26 Декабрь 2019

Достоинство офицера: былое и думы

oboznik.ru - Честь офицера - достоинство Родины
#достоинство#офицер#думы

Глухов Евгений Александрович, кандидат юридических наук, полковник юстиции

 

Очень хотелось бы дать право офицерам вызывать на поединок хамоватых и наглых начальников.
Драгомиров М.И.

 

  1. Взгляд в историю.

Начать свою статью хотелось бы с двух исторических случаев, произошедших в русской армии.
Случай первый. В 1813 г. командующий всей кавалерией Российской армии Великий князь Константин Павлович в резких тонах отчитал князя Трубецкого, а заодно и его командира полка, за то, что князь в походе был не в положенной кирасе, а мягкой фуражке. Он не знал, что перед тем офицер был ранен в голову.
На ближайшем бивауке командир полка объявил, что поскольку он не сумел уберечь честь офицера, следовательно – и вверенного полка, он слагает с себя командирские полномочия и подает прошение об отставке.

Разобравшийся к тому времени в своей оплошности Великий князь прискакал к полку и просил прощения за оскорбление чести и достоинства офицера. Закончил же он так: "Ежели господа офицеры сочтут мои извинения недостаточными, я к их услугам."  Таким образом, Великий князь готов был рисковать собственной жизнью и принять вызов на дуэль для исправления допущенной ошибки и восстановления чести офицеров полка.
Случай второй. Командовать  Одесским пехотным полком был назначен аракчеевец подполковник Ярошевицкий. Молва именовала его «грубым, необразованным и злым», по-видимому, в таком стиле он и командовал полком. В 1823 г. офицеры, измученные и возмущенные издевательствами полкового командира,  бросили жребий, кому избавить полк от этого тирана. По жребию поручик Рубановский на ближайшем дивизионном смотре перед строем нанес «оскорбление действием» командиру полка. После такого позора Ярошевицкий вынужден был уйти в отставку, а Рубановский, разжалованный по суду, пошел в Сибирь…
Итак, оба приведенных выше примера объединяет то, что офицеры (командиры отдельных воинских формирований), посчитавшие себя оскорбленными, подали прошение об отставке. Служить далее после нанесения им оскорбления никто из них не захотел, да и не смог бы.

Что же толкнуло офицеров на такой резкий шаг, на оставление военной карьеры, которой посвятил долгие годы, на риск дуэли? Если говорить кратко, то причиной такого поведения явилось понятие офицеров того времени о чести, а также их собственная самооценка. Честь  дворянина (соответственно, и офицера) являлась в то время основным законом поведения дворянина, безоговорочно преобладающим над любыми другими соображениями, будь это выгода, успех, безопасность и просто трезвый расчет. Психологическим стимулом подчинения законам чести здесь выступало воспитание и стыд.
Понятие дворянской чести в царское время стояло весьма высоко, и ценилось едва ли не выше жизни. Вспомним, как, отстаивая честь своей семьи, погиб на дуэли А.С. Пушкин. «Мне нужно, чтобы моё имя и честь были неприкосновенны во всех уголках России», – писал он.
Основою понятия о чести, – рассуждал полковник П.А.Швейковский, – является идея нравственной личности и покоящееся на ней понятие личного достоинства. Поэтому честью называется то внутреннее состояние собственного достоинства, которое с одной стороны,  направляет жизнь и деятельность согласно с требованиями разума, с внушениями совести, с установившимися в обществе правилами порядочности, а с другой – вызывает в нас желание, чтобы и другие считали нас за людей, достойных уважения.

Следовательно, существо чести, кроме внутреннего достоинства, требует и наружной оценки, почета со стороны других. Это притязание выражается внешним образом в стремлении требовать от других такого обращения, которое принято в отношениях к людям добропорядочным, т. е. чтобы другие не выказывали пренебрежения к его личному достоинству.
Такое положение дел заставляло офицеров весьма щепетильно относиться к сбережению своей чести и достоинства. Во-первых, они сами следили за недопущением всяческих попыток посторонних лиц покоробить их честь и достоинство, а во-вторых, в армейской среде были созданы специальные органы и механизмы, рассматривающие тонкие вопросы поползновений на честь офицера.

Так, в 1863 году для проведения объективной оценки проступков офицеров, относящихся к нарушению офицерской чести и достоинства, были созданы суды общества офицеров (суды чести). Суд чести избирался на общем собрании офицеров части тайным голосованием. В члены суда чести попадали обычно лишь офицеры, состоявшие не менее десяти-пятнадцати лет в офицерских чинах и давно служившие в полку, но не ниже штабс-капитанского чина. Выбирались офицеры, способные выносить решение невзирая на лица, могущие оградить честь офицерского мундира. Суд чести избирался, как правило, на три года. Заседания проходили исключительно при закрытых дверях, решение суда командир части отменить не мог, его мог отменить только царь.
На суды чести возлагалось разбор ссор в офицерской среде, а также рассмотрение проступков, не совместимых с понятием воинской чести, служебным достоинством, нравственностью, благородством. Проступками, подлежащими рассмотрению в судах чести, могли, в частности, считаться: оскорбление, подхалимство офицера, неприличное поведение во время разбирательства и т. п. Суд чести примирял, заставлял провинившегося извиниться перед обиженным, оскорбленным или находил необходимым дуэль.
Дуэль в дворянской среде не заменяла собою органы судебного правосудия, считалось, что юристы не должны своими мерками подходить к столь щепетильному внутреннему вопросу. Скорее, дуэль служила способом отмщения за нанесенное оскорбление и средством восстановления авторитета. В суде должно было рассматривать имущественные споры, а свою честь дворянин охранял сам. Дуэль и сопутствующие ей опасность, сближение лицом к лицу со смертью становились очищающими средствами, снимающими с человека оскорбление. Считалось, что не чужая кровь смывает пятно позора, а своя собственная кровь, или готовность ее пролить.

Примерно в то же самое время во всех воинских частях и на флоте сформировались офицерские собрания, основные положения организации которых вошли в Свод военных постановлений 1869 г., а затем приказом по военному ведомству от 4 ноября 1874 г. № 289 был введен и Устав офицерских собраний. Одной из главных функций офицерского собрания провозглашалась  «сближение его членов и поддержание между офицерами товарищеских отношений».
Таким образом, власть сверху создала организации общественного контроля, которые наблюдали за моральным состоянием офицерского корпуса, имел рычаги воздействия к отклоняющимся от благородного стиля общения своим сослуживцам.
Приказом по военному ведомству от 20 мая 1894 г. № 118 дуэли в офицерской среде были узаконены, всем военным организациям были доведены "Правила о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде". Информацию о всяком оскорблении, нанесенном или полученном офицером, начальник части передавал на рассмотрение суда общества офицеров… Суд мог постановить:

  1. если признает примирение согласным с достоинством офицера и с традициями части, – о примирении поссорившихся,
  2. если находит, что поединок является единственным средством удовлетворить оскорбленную честь офицера, – о необходимости поединка.

Если по объявлении решения суда чести о необходимости поединка кто-либо из поссорившихся офицеров откажется от вызова на поединок, то, в случае не подачи им самим прошения об отставке, начальник части по истечении 2-недельного срока входит с представлением об увольнении такого офицера от службы без прошения.
Знаменитый генерал А.И. Деникин так описывает случай из своей биографии относительно участия в заседании суда чести: между офицерами разных полков на почве корпоративной розни произошла ссора, они назначают дуэль, но предварительно сообщают о сем в суд чести. Суд чести заседает всю ночь, и, наконец, примиряет дуэлянтов. Однако офицеры другого полка, где служит второй дуэлянт, сочли, что примирение не соответствовало нанесенному ему оскорблению, поэтому прислали свою делегацию в полк обидчика. И только после долгих переговоров и выяснения деталей оскорбленный офицер был оправдан судом чести своего полка и оставлен на службе.
Кроме того, офицер, уволенный по приговору суда чести офицеров, на службу (как военную, так и гражданскую) больше не принимался, кроме как с особого высочайшего разрешения.

Попытка вмешательства в личную жизнь офицера также могла быть воспринята как покушение на достоинство дворянина, и по правилам того времени влекло защиту от такого посягательства (вызов на дуэль, увольнение со службы, самоубийство). Так, К.Г. Паустовский описал сцену из жизни офицерского собрания Камчатского полка: прапорщик Бестужев ударил полковника Киселева за оскорбительное поведение в отношении своей невесты. Командир полка, хоть это и не было принято в отношении подчиненных, вызвал прапорщика на дуэль.
Дворянское воспитание – это не законодательно установленные правила; это образ жизни, стиль поведения, усваиваемый отчасти сознательно, отчасти бессознательно, путем привычки и подражания: это традиция, которую не обсуждают, а соблюдают. Воспитание дворянина в духе самоуважения в юности, привитие ему чувства собственного достоинства родителями и окружением, корпоративная этика офицеров, общественный контроль за его поведением, – все это обуславливало высокую культуру общения в офицерской среде.
Вспомните диалоги из книг про армию того времени, как описывали общение между дворянами в армии Толстой, Куприн, Бунин. Ниже приведу отрывок из романа Л.Н.Толстого «Война и мир»:
– Зачем синяя шинель? Долой!.. Фельдфебель! Переодеть его… дря… – Он не успел договорить.
– Генерал, я обязан исполнить приказания, но не обязан переносить… – поспешно сказал Долохов.
–  Во фронте не разговаривать!.. Не разговаривать, не разговаривать!..
– Не обязан переносить оскорбления, – громко, звучно договорил Долохов.
Глаза генерала и солдата встретились. Генерал замолчал, сердито оттягивая книзу тугой шарф.
– Извольте переодеться, прошу вас, – сказал он, отходя.
Офицеры царской армии предосудительно относились к тем начальникам, которые позволяли себе хамство к младшим, особенно перед строем или в обществе. Считалось, что только те офицеры терпят такое обращение, которые не знакомы с чувством чести. И в то же время бестактное поведение начальника признавалось как подрыв офицерского авторитета. В офицерской среде господствовало чувство собственного, достоинства независимо от чинов.
Кроме того, офицер того времени всегда был при оружии (и на службе, и вне службы), и это свидетельствовало о том, что он всегда готов обнажить это оружие, в том числе для защиты чести. Об этом знал и сам офицер, и окружающие, что также снижало вероятность оскорбления или даже некорректного общения (здесь уместна аналогия с сотрудниками правопорядка в наше время – даже отъявленный дебошир вряд ли решится нарушать общественный порядок в присутствии наряда полиции).
В то время даже не требовалось специального законодательства для охраны достоинства офицера, защиты чести мундира, хотя оно и существовало. Даже во времена запрета дуэлей они все равно были весьма распространены, несмотря на угрозу санкций. Понятие о чести было более сильным стимулом нравственности, чем всякое уложение о наказаниях.

Готовность рисковать жизнью и на войне, и для того, чтобы не быть обесчещенным, требовала немалой храбрости, а также честности, выработки привычки отвечать за свои слова. Демонстрировать обиду и не предпринимать ничего, чтобы одернуть обидчика или просто выяснить с ним отношения, считалось признаком дурного воспитания и сомнительных нравственных принципов. Постоянно присутствующая угроза смертельного поединка очень повышала цену слов, и в особенности "честного слова". Кроме того, дуэль несла еще и особую функцию: она утверждала некое равенство, не зависящее от служебной иерархии, а это способствовало возведению чувства собственного достоинства в некий моральный идеал.
Любой офицер знал, что подлость может быть наказана не по приговору суда, да и то, если будет доказана, через год, а уже сегодня или завтра. В грозном свете дуэльных привил грязное слово или хамское поведение быстро отливались в свинец пули.
По данным генерала Микулина, с момента разрешения дуэлей в 1894 г. по 1910 год в офицерских дуэлях участвовали в качестве противников: 4 генерала, 14 штаб-офицеров, 187 капитанов и штабс-капитанов, 367 младших офицеров, 72 штатских чиновников.
Умаление чести для офицера означало не только потерю уважения со стороны окружающих, но и конец военной службы, лишение определенного положения (статуса), т. к. такого человека исключали из жизни дворянского общества. Такого человека сторонились, он терял не только службу и связанный с нею доход, положение, карьеру, но и круг общения. Благопристойное поведение офицеров презумировалось, подразумевалось само собою, без всякого установления законом.
«После несчастного вечера мысль, что честь его была замарана и не омыта по его собственной вине, эта мысль меня не покидала и мешала мне обходиться с ним по-прежнему; мне было совестно на него глядеть», – такие слова вкладывает А.С. Пушкин в уста своего героя.
Вот как описывает генерал Жиркевич отношение офицеров к оскорбленному начальнику:
Полковник Карл Таубе отказал своему подчиненному полковнику Демидову в рапорте о выдаче смазки для подвод роты, и не просто отказал, а издал приказ по бригаде, где говорилось, что «Демидов не обращает внимания на выгоды казны». На следующий день Таубе обгоняя роту Демидова, поприветствовал его: «Bon jour, colonel». К удивлению всех Демидов поднял нагайку на Таубе и отвечал ему: «Слушай, Шмерц, я не colonel, я русский полковник и научу тебя, как надо обращаться с ним».
Расконфуженный и взбешенный Таубе ускакал вперед, приказал арестовать Демидова и грозился отдать его под суд.
– Все это хорошо, отдавайте Демидова под суд сколько вам угодно, а вы вот что нам скажите: ведь он на вас поднял нагайку. После этого вряд ли кто пожелает служить под вашим началом, – усмехнувшись заметил князь Горчаков.
В начале XIX века невозможно было бы представить, что один офицер распекает другого с использованием нецензурной брани, сравнивает его в разговоре с жуликом, вором, проходимцем и прочая. За оскорбительные слова «я вас в бараний рог согну», произнесенные публично на смотре полка, капитан Норов потребовал сатисфакции у самого великого князя Николая Павловича, будущего императора. А остальные офицеры полка в знак протеста решили выйти в отставку.
2. Причины нарушения правил воинской вежливости в современной армии.
Времена и нравы изменились, и не в лучшую сторону изменился уклад взаимоотношений среди офицеров. Понятия дворянской чести и достоинства после революции были объявлены буржуазными, элементарные нормы вежливости оказались "мещанскими штучками", стиль общения начальника с подчиненным в армейской среде стал намного более грубым.

Не буду утверждать огульно, но многие современные командиры не стесняются использовать мат и оскорбительные выражения, насмешки и неблаговидные эпитеты в общении с подчиненными. Таким способом можно показать свое недовольство подчиненным, довести сослуживцам свое мнение о его никчемности, призвать провинившегося к старательности и желанию трудиться. Печально, но во многих воинских коллективах, особенно низового уровня, мат и инвективная лексика – уже чуть ли не часть корпоративной воинской культуры. На нем общаются, с помощью таких выражений отдают команды. В условиях повседневной жизни разговор командира с подчиненным зачастую ведется на нецензурном языке, если же командир его не использует, то он считается «белой вороной». В юридической литературе констатируется, что начальник может публично критиковать в неприличной форме подчиненного перед строем военнослужащих, заставлять выполнять действия, унижающие его личное достоинство.
Социологические опросы также свидетельствуют о наличии ситуаций, когда командиры просто «срывают зло» на своих подчинённых. То, что такие случаи есть, утверждает каждый десятый респондент (10 %), а 25 % опрошенных замечали такие поступки у отдельных представителей офицерского корпуса.
Наиболее часто низкая культура вербального общения встречается в тех воинских подразделениях, в которых проходят службу военнослужащие по призыву, где периодически нужно использовать вооружение и технику, и соответственно, возможны срывы поставленных задач.
Причинами такого положения дел являются специфика воинского коллектива, повышенные эмоциональные нагрузки, ненормированный режим работы, неопределенный объем обязанностей, повышенный уровень запретов и ограничений, возможность командира придраться к подчиненному, и одна из самых главных причин – военная служба стала просто профессией, а не высоким смыслом служения Отечеству. Соответственно, современные офицеры в большинстве своем – уже не элитарная дорожащая честью и свойственными ей правилами поведения корпорация, а в лучшем случае профессионалы военного дела, не связанные внеслужебными понятиями дворянской чести и правилами корпоративного поведения.

Чтобы заставить подчиненных (которые уже не принадлежат к одному кругу элиты), работать, используются два главных стимула: это кнут и пряник. У современного командира не так много возможностей для использования метода пряника. Нет у него ни возможности по своей воле премировать подчиненного или оделить иными ценностями, не может он и предоставить подчиненному дополнительный отпуск, назначить на высокооплачиваемую должность, освободить от построений или учений и т.п. Меры поощрения, имеющиеся в распоряжении командира роты-батальона (объявление благодарности, снятие ранее наложенного взыскания), конечно, могут оказывать стимулирующее воздействие на подчиненных, но надо признать, что эти меры гораздо менее эффективны, чем, к примеру, имеющиеся в распоряжении директора коммерческого предприятия. Остается метод кнута, и командиры учатся им пользоваться.
Поэтому и используется активно командирами мат, запугивание, насмешки над подчиненными для мотивации последних на выполнение поставленных задач. Слабонервным или "слишком культурным" приходится привыкать к такому стилю общения, даже перенимать его, или уходить.
Но опасен не сам по себе русский мат, используемый, что называется, для связки слов или несущий эмоциональную окраску. Гораздо более разрушающее воздействие несет не слово матом, а само комчванство, пренебрежительное и унизительное отношение к подчиненному или подконтрольному должностному лицу, разговор «через губу», оскорбление не одним обидным словом, а самим отношением командира к подчиненному. Особенно когда подчиненный скован правилами субординации и не может на равных ответить начальнику.

Такого рода стиль общения не только унизителен для подчиненного, но и разлагает здоровые взаимоотношения в коллективе, влечет утрату желания плодотворно работать, приносить пользу для общего дела. Возможность расправы с любым подчиненным и наказать его не за плохое выполнение обязанностей, а за несущественные мелочи в службе на законных основаниях (за расстегнутую пуговичку, за разговор в строю, за неидеально вычищенный пистолет, за незнание наизусть какой-либо обязанности и т.п.) уже делает подчиненного склонным к приспособленчеству, а значит, и не человеком чести.
Представляется, что руководителям государства и военных ведомств необходимо предпринять организационные меры в целях приведения стиля общения, да и самой атмосферы взаимоотношений в офицерской среде к декларируемому в статье 67 Устава внутренней службы ВС РФ. Приведенная норма права сформулирована, по мнению автора, достаточно идеализированно и звучит как лозунг: «Военнослужащие должны постоянно служить примером высокой культуры, скромности и выдержанности, свято блюсти воинскую честь, защищать свое достоинство и уважать достоинство других… Искажение воинских званий, употребление нецензурных слов, кличек и прозвищ, грубость и фамильярное обращение несовместимы с понятием воинской чести и достоинством военнослужащего».
Содержатся такие правильные по сути требования и в Кодексах профессиональной этики, принятых в последнее десятилетие во многих органах государственной власти. Однако гораздо важнее создать не просто нормативную базу с правилами делового этикета, в т.ч. и в военной среде, но механизмы контроля и регулирования этих правил поведения на местах. В царское армии к таким механизмам можно было отнести суды чести, дуэльный кодекс, в Советской армии – партсобрания и организации общественного контроля. В настоящее время альтернативы указанным органам не создано.
В современной армии существуют различного рода коллегиальные органы, которые должны ослаблять всевластие и произвол командиров (аттестационные комиссии, суды чести, офицерские собрания), однако, как показывает практика, в большинстве случаев эти органы весьма послушны командиру и не смеют ему возразить. Ведь именно командир воинской части своим приказом назначает членов этих общественных организаций, имеет над ними контроль, и при недовольстве позицией членов этих органов имеет возможность применить к ним негативные санкции или удалить их из названных органов.
3. Выводы и предложения.
Уровень культуры командирского общения падает, главным образом,  потому, что командир знает о своей безнаказанности, а найти оправдание своим неблаговидным проступкам – свойственно каждому человеку.
Кроме того, уважение, доверие редко возникают в результате угрозы наказания. Можно силой и угрозой заставить оказывать знаки внимания, но не добиться уважительного отношения. Тем более нельзя приведенной декларативной нормой Устава заставить уважительно относиться начальника к  подчиненному, т.к. при нарушении данного правила никаких санкций к нему  не последует.
В настоящей статье автор постарался выявить саму проблему во взаимоотношениях командир – подчиненный в современной российской армии и показать алгоритмы ее решения в царской армии. Естественно, в рамках настоящей статьи и без серьезного научного исследования с привлечением юристов, социологов, военачальников, без желания руководства военной организации указанную проблему не разрешить. Вместе с тем, наличие проблемы необходимо признать, и вести работу по выявлению ее причин, условий, способствующих хамству и оскорблениям в военной среде. Поэтому автор приглашает всех, кому указанная проблема интересна, к диалогу на страницах журнала.

 

Библиография:

  1. Веремчук, В.И., Крутилин, Д.С. Имидж офицера-руководителя как фактор эффективности управления и предупреждения конфликтов в воинских коллективах [Текст] / В.И.Веремчук, Д.С.Крутилин // Армия и общество. 2012 № 2. С. 24–30.
  2. Глухов, Е.А. О приспособленчестве в органах власти [Текст] / Е.А. Глухов // Военное право. 2019. № 1. С. 77-86.
  3. Глухов, Е.А. За деревьями леса не видно, или Об акцентах мелочного контроля в военной среде [Текст] / Е.А.Глухов // Управление персоналом. 2017. № 4. С. 42-62.
  4. Глухов, Е.А. О необходимости общественного контроля в армии [Текст] / Е.А.Глухов // Военное право. 2017. № 5. С. 5-13.
  5. Деникин, А.И. Путь русского офицера. [Текст] / А.И.Деникин / М.: «Прометей». 1990.
  6. Дудник, В.М. Честь офицера: российские измерения [Текст] / В.М.Дудник // Полис. 1994. № 4. С. 145-166.
  7. Каменев, А.И. Военная школа России (Уроки, история  стратегия развития). [Текст] / А.И.Каменев. М. 1999.
  8. Кацура, А. Дуэль в истории России. [Текст] / А.Кацура. М.: «Радуга». 2006.
  9. Лотман, Ю.А. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства  (XVIII – начало XIX века). [Текст] / Ю.А.Лотман. С-Пб. 1994.
  10. Микулин, И. Пособие для ведения дел чести в офицерской среде. Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской Армии. [Текст] / И.Микулин. СПб. 1912.
  11. Степаненко, Н.Е., Дубровский, В.Ф. Проблемные вопросы уголовной ответственности военнослужащих за оскорбление других военнослужащих [Текст] / Н.Е.Степаненко, В.Ф.Дубровский // Право в Вооруженных Силах. 2017. № 6. С. 95 – 104.
  12. Тюрин, А.И., Белоконь, В.В. Использование инвективной лексики как один из элементов управления войсками в условиях боевых действий и повседневной деятельности: нормативное регулирование и реалии жизни [Текст] / А.И.Тюрин, В.В.Белоконь // Право в Вооруженных Силах. 2010. № 11. С. 22-24.
  13. Шадская, М.В. Офицерские собрания и суды офицерской чести в русской армии в XIX веке [Текст] / М.В.Шадская // Вестник Екатерининского института. 2015. № 1. С. 143.
  14. Швейковский, П.А. Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской армии. Настольная книга для офицеров всех родов оружия. [Текст] / П.А.Швейковский. С-Пб, 1898.

 

Драгомиров М.И. Дуэли  // Разведчик. 1899. № 3. С. 3-8.

  Дудник В.М. Честь офицера: российские измерения // Полис. Политические исследования. 1994. № 4. С. 145-166.

Кацура А. Дуэль в истории России. М.: «Радуга». 2006.

А.С. Пушкин в воспоминаниях современников. В 2 т. СП-б: «Академический проект». 1998.

Швейковский П.А. Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской армии. Настольная книга для офицеров всех родов оружия. С-Пб, 1898. С. 16-17.

Гирин А. В. Традиции русского офицерского корпуса. [Электронный ресурс] / А.В.Гирин. - Режим доступа: http://samlib.ru/editors/a/aleksandr_walerxewich_girin/russian_army_traditions.shtml. Дата обращения 20 апреля 2019 г.

Шадская М.В. Офицерские собрания и суды офицерской чести в русской армии в XIX веке // Вестник Екатерининского института. 2015. № 1. С. 143.

Лотман Ю.А. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства  (XVIII – начало XIX века). С-Пб. 1994. С. 164.

Военная энциклопедия. Под ред. В.Ф. Новицкого. Т. 18.  СПб., I911. С. 508-514.

Деникин А.И. Путь русского офицера. М. 1990. С. 57.

Подчиненный не мог вызвать на дуэль начальника из-за служебного конфликта, командир также не мог вызвать на дуэль подчиненного, но нарушения этого правила регулярно случались.

Паустовский К.Г. Северная повесть. М. 2013.

Гирин А.В. Там же.

Каменев А.И. Военная школа России (Уроки, история  стратегия развития). М. 1999.

Микулин И. Пособие для ведения дел чести в офицерской среде. Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской Армии. СПб. 1912. С. 18.

Пушкин А.С. Выстрел. М. 2017.

Записки Ивана Степановича Жиркевича. 1789-1848. М. «Litres». 2017.

Ефимцев С. Всегда за честь сверкали сабли боевые // https://www.liveinternet.ru/users/sergey-efimcev/post167347197/

Тюрин А.И., Белоконь В.В. Использование инвективной лексики как один из элементов управления войсками в условиях боевых действий и повседневной деятельности: нормативное регулирование и реалии жизни // Право в Вооруженных Силах. 2010. № 11. С. 22-24.

Степаненко Н.Е., Дубровский В.Ф. Проблемные вопросы уголовной ответственности военнослужащих за оскорбление других военнослужащих // Право в Вооруженных Силах. 2017. № 6. С. 95 - 104.

Веремчук В.И., Крутилин Д.С. Имидж офицера-руководителя как фактор эффективности управления и предупреждения конфликтов в воинских коллективах // Армия и общество. 2012. № 2. С. 24–30.

Глухов Е.А. За деревьями леса не видно, или Об акцентах мелочного контроля в военной среде // Управление персоналом. 2017. № 4. С. 42-62.

Глухов Е.А. О приспособленчестве в органах власти // Военное право. 2019. № 1. С. 77-86.

Утвержден Указом Президента России от 10.11.2007 № 1495 (ред. от 21.02.2019) // СЗ РФ. 19.11.2007. № 47 (1 ч.), ст. 5749.

См, например, приказ ФСО России от 18.03.2011 № 130, Приказ МВД РФ от 23.08.2011 № 969 и пр.

Глухов Е.А. О необходимости общественного контроля в армии // Военное право. 2017. № 5. С. 5-13.

Другие новости и статьи

« В каком размере производится выплата подъемного пособия и суточных при служебных перемещениях военнослужащих?

Проблемы освоения военной риторики в военном вузе »

Запись создана: Четверг, 26 Декабрь 2019 в 17:27 и находится в рубриках Новости.

метки: , ,

Темы Обозника:

В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение вуз выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие офицер охрана патриот патриотизм пенсии пенсия подготовка право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба сталин строительство управление учеба финансы флот экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика