13 Октябрь 2018

Терроризм как новый вид войны

oboznik.ru - 10 самых опасных террористических групп в мире

Противоречивый характер процессов глобализации, повлекший кардинальные изменения в геополитической, экономической и информационно-технологической сферах общественной жизни и встречный процесс сопротивления, а также обостряющиеся неразрешенные глубокие политические, социально-экономические, этнические и конфессиональные противоречиякак внутри отдельного общества, так и между государствами порождают многообразные гибридные формы вооруженной борьбы. Сочетая в себе некоторые признаки традиционной войны, они, тем не менее основываются на совершенно новых принципах и законах, значительно отличающихся от прежних, что вызывает необходимость их осмысления.

Постижение сущности современных войн, их социально-политического, военно-технологического и стратегического характера имеет важноепрактическое значение для решения проблем безопасности в ХХI веке. Так, специалист философских и методологических проблем военной теории и практикиС.А. Тюшкевич отмечает: «Знание и понимание причин и условий возникновения войн в современных условияхпозволяет определить возможные военные опасности и угрозы, видеть их характер, возможные пути развития, что крайне необходимо для эффективного решения задач по обеспечению нашей национальной безопасности, укреплению оборонной мощи страны и развития Вооруженных Сил» [8, с. 29.] В научном дискурсе предпринимаются попытки исследовать трансформацию войны, рассмотреть ее факторы и признаки. Согласно определению Л.Л. Штофер, трансформация войны – это генезис и распространение ее новых форм, связанных как с расширением круга субъектов войны, появлением различных «комбинаций», так и с изменениями в соотношении вооруженных и невооруженных средств насилия, используемых субъектами войны для достижения своих политических целей. [13, с. 10]. Эпоха традиционной войны как вооруженного столкновения двух государствс использованием регулярной профессиональной армии,основывающейся на определенных принципах и законах,уходит в прошлое.

Если раньше полномочие определить противника и объявить ему войну являлось одним из атрибутов суверенной власти государства, то в новых формах вооруженной борьбыгосударство теряет монополию на законное насилие.В современном мире совершенно отчетливо просматриваются следующие тенденции: разгосударствлениеи приватизациявойны, глобализация частного насилия в лице повстанцев,ополченцев,наемников,воинов-боевиков,фанатиков,бандитов,террористов. Нелегитимное расширение субъектов насилия,которые присваивают себе право вести войну ибросают вызов своему оппоненту в лице государства и общества инаряду с главным и прямым средством принуждения – вооруженной борьбой используют и другие способы воздействия на противника,навязывая ему свои правила игры, ведетк появлению современных видов войны, одним из которых является терроризм. Классик отечественной военной мысли полковник Е.Э. Месснер ещё в ХХ веке предупредил о появлении нового вида войн – мятежвойн.

Он пишет: «Надо перестать думать, что война–это когда воюют, а мир – когда не воюют. Можно быть в войне, не воюя явно… Современная форма войны есть мятеж. Это–отклонение от догм классического военного искусства. Это – ересь. Но мятеж война – еретическая война… Насилие (устрашение и террор) «партизанство – главные «оружия» в этой войне… Теперь регулярное войско лишилось военной монополии; наряду с ним (а может быть, больше, чем оно) воюет иррегулярное войско, а ему секундируют подпольные организации… Воеваниепартизанами, диверсантами, террористами, вредителями, собатерами, пропагандистами примет в будущем огромные размеры» [10]. Терроризм по форме отличается от классической войны, однако главные сущностные признаки войны остаются. Отметим несколько основополагающих тезисов прусского генерала и военного теоретика К. Клаузевица.

Согласно его определению, «война — это акт насилия, имеющий целью заставить противника выполнить нашу волю» [6]. К. Клаузевиц считал, что война может менять свой цвет, как хамелеон, но еесущностная природа - насильственная, непредсказуемая и подверженная эскалацииостается постоянной.Новые технологии меняют только форму войны, а не ее природу.Не менее важным является классическое положение К. Клаузевица о сущности войны как «продолжения политики другими, насильственными средствами» [Там же]. Терроризм может рассматриваться в нескольких аспектах: 1) как метод политической борьбы, используемый негосударственными вооруженными формированиями против государства или группы государств – ассиметричная война; 2) как инструмент тайных операций одних государств против другихс использованием террористических организаций - прокси война (опосредованная война).В этом случае терроризм может являться продолжением политики государственных структур, использующих террористические группировки в качестве инструментального средства борьбы за власть.

Насилие в терроризме становится средством для осуществления власти, навязывания своей воли Другому.Как отмечаетБ. Хоффман, терроризм является местом пересечения политики и насилия, где есть возможность обретения власти. Терроризм подразумевает поиски власти: власти управлять, принуждать, устрашать и контролировать, наконец влиять на фундаментальные политические изменения. Насилие (или угроза насилия) является таким образом, непременным условием для террористов, которые непоколебимы в своей уверенности в том, что именно посредством насилия можно прийти к победе и воплощению своих политических замыслов [11, с. 224 – 225]. В терроризме присутствуетскрытый элемент насилия связанный с тем, что, создавая в обществе атмосферу страха и безысходности, и тем самым недоверие к правительству, террористический акт запускает механизм принуждения людей, заставляя их влиять на государственные структуры с целью реализации на практике тех требований, которые выдвигают террористы. «Террористы полагают, что их действия произведут отчуждение власти, выставив их недееспособными в деле защиты своих граждан. Чтобы достичь этого уровня, нужно нарушить нормальный режим социального взаимодействие, доведя эскалацию насилия до черты, когда станет ясно, что власти не в состоянии предотвратить распространение хаоса» [16]. Терроризм и войнавозникают в результате глубоких политических и социальных противоречий как между государствами или группами государств, так и внутри отдельного общества. Ю.А. Брусницын пишет: «… мировой опыт свидетельствует о том, что терроризм особенно остро проявляется в тех регионах и в те периоды, когда обостряются противоречия в социально-политической сфере, происходит смена общественных отношений и государственного устройства, отсутствует стабильность правового пространства и правопорядка» [2,с. 14].

Независимо от идеологических убеждений конкретных террористических формирований, наиболее распространенной среди них является идея о насилии и терроре, практикуемого со стороны государства. Терроризм – это ответная реакция на насилие как посягательство на свободу человеческой воли со стороны власти.Согласно данным глобальной базы по терроризму,в период 1989-2014 годов93% всех террористических нападений произошли в странах с высоким уровнем государственного терроризма – внесудебные смерти, пытки и тюремное заключение без суда и следствия [17]. Таким образом, принципиальных противоречий между сущностными признаками классической войны и терроризмом нет.Терроризм синкретичен, его сложный, и многогранный характер позволяет сочетает в себе признакиразличных форм вооруженной борьбы. Военная история показывает, что все государства и во все эпохи при проведении конкретной войны комбинировали различные формы вооруженного противоборства и то, с чем сталкиваются в XXI скорее норма, чем исключение.ФранкХоффман считает, что современную эпоху характеризует процесс гибритизации, в рамках которого смешиваются традиционные формы войны, организованная преступность, иррегулярные конфликты и терроризм [14]. Кроме того, сам терроризм имеет временный, транзиторный характер.

В связи с этим, доктор наук в области политологии Франсуа-Бернар Уиг отмечает: «Организация, про которую говорят, что она террористическая, может, в различные периоды времени, совершать нападения, вести бои на территории, подобно партизанам, контролировать священные территории и обладать официальным статусом (как «джихадисты» в Афганистане до октября 2001 г.), иметь внешний вид законной организации, даже выставлять свои кандидатуры на выборах, приходить к власти и т.д. [9]. Перефразируя К. Клаузевица, можно сказать, что терроризм может менять свой цвет, как хамелеон. Именно в многоликости и изменчивости состоит уникальность терроризма как социального явления, и в связи с этим возникают трудности как определении его понятия, его статуса наряду с другими формами насилия или вооруженной борьбы, так и выработке общей стратегии противодействия ему.

Содержание войны в терроризме расширяется и выходит за пределы классического представления о войне.Вооруженное насилие, не ограниченное географическими рамками, без четкой линии фронта, не ограниченное никакими нормами, скрытность в подготовке операций, их несистематический характер, - все это дало возможностьБ. Дженкинсу и другим западным исследователямохарактеризовать терроризм как новый вид войны [15]. Термин «террористическая война» разработал современный немецкий политический философ Х. Хофмайстер,под которым он понимает эффективный способ ведения войны слабыми акторами против сильных [12].Таким образом, террористическаявойна представляет собой ассиметричную войну, в которую вовлечены разные по статусу и военной силе игроки.Логика асимметрии лишает террористическую войну характеристик, присущих традиционной войне и в значительной степени определяет ее тактику. Право на насилие, возможность вынесения смертного приговора противнику является составным элементом войны.

В традиционной межгосударственной войне границы правового поляопределяют допустимыепределы организованного вооруженного насилия, разрешая и легитимизируяего. Особенностью террористической войны является нелегитимность, неконвенциональность, «децивилизация» или «варварство». Этические, моральные и правовые нормы в этой войне отменяются, дифференциация между комбатантами и гражданскими лицами, позволяющая четко разграничить военные действия и насильственные преступления, отсутствует. Логика ассиметричной войны не позволяет акторам вступать в открытые, длительные вооруженные столкновения с комбатантами противоборствующей стороны, превосходящими их по боевой оснащенности и подготовке. В связи с этим тактика террористической войны заключается в использовании внезапного и одностороннего насилия в отношении гражданских лиц. Любая война, влечет за собой потери гражданского населения, однако, их случайная гибель, как правило, рассматривается если не как трагедия, то по крайней мере, как это бы это ни звучало цинично - сопутствующий ущерб.

Современный терроризм – это умышленное, целенаправленное насилие в отношении гражданских лиц. Именно это обстоятельство вызывает сильную негативную эмоциональную реакцию и осуждение терроризма и выступает в качестве одного из главных аргументов, не позволяющих, по мнению некоторых исследователей,рассматривать терроризм как вид войны. Категория объектов религиозных террористов, представляющих в настоящее время основную угрозу в связи с масштабностью проводимых ими терактов, практически не имеет ограничений. Их борьбатребует расширения круга жертв, существует явная тенденция к насилию в отношении гражданского населения, виновность которого неочевидна и в общественном сознании ассоциируется с иррациональностью и жестокостью. Применение принципа «коллективного наказания», позволяет террористам переносить месть с военнополитических символов врага на «равнодушного обывателя», санкционирующего преступления государства.

Такое восприятие террористов, поддерживаемое идеологией, организационными мероприятиями и повседневной практикой стирает границы между государством и гражданами, дает возможность террористам оправдать безграничное насилие в отношении людей, не имеющего прямого отношения к конфликту. В террористической войне отсутствует территориальная демаркация, не существует ни линии фронта, ни глубокого тыла. Это война в условиях «мирного времени», где жизнь каждого человека в любой момент может оказаться под угрозой. Терроризм сеет тотальный страх, неожиданно врываясь в повседневную реальность мирного населения. Все современное общество становится потенциальной жертвой терроризма. У. Бек пишет: «Понятие благополучия утратило свою невинность. Все стали невольными участниками вездесущей лотереи несчастья, в которой выражение «все благополучно» означает «на этот раз удалось избежать опасности». Каждый может быть и соседом, и убийцей. Одного от другого невозможно отличить по какому-то определенному признаку (униформе, паспорту, образованию, языку, религии)» [1, с. 135]. Современный терроризм – это глобальная война, имеющая трансграничный характер.

Внешне терроризм представляет собой отдельные, спорадические акты насилия, выходящие за рамки территории одного государства,которые на первый взгляд, носят случайный, эпизодический характер.Однако, выбор объектов и места нападений тщательно продуманы.В отличие от симметричного вооруженного конфликта, в котором объекты уничтожения имеют стратегическое значение (промышленная и оборонная мощь противника), выбор объектов и жертв террористических акцийимеют символический характер.Террористы взрывают не просто жилые дома – они взрывают символы государственности и межгосударственных, торговых связей, капитализма и западного «общества потребления».Так, например, целью атактеррористов в Америке 11 сентября 2001 г. было желание стереть с географической карты символы власти западного мира. Все терактыв Европе совершаются в странах-локомотивах и странах-основателях Европейского союза: Испании, Англии, Франции, Германии и представляют собой форму агрессивного радикального протеста против объединенной Европы, ее ценностей, демократии и свободы.

Террористическая война, как и любая – этоспециально организованное, профессионально применяемое вооруженное насилие. Высокий уровень организации и техническая оснащенность позволяет террористам проводить операции, сопоставимые с военными;статистика преступлений террористического характера и жертв от них неумолимо растет.Отсамодельного оружия, снарядов, взрывчатых веществи террористов-смертников - «живых бомб» террористы переходят к современному оружию, которое в их руках превращается в орудие смерти, позволяющее быстро уничтожать большое количество людей, а устрашать гораздо больше. Так, например, по данным Военного обозревателя на 2017 год боевики запрещенной в РФ террористической организации «Исламское государство» использовали 100 видов оружия, происходящего примерно из 25 стран [3]. Эксперты обеспокоены: учитывая темпы наращивания военного потенциала исламистами и начало работ по созданию химоружия, момент, когда боевики ИГсмогут получить ядерное оружие, наступит в течение года [4]. Террористическая война выходитза пределы вооруженной борьбы. Это война психологическая, информационная, идеологическая.

Театр военных действий выходит за рамки территориального пространства, охватывает информационное и вторгается в сферу психического.Намеренная театрализованность террористических актовнаблюдалась и раньше, но в настоящее время они все явственнее приобретают характер хорошо отрежиссированных, продуманных и до предела драматизированных действий. Демонстрация боевиков в масках,их жестокого обращения с заложниками или их казни – это прежде всего зрелище, действо, спланированное так, чтобы произвести впечатление, поразить, шокировать, это своеобразный «медийный аттракцион». Главное психологическое оружие слабого в ассиметричнойборьбе–найти и использовать свои преимущества. Е.А. Степанова убедительно обосновывает, что, несмотря на превосходство государств над негосударственными игроками в конвенциональном потенциале и статусе, у вооруженно-террористических группировок есть свои преимущества в асимметричном конфликте с государством — это сочетание высокого мобилизационного потенциала экстремистских идеологий и гибких организационных форм [7].Идеологический фронт– это особая сфера, где «слабая сторона» в ассиметричной войне имеет явные преимущества. Формируя основу убеждений и системуценностей террористов, идеология способствует их интеграции и мобилизации. Она позволяет террористам объединять свои ресурсы в одно движение, направленное на достижение их общей цели, которое действует как единое целое. Немаловажным является критерий осознания воюющими своего статуса и своей деятельности.

Террористы ощущают себя солдатами на войне, считая, что сражаются за правое дело. Идентифицируя себя с определенным социальным движением, они позиционируют себя в качестве «революционеров», «борцов за свободу», «воинов джихада». Таким образом, идеология служит для террористов источником мотивации и легитимизации своей борьбы. Идеология наделяетмужеством террористов-самоубийц, которые превращают себя, свои жизни в точное оружие массового уничтожения, черпая из сознательного отречения от собственной жизни чудовищную разрушительную силу. У. Бек отмечает, что их сильнейшее оружие в том, что они свободны от каких бы то ни было моральных факторов сдерживаниятаким образом, становится носителем абсолютной жестокости. «Для них ничего не значат ни собственная жизнь, ни жизни других людей. Мы имеем дело с абсолютным нигилизмом (в сравнении с западными ценностями); точнее, с комбинацией нигилизма и фанатической религиозности, недоступной западному пониманию. Совершенно непонятно западному наблюдателю то, как напрямую соединяются здесь фанатический антимодернизм, антиглобализм и современное глобальное мышление, и действие» [1, с. 135]. Идеология способствует также пополнению социальной базы террористических объединений. Выражая социально значимые идеи, затрагивающие интересы определенных социальных групп или слоев общества, она способна объединять людей в единую общность, аккумулировать их энергию и направлять ее на соответствующие формы действий.

Идеология наводит мост между реальным и желаемым положением дел, показывая наиболее эффективный путь к изменениям. В рамках идеологии формируются, а затем транслируются убеждения в возможности изменения социальных условий, достижения справедливости, и конечном счете, счастья и благополучия в будущем, что становится источником разрешительных санкций на насилие в настоящем [5,с. 145]. Киберпространство становится проводником идеологического оружия террористов. Идет война за умы людей, которые в силу незрелости или маргинальности своего положения в обществе не способны увидеть за идеологическими лозунгами террористов их истинные цели. Таким образом, современный терроризм из тактических способов ведения боевых действий превратился в самостоятельный и особый вид войны с идеологией, стратегией и тактикой.

Действуя в ассиметричной логике войны, ее субъекты стараются превратить свои слабые стороны в сильные. Террористы на деле доказываютвозможность вести войну, и очень жестокую войну, даже в небольших масштабах. Проблема борьбы с терроризмом вызывает ряд вопросов. Сколько времени будет длиться эта война или она бесконечна? И что означает «победа» в этой войне – уничтожение большинства террористов или всех террористов? Как можно спрогнозировать и предотвратить очередной теракт, если инициатива в выборе места, времени и объекта остается за террористами? Как разработать систему безопасности при отсутствие у террористов классических шаблонов ведения боевых действий? Террористы гибки, мобильны и адаптивны к изменяющимся условиям,все время учатся и изобретают все новые способы осуществления своей деструктивной деятельности.

Террористические акты все реже сопровождаются громкими заявлениями террористов о причастности к ним.Как можно победить в этой войне, когда лидеров противоборствующейстороны сложно поймать, а исполнители терактов не имеют отличительных знаков, позволяющих их идентифицировать? Как отличить потенциально способных на организацию и проведение терактов людей? Под влиянием идеологии к террористической армии присоединяются все новые субъекты. Существует тенденция к индивидуализации войны, когда отдельные индивиды под влиянием радикальных взглядов лидеров террористических формированийбросают вызов государству. Какую идеологию мы можем противопоставить террористической идеологии? Террористическая война в XXI веке стала перманентной и транснациональной. Переходсовременного терроризмав военную сферу увеличивает егодеструктивный потенциал ипозволяет относить это явление к глобальным проблемам современности ирассматривать его как новую мировую войну.

Список литературы

1. Бек У. Власть и ее оппоненты в эпоху глобализма. Новая всемирно-политическая экономия / Пер. с нем. А. Б. Григорьева, В. Д. Седельника; послесловие В. Г. Федотовой, Н. Н. Федотовой. — М.: Прогресс-Традиция; Издательский дом «Территория будущего», 2007. –464 с.

2. Брусницын Ю.А. Правовая политика современного российского государства в сфере противодействия терроризму: Автореф. дис. … канд. юрид. наук: 23.00.02/ Брусницын Ю.АРост. юрид. ин-т МВД РФ. - Ростов-на-Дону, 2003. – 23 с. 3. Военный обозреватель. Чем вооружены террористы Исламского государства. [Электронный ресурс].URL: http://www.militarycolumnist.ru/isis-weapons/. 4. Горбачева Е. Арсенал террора. [Электронный ресурс]. URL: https://rusplt.ru/society/arsenalterrora-21330.html(дата обращения: 29.07.2018). 5. Дашкова С.В. Идеология современного терроризма // Вестник калмыцкого университета. 2017. № 33 (1). С. 141 – 148. 6. Клаузевиц К. О войне. - М.: Эксмо, 2007. – С. 20. 7. Степанова Е. А. Терроризм в асимметричном конфликте: идеологические и структурные аспекты / испр. и доп. пер. с англ. – М.: Научная книга, 2010. – 288 с. 8. Тюшкевич С.А. Законы войны: сущность, механизм действия, факторы использования. М.: Книга и бизнес, 2002. – 357 с.

9. Франсуа-Бернар Уиг Неоднозначность понятия войны. [Электронный ресурс].URL: https://www.icrc.org/rus/assets/files/other/huyghe.pdf(дата обращения: 15.07.2018). 10. Хочешь мира – победи мятежвойну! Творческое наследие Е.Э. Месснера. // Российский военный сборник. М.: Военный университет, Русский путь, 2005. – 696 с. Выпуск 21. 11. Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри. – М.: Ультра. Культура, 2003. – 264 с. 12. Хофмайстер Х. Воля к войне, или Бессилие политики. Философско-политический трактат / Пер. с нем. и послесл. О.А. Коваль. – СПб.: ИЦ «Гуманитарная Академия», 2006. – С. 262– 282. 13. Штофер Л.Л. Трансформация войны и ее социальные детерминанты в эпоху глобализации. Автореф. дис на соиск. уч. степе канд. философ. наук. – Ростов-на Дону, 2009. – 26 с. 14. Hoffman, Frank G. Hybrid Warfare and Challenges, Joint Force Quarterly (JFQ), Issue 52, Forth Quarter 2009, pp. 34– 39. 15. JenkinsB.M. InternationalTerrorism:theWorldWar // InternаtionalTerrorism. Characteristic, Causes, Controls. UniversityofSouthCarolina, 1990. P. 27. 16. Knauss Peter and D.A. Strickland. Political Disintegration and Latent Terror, in Michael Stohl (ed.), The Politics of Terrorism, New York: Marcel Dekker, 1979, p.77. 17. [Электронный ресурс].URL: http://economicsandpeace.org/wp-content/uploads/2016/11/GlobalTerrorism-Index-2016.2.pdf].(дата обращения: 17.07.2018).

Дашкова Софья Владимировна

Другие новости и статьи

« Война, принесшая бессмертие (философский анализ акции «Бессмертный полк»)

С генералом «Морозом» можно бороться »

Запись создана: Суббота, 13 Октябрь 2018 в 12:55 и находится в рубриках Новости.

метки: ,

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика