14 Декабрь 2018

Безработица в результате новых технологических революций

#безработица#технологии#революция

Безработица, как и неравенство, также всегда была основополагающим фактором преступности. Новая технологическая революция усугубила безработицу и падение доходов, устранив нужду в малопрофессиональных рабочих. Робототехника и сложное компьютеризированное оборудование успешно заменили квалифицированную рабочую силу.

Программное обеспечение теперь заменяет журналистов, создавая новости в электронном виде путем сканирования Интернета. Даже трейдеров на финансовых рынках заменяют автоматизированные алгоритмы. Коммуникации, сделавшие возможной недорогую передачу голоса, а также почти мгновенные трансферы огромных объемов данных, наряду со все более высокочеткими изображениями, способствовали перемещению производительных мощностей. Все более возрастающими темпами это развивается в таких сферах услуг, как инженерное дело, архитектура, бухгалтерский учет, юридические услуги и даже медицинские услуги.

В сочетании с технологией удаленного управления, изначально разрабатывавшегося для военных, теперь стало возможным контролировать высокоавтоматизированное производство и даже добычу в удаленных регионах. Многим категориям работающих независимо от профессии и навыков сейчас угрожает технологическая безработица. Существовала убежденность в том, что новые отрасли вберут в себя оставшихся без работы людей. К сожалению, реальность оказалась иной. Число людей, занятых в технологическом секторе, остается скромным, около 5—6% всей рабочей силы. По некоторым оценкам, всего около 0,5% рабочей силы в США устроены в отраслях, не существовавших до 2000 г. В Кремниевой долине только 1,8% работников трудоустроены в новых отраслях. Одна из причин кроется в том, что новые отрасли не требуют много рабочей силы, а когда требуют, то задачи выводятся на аутсорсинг самым дешевым поставщикам рабочей силы в мире.

Лидирующие компании вроде Google дают всего 60 тыс. рабочих мест во всем мире. Многим из тех, кто вынужденно лишился работы, крайне трудно найти новую. Маловероятно, что работники легкой промышленности или рабочие на сборочных мощностях интегрируются в рабочую силу в сфере знания, в технологов, биоинженеров, финансистов и т. п.

Стоимость обучения резко возросла. Многие выпускники не могут получить работу в выбранных ими отраслях, и их начальные доходы на 10—20% ниже, чем в период, когда они начинали учиться. Сложность и динамизм цифровой экономики означают, что возможность трудоустройства для переучивающихся людей не гарантирована. Для тех, кто нашел работу, угроза неполной занятости или безработицы является постоянной, что затрудняет выстраивание долгосрочных планов и достижение долгосрочной финансовой и личной безопасности.

Хотя и существуют хорошо оплачиваемые места для небольшой части рабочей силы с необходимыми навыками, большинство новых рабочих мест находится в секторе низкооплачиваемых услуг, таких как розничная торговля или безопасность. Молодежная безработица остается на высоком уровне. Бо_льшая часть населения в настоящее время являются членами так называемого уязвимого пролетариата (термин, используемый в Японии для работников без гарантии занятости), которые составляют до 30% всех трудозанятых страны на фоне того, что компании сокращают издержки на рабочую силу. Изменения на рынке рабочей силы влияют на характер общества.

В новом цифровом мире совсем небольшая элита — 5% населения обладают существенными накоплениями и контролируют бо_льшую часть ресурсов. Они нанимают еще один слой людей — 20%, чтобы управлять их делами, а также контролировать уязвимый пролетариат, который составляет 75% населения. В международном исследовании, озаглавленном «Технологии в работе 2: будущее — это то, чего еще не было» (2016), дан всесторонний анализ рисков для традиционных моделей стран с развивающейся экономикой, которые влекут за собой резкий рост автоматизации производства. Опираясь на информационные сводки Всемирного банка, авторы исследования соглашаются с наличием определенной угрозы в связи с автоматизацией труда в развивающихся странах.

В то время как мануфактура, как правило, дает возможность развивающимся странам уменьшить экономический разрыв с более богатыми странами, автоматизированное производство, напротив, негативно сказывается на их возможностях, что требует поиска новых моделей роста. Рост автоматизации может стать критичным для развивающихся стран, где постепенно снижается уровень потребительского спроса и ограничивается социальная защищенность. Например, осваивая автоматизированное производство и разработки в области трехмерной печати, развивающиеся страны стремятся упростить себе задачу и в связи с этим создают угрозу преждевременной деиндустриализации. Российский социолог и футуролог С. Цирель в статье «Экономика ближайшего будущего» исходит из того, что общество в ближайшем будущем разделится по родам занятости на три неравные группы.

Самый верхний слой — топ-менеджеры крупных компаний, политики, финансисты, успешные программисты и инженеры, научная элита и т. д., с членами семей это не более 10% общества — в ближайшие десятилетия останется сообществом с заметным преобладанием мужчин и распределением гендерных ролей, близким к сегодняшнему. Вторая группа, наиболее многочисленная, — это основная масса работоспособного населения. Ее можно разделить на две подгруппы. Одна будет занята в отраслях с высокой степенью компьютеризации и современных технологий, и здесь основным внутренним конфликтом окажется возрастной: старшим поколениям сложнее приспособиться к быстрым технологическим переменам уже сегодня. Другая же подгруппа — это растущая сфера «контактных» услуг.

И, наконец, нижний слой населения — это люди, которым просто некуда деваться при таком разделении труда, их будет около 40% в развитых странах Запада. В «лишние люди» попадут многие представители «образцового» социально-психологического типа трудящегося индустриальной эпохи XIX — первой половины ХХ в. Это мужчина трудоспособного возраста с навыками физического труда, нередко с «золотыми руками», молчаливый интроверт, преданный своей семье и профессии. Он окажется в этой нижней группе, поскольку будет не нужен в эпоху всеобщей роботизации производства.

В таких людях, возможно, сохранится потребность как в обслуживающем техническом персонале для робототехники, когда она будет ломаться, но, конечно, они не нужны будут в большом количестве. Такое устройство общества, по мнению С. Циреля, не слишком стабильно и вряд ли продержится очень долго, во-первых, в силу дальнейшего расширения роботизации и компьютеризации, возможного появления искусственного интеллекта, а во-вторых, из-за изменения самой генетической природы человека в результате развития геномики, что тоже не исключено.

При усилении социального расслоения должна вырасти преступ ность. Развитый мир во многом от массовой «уличной» преступности отвык за последние пару десятков лет. Это следствие и роста уровня жизни, и компьютеризации: компьютерные игры значительную часть агрессии загнали в виртуальный мир. Конечно, бывают и «выбросы» этой агрессии в мир реальный, но все же это не массовое явление. В связи с возможной массовой безработицей и неизбежным крушением социальных государств в том виде, в каком они возникли во второй половине ХХ в., новый всплеск преступности станет реальной опасностью. Многие из процессов, о которых шла речь, Россию, по мнению С. Циреля, затронут в меньшей степени.

Прежде всего в России иная структура экономики, значительно более слабая, чем в ЕС и США, организация труда, мало высокотехнологичных производств и, наоборот, по-прежнему высокая занятость. Скажем, в угольных шахтах, где у нас оборудование такое же, как в США, до самого последнего времени производительность труда была ниже в пять-семь раз, т. е. тонну угля добывает в пять-семь раз больше людей. Сейчас этот разрыв немного сократился, но по-прежнему весьма велик. Общество, которое так выглядит, — конечно, не самое передовое. Но, как ни странно, оно за счет этого несколько более стабильно, потому что эти механизмы замедляют рост безработицы и распад традиционной структуры общества.

Потребность в ресурсах, которыми обладает Россия как самая крупная страна мира, никуда не денется. Возможно, структура российского экспорта в каких-то деталях будет меняться, но в целом поставщиком сырьевых ресурсов, возможно пищевой продукции и т. д. Россия, по мнению С. Циреля, безусловно, останется. Несмотря на падение качества образования, Россия полностью не лишится высокотехнологичных производств, хотя их доля будет небольшой; это то, что связано с военно-промышленным комплексом, с космической отраслью и некоторыми программными продуктами.

В. С. Овчинский

Другие новости и статьи

« Положено ли выходное пособие при призыве в армию?

Сваебойного агрегата УСА-2М поступает в дорожно-комендантские части »

Запись создана: Пятница, 14 Декабрь 2018 в 1:09 и находится в рубриках Современность.

метки:

Темы Обозника:

В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриот патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика