Документы партийных архивов как источник в историко-экономических исследованиях: проблема доверия



Документы партийных архивов как источник в историко-экономических исследованиях: проблема доверия

oboznik.ru - Документы партийных архивов как источник в историко-экономических исследованиях: проблема доверия
#партийныйархив#архив#история

Одним из отличительных признаков профессиональной экономической культуры является умение опираться в умозаключениях и выводах не только на достижения современной научной мысли, но и на идеи, рожденные в иные столетия и вошедшие в «золотой фонд» экономической теории.

Как гроссмейстер, играя партию, вынужден перебирать в уме и анализировать огромное количество сыгранных за всю историю шахмат вариантов, так и менеджер, принимая управленческое решение, должен иметь представление о накопленном в сфере его интересов опыте решения аналогичных задач и его теоретическом обосновании.

Поэтому составной частью высокой экономической культуры является комплекс знаний, составляющих содержание историко-экономической науки. Традиционно историко-экономическая наука подразделяется на историю экономики и историю экономических учений. Если первая представляет собой ретроспективу форм и методов организации хозяйственной деятельности, то вторая отслеживает эволюцию представлений человека об экономических аспектах его бытия. Известны слова Ф. Энгельса, назвавшего К. Маркса в предисловии к первому тому «Капитала» человеком, «теория которого представляет собой результат длившегося всю его жизнь изучения экономической истории и положения Англии…» .

В свою очередь, не случайно четвертый том «Капитала», больше известный под названием «Теории прибавочной стоимости», целиком посвящен анализу воззрений предшественников К. Маркса по проблемам стоимости и доходов. История экономики и история экономических учений в нашей стране традиционно относились к экономической, а не к исторической науке, и даже имели собственные коды ВАК – 08.00.02 и 08.00.03.

Впрочем, в настоящее время они утратили свой самостоятельный статус и структурно входят в специальность 08.00.01 – Экономическая теория. В любом случае, ведущие функции историкоэкономической науки еще в конце XIX в. определил кембриджский профессор экономики и логики Джон Невилл Кейнс (отец Джона Мейнарда Кейнса): 1. Историческая иллюстрация экономических теорий. 2. Историческая критика экономических теорий. 3. Историческое обоснование новых экономических теорий3 . Иными словами, если политическая экономия выступает общетеоретическим фундаментом историко-экономической науки, то и политическую экономию можно представить в виде доведенной до абстракции истории экономики и экономической мысли. Р. Барт, говоря об идеологическом и лингвистическом характере исторического дискурса, утверждал, что он наделен способностью создавать «эффект реальности».

Отсюда интеллектуальная модель историко-экономического прошлого продуцируется в своего рода виртуальную экономическую действительность, на основе представлений о которой будут приниматься те или иные вполне конкретные политические, правовые, хозяйственные и иные решения. Как это иногда случается на практике, хорошо известно из печально печального опыта обоснования и реализации концепции современной экономической реформы в России.

Результаты вот уже тридцатилетних дискуссий о свободном рынке и административной экономике, о частной и государственной собственности и т.п. фактически продемонстрировали, насколько теоретические схемы, заимствованные из различных теорий и лишенные реального содержания понятия оказались оторванными от нашей действительности.

Для приближения к пониманию происходящих в отечественной экономике процессов необходимо обратиться к фактам хозяйственной жизни, в том числе к деятельности акционерных обществ и их акционеров, промышленных компаний, торговых фирм, инвестиционных институтов и т.п., составляющих вместе одно целое – предпринимательский сектор экономики, характер отношений внутри которого может быть противопоставлен отношениям другого рода – социальным, политическим, национально-культурным и другим. Анализируя отдельные факты и восстанавливая связи между ними, можно постепенно двигаться к осмыслению «повседневной хозяйственной практики в ее деталях», которая и должна становиться предметом теоретических изысканий.

В связи с этим возникает вопрос, насколько могут быть востребованы документы, находящиеся на хранении в бывших партийных архивах. Соответственно, необходимо учитывать и степень доверия к информации, отложившейся в современных центрах документации общественных организаций. Это тем более важно, что феномен доверия сам по себе уже достаточно давно стал объектом историкоэкономического анализа.

Однозначно можно утверждать, что хранящиеся в бывших партархивах различного рода статистические и иные справочные материалы, специально собираемые и обобщаемые накануне проведения пленумов обкомов (крайкомов) КПСС, партхозактивов и иных форумов, вызывают больше доверия, нежели аналогичная информация из фондов областных (краевых) архивов. При этом данные, содержащиеся в документах и тех, и других архивов, могут совпадать абсолютно, однако степень доверия здесь определяется едва ли не на подсознательном уровне, поскольку предполагается, что первому секретарю обкома КПСС (или лицу, близкому к нему по статусу в иерархии) искаженную информацию предоставлять просто не будут. В данном случае речь идет о том, как документы бывших партийных архивов обеспечивают информацией первую из перечисленных Дж.Н. Кейнсом функцию историко-экономической науки – иллюстративную. Впрочем, это касается не только статистических материалов. Иногда наличие информации справочного характера,

содержащейся в фондах партархива, может существенно упростить работу исследователя. К примеру, за годы VIII пятилетки в Свердловской области пусть и незначительно, но в целом возросла продуктивность общественного поголовья скота. Речь идет о надоях, привесах крупного рогатого скота и свиней, яйценоскости кур. Публицист может объяснить это верностью решений мартовского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС, провозгласившего новый курс ленинской аграрной политики, и будет по-своему прав. Историк экономики должен сначала определить, как изменилась обеспеченность условной головы скота кормовыми единицами.

Если она возросла, необходимо выяснить, какова была динамика площадей, занятых кормовыми культурами, и урожайности этих культур, а также урожайности овса, ячменя и других зерновых культур, используемых в комбикормах. Наконец, надо установить, что происходило в сфере обеспечения колхозов и совхозов кормозаготовительной техникой. В потоках столь разнообразной информации можно потеряться. Однако, если данные по обеспеченности кормами можно почерпнуть из годовых отчетов колхозов и совхозов фонда № 1824 («Свердловское областное управление сельского хозяйства») ГАСО, то в материалах фонда № 4 («Свердловский обком КПСС») ЦДООСО отложилась информация, избавляющая исследователя от необходимости дополнительного изучения ситуации в сфере производства и использования сельхозтехники различного назначения, в том числе кормозаготовительной, и в частности – в областях Урала.

Из материалов ЦДООСО можно узнать, что во второй половине 1960-х гг. рядом промышленных предприятий Свердловской, Пермской и Челябинской областей была разработана проектная документация на изготовление оригинального силосоуборочного комбайна КС-2,6. Сборка комбайнов была организована на турбомоторном заводе им К.Е. Ворошилова в Свердловске, а всего в кооперации только на Среднем Урале было задействовано 84 предприятия. Предполагалось изготовить в 1971–1973 гг. 15 тыс. КС-2,6; к началу 1974 г. селу было отгружено 18514 силосоуборочных комбайнов, в том числе в 1973 г. – 9010 штук. По аналогичной схеме было налажено производство на базе УЗТМ агрегатов искусственной сушки травы (АИСТ) . Вообще-то АИСТы вследствие своей энергоемкости и низкой производительности зарекомендовали себя не с лучшей стороны, но в данном случае важен сам факт углубления анализа практики

реализации «сельскохозяйственного варианта» знаменитой «косыгинской» реформы 1965 г. с помощью материалов бывшего партархива. В другом случае материалы ЦДООСО могут помочь специалисту в области истории менеджмента, исследующему последствия ведомственности и разобщенности в управлении сельскохозяйственными и обслуживающими предприятиями и организациями. На пленуме Свердловского обкома КПСС в июне 1982 г. отношения между партнерами по АПК, к примеру, были мягко названы «своеобразными».

Притом что колхозы и совхозы области понесли в 1981 г. убытки в сумме 50 млн рублей, предприятия «Сельхозтехники» получили свыше 5, а объединение мясной и молочной промышленности – 55 млн рублей прибыли. Управление хлебопродуктов за подработку 31 тысяч тонн семенного зерна получило от хозяйств 1075 тыс. рублей, хотя фактические расходы на эту операцию составили всего 120 тыс. рублей7 . Разумеется, в фонде 1824 ГАСО обнаружить такого рода информацию значительно сложнее. Вторая из заявленных Дж.Н. Кейнсом функций историко-экономической науки также может быть обеспечена информацией из фондов бывших партийных архивов. Концепция хозяйственной реформы 1965 г., при всей ее обоснованности, тоже стала, разумеется, объектом критики. При этом осуществленные в народном хозяйстве СССР во второй половине 1960–1970-х гг. преобразования могут быть удостоены диаметрально противоположных оценок в зависимости не столько от политической ориентации аналитиков, сколько от выбора соответствующих показателей. Это касается и преобразований в аграрной сфере.

Представляется, что цифры, свидетельствующие о динамике изменения размеров посевных площадей и их структуры, валовых сборов и урожайности сельскохозяйственных культур, поголовья и продуктивности скота и птицы, и даже показатели фондооснащенности, фондоотдачи, рентабельности и т.п., отражают только отдельные стороны реформы. В качестве наиболее агрегированного мог бы предстать показатель, который хотя и учитывался статистикой, но не попадал в отчетные публикации, – уровень душевого потребления основных продуктов питания. Об идеологической подоплёке замалчивания данного показателя можно судить по словам начальника Свердловского областного управления сельского хозяйства А. Рожнова, заявившего в июле 1970 г. на пленуме обкома КПСС: «Мы смело можем смотреть в глаза любому гражданину Советского Союза и не краснеть за свой труд. И мы не хотим понимать тех людей, которые оценивают сегодня труд работников сельского хозяйства с потребительской точки зрения, через призму прилавка и собственного желудка».

Данный пример можно рассматривать в качестве показательного при анализе углублявшегося в эпоху развитого социализма расхождения между идеологическими установками и потребностями хозяйственной практики. В таком случае критика всего комплекса теоретико-методологических положений, на которых базировалась экономическая политики КПСС в этот период, получает подкреплённые документами партийного архива аргументы. Историческое обоснование новых экономических теорий – третья, по Дж.Н. Кейнсу, функция историко-экономической науки – материалами бывших партийных архивов, на первый взгляд, практически не обеспечивается. Вместе с тем разрешение противоречия между реальностью прошлого и теоретико-идеологическим конструктом настоящего лежит в плоскости сомнения как исследовательского императива.

Если строить анализ содержательной стороны школ и направлений современной экономической мысли на выявлении авторской мотивации, благодаря которой появляются новые трактаты, то история экономических учений предстаёт не как восхождение от простого к сложному, а как постоянное столкновение интересов и обслуживающих их идеологем. В конце концов, сказал же в своё время знаменитый сын Джона Невилла Кейнса Джон Мейнард Кейнс, что любой экономист является рабом теорий прошлого. В этом плане материалы партийных архивов могут внести свою лепту в верификацию данной гипотезы.

В.Л. Берсенёв, ведущий научный сотрудник Института экономики Уральского отделения Российской академии наук, доктор исторических наук, профессор



Другие новости и статьи

« Нормативное определение амортизации как способа финансирования деятельности современного предприятия и влияние административных факторов на экономическое обоснование цен сложной продукции

Культурологические запросы российского общества: необходимость публикации архивных сведений »

Запись создана: Воскресенье, 11 Август 2019 в 0:51 и находится в рубриках Современность.

Метки: ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы