К вопросу о причинах революции 1917 в концепции П.Б. Струве



К вопросу о причинах революции 1917 в концепции П.Б. Струве

oboznik.ru - К вопросу о причинах революции 1917 в концепции П.Б. Струве

oboznik.ru - Создание красной сверхдержавы

Статья раскрывает взгляды на истоки Революции 1917 года в России одного из ведущих политических деятелей начала XX века — П.Б. Струве. Рассматриваются четыре глобальные причины революционных событий: геополитические. экономические, национально-культурные, социальные. Обращается внимание на противоречие, вызванное положением России между Востоком и Западом, приведшее к необходимости сохранить баланс между сложившимися традиционными ценностями и необходимостью европейской модернизации.

Делается вывод о понимании П. Б. Струве русской революции как неоднозначного и длительного процесса, затронувшего все уровни общества и в течение первой четверти XX века последовательно изменившего роль и ценности народа, власти и интеллигенции в России.

Ключевые слова: концепция либерального консерватизма П. Б. Струве. Революция 1917 года, большевизм, русская интеллигенция, власть и общество. европейская модернизация.

Проблемы конструирования прошлого являются одними из наиболее интересных в исторической науке. Изучение революционных событий в России начала XX века как поворотного момента, определившего будущее страны на многие десятилетия вперед, позволяет выявить причины и особенности кризисных изменений, их дальнейшую трансформацию. Русская Революция 1917 года

в новейшей историографии рассматривается как неотъемлемая часть европейского теоретического патевения общества. Авторы все чаще обращаются к вопросам теории революционных процессов в целом и, в ее контексте, к попыткам классификации русской реватюцин начала XX века. Таким обратом, на сегодняшний день можно говорит ь о третьей ватне переосмысления причин, характера и итогов Реватюции 1917 года в России. IТервая ват-на, как известно, состоялась в 1920-1930-е годы преимущественно в рамках сформировавшихся концепций представителей русского зарубежья, вторая-в период трансформации советской пал ити ческой системы на рубеже 1980-1990-х годов в связи с публикацией новых исторических источников и досту пностью последних для исследователей. Третья вална, по всей видимости, отличает новейшую историографическую традицию.

Массовое обращение к данной теме вызвано сталетннм юбилеем революционных событий 1917 года. В связи с этим возникает необходимость повторного обращения к концептуальному осмыслению рассматриваемых событий представителями так называемой первой волны, т. е. непосредственными их участниками, чья рать в том числе детерминировала российский исторический процесс. Один из выдающихся политических деятелей начала XX века - П. В. Стру ве - считал, что «…разыскание причин той поразительной катастрофы, которая именуется русской реватюци ей…» [7, с. 235], является одной из первоочередных задач для конструирования прошлого и прогнозирования будущего страны. В историографии по-прежнему доминируют оценки Р. Пайп-са, согласно которым взгляды на революцию П. Б. Струве не были систематизированы и определялись ее пониманием как глобального российского феномена. В течение 2000-х годов в отечественной историографической традиции были выделены подходы, согласно которым П. Б. Струве исходил из «интегративной модели далнберального общества» [9], а анализ им в эмиграции произошедшего в 1917 году явился методалогическнм инструментарием для понимания истоков, сути и последствий произошедшего в России. Однако новые оценки и подходы все еще находятся в стадии формирования [см: 11].

В современной историографии принято считать, что русская эмиграция в оценке причин русской революции была разделена по двум направлениям. Представители наиболее традиционного, к которым можно отнести большинство евразийцев, Н. Трубецкого, II. Савицкого и др., видели в причинах революционного излома внешние факторы, в частности, европейское влияние на русскую интеллектуальную традицию и экономическую сферу. П. Б. Струве, равно как И. Бердяев, В. Зеньковский, Ф. Степун, был отнесен исследователями ко второму направлению русской эмиграции. В их представлении истоками революции были внутренние факторы, такие как ратрыв государства и общества, слабость церкви как религиозно-политического института, представления о мессианской рати интеллигенции. На наш взгляд, П. Б. Струве при оценке причин революционного кризиса исходил из оптимального сочетания внутренних и внешних факторов. Он обратил внимание на четыре группы причин, «в общем, несомненно, благоприятствовавших» «коммунистическому перевороту »: геополитические, экономические, национально-культурные, социальные.

Геополитическое положение России, по мнению П. Б. Струве, определило сочетание в революции традиционных (национальных) и модернизацнонных (западных) черт. При этом национальное своеобразие определялось им не влиянием татаро-монгатьского нашествия, а набегами кочевников (половцев, печенегов), привнесших в русский быт восточные черты. Принятие православного христианства также понималось II. Б. Струве как важнейший элемент русского традиционализма, выраженного в повышенной религиозности, нравственности и духовности общества. При этом в России не произошло превращения христианской морали в методику ежедневной жизни, как это произошло в период Реформации в Европе. Первая мировая война, изменив геополитическое патожение в мире, по мнению П. Б. Струве, «… не породила революцию…», поскольку ее последствия для страны могли быть легко преодатены. Ее рать заключалась в там, что она «… поставила народ в условия, сделавшие его особенно восприимчивым

к деморализующей проповеди интеллигентских идей» и создала активную силу революции - «вооруженный народ» , чем усугубила разрушительный характер влияния революции на последующее развитие России. В начале XX века Россия развивалась быстрыми темпами, в сельскохозяйственной стране в короткий срок была создана крупная промышленность. Данные процессы вовлекали страну в мировое экономическое сообщество. Однако, по мнению П. Б. Струве, в экономике страны существовали две важнейшие проблемы, способствовавшие «крушению государственности» и «глубокому повреждению культуры».

Первая состояла в сохранении аграрных противоречий, пот скольку «никакое "разрушение общины”» не могло ликвидировать «по существу между классовые аграрные проблемы» [19, с. 308]. В России не успели сформироваться ни «дух собственности в крестьянских массах», ни «институт собственности» в качестве «привычки, прочного регулирующего начала в жизни народных масс». Русская революция 1917 года, по мнению N. Б. Стру ве, наделила крестьян землей, но нс дала им собственности. Вторая проблема стала результатом модернизации экономики и заключалась в том, что за короткий срок в России нс успели укрепиться традиции буржуазного порядка, что вызвало слабость крупной бу ржуазии. Немногочисленность мелкой и средней буржуазии не позволила ей отстаивать собственные интересы. Данные противоречия в конечном итоге привели в 1917 годуг к превалированию европейской модернизации над традиционными ценностями, нару шив сохраняемый до этого баланс между Востоком и Западом. Модернизация по европейскому пути в экономике, по мнению N. Б. Струве, должна была привести к укреплению «прогрессивных» либеральных европейских ценностей в политической сфере.

N. Б. Струве поддерживал реформы П. Б. Столыпина, поскольку они явились воплощением, с его точки зрения, оптимального соотношения ценностей либеральной парадигмы и духовных и национальных связей предшествующего периода.

Однако процесс «европеизации» носил стремительный, насильственный характер, что в конечном итоге стало одной из причин социального взрыва в 1917 году. Еще с 1906 года неизменным тезисом в концепции П. Б. Струве являлось убеждение, что для сохранения идентичности России необходимо соединить «революционный энтузиазм с мудрым уважением к самодеятельности народа». В рассмотрении основополагающих причин революции П. Б. Струве обращается к взаимоотношениям между народом, властью и интеллигенцией: ее деструктивность была определена «похотью власти», максимализмом интеллигенции и подверженностью народа «максималистским социалистическим идеям».

Важнейшей характеристикой русской интеллигенции он называл сочетание «отвлеченных радикальных идей» с «максималистскими социалистическими идеями» их осуществления во имя материального благополучия основной массы населения. Под влиянием западноевропейской социальной мысли, усиливавшимся в связи с развитием европейского пути модернизации России, интеллигенция становилась все более «социалистической и в то же время радикально-демократической». Российская либеральная интеллигенция, в ходе революционного кризиса превращавшаяся из оппозиции в представителей власти, продолжала пребывать в уверенности, что ру сский народ-это особая «ведомая» политическая сила, имеющая «избранный» характер и пребывающая константно в своей избранности. Данное убеждение стало одной из причин, по которой либеральная интеллигенция не восприняла всерьез партию большевиков, «еще менее… прочность этого успеха», поскольку РСДРП(б),

по их мнению, имела заведомо пассивную опору. Однако «логичен в революции, верен ее существу был только большевизм», так как идея уравнительности в большей степени отвечала потребностям русского народа. В. И. Ленин уловил полевение масс, о чем свидетельствовали опубликованные им в «Правде» 7 апреля 1917 года тезисы «О задачах пролетариата в данной революции». Кроме него, только П. Н. Милюков, уходя в отставку из Временного правительства, язвительно заметил: «выпущенный “буржуа-

зией” из рук принцип буржуазной революции приняли под свою защиту’ “умеренные социалисты”». Дальнейший этап утраты демократической альтернативы в ходе революционного процесса, по мнению П. Б. Струве, завершился предъявлением обвинения в государственной измене генералу Корнилову, вследствие чего Временное правительство осталось «… наедине с большевизмом и со своей собственной слабостью». Окончательная победа большевизма состоялась после «провала» Белого движения, обусловленного тактическими ошибками его руководителей. Гражданскую войну, таким образом, П. Б. Струве относил к последнему этапу революционного процесса в России. Как писал в своих воспоминаниях С. Л. Франк, П. Струве неоднократно утверждал, что для «разгрома большевиков» А. И. Деникин должен был опираться не на «морально и политически неустойчивых казаков», а на регулярную кавалерию.

В итоге в «революции победил» большевизм, поскольку «было бы слепотой отрицать известную народность большевизма» . Таким образом, по мнению П. Б. Струве, в России в 1905-1920 годах происходил единый революционный процесс, имевший две глобальные характеристики: во-первых, он начинался как буржуазная революция, главной составляющей которой стало «мощное течение буржуазного стяжания», т. е. создание новых политических и социально-экономических форм бытия, в первую очередь, начал земельной собственности, основных правовых институтов, а закончился «солдатским бунтом, “из политики” принятым интеллигенцией страны за революцию». Во-вторых, революция сопровождалась постепенной утратой либерально-демократической альтернативы, в итоге приведшей к Октябрьскому перевороту’ и реализации большевизма. Главными причинами данных изменений стали противоречия между необходимостью экономической модернизации при сохранении традиционных национальных черт социального быта.

М. А. Пономарева



Другие новости и статьи

« Вооруженный конфликт на Халхин-Голе. 11 мая - 15 сентября 1939 года

Продовольственный кризис и Февральская буржуазно-демократическая революция »

Запись создана: Среда, 15 Март 2017 в 19:26 и находится в рубриках Первая мировая война, После Русско-японской войны.

Метки: ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы