Внешняя политика России в 1900–1914 годах
Николай II ориентировал русское правительство на продолжение внешней политики своего отца — Александра III. Суть внешнеполитической стратегии Александра III «Миротворца» заключалась в стремлении избежать военных конфликтов с другими державами, чтобы сконцентрировать усилия и средства на решении внутриполитических и экономических проблем.
Необходимость такой внешнеполитической линии осознавалась и окружением Николая II, в котором тон задавали люди, работавшие еще с Александром III.С.Ю. Витте говорил, что чем дольше продлится период внешней стабильности, тем большее могущество приобретет Россия за счет своего динамичного экономического развития. В рамках своего внешнеполитического курса Россия взяла на себя инициативу по созыву международной конференции по вопросам войны и мира.
Она состоялась в Гааге в 1899 году и приняла ряд важных деклараций по поводу возможных в будущем войн: о запрете ядовитых газов и разрывных пуль. В начале XX века, однако, обнаружилось, что практическое наполнение внешнеполитической стратегии не имело достаточной четкости. Министру иностранных дел графу В.Н. Ламздорфу приходилось сталкиваться с противоречивыми влияниями, исходившими из царского окружения. С одной стороны, был закреплен союз с Францией как одна из основ европейской политики России. С другой — при царском дворе сильна была прогерманская ориентация.
Имелся также проект, пытавшийся примирить эти две позиции: Витте выступал за российско-французско-германский единый блок, мощь которого должна была противодействовать нараставшей геополитической алчности США. Внешнеполитическая линия России испытала в то время ряд зигзагов. Германский император Вильгельм II, будучи кузеном Николая II, разыгрывал «родственную карту», стремясь отвлечь Россию от европейских вопросов, направить ее усилия на Дальний Восток, тонко лавировал в период русско-японской войны и подписания мира после нее. В июле 1905 года Вильгельм II и Николай II в Бьерке подписали союзный договор. Поскольку такой же договор Россия заключила еще в 1892 году с Францией, то формально возникал вопрос о том, чтобы «замкнуть треугольник». Однако противоречия между Францией и Германией были чрезвычайно глубоки.
Суть проблемы упиралась в растущую агрессивность Германии и ее основного союзника Австро-Венгрии, недовольных своей малой долей в «колониальном пироге». Обе монархии меньше всех были заинтересованы в сохранении международной стабильности, лихорадочно готовились к вооруженному переделу мира. При этом Германия готовилась использовать Россию в будущей войне в качестве сырьевой базы и поставщика людских ресурсов. После неудачи в японской войне российское правительство старалось вести осторожную и взвешенную политику не только на Дальнем Востоке, но и на других направлениях.
С назначением в 1906 году на пост министра иностранных дел А.П. Извольского приоритетными для внешней политики России становятся отношения с европейскими странами. Извольский провозглашал концепцию «равновесия», при этом с трудом удерживая в тайне личные симпатии к Франции и Англии. Проводить прежний курс «равноудаленности» от Лондона и Берлина становилось все сложнее. Экономическая экспансия Германии на Ближнем и Среднем Востоке затрагивала интересы как России, так и Англии. К тому же обе страны были связаны союзническими договорами с Францией.
Все это заставляло решать вопрос о регулировании русско-английских противоречий. В 1907 году Россия и Англия согласовали спорные вопросы, касающиеся Ирана, Афганистана и Тибета. Это соглашение приглушило на время соперничество между двумя странами, хотя снять его окончательно было не в силах. В 1908 году с обострением балканского вопроса усилилось напряжение в отношениях между Россией и Австрией. В национально-освободительной борьбе славянских и православных народов против турецкого и австрийского владычества Россия выступала их естественным союзником. Агрессивные устремления австрийцев против Сербии, Боснии и Герцеговины базировались на их уверенности в поддержке со стороны Германии. Аннексия Австрией Боснии и Герцеговины резко ухудшила отношения России с австро-германским блоком.
Логикой событий Россия оказалась «привязанной» к Антанте. В 1910 году министром иностранных дел России стал С.Д. Сазонов. При нем была усилена поддержка освободительного движения балканских народов. Россия способствовала созданию и укреплению их национальной государственности, сдерживанию османской агрессии. При этом возрастала роль России как арбитра в балканских делах. С такой ее ролью не хотели соглашаться ни Германия и Австро-Венгрия, ни Англия.
Своим вмешательством во внутрибалканские дела они до предела запутывали все противоречия между странами региона, что влекло угрозу глобального военного конфликта, становившегося практически неизбежным из-за бескомпромиссной позиции лидеров противоборствующих блоков — Англии и Германии. Мир неуклонно скатывался к военной катастрофе. В первую очередь это связывалось с нарастающей агрессивностью Германии и Австрии.
В Германии не смолкали разговоры о необходимости передела мира, мощными темпами росло вооружение: если в 1913 году в сравнении с 1900 годом английский военноморской бюджет увеличился на 186%, французский — на 175%, то германский поднялся на 375%. Политическая ситуация в Европе неудержимо обострялась, и в конце июля 1914 года это обострение переросло в военные действия.
С.В. Рыбаков