Идеология центризма и национальная безопасность современной России



Идеология центризма и национальная безопасность современной России

oboznik.ru - Национальная безопасность и оборона

Аннотация. В статье обосновываются основные положения современной центристской идеологии и направления обеспечения национальной безопасности России. Обосновывается роль центристской идеологии в процессе согласования интересов и ценностей в многосоставном полиэтническом обществе, что может способствовать нейтрализации угроз суверенитету страны.

Ключевые слова: угрозы национальной безопасности, многосоставное общество, центризм, полиархия, плюрализм, суверенитет государства, политические ценности, патриотические идеи.

Мировые политические процессы в ХХI веке характеризуются серьёзными вызовами и угрозами национальной безопасности РФ, так как после распада СССР Россия оказалась в центре геополитических изменений, социально-политических трансформаций и информационного противоборства влиятельных игроков в публичном пространстве. Формирующаяся модель современного мироустройства состоит в том, как считают отдельные эксперты, чтобы обеспечить равную возможность договариваться всем без исключения субъектам политического процесса, не деля мир по критериям идеологическо-ценностной «полноценности», экономической или демократической состоятельности. Ценности и принципы должны быть универсальными, а не геополитически детерминированными (по К. Косачеву) [2]. Эта задача наиболее полно соответствует принципам центристской идеологии и политики, которые заключаются в том, чтобы примирить и объединить самые разнообразные, в том числе и противоположные модели видения социального устройства, разнообразные представления о правовом порядке в единое целое в интересах сохранения целостности системы, территориальной целостности суверенного государства, его эффективности, но не на основе идеи монополизма, а на основе полиархии, социального и этнического плюрализма и экономической многоукладности. Российское переходное общество в постсоветский период переживало состояние аномии, что равносильно хаосу в социально-политической и экономической сферах.

Один из основных идейный постулатов центризма заключается в признании относительности порядка и спонтанности процессов самоорганизации, возникающих естественным путём. По сути, центризм не может абсолютизировать какие-либо крайности: будь то монополия или плюрализм. В процессе определения механизмов обеспечения национальной безопасности России в трансформирующемся глобальном мире появились идеи суверенной демократии и социального консерватизма.

В этих проектах в большей мере, чем в других акцентируется внимание на стратегии национальной безопасности и суверенитета, в условиях активизации разнонаправленных идеологических дискурсов. Угрозы распада политической общности заставили активизироваться конструктивные силы в России для того, чтобы не допустить негативных для целостности государства процессов.

Политический центризм в этом контексте осуществляет консолидирующую функцию, он актуализируется в государственном управлении, так как именно государство, стремясь к социальной стабильности и правопорядку, пытается объединить общество на основе всеми разделяемых ценностей общегражданской идентичности. Идеям социальных потрясений и революционных технологий центризм противопоставляет эволюционность политического развития и консолидацию российского многосоставного, полиэтничного общества. Такой программы действий придерживаются политическая партия «Единая Россия» и её многочисленные сторонники. Центристская идеология – это своеобразный интеллектуальный поиск основных контуров новой российской патриотической идеи, эффективных согласительных практик и политических проектов, ориентирующихся на ценности национальной безопасности, государственного суверенитета и защиту личных прав граждан. Устойчивое социально-экономическое и политическое развитие общества является доминантной мотивацией социально ответственной элиты.

Однако оформление института партии парламентского большинства сделало «Единую Россию» очень привлекательной нишей для так называемой «рутинизации харизмы» той части активной общественности, которая стремится любой ценой обеспечить себе карьерный рост или сохранить свою власть любой ценой, даже если она неэффективна, а порой и коррумпирована. Естественно, эта тенденция сама по себе становится серьёзной угрозой для национальной безопасности РФ. Необходимо упреждать эти угрозы, в первую очередь на основе критического анализа деятельности региональных элит и бюрократического центра, опираясь на принципы демократизма и политической ответственности, разрабатывая эффективные механизмы социально-политической и экономической безопасности Российского государства, так как именно этого требуют ментальные факторы развития российского социума.

Таким образом, политический центризм стал наиболее активным защитником «государственно-центристской модели мира», государственного суверенитета. А поскольку социальнополитическим институтом, обеспечивающим безопасность личности и общества должно быть именно государство, защищая государство от распада, конструктивные политические акторы защищают мир от разрушительного хаоса.

Ответственные общественно-политические силы в стране, заинтересованные в последовательном устойчивом развитии и безопасности государства, разрабатывают стратегию возрождения России как значимого субъекта глобальной политики. В результате удалось остановить набиравшие силу процессы деградации общества, разрушения правоохранительных органов, других силовых структур, в стране был восстановлен конституционный порядок, заново отстроена вертикаль исполнительной власти, наметилась тенденция конструктивного взаимодействия её ветвей. И хотя политическое пространство и конкретная политическая деятельность всегда имеет и конфликтный, и интеграционный потенциалы, возможность дифференциации которых обеспечивает перераспределение центров власти и управление конфронтационными процессами в обществе, есть ресурсы мобилизации и консолидации общества. Как известно, Россия – ресурсно самодостаточная страна. Но угрозы ограничения её суверенитета связаны в основном с финансовой и научно-технической зависимостью ряда отраслей от внешних структур.

Не менее значимыми являются угрозы внутренних расколов, которые могут быть спровоцированы противоречиями внутри элит, а это в свою очередь опасно внутриполитической дезинтеграцией. Слабым местом является неустойчивая легитимность региональной и местной бюрократии. Опасность периферийного положения России в экономическом и научно-техническом отношении требует оперативного изменения экономической политики, структурной перестройки экономики на основе нового технологического уклада, «введения системы мер по прекращению вывоза капитала, дедолларизации и деофшоризации экономики» (по С. Глазьеву, С. Батчикову, А. Кобякову) [1, с. 17], сокращения уязвимости России в сфере финансовой инфраструктуры и международной экономической кооперации.

Для единой государственности российского полиэтничного социума особенно опасен кризис идентичности, возникающий тогда, когда этнические и конфессиональные различия становятся преградой на пути общенационального объединения и идентификации на более высоком уровне гражданской идентичности в рамках единой политической системы. Именно тогда, когда в политической риторике правящего класса появились оценки социальной трансформации России, отличные от западного сценария развития, в межгосударственных отношениях с Западом наметились линии размежевания и противостояния, которые в нынешней ситуации проявляются как информационная и санкционная война. Поскольку бессмысленно придерживаться идеи «догоняющей» модернизации, которая себя не оправдала в предыдущие годы (по Ю. Лужкову) [3, с. 5–30], потребовалась новая парадигма развития российского общества в интересах безопасности личности, общества и государства на основе политики государственного суверенитета и центристской идеологии.

В этом политическом тренде подчёркивается значимость способности управлять своим будущим и выстраивать конкурентоспособную стратегию развития, обеспечивая себе прочные позиции в глобальном мире. Но учитывая внутреннюю неравномерность и неоднородность развития российских регионов, необходим ситуационный анализ и дифференцированный подход к разработке региональных моделей безопасности как основы для общенациональной безопасности. В. Никонов в монографии «Российская матрица» справедливо утверждает, что на Россию всё больше смотрят не как на проблему, а как на возможность. Возможность взаимовыгодного сотрудничества в экономике, культуре, возможность, укрепляя глобальную безопасность, решать совместно региональные проблемы и разрешать конфликты, не доводя их до крайней фазы.

Российская цивилизация, считает он, всегда была, есть и будет не воспоминанием о прошлом, а мечтой о будущем (по В.А. Никонову) [4, с. 922–923]. По оценкам исследователей ИСЭГИ ЮНЦ РАН, в условиях ярко выраженной информационной агрессии против России со стороны Запада формируется образ нашей страны как государства-агрессора, стремящегося расширить сферу своего влияния как территориально, так и ментально. Фальсификация прошлого синтезируется с новыми мифами об исторической вине России за преднамеренную жестокость к народам, проживающим на Кавказе. Создание новых зон нестабильности, этнический сепаратизм – рассматриваются нашими оппонентами как средство борьбы в области экономики и как способ отвлечения ресурсов России от решения насущных проблем (по И.В. Юрченко, М.В. Донцовой) [5, с. 80]. Во многом негативный образ России формируется зарубежными и некоторыми российскими СМИ согласно существующим стереотипам периода холодной войны, а в ряде случаев СМИ выполняют определённый политический заказ. Всё это в значительной степени влияет на восприятие РФ населением стран Запада.

Как отмечает И. Глинская, Россия по-прежнему часто и во многих сферах воспринимается как вызов или угроза стабильности в Европе и во всём мире. Освещение нашей страны через западноевропейские СМИ носит в основном негативный характер. Часто повторяется такое клише, как «возрождение имперских, амбиций». Автор подчёркивает, что по мере интеграции России в мировое сообщество будут нарастать усилия по дискредитации России (в том числе и российского бизнеса), что является следствием конкурентной борьбы. И в этой ситуации российское общество остро нуждается в системе «информационной защиты», для чего необходима комплексная стратегия, которая включает в себя, в том числе, собственную работу с иностранными СМИ, развитие положительного образа России за счёт переговоров и договорённостей с другими странами. Общее информационное пространство, в котором циркулирующие группы интересов превращают регион в поле конфликтов и взаимодействуют как различные ценностно-смысловые системы, – это важнейшая организационно-управленческая проблема обеспечения национальной и региональной безопасности.

В этой связи представляется необходимым разработать специализированную для каждой местности комплексную организационно-управленческую программу развития региона как полиэничного, с ориентацией на формирование общероссийской гражданской идентичности, считают исследователи ЮНЦ РАН (по И.В. Юрченко, М.В. Донцовой) [7, с. 38–39]. С помощью соответствующих индикаторов (по И.В. Юрченко) [6, с. 380–383] можно исследовать степень конфликтности, сплочённости или разобщённости, социального доверия или недоверия, которые проявляются в ощущении коллективной и индивидуальной опасности или безопасности, терпимости или нетерпимости и готовности принятия в социальном пространстве носителей других субкультур, непосредственно влияющих на характер политических процессов в регионе.

Таким образом, отношения в социально-политической сфере, складывающиеся в постсоветский период, имея универсальные проявления и специфические особенности, характерные для российской ментальности, предполагают ориентацию на центристскую идеологию, консолидирующую социальные общности, что является важнейшим условием обеспечения национальной безопасности современной России.

Список источников и литературы

1. Глазьев С., Батчиков С., Кобяков А. Встать в полный рост // Холодная война 2.0. Стратегия русской победы. – М., 2015. – С. 17.

2. Косачев К. Необходимо обеспечить переход к новой модели мироустройства // Российская газета. №6800 (229) [Электронный ресурс]. URL: http://www.rg.ru/2015/10/11/epoha-site.html.

3. Лужков Ю. Россия и Запад // Стратегия России. №8.2006. С. 5–30.

4. Никонов В.А. Российская матрица. – М., 2014. – С. 922–923.

5. Юрченко И.В., Донцова М.В. Деструктивные информационные воздействия как фактор этнополитической напряжённости (на примере Краснодарского края и Адыгеи) // Вестник Южного научного центра РАН. Т. 11. №1. 2015. С. 80.

6. Юрченко И.В. Коммуникативно-синергийная парадигма исследования информационного пространства юга России // Проблемы национальной безопасности России в ХХ-ХХI вв.: уроки и вызовы современности. Краснодар, 2011. С. 380–383.

7. Юрченко И.В., Донцова М.В. Конфликтологическая экспертиза проблем региональной безопасности в новом электоральном цикле (на примере Краснодарского края) // Историческая и социально-образовательная мысль. Т. 8. №6. Ч. 1. 2016. С. 38–39.

Юрченко В.М. (г. Краснодар)


Другие новости и статьи

« Падение Ту-154 под Адлером было предрешено

Социальный порядок в современной России: прецедентные тексты культуры в восприятии студентов вузов »

Запись создана: Среда, 9 Август 2017 в 4:28 и находится в рубриках Современность.

Метки: , ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Контакты/Пресс-релизы