, отягощен набором мифологем и стереотипов, по большей части с отрицательным знаком. Сегодня при слове «чиновник» у рядового гражданина обычно возникают следующие ассоциации: принадлежность к «аппарату» как некоей тесно связанной официальными и неофициальными отношениями и закрытой от внешнего мира структуре управления (власти); интеллектуальная ограниченность; отсутствие специфических знаний и умений; некомпетентность в своей зоне ответственности; доступ к общественным благам как функция места, а не собственных профессиональных и личностных качеств; дефицит моральных ограничений, демагогичность, лицемерие, бездушие, формализм, низкий официальный заработок, коррумпированность, амбициозность, чинопочитание. Не отрицая справедливости приведенных характеристик, подчеркнем: необходимо реконструировать образ государственного служащего, который способен выполнять и выполняет сложные задачи по поддержанию и развитию общественного организма.
Государственные служащие являются предметом изучения различных наук: государства и права, истории, психологии, социологии, теории управления. Можно выделить и несколько подходов к проблеме психологический, исторический, институциональный. Отечественная наука также располагает эмпирической базой по рассматриваемой теме (см., напр.: [1; 2; 3]).
Учитывая сложность и многообразие феномена чиновничества, наличие превращенных и латентных форм его бытования, наиболее адекватным, на наш взгляд, является междисциплинарный подход к проблеме. В рамках такой парадигмы предлагается следующее определение: Государственные (муниципальные) служащие – социальнопрофессиональная группа, объединяющая лиц преимущественно с высшим образованием, занимающихся деятельностью, связанной с управлением в различных сферах общественной жизни, то есть с ее планированием, организацией и распределением ресурсов, в системе личностных регулятивов которой (деятельности) преобладает опосредованная (или так называемая отложенная) мотивация, закрепленная в корпоративных нормах и ценностях. Кое-что надо пояснить. ● Под «различными сферами общественной жизни» понимаются локальные социальные пространства (социальные институции) формирующиеся
как поле столкновения разнонаправленных интересов, проблем, требующих решения4 . Для их согласования, в идеале – оптимизации, необходимы особые социальные (управленческие) технологии, граничащие, порой, с искусством. Главным из таких искусств является умение