Питание рабочего населения провинциального советского города (на примере Оренбурга): опыт моделирования продовольственной корзины



Питание рабочего населения провинциального советского города (на примере Оренбурга): опыт моделирования продовольственной корзины

oboznik.ru - В рамках АрМИ-2017 началось соревнование военных пекарей

Многокомпонентная система продовольственного обеспечения в качестве главного показателя своей результативности имеет степень удовлетворения продуктами питания непосредственного потребителя. Изучение микроуровня продовольственной обеспеченности, связанного с отдельной социальной группой или среднестатистической семьей, является востребованным в современной исторической науке.

Рост исследовательского внимания к проблемам существования «маленького человека» в историческом процессе обусловлен гуманистической, социальной направленностью проводимых исследований и подкреплен междисциплинарным подходом, позволяющим с использованием методов различных наук получить новые результаты, расширяющие представления об эпохе. Важным критерием стабильного обеспечения населения продовольствием является экономическая доступность продуктов питания, оценить которую возможно путем представления модели продовольственной корзины.

Ее аналогом в 1920-е гг. выступал бюджетный набор, при составлении которого использовались показатели фактического потребления продуктов питания за предшествующие годы. При подсчете экономической доступности минимального продовольственного набора для едоков среднестатистической семьи в количестве четырех человек использованы данные средней заработной платы и стоимость бюджетного набора при покупке продовольствия в кооперативном и в частном секторе. В 1927–1928 гг. высококвалифицированные служащие и рабочие тратили на покупку продовольствия в кооперативных организациях 20% от общего дохода супругов. При покупке полного набора на частном рынке рабочие тратили от 36 до 55% своего дохода.

Для младшего обслуживающего персонала покупка в кооперации обходилась в 50–80% дохода. Приобретение продуктов питания исключительно в частных торговых заведениях могла достигать 90% от общего дохода супругов. Часть товаров, слабо представленных в кооперативной торговле (ржаная мука и ржаной хлеб, сельди, молоко), в таком случае полностью выпадали из рациона. Затраты на их приобретение могли компенсироваться сокращением потребления других продуктов, либо сокращением трат на иные статьи расхода.

При этом расходы на питание являлись самой значительной статьей расхода домашнего бюджета рабочих семей – в 1931 г. этот показатель составил 50,8%1 . За 1923/1924 г. доля в бюджете семьи рабочего и служащего рассчитана по сокращенному набору продуктов, включающему ржаную и пшеничную муку, мясо, масло растительное, сахар, соль.

Для сравнения доли, которую рабочие и служащие тратили на приобретение указанных продуктов питания, привлечены данные по аналогичному набору продуктов за 1927/1928 г. В 1923/1924 г. доля затрат на покупку продуктов питания была выше, чем в 1927/1928 г., что объяснялось более высокими нормами потребления, при этом в частном секторе торговли покупки обходились дешевле. За 1924/1925 г. средняя стоимость бюджетного набора менялась в диапазоне от 12 до 16 руб. За условный набор, состоящий из ржаной муки, пшена, картофеля, квашеной капусты, свеклы, мяса, топленого масла, молока, яиц, растительного масла, сахара при покупке в кооперативных торговых организациях жители Оренбурга платили 11,98 руб., а частнику переплачивали за него чуть более 2 руб.2

Вместе с тем доля затрат на приобретение продуктов питания является для оценки продовольственной обеспеченности не столь важной, как качественная структура рациона (сбалансированность, качество, питательная ценность, разнообразие). Это связано с взаимозависимостью потребления продуктов питания и дохода: питание представляет собой базовую потребность человека, и при падении уровня жизни сокращение расходов на продовольствие происходит в последнюю очередь. При росте материальной обеспеченности потребление продуктов питания увеличивается не в количественном плане, а в качественном – например, потребление пшеничного хлеба растет за счет падения потребления ржаного. В 1927 г., по сравнению с 1923 г., увеличились нормы потребления продукции животноводства, а также рыбы, мяса – в 1,5 раза, молока – в 0,5 раза, сельди – в 1,4 раза. Даже потребление таких калорийных и богатых питательными веществами продуктов не могло заменить в рационе растительную пищу, суточное потребление которой сократилось по муке – в 2,6 раза, картофелю – в 1,7 раза, по овощам – в 2,1 раза3 . Но при этом городское население питалось лучше и качественнее сельского, поскольку, имея удельный вес 14% в общем краевом потреблении пшеницы, пшеничной муки и белого хлеба потребляло 98% от общего городского потребления зерновых.

Сбалансированность рациона предполагает соотнесение потребления растительной и животной пищи, продуктов промышленной переработки в рационе человека. Анализ этих показателей позволил сделать вывод о сокращении доли растительной продукции в бюджетных нормах (к 1930 г. по сравнению с 1913 г. – на 30%)1 . Перестройка питания городского населения происходила за счет сокращения потребления хлебных продуктов, которое наблюдалось уже с 1925 г. Рост потребления продукции животного происхождения (к 1930 г. в 2 раза по сравнению с 1927 г.) при жестких мясных нормах был проявлением существования черного рынка.

Потребление продуктов животного происхождения отражало общесоюзную тенденцию к росту. Доля пищевых продуктов промышленной переработки в нормах потребительской корзины возрастает до 1927 г., а в 1930 г. сокращается в два раза. Рост отмечался только в потреблении круп, бобовых, овощей, а до 1927 г. – молочных продуктов. Разница в балансе калорий в 1923–1924 и 1927–1928 гг. составила 1374 ккал. Сокращение калорийности с 4286 ккал до 2912 ккал подтверждает общесоюзную тенденцию3 . С 1885 г. до Первой мировой войны суточная калорийность питания человека в России балансировала на грани голода и составляла 2100 ккал. До середины 1920-х гг. калорийность несколько повысилась, во многом за счет падения зернового экспорта и роста внутреннего потребления, составив 2500 ккал. С 1929 г. калорийность пищи вновь сократилась до 2030 ккал. В 1930 г. суточная калорийность потребляемых продуктов питания составила для рабочих – 2086 ккал, для служащих – 1904 ккал. За послереволюционное десятилетие питание населения Оренбуржья претерпело значительные изменения как по качественному составу, так и в плане количественных норм.

Перестройка рациона, сокращение калорийности до дореволюционного уровня вернули ситуацию с продовольственным обеспечением к дореволюционным показателям. При сохранении экономической доступности продовольствия в кооперативной сети его физическая доступность и качество были к 1931 г. ограничены, что привело к введению карточной системы, усилению роли общественного питания и обусловило расцвет черного рынка.

Калдузова Виолетта Александровна



Другие новости и статьи

« Сообщество российских писателей в период конституционного кризиса

Образ гражданских конфликтов и гражданских войн в литературе, искусстве, национальной памяти »

Запись создана: Четверг, 31 Май 2018 в 18:13 и находится в рубриках Новости.

Метки:



Дорогие друзья, ждем Ваши комментарии!

Комментарии

Загрузка...

Контакты/Пресс-релизы