Они не успели стать офицерами: их подвиг бессмертен!

Реквизиты счета:
Субсчет марафона «Твои защитники, Москва!»
МРОО «Кремль»
ИНН 7743057200, КПП 774301001, ОГРН – 1037700236694, р/с 40703810001200020001 в АО «ГЕНБАНК» г. Москва, к/с 30101810245250000382, БИК 044525382
Наименование платежа: пожертвование на создание мемориального комплекса Кремлевским курсантам «Свечи»

Инициативной группой ветеранов Московского высшего общевойскового командного училища совместно с Министерством обороны России, межрегиональной общественной организацией «Кремль» при поддержке Правительства Москвы принято решение увековечить память о подвиге Кремлевских курсантов, защищавших столицу России. Для этого будет создан мемориальный комплекс Кремлевским курсантам «Свечи». Данная акция проходит в рамках марафона «Твои защитники, Москва!»
Просим всех, кому дорога память о героях Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. принять посильное участие в пожертвованиях на создание комплекса.

Революционные батальоны Временного правительства 1917 г.

oboznik.ru - Революционные батальоны Временного правительства 1917 г.

oboznik.ru - Революционные батальоны Временного правительства 1917 г.

Февральская революция 1917 года по своей значимости явление не менее важное, чем предыдущая буржуазно-демократическая революция 1905-1907 годов и последующая Великая Октябрьская. Считать, что ее начало было неожиданным - опрометчиво и неправильно. Начало волнений февраля 1917 года можно начинать с ноября 1916 года, когда политический кризис Российской империи обострился до предела возможного. Всплеск массового недовольства широких народных масс в столице неожиданным назвать нельзя. Вся обстановка, которая сложилась на тот период, говорила о том, что должно произойти смена руководства страны. Все должно было произойти в течение дней, недель, максимум, месяцев.

Ликвидация царской власти и смена правительства в Российской Империи вывели на вершину политической арены Временное правительство, которое не смогло взять в свои руки бразды правления, навести порядок в крупных городах страны, ликвидировать продовольственные проблемы, наладить работу транспорта. Одним из следствий неумелой деятельности нового правительства, противоборства его с Советами явился развал русской армии. При этом необходимо учитывать, что изданный 1 марта 1917 года приказ Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов № 1 о демократизации армии, не явился ее началом. Он просто отобразил состояние и настроение солдатских масс в войсках и тыле страны.

Обстановка складывалась в войсках сложная. «Усилились анархические настроения, особенно после того, как Временное правительство объявило о свободе слова, печати и собраний, а также о праве на забастовки, которые отныне можно было проводить даже в воинских частях. …извечный воинский порядок, при котором солдаты должны повиноваться приказам, практически не соблюдался, а командиры, стремившиеся сохранить свои части, вынуждены были всерьез опасаться за собственную жизнь. По новым правилам солдат мог в любой момент взять отпуск, или, попросту, сбежать»[1].

Однако на Временном правительстве оставались обязанности по соблюдению союзнических обязательств по ведению войны и проведению боевых операций. Осознавая, что разброд и шатание, начавшееся в подразделениях и частях, остановить трудно, руководство страной начало искать какими мерами сдержать фронт, обеспечить безопасность объектов тыла и продолжить боевые действия. «К маю войска всех фронтов совершенно вышли из повиновения, и никаких мер воздействия предпринимать было невозможно. Да и назначенных комиссаров слушались лишь постольку, поскольку они потворствовали солдатам. А когда они шли наперекор, солдаты отказывались исполнять их распоряжения» [2]. Особенно остро встал этот вопрос после провала июньского наступления на фронте и неуправляемого бегства с позиций русских войск в Галиции и Буковине.

Меры, принятые генералом Л.Г. Корниловым, командующим 8-й армией Юго-Западного фронта, связанные с формированием специальных подразделений по отлову дезертиров, запретом всех митингов, ограничением власти солдатских комитетов, не были поддержаны Временным правительством. Отношение к командующему армией стало крайне негативным после восстановления военных трибуналов и введением его штабом смертной казни за воинские преступления в военное время. Командный состав, неспособный остановить хаотичное отступление, безжалостно изгонялся и увольнялся со своих постов. Только такие меры позволили остановить на время наступление противника, хотя линия фронта к этому времени откатилась назад более чем на 100 километров.

Единственное, что придумали деятели Временного правительства – это создание различных добровольческих формирований. Весьма точно эти, так называемые, «дружины смерти», «революционные батальоны», «ударные части», «женские батальоны» и т.п., считались суррогатами армии. Цель их создания – «стремление к введению в нее добровольческого начала, к замене или моральному подкреплению армии…»[3].

Первоначально из личного состава ударных частей и специальных подразделений набрать добровольцев в особые воинские части, готовых личным примером побудить основную массу армии продолжать войну. Эти ударные части стали использоваться не только для прорыва обороны противники на важных направлениях, но и для ликвидации воинских волнений и мятежей в войсках, а также использовать их как заградительные отряды. Приказом № 561 по армиям Юго-Западного фронта от 22 мая 1917 года было объявлено о формировании революционных батальонов из волонтёров тыла. Этим же документом регламентировались правила создания и функционирования этих частей. К приказу прилагалось Воззвание и Присяга революционера-волонтера.

Инициатива была поддержана Временным правительством и Советом рабочих и солдатских депутатов. Собственно говоря, идея создания ударных революционных батальонов появилась в недрах этих двух властных структур. Термин «революционный» скорее всего ничего революционного не отображал. «Слова «революция», «революционный» и прочие в то сумбурное время оказывали магическое действие на публику, и игнорирование их всякое начинание обрекало на провал, так как почиталось за революционную отсталость и приверженность к старому режиму» [4].

Невозможность офицеров справиться с развалом подразделений и частей на фронте было решено компенсировать созданием революционных батальонов из добровольцев при штабах армий и корпусов. При этом первоначально в формируемые отдельные части (батальоны) пытались привлечь лучших солдат и офицеров, имеющих боевой опыт. Однако, в основном в их состав записывались волонтеры тыла, т.е. лица не подлежащие призыву в армию, но желающие присоединиться к вооружённой борьбе за «свободу России».

В первых числах июня был создан Всероссийский центральный комитет по организации Добровольческой революционной армии, известный также, как Всероссийский центральный исполнительный комитет по формированию революционных батальонов из волонтёров тыла. Председателем комитета был выбран полковник М.А. Муравьёв, после Великой Октябрьской революции примкнувший к большевикам и занимавшим ряд видных военных постов в Советской России вплоть до командующего фронтом. Для вербовки был учреждён штат областных комиссаров, которые должны были наладить запись волонтёров в губерниях.

По этому плану при штабах всех фронтов создавались Комитеты по формированию этих подразделений, а при Ставке создавался Центральный исполнительный комитет по формированию революционных батальонов. Финансирование этих комитетов, в отличие от финансирования армейских ударных частей, было централизованным и щедрым — так, последние деньги («на организацию съезда») в размере 7 тыс. рублей были выделены 20 ноября 1917 года.

Контингент, попадающий в революционные батальоны состоял из учащейся молодежи, юнкеров и разночинцев из интеллигенции и рабочих. Формирование батальонов осуществлялось на базе запасных полков военных округов. Командный состав таких батальонов также должен был быть укомплектован офицерами-добровольцами. Не должны были подлежать приему лица моложе семнадцати лет и судимые.

Для работающих Временное правительство распорядилось сохранить прежнее место работы или учебы до окончания службы в батальоне. Юнкерам за отличия в боях гарантировалось производство в офицеры. Волна патриотизма, а также перечисленные выше правительственные меры сделали запись в «волонтеры» популярным явлением. Даже бывшие дезертиры записывались в революционные батальоны. Для семей погибших в боях волонтеров были обещаны пенсия и другие выплаты.

Многие революционные батальоны формировались по какому-то общему признаку. Появились батальоны «юнкерские», «георгиевских кавалеров», «рабочих Обуховского завода» даже были сформированы революционные батальоны по национальному признаку, в частности «югословенцев», «айсарская дружина» и другие. По сохранившемся данным к середине июня численность добровольцев в революционных батальонах составила около 2 тыс. человек, к середине июля около 40 тыс., к концу октября свыше 50 тыс. Сначала было сформировано 80 батальонных комитетов, затем удалось сформировать два полка и более пятидесяти отдельных батальонов и несколько десятков мелких отдельных подразделений – рот, дружин и пр. В целом было сформировано более 100 революционных батальонов.

Революционные батальоны виделись их создателям как «армия вне армии», то есть как нечто абсолютно новое, революционное и не связанное с «реакционной царской армией». Но на фронтах, где вся власть принадлежала армейскому начальству, производить какие-либо действия по организации новой военной силы, не подотчетной военной силе уже существующей, было бы невозможно. Параллельное формирование батальонов смерти внутри армии и революционных батальонов вне ее породило такую путаницу, что пришлось издавать еще один приказ в котором он разъяснял отличия между тыловыми (в приказе они названы «второй категории») и фронтовыми ударными батальонами («первой категории»).

На практике при комплектовании революционных батальонов особо не интересовались личностью добровольца. Попадали юнцы двенадцатилетнего возраста, деклассированные элементы, бежавшие от родителей дети. Впрочем, были и сознательные элементы, которые осознавали важность участи в этих формированиях. Командиры отделений, взводов, рот и батальонов избирались общим или тайным голосованием личного состава, после чего они утверждались исполнительным комитетом и главнокомандующим. Командные кадры революционных батальонов являлись несменяемыми. Если возникала необходимость замены, то для этого представлялся обвинительный акт за подписью двух третей волонтеров. Обвинения могли быть только в трусости, растрате казенных денег и измене присяге. «Никаким наказаниям, дисциплинарным и служебным, начальники и волонтеры не подвергаются; но в случае неблаговидных поступков… все волонтеры наказываются по присуждении товарищеского суда остракизмом, и объявляются врагами отечества» [5]. Все это также вносило сумятицу и недоразумения.

Главнокомандующий Вооруженными силами России генерал М.В. Алексеев считал нецелесообразным формировать различные суррогатные части и подразделения в армии и не видел в этом решения проблем армии. «Сбор тылу армии неизвестных и необученных элементов вместо ожидаемой пользы может принести вред для ближнего тыла ваших армий. Только извлечение надежных людей из состава войск может дать подготовленный материал для формирования. Таков мой взгляд, который не могут изменить ваши соображения» [6].

Роль революционных батальонов в сохранении боеспособности армии была минимальной. Некоторые из них, брошенные в бои в июне-июле месяце, оказались слабо подготовлены и плохо вооружены. Исключение составили революционные батальоны, сформированные из офицеров. Однако и для них боевые действия оказались трагичными. «Геройская гибель ударных батальонов, состоящих большей частью из офицеров, оказалась напрасной. «Демократизированная армия», не желая проливать кровь свою для «спасения завоеваний революции», бежала, как стадо баранов. Лишенные власти начальники были бессильны остановить эту толпу» [7]. Только в полках и дивизиях в революционные команды и роты попадали солдаты, которые еще не потеряли совесть и обладающие воинской доблестью, но даже своим порывом они не смогли приостановить процесс гниения старой армии.

Примечания:
[1] Карл Густав Маннергейм. Мемуары, -М.:АСТ, 2014, с. 81-82.
[2] Брусилов А.А. Мои воспоминания. –М.:Воениздат, 1983, с. 227
[3] Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль – сентябрь 1917.: -Мн., Харвест, 2002, с.344.
[4] Семенов Г.М. О себе. Воспоминания, мысли, выводы / Атаман Семенов. –М.:ООО «Издательство АСТ», 2002, с. 74.
[5] Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль – сентябрь 1917.: -Мн., Харвест, 2002, с.346.
[6] Алексеев М.В. Телеграмма главнокомандующему Юго-Западным фронтом от 21 мая 1917 года, № 3813.
[7] Врангель П.Н. Записки. Ноябрь 1916 г. – ноябрь 1920 г. Т I: Воспоминания. Мемуары: -Мн., Харвест, 2002, с.45.

Литература:
1. Энциклопедический словарь. М, 1964.
2. Военный энциклопедический словарь. М, 1984.
3. Свободная энциклопедия – Wikipedia.org.
4. Карл Густав Маннергейм. Мемуары, М.:АСТ, 2014.
5. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль – сентябрь 1917. Мн., Харвест, 2002,
6. Врангель П.Н. Записки. Ноябрь 1916 г. – ноябрь 1920 г. Т I: Воспоминания. Мемуары: -Мн., Харвест, 2002.
7. Алексеев М.В. Телеграмма главнокомандующему Юго-Западным фронтом от 21 мая 1917 года, № 3813.
8. Брусилов А.А. Мои воспоминания. –М.:Воениздат, 1983.
9. Семенов Г.М. О себе. Воспоминания, мысли, выводы / Атаман Семенов. –М.:ООО «Издательство АСТ», 2002.

В.В. Головинский, Р.А. Дорофеев, специально для oboznik.ru

Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Метки: , , , , , , , , , ,

Запись создана: Четверг, 18 Май 2017 в 9:53 и находится в рубриках Защита, охрана и оборона тыла, О патриотизме в России, Первая мировая война, Финансовое. Вы можете следить за комментариями к этой записи через ленту RSS 2.0. Вы можете оставить отзыв, или trackback с вашего собственного сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти чтобы оставить комментарий.