Некоторые актуальные аспекты встраивания России в мировую хозяйственную систему

Аннотация. В качестве наиболее актуальных аспектов включения России в современное мировое хозяйство рассматриваются проблемы формирования и реализации соответствующей экономической политики, позволяющей укреплять конкурентоспособность национальной экономики.

Ключевые слова: мировое хозяйство, экономическая политика, конкурентоспособность, интеграция, экономическое развитие. Sorokozherdiev V.V., Rubin A.G. (Russia, Krasnodar) Some Topical Aspects of Building Russia into the World Economic System Abstract. As the most relevant aspects of the inclusion of Russia in the modern world economy, discusses the problems of formation and implementation of appropriate economic policies, allow-ing to strengthen the competitiveness of the national economy.

Keywords: world economy, economic policy, competitiveness, integration, economic development. Мировой финансово-экономический кризис, имевший место на рубеже первого и второго десятилетий нового века (в настоящее время – далеко не полностью преодолённный), в полной мере обнаружил значительные противоречия, накапливавшиеся в последние десятилетия.

Он был обусловлен множеством объективных и субъективных причин, среди которых – наглядно проявившаяся актуальность использования средств и способов применения экономической политики для развития всего спектра возможностей экономик государств.

По существу, этот кризис в значительной мере подвёл итоги и определил водораздел между различными странами, проводившими переустройство своих экономик после нефтяного кризиса 70-х гг., когда стала очевидной необходимость реформирования обществ, базирующихся на коллективистской модели хозяйствования – прежде всего, это Россия и Китай; и поиска новых технологических и организационных механизмов развития в странах с развитой рыночной экономикой с её лидерами в лице США, Евросоюза, Японии. Итог данного периода весьма показателен (и он же определяет ближайшие и отдалённые перспективы на будущее): США, при поддержке своих основных партнёров, являются лидерами мирохозяйственной системы, однако сравнимый экономический (и во многом уже и политический) ресурс имеют Китай и Индия; позиции России здесь номинально поддерживаются в основном за счёт военно-ядерного фактора, тогда как страна имеет долю в мировом ВВП около 2%, в глобальных финансовых активах – примерно 1%, при динамично деградирующем демографическом и инфраструктурном потенциале.

Показательно, что в 2011–2016 гг. экономики развитых стран испытывали существенное снижение темпов развития, что обусловлено третьей фазой глобального финансового кризиса, а затем наметился позитивный тренд с потенциальными значительными темпами роста. Экономики развивающихся стран продолжают испытывать происходящее пятый год подряд замедление из-за снижения цен на сырьевые биржевые товары и возросшего давления долларовой долговой нагрузки. При этом авангардные развивающиеся страны Китай и Индия демонстрируют достаточно высокие и устойчивые темпы роста [1]. Для понимания и определения путей и способов включения стран в современное мировое хозяйство существенное значение имеет ряд факторов, определяющих характер и динамику изменения мировой экономики, проявления которых существенно отличаются в различных странах и регионах.

Наибольшее число сторонников имеет обоснование основных характеристик современной трансформации мировой экономики циклическими процессами, в частности связанными с существованием и сменой длинных волн экономического развития Кондратьева [2]. Весьма авторитетной является здесь точка зрения С.Ю. Глазьева, который рассматривает последний кризис как, прежде всего, имеющий фундаментальный, структурный характер и связанный с завершением цикла развития пятого технологического уклада и началом функционирования нового, шестого уклада (который будет базироваться на биои нанотехнологиях, системах искусственного интеллекта, глобальных информационных и транспортных сетях – так называемых NBIC-технологиях) [7]. Фактически указанные выше технологические приоритеты и легли в основу идеологии модернизации, которая была предложена высшим руководством страны для реализации в России;

однако она не была реализована в силу, прежде всего, отсутствия самостоятельной (а не заимствованной у стран либерального мирового ядра) экономической политики. Особая роль технологических факторов, позволяющих на качественной и долгосрочной основе повысить международную конкурентоспособность, проявляется в том, что инновационные технологии 6-го технологического уклада смогут играть ключевую роль в выходе из нынешнего финансово-экономического кризиса и в последующем новом подъёме мировой экономики. Особенное значение здесь приобретают МАНБРИК-технологии (комплекс, включающий в себя медицинские, аддитивные, нанои биотехнологии, робототехнику, информационные и когнитивные технологии) [6].

Существенным ограничивающим фактором качественного экономического развития для стран, не способных в полной мере сформировать автономую производственную и финансовую инфраструктуру экономики, является тотальная финансизация мировой экономики, которая привела к монополизму финансовых институтов, доля которых в чистых доходах в мировой экономике, по оценке некоторых авторитетных экономистов, существенно превысила 50% [10]. Подобная ситуация также обусловливается циклическим развитием экономики, и прежде всего перенакоплением финансового капитала, его несбалансированной виртуализаций и связанной с этим «пирамидой» долговых обязательств (в основном – США) и деривативов, периодически приводящих к «надуванию инвестиционных «пузырей» в различных сферах экономики.

Системный характер нынешнего глобального ухудшения экономической ситуации, как отмечает ряд авторов, связан с нерешёнными проблемами коренного переустройства системы регулирования экономики и создания эффективных институтов [8, 9]. При этом важнейшей предпосылкой современного кризиса стала волна дерегулирования и десоциализации экономики, которые стимулировали проявление сущностной закономерности капитализма: периодически повторяющихся кризисов [4].

Для формирования модели успешного встраивания экономики России в мировое хозяйство наиболее ценным, на наш взгляд, представляется опыт Китая – как с точки зрения масштабности и степени «продвинутости» таких достижений, так и в отношении целесообразности применения в России подходов и инструментов, использующихся в ходе китайских реформ вследствие существенной сходности решаемых в экономике задач и общности эволюции хозяйственного развития в современный период. Начавшийся в конце 70-х гг. XX столетия этап быстрого и весьма успешного реформирования экономики КНР явился периодом реализации продуманной экономической стратегии повышения эффективности функционирования хозяйства и укрепления его конкурентоспособности.

Важное значение здесь имеет тот факт, что выбор приоритетов, набор инструментов регулирования экономической и социальной сферы, а также определение последовательности и темпов проведения реформ, предложенных и реализуемых политическим руководством страны, носил не столько идеологический (в нынешнем Китае по-прежнему официально существует социализм), сколько прагматический подход в экономическом управлении, что позволяет адекватно учитывать тенденции развития современной экономики, в том числе и внедрять зарубежный опыт, в то же время используя особенности хозяйственного и национально-культурного уклада.

Подобный подход позволил не только создать в Китае самую крупную в мире производящую экономику, но и фактически сформировать новый интегральный общественный строй, позволяющий на коллективистско-рыночной основе весьма эффективно решать проблемы координации взаимодействия государства, общества, экономики и бизнеса. В частности, в последние годы в стране бурно развивается сектор цифровых технологий, по доле которого в ВНП Китай уже занимает более 10% (2-е место в мире после США); при этом в России этот показатель менее 4% – при сохранении зависимости от импортных комплектующих [5]. Особенно актуальным для нынешней России, где финансовая система является не столько опорой, сколько тормозом для реального сектора экономики вследствие дороговизны и недоступности инвестиционных ресурсов, является опыт современного Китая в проведении финансовой политики. В настоящее время положение, которое занимают, в частности, китайские банки в отечественной и мировой экономике, подтверждается тем, что три из них входят в пятёрку крупнейших мировых банков по рыночной капитализации.

Высокой степени развития достигли и другие секторы финансовой системы КНР; при этом в стране функционируют две крупнейшие страховые компании мира, второй по масштабам фондовый рынок и мощные суверенные инвестиционные фонды. Китай также занял первое место в мире и по размерам аккумуляции капитала и уже в 2009 г. опередил США по размерам сбережений, доступных для инвестирования внутри национальной экономики на 600 млрд дол. Реализуемая в настоящее время в России либерально-прозападная экономическая модель предполагает безальтернативное перераспределение денежных ресурсов отечественной экономики в пользу финансового её сектора, ориентированного на функционирование в рамках регулирования финансовых центров Запада, что, по сути, провоцирует не только процессы ограничения возможностей развития реального сектора экономики, но и деградацию самой финансово-кредитной системы, которая оказывается замкнутой преимущественно на западный финансовый рынок, что провоцирует хроническую недомонетизацию экономики.

В целом по итогам 2015 г. в России отношение кредит/ВВП составило 41%. При этом доля кредитов банков в инвестициях достигла лишь около 8%. В то же время от уровня монетизации зависит обеспеченность финансовыми ресурсами экономических агентов и создание более комфортных условий для экономического роста. В частности, уровень монетизации российской экономики всё ещё остаётся низким – как по сравнению с развитыми, так и со многими развивающимися странами.

В целом в настоящее время сложился определённый (носящий в основном формальный характер) консенсус относительно приоритетности и содержания концепции стратегии развития и укрепления конкурентоспособности России между бизнесом, научными кругами и органами государственной власти. Однако для успеха принятой стратегии социально-экономического развития страны, на наш взгляд, необходим действительный прорыв в качестве экономического управления и развития, основанный на привлечении лучших интеллектуальных, организационных, технологических и иных ресурсов. На наш взгляд, в выстраивании определённых реальных приоритетов социохозяйственного развития необходимо исходить, прежде всего, из необходимости защиты собственных национальных интересов и активного использования собственного позитивного опыта хозяйствования в рамках единой глобальной стратегии.

Сравнение опыта Китая и России в данном отношении весьма показательно. Экономическая политика России, в отличие от Китая начиная с 80-х гг. и по настоящее время так и не приобрела чётких акцентов в организации научно-технического и социально-экономического развития, строилась в определяющей мере на подражании и уступках Западу в формировании «продвинутой» социально-рыночной демократии, допускала практически неограниченное действие стихийных демократических и рыночных сил и процессов, имела короткий горизонт реализации продуманных действий (в реальности заменяемый решением текущих проблем удержания власти и быстрейшего конвертирования её в материальные и финансовые активы).

Список источников и литературы  

1. Акаев А.А. Год бифуркации в динамике мировой экономики // Вестник РАН. – 2015. Т. 85. – №12. – С. 1–11.  

2. Акаев А.А. Большие циклы конъюнктуры и инновационно-циклическая теория экономического развития Шумпетера-Кондратьева // Экономическая наука современной России. – 2013. – №2 – С. 7–28.  

3. Адизес И. Интеграция. Выжить и стать сильнее в кризисные времена. – М.: Изд-во «Альпина Бизнес Букс», 2009. – 128 с.  

4. Бузгалин А.В. Социальная структура «позднего капитализма»: кризис и антикризисные программы. Экономико-правовые аспекты стратегии модернизации России: к эффективной и нравственной экономике. Коллективная монография / Под ред. О.В. Иншакова, Г.Б. Клейнера и др. – Краснодар: Изд-во ЮИМ, 2010.  

5. Грамматчиков А. Цифровая реальность // Эксперт. – 2017. – №29. – С. 13–17.  

6. Гринин Л.Е., Коротаев А.В. (2012). Циклы, кризисы, ловушки современной Мир-Системы. Исследование кондратьевских, жюгляровских и вековых циклов, глобальных кризисов, мальтузианских и постмальтузианских ловушек. – М.: Изд-во ЛКИ/URSS.  

7. Глазьев С. Антикризисные меры: просчёты, выводы, предложения // Экономическая наука современной России. – 2009. – №2.  

8. Клейнер Г.Б. Системная парадигма и экономическая политика // Общественные науки и современность. 2007. №2, 3.  

9. Россия: особенности институционального развития / Р.М. Нуреев. – М.: Норма, 2009. 10. Михаил Хазин / персональный сайт: http://khazin.ru 11. Правительство РФ / официальный сайт: www.gov.ru

Сорокожердьев В.В., Рубин А.Г. (Россия, г. Краснодар)