Сталинская система управления и перевооружение красной армии стрелковым оружием накануне войны



Сталинская система управления и перевооружение красной армии стрелковым оружием накануне войны

Причины неудач Красной Армии в начальный период Великой Отечественной Войны стоит искать в предвоенный период, анализируя процессы построения армии нового образца, начиная с 1920-х годов. Именно тогда по итогам Первой Мировой Войны концепция ведения войны изменилась.

Пехота, несмотря на появления танков и самолетов, остается главной силой, но её задачи усложняются, а оружие совершенствуется в сторону увеличения скорострельности и уменьшения в размерах. В СССР проблему перевооружения армии современным образцами стрелкового оружия начали решать сразу после окончания Гражданской войны: были приняты конкретные программные документы, в которых определялась задачи образцов стрелкового вооружения, которые нужно было разработать.

Однако, к июню 1941 года армия, по факту, пришла с тем же набором стрелкового оружия, что и к концу гражданской: винтовкой Мосина, станковым пулеметом Максима и револьвером Нагана. Вопрос «почему так произошло?» выражает собой научную проблематику исследовательской деятельности автора, цель которой – комплексно исследовать перевооружение РККА в 1925–1941 гг. в части стрелкового оружия.

Одним из факторов, повлиявшим на процесс перевооружения РККА, была система управления и принятия решений, сложившаяся в 1930-е в Советском Союзе под влиянием И.В. Сталина. Как было сказано выше, рассмотрение процесса перевооружения, в качестве объекта исследования, определяется проблемным вопросом исследования. Перевооружение Красной Армии стрелковым оружием в 1925-1941 годы, направления, динамика и факторы этого процесса в настоящий момент не изучены комплексно.

Историографию этой темы составляют работы, либо исследующие конкретные образцы стрелкового оружия и историю их принятия, либо общие процессы перевооружения СССР [Болотин Д.Н. Советское стрелковое оружие. В., 1990]. Одним из факторов, в достаточной мере, повлиявшим на этот процесс, является сталинская система управления и принятия решений в военном деле. В 1930-х выстроилась строгая иерархическая система принятия на вооружение «Главный военный совет – Наркомат обороны – Главной Артиллерийское Управление – Наркомат вооружений – КБ\завод», где каждая последующая ступень могла оказать лишь минимальное влияние на предыдущую.

Зачастую, компетентных в вопросах стрелкового вооружения людей, на более низкой ступени оказывалось больше, чем на более высокой, при этом повлиять на принятое решение, пусть даже и не совсем правильное, они не могли. Конкурсы на разработку стрелкового вооружения не всегда были объективными, так как решение во многом принималось некомпетентными в вопросах стрелкового вооружения, но занимающими высокие позиции людьми, чьё мнение, в зависимости от авторитета в глазах Сталина, могло сыграть решающую роль [Ванников Б.Л. Записки наркома // Знамя, 1988:1-2. URL: http://militera.lib.ru/memo/ russian/vannikov/index.html (дата обращения: 30.05.2017)]. Архивные документы показывают, что во главе большинства комиссий, которые принимали решения о стрелковом вооружении, на протяжении десятков лет находились одни и те же люди, которые дублировали свои должности и в других комиссиях, а, именно: К.Е. Ворошилов, Л.З. Мехлис, С.М. Буденный, Г.И. Кулик и др. Все эти люди имели личный авторитет у И. Сталина и, соответственно, их мнения на заседания ГВС были самыми весомыми [РГВА. Ф. 4, Оп. 14, Д. 2736, Л. 152]. При этом, стоит отметить, что не все из них имели достаточную квалификацию, чтобы принимать взвешенные решения относительно развития стрелкового вооружения. Сам Ворошилов, например, в письмах к Сталину говорит о своем «твердом намерении переменить свое «амплуа»… Работа в Военморе мне уже опостылела, да и не в ней теперь центр тяжести.

Полагаю, что буду полезней на гражданском поприще. От тебя ожидаю одобрения и поддержки перед ЦК… Хочется попробовать в Донбассе… Работу возьму какую угодно… Надеюсь снова встряхнуться, а то я здесь начал хиреть (духовно)» [РГАСПИ. Ф. 74, Оп. 2, Д. 36, Л. 1]. Получается, что Ворошилов ещё в начале своей карьеры понимал, что далек от военных дел, что, собственно, подтвердилось его отставкой в 1940 году. Однако надо полагать, что Сталину он был выгоден не своими профессиональными навыками, а лояльностью, что в итоге не способствовало развитию отрасли. Не было все идеальным и на уровнях ниже. Главное артиллерийское управление, подчинявшееся НКО, фактически несло проверяющие функции. В докладе Л.З. Мехлиса от 24 февраля 1941 года говорится о чрезмерном аппарате военной приемки. Например, на заводе 59 готовую продукцию (пороха) принимают 28 инженеров, техников и контроллеров военной приемки, тогда как на изготовлении той продукции на заводе занято всего 6 инженеров и 2 техника [РГАСПИ. Ф. 82, Оп. 2, Д. 803, Л. 83.].

Также, в мемуарах В.Н. Новикова и Б.Л. Ванникова говорится, что «руководители и работники военной приемки не всегда отвечали этим высоким качествам. В таких случаях возникали ненужные споры и трения. Это наносило большой ущерб производству и делу обеспечения вооружением Красной Армии» [Ванников Б.Л. Записки наркома // Знамя, 1988:12. URL: http://militera.lib.ru/memo/russian/vannikov/index.html (дата обращения: 30.05.2017)].

Здесь же можно сказать и о том, что заводы и конструкторские бюро по подтверждению многих архивных документов, не всегда обладали надлежащим оборудованием и штатом, чтобы беспрекословно и в кратчайший срок выполнять высокие требования, данные членами комиссий (которые, как было сказано выше, не всегда разбирались в тонкостях разработки и производства стрелкового оружия) [РГВА. Ф. 4, Оп. 14, Д. 1800, Л. 84., 18. Новиков В.Н. Накануне и в дни испытаний. /Литературная запись Ж. В. Таратуты. — М.: Политиздат, 1988. — 398 с.] В довершении всего техническая грамотность РККА, не всегда позволяла раскрывать потенциал множества новых образцов стрелкового вооружения, в техническом плане несколько более сложных, чем винтовка Мосина или ППШ. Автоматические винтовки, используемые, например, в финскую войну, не нашли популярности у бойцов.

При отказе в действии бойцы РККА предпочитали бросить автоматику и взять проверенную и более простую Мосинку [Н.М. Иванов. Техническая грамотность бойцов Красной армии в 1930-х годах: стрелковое оружие и его использование // Вестник РГГУ, М., № 1 (22), 2017]. Это лишь часть примеров негативных факторов, влияющих на процесс перевооружения, рассматриваемых в докладе на материалах неопубликованных документов РГВА, РГАСПИ, РГАЭ и источников личного происхождения.

Н.М. Иванов



Другие новости и статьи

« Толстые – защитники Отечества

Красная армия в 1930-е гг.: выбор прототипа танка будущей войны »

Запись создана: Суббота, 13 Январь 2018 в 11:42 и находится в рубриках Современность.

Метки: , ,



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Контакты/Пресс-релизы