Проблема создания украинского флота в 1918 г

Статья рассматривает попытку создания военно-морского флота в 1918 г. властями «самостийной» Украины. Кроме того, уделяется внимание истории советского флота в период Гражданской войны и завершению боевых действий в Первой мировой войне.

Ключевые слова: флот, офицеры, Крым, Севастополь, германцы, советское правительство.

В наше время темы исторических исследований, связанные с Украиной, однозначно приобретают политический характер. Значительная доля вины в данном процессе лежит на самих украинских коллегах, желающих выдумать свою «самостийную» историю. Конечно, украинские историки не поверят автору, но им двигало желание, прежде всего, объективно ответить на вопрос: «Существовал ли украинский флот в 1918 г.?». Естественно, автор старался избегать политических оценок, а придерживаться исторических фактов в документах, находящихся на хранении в Российском Государственном архиве Военно-Морского Флота (РГА ВМФ).

К концу 1917 г. Черноморский флот находился в состоянии полного организационного развала и хаоса. Выдающийся российский флотоводец А. В. Колчак не смог удержать дисциплину, и вынужден был покинуть пост командующего. Конечно, контр-адмирал А. В. Немитц пытался удержать дисциплину: «…Приказ Командующего Черноморским флотом. Черноморский флот был и останется верным Временному правительству – единственной верховной власти России» [6, с. 15]. Командование Черноморского флота направляло своих представителей, чтобы продемонстрировать единство матросов и офицеров вместе с желанием вести Первую мировую войну «до победного конца». Вот выдержки из речи матроса 2-й статьи Федора Баткина на собрании Московской городской Думы от 2 мая 1917 г.: «…Отечество в опасности – вот лозунг, который справедливо и вовремя был брошен в русские сердца, и Черноморский флот, гарнизон и рабочие не могли не поднять своего по этому поводу» [7, с. 1-2]. Одновременно выступил от офицерского корпуса Черноморского флота лейтенант Константин Люби: «…Мы пойдем, и будем биться, кучкой хоть в пять человек! Мы покажем пример армии! Мы скажем: бейте нас, мы умрем, но не вернемся обратно, не исполнив своей миссии, не вернемся бездеятельными» [7, с. 4].

Затем делегация депутатов Черноморского флота посетила Петроград, где 6 мая 1917 г. в помещении цирка Чинизелли состоялся массовый митинг. Как писали о депутатах Черноморского флота в те дни: «…Испытанные бойцы за свободу, они не сложили своего оружия и перед прусской военщиной, угрожающей свободе всех народов» [2, с. 3]. Сама политическая акция представителей Черноморского флота по спасению вооруженных сил от анархии и хаоса получила высокую оценку Временного правительства [5, с. 19]. Однако все попытки Временного правительства и командования Черноморского флота не могли остановить начавшийся процесс распада дисциплины среди моряков. Отсюда, в конце 1917 г. Черноморский флот стал фактически не управляем даже на уровне отдельных кораблей. Именно термином «украинизация» говорят о событиях на Черноморском флоте современные украинские историки.

Фактически «украинизация» означает желание экипажей Черноморского флота в 1918 г. перейти на службу к правительству «самостийной» Украины. Естественно, хотелось бы разобраться насколько Черноморский флот хотел «украинизироваться». Первый факт «украинизации» состоялся в июне 1917 г., когда на линейном корабле «Воля» подняли национальный флаг Украины. Собственно, сам желто-голубой флаг был достаточно быстро снят по приказу командования Черноморского флота. Следующий подъем украинского флага случился перед Октябрьской революцией. Надо сказать, что к этому времени Черноморский флот испытал на себе все негативные последствия распада дисциплины и матросских самосудов. Отсюда, самостийные поднятия флага не были чем-то из ряда вон выходящим на фоне общей политической ситуации. 12 октября 1917 г. желто-голубой флаг поднял экипаж эскадренного миноносца «Завидный», за ним 12 ноября последовал крейсер «Память Меркурия» и 20 декабря опять линейный корабль «Воля». Собственно, в то время данная политика укладывалась в акт «свободного волеизъявления», а не в желание служить во флоте Украинской державы [13, с. 422-423]. Однако вскоре все украинизировавшиеся команды перешли под власть большевиков. Например, моряки того же линейного корабля «Воля» заменили украинский флаг на красный и активно участвовали в боях против войск Центральной Рады на стороне большевиков в Одессе [12, с. 58]. После стихийных актов «свободного волеизъявления» Центральная Рада Украины решила, что у нее имеется собственный флот. 29 декабря 1917 г. Центральная Рада принимает «Временный закон о флоте Украинской народной республики». [10, с. 78-79].

Ключевым моментом становится подписание большевиками Брест-Литовского мирного договора 3 марта 1918 г. 29 апреля 1918 г. германское командование разгоняет Центральную Раду и передает власть гетману П. П. Скоропадскому. Германские войска продвигаются по территории Украины, и Черноморский флот в Севастополе оказывается под угрозой захвата неприятелем. В данной ситуации командующий Черноморским флотом контр-адмирал М. П. Саблин принимает сложное политическое решение. Упомянутый момент достаточно подробно описан в мемуарах офицера Российского Императорского флота Г. К. Графа: «…Адмирал, после короткого колебания, соглашается и едет на «Георгий». Около 4-х часов дня на «Георгии» поднимается сигнал: «Поднять украинский флаг». [1, с. 198].

Можно сказать, что «украинизация» Черноморского флота была политическим маневром во имя спасения кораблей от захвата германскими войсками. Несмотря на проведенную контр-адмиралом М. П. Саблиным политическую акцию, командовавший германскими войсками генерал Р. Фон Кош не признал принадлежность Черноморского флота к Украинской державе. Для того, чтобы не оставлять Черноморский флот германцам, контр-адмирал М. П. Саблин решается 30 апреля 1918 г. на прорыв в Новороссийск. Причем германцы, занявшие Северную сторону Севастополя, успели обстрелять корабли, вышедшие в открытое море. Судьба кораблей Черноморского флота, прорвавшихся в Новороссийск, сложилась трагически. 18 июня 1918 г. Черноморский флот был затоплен в Новороссийске [11, с. 83]. К сожалению, приказу М. П. Саблина не подчинились 7 линейных кораблей, 3 крейсера, ряд миноносцев и 17 подводных лодок [12, с. 59]. После того, как 28 апреля 1918 г. германские войска занимают главную базу Российского Императорского флота на Черном море Севастополь, гетман П. П. Скоропадский назначает официальным представителем Морского министерства Украинской державы для связи с кайзеровским германским командованием капитана 1-го ранга М. М. Остроградского.

Для помощи представителю Морского министерства Украинской державы создали даже специальный штаб. Приказом по украинскому военно-морскому ведомству за № 593/288 от 28 июля 1918 г. ему присвоили должность командующего морскими силами, а в октябре 1918 г. он стал называться главным командиром севастопольского порта [3, с. 346-347]. Последнее звание произошло из-за того, что германцы Черноморский флот украинской власти решили не отдавать, не поверив в его искреннюю украинизацию. Дело в том, что неопределенный статус Черноморского флота полностью отвечал германским интересам до конца Первой мировой войны. Кстати, именно Михаил Михайлович Остроградский до сих пор считается одним из последовательных сторонников создания независимого украинского флота в 1918 г. Возникает вопрос «Насколько вероятна была украинизация Черноморского флота?».

Здесь необходимо привести мнение представителя советской делегации на переговорах, проходивших весной – осенью 1918 г. в Киеве с целью установления российско-украинских отношений, Сергея Михайловича Холодовского: «…Вообще «самостийность» и нынешний государственный строй на Украине не пользуется большой популярностью. Большинство населения, во всех его слоях, считает чуть не обидным слово «украинец»; постоянно следует ответ: «Я малоросс, а не украинец». За исключением весьма ничтожной группы «самостийников», никто не думает об отделении от России» [9, оп. 1, д. 644, л. 64 об.]. Естественно, что всякая уважающая себя морская держава должна иметь соответствующее Морское министерство. 22 декабря 1917 г. в Киеве состоялось учреждение Генерального секретариата морских дел Центральной Рады, т. е. фактически было создано Морское министерство [12, с. 58]. Первым руководителем нового министерства стал вовсе не военный моряк, а ученый и общественный деятель Дмитрий Владимирович Антонович. Затем из-за отсутствия самого флота 14 марта 1918 г. военно-морское министерство ликвидировали и подчинили военному министру [9, оп. 1, д. 645, л. 14]. В силу отсутствия самого флота морское ведомство решало организационные вопросы и принимало на службу офицеров Российского Императорского флота, зачисляя их в резерв украинских военноморских сил. Вот как охарактеризовал активную деятельность украинского военно-морского ведомства в период правления гетмана П. П. Скоропадского представитель советской делегации на переговорах в Киеве С. М. Холодовский [4, с. 138-139]: «…Из частных бесед своих с чинами украинского морского министерства, я создал себе совершенно определенное мнение о том, что все они, за самым незначительным малым исключением придерживаются чисто русской ориентации» [9, оп. 1, д. 644, л. 63 об.]. Получается, что сами чины военно-морского ведомства Украины изначально были настроены против формирования «самостийного» флота. 14 декабря 1918 г. Киев занимает головной атаман Украинской народной республики С. В. Петлюра.

Он приказывает выделить из военного министерства назад военно-морское министерство. Новая организация получила гордое название Морское министерство Украинской Народной Республики. Собственно, кроме названия у созданного ведомства ничего величественного и не было. Во время своего относительно длительного существования 24 сентября 1919 г. Морское министерство Украинской державы переименовали в «Военно-морской флот», который уже 20 марта 1920 г. стал называться «Главное военно-морское управление Военного министерства Украинской Народной Республики». Ликвидировали украинское военно-морское ведомство только в эмиграции в Польше в 1924 г. Однако за все годы своего существования у украинского военноморского министерства не было главного – флота. За все время своей деятельности украинское военно-морское ведомство оставалось исключительно «сухопутным» военным министерством, только обозначавшим амбиции украинской власти на морское присутствие в черноморском регионе. В начале анализа личного состава украинского флота в 1918 г. необходимо остановиться на том, без чего невозможна любая военная служба – присяга. Представитель советской делегации на переговорах в Киеве С. М. Холодовский [4, с. 139] оставил следующие воспоминания о принятии присяги независимой украинской власти офицерами Черноморского флота: «… Отрицательное отношение морских офицеров к самостоятельной Украине под гетманским и германским правлением выразилось тогда, когда гетман потребовал, чтобы все офицеры приняли присягу на верность ему и Украине «до последней капли крови». Офицеры подали коллективную петицию, чтобы их освободили от присяги на том основании, что они и без присяги будут служить Флоту и своим Кораблям. …При этом они просили смотреть на них, как на вольнонаемных (наподобие английского флота)» [9, оп. 1, д. 644, л. 64]. Обратите внимание, офицеры Российского Императорского флота не имели желания присягать «самостийникам» или германцам.

В подавляющем своем большинстве они расценивали данную присягу как клятвопреступление или предание национальных интересов России независимо от того, какая власть управляла в стране. Офицеры Черноморского флота оставались верными своей присяге, данной еще до 1917 г., а украинским властям предлагали считать себя вольнонаемными лицами, связанными с новорожденным государством только условиями контракта. Однако даже в таких неблагоприятных условиях военно-морскому украинскому ведомству пришлось решать кадровый вопрос с личным составом флота. Прежде всего, была необходима иерархия новых флотских званий. Надо отметить, что в данном вопросе попытались сохранить уже существующие традиции с незначительными вкраплениями украинского «самостийного» колорита. Как уже выяснилось, постоянного корабельного состава у флота Украины не было.

Отсюда, все военнослужащие и чиновники украинского флота зачислялись в резерв. Незыблемой финансовой основой данного процесса стало денежное пособие для женатых офицеров флота в размере 450 руб., а для холостых 300 руб. [9, оп. 1, д. 645, л. 16]. Надо сказать, что для бывших офицеров Российского Императорского флота, оставшихся в 1918 г. на украинской земле практически без средств существования, предлагаемые деньги являлись настоящим спасением от голода. Наверное, вышеназванные выплаты и предопределили желание подавляющего большинства адмиралов и офицеров вступить в резерв украинского флота. Обеспокоились украинские власти и подготовкой офицерских кадров для собственного флота. 11 января 1919 г. морской министр Украинской Народной Республики старший лейтенант М. И. Билинский подписал «Закон о гардемаринской школе», которую открыли в Николаеве. Более того, украинское военно-морское ведомство осуществляло и производство военнослужащих в новые чины [9, оп. 1, д. 645, л. 5]. В итоге военно-морское ведомство Украины в 1918 г. проделало значительный объем бюрократической работы. В украинском флоте сформировали значительный резерв адмиралов, офицеров, нижних чинов, гражданских чиновников и медиков. Сотрудники морского министерства в Киеве даже озаботились вопросом подготовки будущих офицеров. Однако все эти кадры не могли применить свои профессиональные навыки на практике из-за отсутствия у «самостийной» Украины флота.

Из процессов «украинизации» кораблей Черноморского флота, организации военно-морского ведомства Украины и создания личного состава складывается устойчивое впечатление, что корабли «самостийных» военно-морских сил носили иллюзорный характер. Вероятно, можно говорить о кораблях, считавшихся киевской властью своими, но не принадлежащих ей. Прежде всего, на корабли Черноморского флота существовало, как минимум, два претендента – императорская Германия и Советская Россия. Кстати, не прочь была поживиться и Австро-Венгрия. В вышеназванной кампании в 1918 г. у киевской власти, зависящей от германского протектората, шансы на успех можно назвать призрачными. Вообще, что оставалось украинскому флоту в вышеизложенной ситуации? Прежде всего, украинское военно-морское ведомство постаралось заняться демобилизацией гражданских судов. Многие из кораблей, по которым работала комиссия, во главе с капитаном 1-го ранга Гурским находились под германским флагом. В то же время владельцы судов не хотели их видеть в составе украинского флота [8, оп. 1, д. 12, л. 260]. Оставалось подбирать брошенное германцами в связи с выходом из Первой мировой войны. Так, 13 ноября 1918 г. офицер авиации штаба официального представителя министра Украинской Державы, подпоручик Хомяков написал в рапорте: «…Доношу Вашему Превосходительству, что стационер Керченского минного батальона с приходом немцев был ими захвачен, переименован в «Гебен» и находился в пользовании у германского военного командования, а последнее время у коменданта севастопольского порта. Место его стоянки севастопольская таможня. В настоящее время он оставлен германцами, а экипаж его русский остался на катере, и просит его взять на службу вместе с катером» [8, оп. 1, д. 13, л. 88]. Главное, что после захвата Севастополя корабли подняли Андреевские флаги. Украинские власти только надеялись получить от германцев по мирному договору оставшиеся корабли Черноморского флота. Причем само германское командование не хотело отдавать Черноморский флот и контроль украинского военно-морского ведомства, устраивая проблему из-за каждой паровой шаланды под флагом «самостийной» Украины. Современные украинские историки приводят длинные списки «украинизированных» судов Черноморского флота в Севастополе в 1918 г., которые на самом деле представляют собой фикцию.

Конечно, было желание украинских властей иметь собственной флот, а после поднятия со дна линейного корабля «Императрица Мария» украинское военно-морское начальство продолжало надеяться на него и на суда, строящиеся на верфях. Единственным серьезным успехом гетмана П. П. Скоропадского стала передача 17 сентября 1918 г. германцами украинской стороне канонерской лодки «Кубанец» и 17 подводных лодок. Хотя этот процесс германское командование затянуло до окончания Первой мировой войны [12, с. 61]. Реально флоту Украины принадлежал лишь прогулочный речной катерок державного гетмана П. П. Скоропадского, совершавший рейсы по Днепру и Славутичу. Теоретически к речному катеру можно добавить 20 гидросамолетов морской авиации и 3 полка морской пехоты, но они уже не принадлежали корабельному составу флота [13, с. 422].

После поражения Германии в Первой мировой войне события в Севастополе развивались стремительно и совсем не по сценарию украинских властей. Новое положение вещей очень ярко запечатлел в своих мемуарах офицер Российского Императорского флота Г. К. Граф: «…Время шло, война кончилась, и союзники вошли в Черное море. В октябре 1918 года их эскадра под начальством адмирала Кальсори, в состав которой входили английские, французские, итальянские и греческие корабли, появилась перед Севастополем. …По распоряжению английского адмирала все корабли были распределены между союзниками» [1, с. 244-245]. Дальше у украинцев существовали только1-й Гуцульский полк морской пехоты [13, с. 425] и несколько десятков чиновников военноморского ведомства.

В итоге захват странами Антанты оставшихся русских кораблей на Черном море окончательно похоронил призрачные надежды Киева на создание украинского флота в 1918 г. Вполне понятно стремление ряда современных украинских политиков выдать желаемое за действительное и заиметь собственную военно-морскую историю, уходящую корнями в глубь веков. Однако в нашем случае архивные документы раскрывают очевидную истину – украинского флота в 1918 г. не было! Причем не было ни по личному составу, ни по корабельному составу, ни по наличию военно-морских баз. Собственно, перед нами далеко не первый случай политической ангажированности и творения исторических мифов новоявленными государствами на карте мира.

Библиография 1. Граф Г. К. Революция и флот. Балтийский флот в 1917-1918 гг. М.: Вече, 2017. 2. Красный флот за свободу и родину! Петроград, 1917. 3. Малевинская М. Е. Российский государственный архив ВМФ. Справочник по фондам (1917-1940). СПб: БЛИЦ, 1995. 4. «Морские вопросы… Украиной не подымались…» // Гангут. 1997. № 12. С. 132-145. 5. Отдел личного состава // Свободный флот. 1917. № 1. С. 19. 6. Приказы Армии и Флоту // Свободный флот. 1917. № 4. С. 15. 7. Речи представителей Черноморского флота, произнесенные в собрании Московской Городской Думы 2 мая 1917 г. М., 1917. 8. Российский Государственный архив Военно-Морского Флота (РГА ВМФ). Ф. Р. 335. 9. Российский Государственный архив Военно-Морского Флота (РГА ВМФ). Ф. Р. 342. 10. Украинская Центральная Рада: документы и материалы. Киев: Наукова Думка, 1997. 11. Селянчев А. К. Флот под красным флагом революции. М.: Просвещение, 1983. 12. Тинченко Я. Военно-морское ведомство Украины. 1917-1924 // Старый цейхгауз. 2009. № 1(29). С. 58-66. 13. Чуприн К. В. Вооруженные силы стран СНГ и Балтии. Минск, 2009.

Ливенцев Дмитрий Вячеславович