Переход к новой экономической политике. Ленинская концепция НЭПа (1921―1923)



Переход к новой экономической политике. Ленинская концепция НЭПа (1921―1923)

oboznik.ru - Переход к НЭПу

1. Преддверие новой экономической политики

К началу 1921 г. экономика страны оказалась в катастрофическом состоянии, а разруха в отдельных отраслях аграрного и промышленного производства достигла своего апогея. Сам В.И. Ленин сравнил экономическое положение страны после Гражданской войны с «человеком, избитым до полусмерти». Поэтому перед правящей партией в очередной раз замаячила угроза возникновения новой гражданской войны, поскольку многие регионы страны были охвачены вооруженными крестьянскими мятежами. Политика военного коммунизма, на которую большевики возлагали колоссальные надежды, явно потерпела крах. Руководству партии надо было в срочном порядке принимать любые кардинальные меры, которые смогли бы предотвратить новый кровавый хаос в стране.

Переход к НЭПу

Новая экономическая политика в Советской России

В разгар Гражданской войны, в январе 1920 г. на III съезде ВСНХ один из видных теоретиков большевизма Ю.З. Ларин (Лурье) выступил с предложением упразднить продразверстку и установить для всех типов крестьянских хозяйств единый натуральный налог, размер которого был бы существенно ниже нормативов продразверстки, установленных в 1918 г. Кроме того, он предложил немедленно восстановить полную свободу товарооборота на всей территории страны, что явилось откровенным вызовом тем вполне ортодоксальным представлениям о социализме, которые повсеместно сложились в высшем партийно-государственном руководстве страны еще задолго до революции. Естественно, что эти предложения Ю.З. Ларина, которые были озвучены с молчаливого согласия председателя ВСНХ А.И. Рыкова, были сразу подвергнуты резкой обструкции, а сам несостоявшийся реформатор поплатился за свои несвоевременные мысли местом в Президиуме ВСНХ. Однако уже в феврале 1920 г. с подобным предложением выступил сам Л.Д. Троцкий, который являлся вторым человеком в партийно-государственном руководстве страны, что являлось самым ярким свидетельством того неутешительного факта, что политика военного коммунизма полностью потерпела крах. 20 февраля 1920 г. оракул революции представил на имя В.И. Ленина, Н.И. Бухарина, Л.Б. Каменева и Н.Н. Крестинского «Черновой набросок соображений по продовольственной политике», который во время его рассмотрения на Пленуме ЦК был озаглавлен «Основные вопросы продовольственной и земельной политики». В этом фолианте, проанализировав состояние аграрного производства в стране и продовольственную политику партии в деревне, Л,Д. Троцкий пришел к неутешительным выводам, что:

1) Политика продразверстки, построенная на тотальном изъятии всех товарных излишков сельхозпродукции, ведет к становлению самодовлеющих крестьянских хозяйств и истощению продовольственных ресурсов страны.

2) Любые попытки усовершенствовать реквизиционный аппарат не дадут желаемых результатов, и бороться против хозяйственной разрухи и полной деградации села можно только двумя реальными способами:

а) установлением такого подоходно-прогрессивного натурального налога, который мог бы стимулировать увеличение запашки и повышение общей культуры земледелия, и

б) установлением прямой зависимости между количеством сданного зерна в государственный продовольственный фонд и обеспечением крестьянского хозяйства товарами промышленного производства.

Инициатива Л.Д. Троцкого не нашла поддержки в верхних эшелонах партии, в том числе со стороны подавляющей части членов ЦК, среди которых был и сам В.И. Ленин. С этого момента, что абсолютно логично, Л.Д. Троцкий и стал самым яростным поборником политики милитаризации труда, поскольку не видел иной альтернативы решения тех острейших социально-экономических проблем, которые свалились на страну. Поэтому уже тогда, в феврале 1920 г., в одной из своих новых записок «Очередные задачи хозяйственного строительства» он выступил с идеей создания печально знаменитых трудовых армий, построенных по военно-милиционной системе, то есть с созданием в каждой губернии, уезде и волости «аракчеевских» военных поселений.

По мнению ряда современных авторов (М. Горинов, С. Цуканов), в тот период всё высшее партийно-государственное руководство страны вполне осознанно приняло решение продолжить политику «военного коммунизма» на так называемых «гражданско-коммунистических началах». Эти взгляды нашли отражение и в решениях IX съезда РКП(б) (март ― апрель 1920 г.), и в заключительной резолюции VIII Всероссийского съезда Советов «О мерах укрепления и развития крестьянских хозяйств» (декабрь 1920 г.), и в работах многих партийных теоретиков, в частности, Л.Д. Троцкого («Терроризм и коммунизм» 1920), Н.И. Бухарина («Экономика переходного периода» 1920), Н.В. Осинского («Государственное регулирование крестьянского хозяйства» 1920), С.И. Гусева (Драбкина) («Единый хозяйственный план и единый хозяйственный аппарат» 1920) и многих других.

Более того, сам В.И. Ленин абсолютно не видел какой-либо необходимости изменения основ старой «военно-коммунистической» политики и продолжал делать ставку на государственное принуждение как основу выхода страны из острейшего экономического кризиса и ее хозяйственного возрождения. Именно поэтому он очень высоко оценил известный теоретический опус Николая Бухарина «Экономика переходного периода», и особенно его седьмую главу «Внеэкономическое принуждение в переходный период», назвав ее превосходной.

Справедливости ради следует сказать, что не все члены ЦК РКП(б) и крупные партийные функционеры разделяли позицию В.И. Ленина, Л.Д. Троцкого, Н.И. Бухарина и других вождей партии и государства. В частности, Д.Б. Рязанов (Гольдбах), А.И. Рыков, В.П. Ногин и В.П. Милютин накануне созыва и в ходе работы IX съезда партии (март ― апрель 1920 г.) в резкой форме критиковали военный, милитаристский характер троцкистской экономической платформы и реальную практику создания военно-милиционной системы на местах.

Более того, по мнению ряда ученых (С. Кара-Мурза), в этот период двум самым авторитетным экономистам страны — Л.Н. Литошенко и А.В. Чаянову было поручено подготовить два альтернативных доклада по проблемам развития аграрного производства в стране. В июне 1920 г. оба этих доклада были представлены на рассмотрение в Наркомат земледелия (С.П. Середа) и ГОЭЛРО (Г.М. Крижановский). Первый вариант программы (Л.Н. Литошенко), который предусматривал новую редакцию столыпинской аграрной политики, был отвергнут большинством участников дискуссии. А второй вариант программы (А.В. Чаянов), который предусматривал развитие крестьянских единоличных хозяйств на базе широкого развития кооперации, позднее был взят за основу государственной политики в области сельского хозяйства.

Тем временем во многих регионах страны (Среднее Поволжье, Урал, Дон, Западная Сибирь) разгорелись мощные крестьянские восстания, среди которых особым размахом отличались движение Н.И. Махно в Левобережной Украине (Новороссии) и антибольшевистское восстание крестьян Тамбовской и Воронежской губерний, который возглавил бывший левый эсер С.А. Антонов.

2. Дискуссия о профсоюзах и X съезд РКП(б)

В этот критический момент все внимание высшего партийного руководства страны было сосредоточено на так называемой «профсоюзной дискуссии», пик которой пришелся на рубеж 1920―1921 гг. По мнению историков (А. Киселев), это была довольно странная дискуссия, в центре внимания которой были совершенно разные аспекты, в том числе острейшие проблемы экономического положения страны, роли профсоюзов в хозяйственном строительстве, внутрипартийной борьбы и т. д.

Дискуссия о профсоюзах началась спонтанно в начале ноября 1920 г., в период работы V Всероссийской конференции профсоюзов, на которой ряд ее делегатов, в частности председатель ВЦСПС Михаил Павлович Томский (Ефремов), заявили о необходимости пересмотра устоявшихся в годы «военного коммунизма» принципов взаимоотношений профсоюзного движения, партии и государства. В частности, большинство ораторов в категорической форме заявили о необходимости положить конец укоренившейся практике подавления профсоюзов и восстановить традиционные демократические принципы выборности и отчетности всех руководящих профсоюзных органов перед «профсоюзной массой». Л.Д. Троцкий, в недопустимо резкой форме осудив выступления М.П. Томского и других «штатных профсоюзников», заявил о необходимости дальнейшего завинчивания гаек политики военного коммунизма и призвал к полному перетряхиванию обюрократившихся профсоюзов на всех уровнях.

В начале ноября 1920 г. состоялся Пленум ЦК РКП(б), на котором был рассмотрен представленный Л.Д. Троцким проект тезисов «Профессиональные союзы и их дальнейшая роль». Предложенную им платформу «огосударствления профсоюзов» очень активно поддержали А.А. Андреев, Н.Н. Крестинский, Е.А. Преображенский, Х.Г. Раковский и Л.П. Серебряков. Незначительное большинство, состоявшее из десяти членов ЦК — В.И. Ленин, И.В. Сталин, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, М.П. Томский, А.И. Рыков, Н.И. Бухарин, Я.Э. Рудзутак, Ф.Э. Дзержинский и М.И. Калинин, высказались против троцкистских тезисов и поддержали ленинскую платформу, получившую название «платформы десяти».

Сторонники данной платформы, автором которой был тогдашний генеральный секретарь ВЦСПС Я.Э. Рудзутак, полагали, что профсоюзы должны стать связующим звеном между широкими трудящимися массами и государственно-партийным аппаратом или, выражаясь знаменитыми ленинскими словами, стать «школой хозяйствования» и «школой коммунизма» для них. Победа ленинской группировки оказалась пирровой, поскольку уже в начале декабря 1920 г., на очередном Пленуме ЦК большинство его участников неожиданно поддержали так называемую «буферную платформу» Н.И. Бухарина, которая, за малым исключением, была точной копией троцкистской профсоюзной платформы.

Поддержанный значительной частью членов ЦК, Л.Д. Троцкий перешел в наступление и 25 декабря 1920 г. опубликовал свою очередную брошюру «Роль и задачи профессиональных союзов», которая оказалась в центре новой партийной дискуссии, развернувшейся на VIII съезде Советов. Активное участие в этой дискуссии приняли обе «партийные группировки», в том числе В.И. Ленин, Л.Д. Троцкий, Г.Е. Зиновьев, Н.И. Бухарин, А.Г. Шляпников, В.П. Ногин, В.Б. Рязанов и другие. В частности, сам В.И. Ленин, выступивший с речью «О профессиональных союзах, о текущем моменте и об ошибках тов. Троцкого», прямо заявил, что профсоюзная дискуссия стала следствием более серьезных и коренных противоречий, связанных с проблемой «методов подхода к массе, овладения массой и связи с массой». Именно в этом, по мнению В.И. Ленина, и состояла «вся суть наших разногласий» с товарищем Л.Д. Троцким.

В начале января 1921 г. на очередном Пленуме ЦК незначительным большинством голосов (В.И. Ленин, И.В. Сталин, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, А.И. Рыков, М.П. Томский, В.М. Молотов и Я.Э. Рудзутак) было принято решение о полной свободе дискуссий и проведения выборов на предстоящий партийный съезд по профсоюзным платформам. Практически сразу после принятого решения на страницах партийной печати одна за другой появляются как старые («ленинская», «троцкистская», «буферная»), так и новые платформы — «рабочей оппозиции» (А.Г. Шляпников, С.П. Медведев, А.М. Коллонтай) и «демократического централизма» (А.С. Бубнов, Т.В. Сапронов, И.В. Осинский).

В частности, идеологи «рабочей оппозиции» резко выступили против любых форм государственного и партийного контроля над профсоюзным движением и заявили, что именно профсоюзы, а не государственно-партийный аппарат, должны взять на себя роль управления всем народнохозяйственным комплексом страны. Для реализации этой задачи лидеры «рабочей оппозиции» предлагали созвать Всероссийский съезд производителей и передать ему все права и полномочия по управлению народным хозяйством страны.

Фактически все высшее партийное руководство страны, втянувшись в профсоюзную дискуссию, погрязло в бесконечных политических разборках и спорах. Поэтому уже в середине января 1921 г. В.И. Ленин в своих статьях «Кризис назрел» и «Еще раз о профсоюзах, о текущем моменте и об ошибках тов. Троцкого и Бухарина» призвал широкие партийные массы прекратить эту бесплодную дискуссию, которая стала реально угрожать расколу всей партии, и сплотиться на базе единой профсоюзной платформы — ленинской «платформы десяти».

Точка в этой дискуссии была поставлена на X съезде РКП(б), который состоялся в начале марта 1921 г. По итогам работы этого съезда были приняты два принципиально важных решения:

1) большая часть делегатов партийного форума поддержала ленинскую «платформу десяти»;

2) ввиду реальной угрозы раскола в партии была принята знаменитая резолюция «О единстве партии», которая под угрозой исключения из партийных рядов наложила категорический запрет на образование любых внутрипартийных оппозиционных фракций и групп.

Поражение Л.Д. Троцкого и его сторонников в профсоюзной дискуссии было четко зафиксировано и при выборах нового состава ЦК, в который не вошли такие видные троцкисты, как Л.П. Серебряков, Н.Н. Крестинский и Е.А. Преображенский. Одновременно новыми членами ЦК стали давние антагонисты и критики оракула революции — К.Е. Ворошилов, В.М. Молотов, М.В. Фрунзе и Г.К. Орджоникидзе.

Это обстоятельство красноречиво говорит о том, что не при И.В. Сталине, а именно при В.И. Ленине начался процесс «вымывания» троцкистов из руководящих партийных и государственных органов. Как верно заметили ряд авторов (Н. Васецкий), этот процесс, судя по его масштабам, был не стихийным явлением, а сознательно направлялся В.И. Лениным, который укреплял партийное руководство в центре и на местах.

На этом форуме самой беспощадной критике была подвергнута платформа «рабочей оппозиции», поскольку взгляды ее лидеров были совершенно не совместимы с партийной программой, принятой два года назад. Так что вполне закономерно, что разгрому этой профсоюзной платформы была посвящена отдельная съездовская резолюция «О синдикалистском и анархистском уклоне в нашей партии».

Размах профсоюзной дискуссии и многообразие подходов к проблемам хозяйственного строительства в стране настолько обеспокоили В.И. Ленина и других партийных вождей, что именно с этого партийного форума начнется отсчет так называемых «партийных чисток», которые с постоянной регулярностью будут проходить в партии до конца 1930-х гг.

Как бы не важны были вопросы внутрипартийной борьбы, в историю партии и государства X съезд РКП (б) все же вошел как съезд, положивший начало новой экономической политике (НЭП).

3. Ленинская концепция НЭПа и ее теоретическое развитие в 1921―1923 гг.

Безусловно, НЭП явился крупнейшим поворотом в политике большевиков, который, однако, как и политика военного коммунизма, первоначально являлся настоящим экспромтом, нежели продуманной партийной программой на длительную историческую перспективу.

Впервые вопрос о замене продразверстки натуральным налогом был рассмотрен в Политбюро ЦК 8 февраля 1921 г., где обсуждался ленинский предварительный черновой набросок тезисов насчет крестьян. 24 февраля комиссия Политбюро представила Пленуму ЦК «Проект постановления ЦК о замене разверстки натуральным налогом», который после бурного обсуждения и доработки был передан на рассмотрение X съезда РКП(б).

15 марта 1921 г., в предпоследний день работы съезда, с основным докладом «О замене разверстки натуральным налогом» выступил В.И. Ленин. Сам доклад и его основные положения, а также содоклад наркома продовольствия А.Д. Цюрупы, вызвали настоящий шок у многих делегатов съезда, которые расценили переход к новой экономической политике как предательство идеалов Октября. Ярчайшим доказательством этого шокового состояния большинства делегатов партийного съезда явилось то обстоятельство, что после выступления всего четырех ораторов прения по данному вопросу из-за отсутствия желающих выступить были прекращены. Объясняя своим соратникам по партии необходимость такого крутого поворота, В.И. Ленин особо подчеркнул тот факт, что НЭП является «временным отступлением, вызванный неудачами политики военного коммунизма», ставших детонатором массовых крестьянских восстаний и Кронштадтского мятежа. Не случайно в апреле 1921 г. в своей знаменитой статье «О продовольственном налоге» он прямо писал, что «экономика весны 1921 года превратилась в политику: "Кронштадт"».

В советской историографии (Э. Генкина, В. Дмитренко) традиционно утверждалось, что в своем докладе на X съезде РКП(б) В.И. Ленин выдвинул «глубоко аргументированную комплексную программу перестройки экономических отношений», основанную на детальном анализе изменившейся расстановки классовых сил в стране.

В современной историографии (М. Горинов, В. Кабанов) сложилось устойчивое мнение, что в этом докладе концепция НЭПа представляла собой «не строго научную теорию», а набор определенных вынужденных мер, к которым пришли эмпирическим путем под влиянием мощных крестьянских восстаний, охвативших всю территорию страны.

Первоначально в ленинском докладе речь шла лишь о ликвидации важнейшего элемента политики военного коммунизма — государственной монополии и прямого государственного регулирования всего аграрного производства и нормативного распределения продуктов, т. е. продразверстки. Естественно, что переход к новой системе налогообложения всех крестьянских хозяйств ставил на повестку дня и вопрос о неизбежном возрождении свободного товарооборота. А именно это обстоятельство и вызвало у значительной части делегатов съезда полное непонимание и отторжение, поскольку в свободной торговле подавляющая часть партийцев видели основную угрозу возрождения капитализма.

В связи с этим обстоятельством В.И. Ленин, находясь еще в плену старых военно-коммунистических иллюзий, первоначально предполагал ограничить товарооборот местным масштабом и пришел к убеждению о создании прямого, а не рыночного механизма товарообмена через потребкооперацию и разветвленный аппарат Наркомата продовольствия в центре и на местах. Эта убежденность вождя вскоре разбилась о реалии жизни, и он был вынужден сам признать необходимость воссоздания полноценной системы свободного товарооборота на всей территории страны.

В марте — апреле 1921 г. по решению X съезда для формирования основ хозяйственного механизма НЭПа были созданы специальные комиссии ЦК РКП(б) и СНК по продналогу и финансам. Первую комиссию, в состав которой вошли А.А. Андреев, В.П. Милютин, А.И. Рыков, А.Д. Цюрупа и другие, возглавил член Политбюро ЦК РКП(б) и заместитель председателя СНК РСФСР Л.Б. Каменев. А вторую комиссию, членами которой стали Н.Н. Крестинский, Ю.З. Ларин, Г.Я. Сокольников и другие партийные экономисты, возглавил член ЦК и председатель Финансового комитета СНК РСФСР Е.А. Преображенский. Основной задачей «комиссии Л.Б. Каменева» стала подготовка необходимых нормативно-правовых и управленческих решений для перехода к новой системе налогообложения и реформы различных форм кооперации. А главная задача «комиссии Е.А. Преображенского» заключалась в коренной реорганизации всего денежного обращения, кредитной системы, бюджетных отношений и т. д.

В апреле 1921 г. в своей знаменитой статье «О продовольственном налоге» B. И. Ленин уже подробно говорил о НЭПе, как о возврате к элементам системы госкапитализма, посредством которых можно совершить плавный и значительно менее болезненный переход к социализму. Всем своим многочисленным оппонентам и критикам, в том числе в высшем партийном руководстве, он прямо указал на то обстоятельство, что «в НЭПе больше старого, чем нового», напоминая им основы той партийной экономической платформы, которые содержались и в его «Апрельских тезисах», и его статьях «О задачах нашей революции» (1918) и «Очередные задачи советской власти» (1918).

Было бы грубейшей ошибкой представлять дело таким образом, что в ленинской интерпретации госкапитализм образца 1921 г. являлся точной копией госкапитализма образца 1918 г. Подобный подход, характерный для советской историографии (А. Левин, Ю. Поляков, В. Дмитренко, Н. Щербань), вполне правомерно критикуется целым рядом современных авторов (М. Горинов, С. Цакунов, C. Кара-Мурза), которые обращают внимание на ряд существенных обстоятельств:

• В 1918 г. В.И. Ленин не призывал к восстановлению прежней системы госкапитализма, а лишь указывал на то обстоятельство, что переход к социализму был бы значительно проще, если бы госкапитализм на нынешнем этапе стал ведущей хозяйственной системой в стране.

• В 1921 г. речь шла о создании госкапитализма не как целостной хозяйственной системы, а как отдельных элементов, допущенных в ряд экономических областей, в частности, в систему товарообмена.

• После того, как В.И. Ленин убедился в том, что система товарообмена на базе госкапитализма провалилась, он ставит на повестку дня абсолютно новую задачу, которая должна составлять «основу и сущность нашей новой экономической политики» — создание системы государственного регулирования купли-продажи и денежного обращения.

Поэтому уже в мае 1921 г. на XI (чрезвычайной) партийной конференции В.И. Ленин заявил, что в такой мелкобуржуазной стране, как Россия, основной задачей партии является поиск особых промежуточных звеньев и дополнительных форм перехода от буржуазных отношений к социалистическим.

Летом 1921 г. в условиях жесточайшей засухи и жуткого голода, поразившего основные зернопроизводящие регионы страны — Среднее Поволжье и Северный Кавказ, правительство вынуждено было пойти на отмену государственной системы товарообмена и включить традиционные рыночные механизмы. Поэтому уже в ноябре 1921 г. в своей знаменитой работе «О значении золота теперь и после полной победы социализма» В.И. Ленин совершенно неожиданно полностью реабилитировал идеи «реформизма» в марксистском учении, которую большевики традиционно отвергали как идею ревизионистскую, навязанную всем «неустойчивым марксистам» ренегатом Э. Бернштейном еще в начале 1900-х гг. В этой работе лидер большевистской партии впервые заявил, что в настоящий исторический момент «нам жизненно необходимо прибегнуть к реформистскому, постепеновскому, осторожно-обходному методу действий в коренных вопросах экономического строительства». Чуть позже, поясняя свой крамольный вывод всем большевикам, В.И. Ленин прямо написал, что суть реформизма заключается в том, чтобы «не ломать старого уклада», а всемерно«оживлять капитализм», и по мере его развития и возрождения подвергнуть государственному регулированию все основные элементы традиционного капитализма, то есть торговлю, денежное обращение, мелкое и среднее предпринимательство и т. д.

Таким образом, ленинский вывод о необходимости в условиях крестьянской России широкого использования рыночных отношений в переходный период — это и есть то принципиально новое, что существенно отличало ленинский «план строительства социализма» осени 1921 г. от его же ранее озвученных планов, в том числе и в начальный период НЭПа.

С учетом этих теоретических открытий в декабре 1921 г. на XI Всероссийской партийной конференции была четко поставлена главная задача партии и советской власти на ближайшую историческую перспективу: при помощи «систематических и строго обдуманных экономических мероприятий» овладеть законами рынка, и «научиться государственному регулированию коммерческих отношений».

В марте 1922 г. на XI съезде РКП(б) в «Политическом отчете ЦК» В.И. Ленин совершенно неожиданно заявил о том, что «отступление», начатое год назад, следует остановить, поскольку цель, которая преследовалась этим отступлением, уже достигнута, а значит, на повестку дня выдвигается новая главная задача — перегруппировка сил.

В исторической литературе существуют различные трактовки этих положений ленинского доклада. В частности, ряд авторов (М. Горинов, С. Цакунов) справедливо отметили, что:

• Ленинский тезис об «окончании отступления» носил тактическо-пропагандистский характер и был адресован широким партийным массам, которые так и не поняли самой сути ленинской нэповской доктрины и по-прежнему жаждали отмщения и реванша.

• Этот тезис являлся констатацией того факта, что те острейшие проблемы, изначально породившие НЭП, то есть выход из жесточайшего политико-экономического кризиса весны 1921 г., были, наконец, разрешены.

• Этот тезис зримо подчеркнул, что предельной точкой отступления являются позиции «государственного регулирования капитализма и торговли» и дальнейшего отступления с этих позиций не будет.

• Ленинский тезис о необходимости «перегруппировки сил» носил стратегически-теоретический характер, поскольку сам В.И. Ленин особо подчеркнул тот факт, что с переходом к НЭПу российские большевики вступили на путь опосредованного движения к социализму, который изначально не был предусмотрен в марксистской доктрине. Поэтому все большевики должны теперь научиться хозяйствовать и торговать, и использовать преимущественно экономические методы регулирования общественных процессов в переходный период.

Было бы наивным думать, что В.И. Ленин призывал руководителей всех уровней полностью отказаться от методов чисто административного управления, поскольку тогда же, в марте 1922 г., в одной из личных записок Л.Б. Каменеву он прямо написал, что«было бы величайшей ошибкой думать, что НЭП положил конец террору. Мы еще вернемся к террору, и к террору экономическому».

Таким образом, в самом общем виде ленинскую концепцию НЭПа образца 1922 г. можно сформулировать как путь к социализму через госкапитализм и «допущение в известных пределах», которые возможны в условиях пролетарского государства, товарно-денежных отношений во все сферы экономической жизни страны.

В январе 1923 г. в своих заметках «О нашей революции» В.И. Ленин высказал ряд принципиально новых теоретических соображений по проблеме интеграции российской концепции переходного периода в рамки марксистской доктрины, получившей впоследствии название концепции «инверсионного развития». Тогда же, в январе 1923 г., когда отдельные элементы НЭПа уже приобрели зримые очертания иной экономической модели, которая существенным образом отличалась от военно-коммунистической модели, В.И. Ленин в своей знаменитой статье «О кооперации» прямо говорит о «перемене всей нашей точки зрения на социализм».

В отечественной исторической науке трактовка данного ленинского положения до сих пор остается достаточно проблематичной.

Одна часть авторов (В. Дмитренко, В. Мау, Г. Бордюгов, В. Козлов) заявляет, что, говоря о перемене всей нашей точки зрения на социализм, В.И. Ленин имел в виду изменение традиционного взгляда на социализм как общественный строй. Иными словами, отвергнув прежнюю, бестоварную парадигму социализма, он пришел к идее рыночной (кооперативной) модели социализма.

Другие историки (С. Виноградов, А. Киселев) уверены, что, говоря о перемене всей нашей точки зрения на социализм, В.И. Ленин говорил об изменении традиционных взглядов на сроки и методы строительства основ социализма. Таким образом, он прямо указывал руководству партии и государства на те существенные обстоятельства, что:

а) переходный период, необходимый для создания основ социализма, будет достаточно продолжительным, но не бесконечным:«НЭП вводится всерьез и надолго, но не навсегда», и

б) в новых исторических условиях большевикам необходимо отойти от чисто политических, командных методов управления хозяйственным комплексом страны и перейти на экономические методы управления, которые и позволят создать необходимые условия для перехода к социализму.

Третья группа авторов (М. Горинов, С. Цакунов) утверждает, что после взятия и удержания политической власти в стране изменился ленинский «угол зрения» на социализм. Иными словами, в условиях подполья и политических репрессий, то есть когда партия находилась «снизу», этот угол зрения на социализм был одним, а в условиях правящей партии, находящейся «сверху», он стал принципиально другим. Теперь основной задачей партии является не завоевание политической власти и разрушение старого, а удержание этой власти и созидание нового.

В традиционном марксизме доктрина кооперативного социализма, или «прудонизма» всегда отвергалась как идея, не имеющая ничего общего с идеями научного коммунизма. Не случайно В.И. Ленин столь критически отзывался о работах С.Н. Прокоповича («Кооперативное движение в России, его теория и практика» 1913), М.И. Туган-Барановского («Социальные основы кооперации» 1916), А.В. Чаянова («Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации» 1919) и других видных идеологов легального марксизма и экономизма. Но было бы абсолютно ошибочным думать, что в данной работе В.И. Ленин каким-то образом реабилитирует эти идеи в марксизме. Напротив, он лишь говорит о том, что в условиях крестьянской России необходимо всемерно развивать различные формы кредитной, снабженческой, сбытовой, потребительской, производственной и иных форм кооперации, поскольку именно кооперация является тем общественным институтом, который позволит:

1) соединить двуликую сущность (собственник и труженик) российского крестьянства в единое целое и вовлечь его в сознательное строительство основ социалистической экономики;

2) в максимально возможной степени обобществить средства производства в сельском хозяйстве, а значит, существенно повлиять на создание условий для строительства основ социализма в стране.

Целый ряд советских и российских историков по-разному интерпретируют такие известные ленинские положения этой статьи, как«простой рост кооперации для нас тождественен… с ростом социализма» и «строй цивилизованных кооператоров… это и есть строй социализма».

Одни ученые, сторонники «новой ленинской парадигмы», или «рыночники» (О. Лацис, Г. Бордюгов, В. Козлов), как правило, сознательно обрывают эти фразы, или, вернее, вырывают их из общего контекста, и делают далеко идущие выводы о том, что В.И. Ленин:

а) отказался от своих прежних идей о социализме как государственной монополии, обращенной на пользу всему народу, и выступает теперь за социализм как строй цивилизованных кооператоров;

б) признавая крестьянскую кооперацию важнейшим элементом НЭПа, он признал необходимость и неизбежность существования рыночных отношений при социализме.

Более того, есть все основания предполагать, что у В.И. Ленина вырастала концепция нескольких, как минимум, трех, основных фаз развития новой экономической политики: госкапитализм — кооперация — социализм.

Другие ученые (В. Кабанов, М. Горинов, С. Цакунов) упрекают своих оппонентов в том, что они неверно цитируют, а значит, и трактуют ленинские оценки и выводы, поскольку он особо подчеркивал то обстоятельство, что:

а) не каждый строй кооператоров тождественен социализму, а только тот, где существуют пролетарское государство и общественная собственность на средства производства;

б) развитие кооперативного движения в условиях нэповской экономической модели, то есть в условиях рынка, госкапитализма и пролетарской диктатуры ― это не строительство самих социалистических отношений, а лишь необходимое и достаточное условие для построения этих отношений.

Кроме того, как верно заметили эти же авторы, никем еще не доказано, что В.И. Ленин от отрицания товарно-денежных отношений пришел к их признанию в своих последних работах. Он лишь допускал эти отношения в переходный период, не говоря о конкретных сроках их существования.

Таким образом, последние ленинские работы не внесли ничего принципиально нового в его концепцию НЭПа, созданную в 1921―1922 гг. Он по-прежнему рассматривал госкапитализм в условиях пролетарского государства единственно возможным маршрутом на пути движения к социализму.

Подводя итог нашим размышлениям о ленинской концепции НЭПа, мы особо отметим то обстоятельство, что вождь мирового пролетариата успел проанализировать лишь первый двухлетний период НЭПа, когда страна только начала восстанавливать свое разрушенное в годы войны хозяйство. Его концепция НЭПа осталась незавершенной, сохранив ряд существенных противоречий с классическими представлениями марксизма как о переходе к социализму, так и о самом социализме как общественном строе. Эти противоречия состояли в следующем.

• Представление о НЭПе как опосредованном пути к социалистическому строю начинало все больше отрицать известное теоретическое положение марксизма о возможности непосредственного перехода к социализму, которое тогда никто из видных теоретиков большевизма, в том числе и сам В.И. Ленин, не исключал.

• Процесс построения социалистического общества в условиях крестьянской России вступал в противоречие с классическим марксистским положением о мировом характере социализма как общественного строя.

• Существовало неразрешимое противоречие между ленинской «доктриной конвергенции» капитализма и социализма и традиционной ортодоксальной доктриной марксизма, которая всегда утверждала о наличии неразрешимых антагонистических противоречий между этими общественно-экономическими формациями.

• Основное противоречие сохранялось между рыночным характером НЭПа и планомерным, бестоварным социализмом, условия для строительства которого и призван был создать именно НЭП.

4. Составные части новой экономической политики в 1921―1924 гг.

а) Основные элементы новой экономической политики в 1921―1924 гг.

В современной исторической науке до сих пор нет единства взглядов на проблему составных элементов НЭПа:

Одна часть историков (М. Горинов, В. Кабанов, Ю. Щетинов), утверждают, что ленинская концепция НЭПа содержала следующиеосновные компоненты: 1) в политико-идеологической области — жесткий однопартийный режим и всякое подавление инакомыслия; 2) в экономической сфере — административно-рыночная система хозяйства, в основе которой лежали следующие постулаты: а) минимальная связь с мировой экономической системой и сохранение государственной монополии внешней торговли; б) весьма ограниченный трестовский хозрасчет в промышленности с централизованным перераспределением прибыли через органы ВСНХ; в) неэквивалентный обмен с деревней на основе продналога и сознательное торможение роста крупного индивидуального хозяйства на селе.

Другие историки (В. Дмитренко, В. Наумов, А. Киселев, С. Виноградов) утверждают, чтоНЭП представлял собой целый комплекс мер переходного периода, основными элементами которого были:

1) Укрепление на экономической основе политического союза рабочего класса и крестьянства через возрождение товарно-денежных отношений и введение свободного товарооборота на всей территории страны.

Для реализации этой задачи, которая имела первостепенное значение, уже 21 марта 1921 г. СНК и ВЦИК РСФСР в срочном порядке принимают декрет «О замене продовольственной и сырьевой разверстки натуральным налогом». Затем, по мере развития нэповских начал в экономике страны, руководство партии и государства постоянно вносило существенные коррективы в этот важнейший элемент новой экономической политики. В частности, в 1922―1924 гг. СНК, СТО и ВЦИК РСФСР принимают принципиально важные декреты «О промысловом налоге» (февраль 1922 г.), «О трудовом землепользовании» (май 1922 г.), «О подоходном налоге» (ноябрь 1922 г.), «О едином сельскохозяйственном налоге» (май 1923 г.), «О внутренней торговле и потребкооперации» (апрель 1924 г.) и т. д.

Кроме того, в новом Гражданском кодексе РСФСР (ноябрь 1921 г. — апрель 1923 г.) были достаточно чётко определены и разграничены правоотношения и методы правового регулирования государственно-планового, государственно-товарного, частного товарно-потребительского и частного капиталистического оборотов.

2) Допущение в экономику страны ряда элементов буржуазных (рыночных) отношений при безусловном сохранении командных высот в экономике страны в руках пролетарского государства и партии большевиков.

Для реализации этой задачи СНК, СТО и ВЦИК РСФСР принимают целый пакет законодательных актов и постановлений, в том числе: «О концессиях» (ноябрь 1920 г.), «О мелких частных предприятиях» (май 1921 г.), «О денационализации мелких учреждений и предприятий» (июль 1921 г.), «Об арендных отношениях» (июль 1921 г.), «О товарных и фондовых биржах» (август 1922 г.) и т. д. Было бы неверно интерпретировать издание этих декретов как возрождение полноценных буржуазно-рыночных отношений в стране, поскольку эти нормативно-правовые акты регулировали очень незначительный сегмент советской экономики. По оценкам большинства специалистов (Л. Лютов, М. Ходяков, И. Ратьковский), предприятия так называемой «цензовой промышленности», в которых трудились несколько десятков тысяч рабочих и служащих, производили всего около 4,5 % валовой внутренней продукции, ежегодно создаваемой в стране.

Кроме того, надежды на привлечение значительных иностранных инвестиций через создание акционерных «концессионных предприятий», созданных на базе смешанного государственно-коммерческого иностранного капитала, абсолютно не оправдались, о чем со всей очевидностью писал сам В.И. Ленин еще в ноябре 1921 г. в своей знаменитой статье «О значении золота теперь и после полной победы социализма». По оценкам тех же историков, в годы новой экономической политики было создано всего порядка восьмидесяти концессионных предприятий, удельный вес которых в производстве валового национального продукта составлял всего 0,5%.

3) Развитие государственно-капиталистического сектора экономики и перевод крупных промышленных предприятий на хозрасчет.

Для реализации этой важнейшей задачи, которая впервые была поставлена на повестку дня в августе 1921 г. в Наказе СНК РСФСР «О новой экономической политике», комиссия Л.Б. Каменева подготовила целый пакет законодательных актов. Одним из самых важных нормативных документов, разработанных этой комиссией, стал проект нового декрета «О государственных промышленных предприятиях, действующих на началах коммерческого расчета (трестах)», который был утвержден СНК и ВЦИК СССР в апреле 1923 г.

В соответствии с этим декретом на всей территории страны были созданы отраслевые монополии в виде хозрасчетных трестов, объединивших самые крупные промышленные предприятия страны. Имущество всех трестов состояло из основного и оборотного капитала. Основной капитал трестов был полностью изъят из гражданского товарооборота и не подлежал традиционной купле-продаже, которая являлась главным элементом классической рыночной экономики. Об экономической «ущербности» этих хозрасчетных трестов выразительно говорил и тот факт, что только для этих предприятий была сохранена прежняя система государственного снабжения, государственного заказа и льготного кредитования. Кроме того, в июле 1923 г. новым декретом СНК и ВЦИК СССР были созданы торговые синдикаты, которые были призваны оказать существенную помощь трестам в изучении емкости и конъюнктуры рынка, проведении крупных торговых операций, заготовки сырья и т. д.

4) Совершенствование системы государственного планирования и управления народным хозяйством страны.

С этой целью по решению Политбюро и ЦК РКП(б) было принято несколько важных и принципиальных решений, которые позволили отчасти развернуть громоздкий партийно-государственный аппарат в сторону НЭПа.

а) В январе 1922 г. были разграничены права и компетенция Совета Народных Комиссаров и Совета Труда и Обороны, которые возглавлял Владимир Ильич Ленин. В частности, в ведении СНК РСФСР остались все вопросы, связанные с реализацией общегосударственных задач в области внутренней, внешней и оборонной политики, составление бюджета страны и контроль за его исполнением. А в ведении СТО РСФСР остались чисто экономические функции, в частности руководство отдельными промышленными отраслями, утверждение их хозяйственных планов и контроль за работой финансово-экономических ведомств и наркоматов. В апреле 1923 г. СТО РСФСР было временно преобразовано в Особое экономическое совещание, однако уже в январе 1924 г. ему было возвращено прежнее название.

б) В июле 1922 ― июле 1923 гг. была проведена структурная реформа Высшего совета народного хозяйства, который возглавлял Алексей Иванович Рыков. Первоначально, в 1922 г., существовавшие в рамках ВСНХ отраслевые центры и главки лишились своих прежних хозяйственно-распорядительных функций и были преобразованы в функциональные органы текущего планирования и контроля — главные управления ВСНХ. Основная масса промышленных предприятий, которые раньше непосредственно подчинялись ВСНХ, теперь сменили место традиционной приписки и были переданы на региональный уровень, где перешли в прямое подчинение республиканских и губернских совнархозов.

На втором этапе управленческой реформы в июле 1923 г. вместо ликвидированных главных управлений ВСНХ были созданы Центральное управление государственной промышленности и Главное экономическое управление. Первый орган, внутри которого были созданы отраслевые отделы, осуществлял общее руководство отраслевыми трестами, а второй орган осуществлял общее регулирование работы промышленности, транспорта, торговли и сельского хозяйства страны.

в) В апреле 1923 г. была проведена реформа Государственной плановой комиссии при СТО, которую возглавлял Глеб Максимилианович Кржижановский. Первоначально Госплан, который был создан на базе знаменитой комиссии ГОЭЛРО в феврале 1921 г., разрабатывал отдельные отраслевые планы, что, по мнению целого ряда высших руководителей партии и правительства, совершенно не отвечало коренным задачам социалистического строительства. В частности, Л.Д. Троцкий, являясь главным лоббистом интересов Госплана, неоднократно ставил вопрос о существенном расширении его функций и полномочий, считая, что именно этот орган должен «согласовывать, сочетать и направлять» хозяйственную деятельность так называемой «шестибоярщины», то есть тех шести общегосударственных ведомств страны — Госплана, Наркомфина, Госбанка, ВСНХ, СТО и Комитета по внутренней торговле, которые занимались учётом рыночной конъюнктуры и хозяйственного регулирования всех промышленно-аграрных отраслей.

В конце концов этой идеей оракула революции проникся и сам В.И. Ленин, продиктовавший в конце декабря 1922 г. свою знаменитую статью «О придании законодательных функций Госплану», в которой призывал партийный ареопаг «пойти навстречу тов. Троцкому» в вопросе расширения и увеличения компетенции Госплана. В апреле 1923 г. в заключительной резолюции XII съезда РКП(б) именно за Госпланом СССР было закреплено монопольное право разработки, составления и контроля за исполнением годовых планов развития промышленности, земледелия, финансов, транспорта, внутренней и внешней торговли, и т. д.

Справедливости ради следует сказать, что перестройка советского партийно-государственного аппарата, который, по словам В.И. Ленина «был целиком заимствован нами от царизма и чуть-чуть помазан советским миром», шла с огромным трудом. Это печальное обстоятельство и заставило его посвятить две свои последние статьи «Как нам реорганизовать Рабкрин» (январь 1923 г.) и «Лучше меньше, да лучше» (март 1923 г.) этой острейшей и архиважной проблеме.

Следует признать правоту ряда современных авторов (М. Горинов, Г. Бордюгов, В. Козлов), которые, ссылаясь на известный доклад А.И. Рыкова, произнесенный им на XV партийной конференции (октябрь 1926 г.), утверждают, что в период НЭПа созданная в годы «военного коммунизма» предельно централизованная система управления народным хозяйством страны не была полностью демонтирована, сохранив в девственной чистоте все присущие ей черты.

5) Развитие различных форм кооперации крестьянских хозяйств.

В ортодоксальном классическом марксизме доктрина «кооперативного социализма», или «прудонизма» всегда отвергалась как идея утопическая и антинаучная. Неслучайно В.И. Ленин столь критически и гневно отзывался о работах С.Н. Прокоповича («Кооперативное движение в России, его теория и практика» 1913), М.И. Туган-Барановского («Социальные основы кооперации» 1916), А.В. Чаянова («Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации» 1919) и других идеологов легального марксизма, прудонизма и экономизма.

Впоследствии, размышляя над проблемами соединения частного и общественного интереса, В.И. Ленин пришел к твердому убеждению, что в такой крестьянской стране, как Россия, необходимо всемерно развивать различные формы кредитной, снабженческой, закупочной, сбытовой, потребительской и производственной кооперации, поскольку она позволит относительно быстро решить несколько важнейших задач:

а) соединить частный и общественный интерес российского крестьянства и вовлечь его в сознательное строительство основ социализма;

б) обобществить средства производства в сельском хозяйстве и существенно повлиять на создание условий для строительства основ социализма в стране;

в) создать реальный механизм перехода мелкого крестьянского товарного хозяйства на рельсы крупного аграрного производства;

г) получить необходимые финансовые средства и ресурсы для создания крупного промышленного производства в стране.

В первые годы НЭПа основное внимание руководителей партии и государства было приковано к решению двух основных задач:

а) созданию надежной смычки между городом и деревней и

б) развитию нэповских начал в промышленном и коммерческо-торговом секторах экономики страны. Что касается крестьянского хозяйства и всего аграрного производства страны, то основные элементы новой экономической политики стали укореняться здесь только с апреля 1925 г.

б) Основные механизмы реализации новой экономической политики

Надо сказать, что в современной исторической науке часто происходит подмена понятий «основных элементов» новой экономической политики и «механизма» ее реализации. К большому сожалению, этим пороком грешат не только разного рода проходимцы от истории, но и ряд серьезных ученых, в частности Ю.Я. Терещенко, насчитавший двенадцать составных частей НЭПа. Следует все же отличать сами элементы новой экономической политики от механизма ее реализации. Такими основнымимеханизмами НЭПа, на наш взгляд, были:

1) Реформа системы заработной платы и перестройка всей тарифной системы. Для реализации этой задачи в сентябре 1921 г. СНК и ВЦИК РСФСР принимают декрет «Об основных положениях по тарифному вопросу», в соответствии с которым:

а) была восстановлена система денежного поощрения за труд, которая была практически полностью уничтожена в годы военного коммунизма и заменена натуральной оплатой труда;

б) в основу новой системы оплаты труда был положен принцип прямой зависимости уровня зарплаты работника от производительности и качества его труда.

Реализация этого декрета шла с большим трудом, и по оценкам современных историков (И. Ратьковский, М. Ходяков), в конце 1921 г. денежная часть зарплаты работника составляла только 20% от общей суммы его заработка. К началу 1924 г. прежняя система натуральной оплаты труда была полностью уничтожена и на всех предприятиях и в учреждениях страны был восстановлен денежный эквивалент заработной платы.

2) Реформа законодательства и создание новой системы кодифицированного права. По мнению большинства историков советского права (И. Исаев), при переходе к новой экономической политике советские юристы столкнулись с глубинным противоречием, которое было заложено в самой правовой системе переходного периода — между «пролетарским судом» и традиционным «буржуазным правом». Выход из этого сложного противоречия пытались найти различными способами, в том числе путем кодификации основных правоотношений и норм и создания на этой юридической базе новой системы советского законодательства.

В годы новой экономической политики под руководством целого ряда видных юристов и правоведов, в том числе председателя Верховного суда РСФСР Петерса Яновича Стучки, были разработаны и приняты системные нормативно-правовые акты, которые регулировали значительный круг общественных отношений, в том числе вещные, обязательственные, наследственные, договорные, уголовные, земельные, трудовые и процессуальные правоотношения. К числу таких важнейших законодательных актов, принятых ВЦИК РСФСР следует, прежде всего, отнести Гражданский кодекс (ноябрь 1921 г. ― апрель 1923 г.), Уголовный кодекс (июнь 1922 г.), Земельный кодекс (сентябрь 1922 г.), Кодекс законов о труде (ноябрь 1922 г.), Уголовно-процессуальный кодекс (февраль 1923 г.) и Гражданско-процессуальный кодекс (июль 1923 г.).

Кроме того, в тот же период, руководствуясь велением времени и новыми реалиями, Наркомат юстиции РСФСР, который тогда возглавлял Дмитрий Иванович Курский, подготовил проекты Хозяйственного, Промышленного, Торгового, Кооперативного и Административного кодексов РСФСР, многие из которых так и не были приняты.

3) Проведение финансовой реформы. Переход к новой экономической политике и восстановление рыночных отношений неизбежно ставили на повестку дня вопрос о проведении крупномасштабной финансовой реформы. Именно поэтому еще летом 1921 г. В.И. Ленин откровенно и справедливо писал, что «нам нужна твердая валюта, хороший рубль, а не хлам в виде совзнака. Без твердой валюты НЭП летит к черту!».

К подготовке и проведению этой реформы новый нарком финансов Григорий Яковлевич Сокольников (Бриллиант) привлек целую плеяду выдающихся русских экономистов, банкиров и государственных деятелей бывшей Российской империи — В.В. Тарновского, Н.Н. Кутлера, Н.Д. Кондратьева и Л.Н. Юровского. Переход на принципиально новые основы финансовой политики был закреплен постановлением ВЦИК РСФСР «О мерах по упорядочению финансового хозяйства страны», которое было принято в октябре 1921 г. Этим же постановлением был воссоздан Государственный банк РСФСР, который стал главным кредитным и эмиссионным центром страны.

После завершения всех подготовительных мероприятий началась реализация реформы всей финансово-хозяйственной системы страны (1922–1924 гг.), которая прошла в два этапа.

На первом этапе финансовой реформы, во исполнение декрета СНК РСФСР «О предоставлении Госбанку права выпуска банковских билетов», в ноябре 1922 г. главное финансовое ведомство страны выпустило в обращение банковские билеты (знаменитые «червонцы»), которые были полностью обеспечены золотом, государственной гарантией и ликвидными векселями. Общее золотое содержание одного «червонца» было установлено в размере 7,7 граммов чистого золота.

В наличном обращении на потребительском рынке по-прежнему находились только советские денежные знаки («совзнаки»), в отношении которых была проведена первая деноминация, а золотые «червонцы» Госбанка РСФСР предназначались не для покрытия бюджетного дефицита, а для нужд хозяйственного оборота и проведения виртуальных финансовых операций, связанных с кредитованием крупных промышленных предприятий, международных коммерческих сделок, объектов капитального строительства и т. д.

Второй этап финансовой реформы был проведен в апреле 1924 г., когда постановлением Наркомата финансов СССР из наличного обращения на всей территории страны были изъяты все советские денежные знаки и через установленный механизм обмена введены новые казначейские билеты — советские рубли. Этим же постановлением Наркомата финансов СССР между банковским и казначейским билетами был установлен жёстко фиксированный курс — 1 «червонец» = 10 советским рублям. А поскольку золотое содержание одного червонца равнялось 7,7 граммов чистого золота, то, соответственно, золотое содержание нового советского рубля составило 0,77 граммов золота, что точно совпадало с золотым содержанием царского рубля, введенного в наличный оборот в период денежной реформы 1897 г.

В результате успешного проведения этой крупной хозяйственной реформы в Советской России впервые возникла стабильная финансовая система, которая сыграла положительную роль в выводе страны из жесточайшего экономического кризиса и в превращении советского рубля в полноценную мировую валюту, которая заняла достойное место на финансовых биржах мира, сравнявшись по обменному курсу с британским фунтом стерлингов.

Существенную роль в стабилизации финансовой системы страны сыграли и другие важные факторы, в частности, разумный и взвешенный подход к проблемам составления годовых бюджетных планов развития народного хозяйства страны, активная борьба с инфляцией и товарным дефицитом, положительное сальдо внешнеторгового баланса и т. д. Однако не всем членам высшего партийно-государственного руководства, прежде всего, Л.Д. Троцкому и Г.Л. Пятакову, уже вовсю носившимся со своей идеей установления жёсткой «диктатуры промышленности» в народном хозяйстве страны, пришлась по вкусу твердая политика наркома финансов в этих ключевых вопросах, которые постоянно обвиняли Г.Я. Сокольникова в установлении жуткой «диктатуры финансов» в стране.

Е.Ю. Спицин



Другие новости и статьи

« К вопросу о новых тенденциях и явлениях реализации права на труд в третьем тысячелетии

19 октября 1941 года »

Запись создана: Четверг, 25 Октябрь 2018 в 14:33 и находится в рубриках Межвоенный период.

Метки: , ,



День рождения ребенка в Москве! Только профессиональные актеры
euphoria.biz

Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии для сайта Cackle

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы