Образ женщины в русской культуре

В современной научной литературе отсчет русской культуры ведется от Крещения Руси, однако это не совсем верно. Древнейшая история славян не совсем ясна, в ней много спорного, но к 1-му тыс. н. э. появляется название «Русь», под которым понимаются славянские племена Восточной Европы. Богатые традиции дохристианской культуры на Руси нашли отражение в фольклоре, в сохранившихся суевериях и наиболее древних ритуалах. Язычество древних славян тесно связано с широким почитанием материнских культов. Б. Рыбаков выделил 3 основных этапа в развитии язычества. Первый этап - упыри и берегини. Берегини - женские персонажи в славянской мифологии, они связаны с двумя понятиями - оберегать посевы и берег водного пространства.

Иногда слово «берегиня» означает землю, это древняя богиня земли. Упыри - мужской образ, это исчадие ада, вампиры, сосущие кровь. Упыри и берегини, видимо, архаические названия двух противоположных начал « злого и доброго, мужского и женского». На втором этапе поклонялись Роду и рожаницам. Род - божество, которое связано с водой, небом и молнией. Он отвечает за все три мира: верхний, небесный, средний - мир человека и природы и нижний. Рожаницы - древние мифические силы плодородия и самой жизни, которые покровительствовали женским работам и отвечали за плодовитость скота и богатый урожай, а также распоряжались судьбой человека. Следует отметить, что на данном этапе противопоставление мужского - отрицательного и женского - положительного отсутствует.

Род и роженицы играют большую роль в жизни славянина, они оба важны. На третьем этапе славяне молились Перуну, он - бог войны, грозы, грома. Можно отметить еще, что русы-язычники клялись Ярилом, Велесом, Родом, Хорсом. Эта группа божеств, связана с плодородием. Из женских имен данного периода до нас дошла Мокошь - богиня счастья, Лада - богиня брака и Леля, которая олицетворяла весеннюю зелень, расцвет и обновление природы. Все социально-значимые роли отданы мужским божествам, женские отвечают за домашний очаг, их воздействие на социальное пространство сужено до предела. Кроме того, в пантеоне славянских божеств были и Девы-Перуницы, воительницы, которые сопровождали верховного бога в сражениях и битвах. В христианской культуре России женское начало онтологически вторично и подчинено мужскому началу. Это просматривается и в православных наставлениях, и в «Поучениях Владимира Мономаха», жившего в XII в., и в «Домострое» (с XVI до XX в.). Тем не менее, следует отметить, что наиболее почитаемой и любимой иконой на Руси была икона Божией Матери. Языческое почитание женского начала нашло свое выражение именно в этой форме. В целом для русской культуры характерна идея, выраженная Ф.М.Достоевским, о сочетании в женщине «идеала мадоннского» и «идеала содомского». Рассмотрим более подробно наиболее распространенные типы образов, закрепленные в русской национальной традиции.

Тип традиционной женщины сформировался на основе национальной народной и христианской традиции. В привычном понимании традиционные женщины, русские в частности, это, прежде всего, - хозяйки, «домоводки», которые в первую очередь должны нести основную тяжесть домашних забот, связанных с воспитанием детей, ведением домашнего хозяйства, сохранением домашнего очага. Это тот тип, который веками складывался на основе «Домостроя», призывающего женщину строить дом изнутри:

терпением, добротой, радушием, хлебосольством, «болезной» заботой о ближних своих. К слову, тип женщины-домоустроительницы сформировался не только под влиянием христианства - он был изначально заложен в русской народной культуре. Например, в русских народных сказках героиня проходит испытание именно умением обустроить дом: соткать ковер или испечь хлеб, проявить смирение и послушание, скромность. Тот же идеал отражается и в народной поэзии. Тип «крестовой сестры», «смиренницы», безропотно несущей крест своей далеко не всегда благополучной судьбы, наиболее традиционен как для русской жизни, так и для литературы. Жертвенность во имя другого - идеал такой женщины.

Подобный тип можно встретить на страницах любых отечественных классических произведений прозы и поэзии. Для русского народа (а для женщины особенно) любить - это значит жалеть, страдать. Глаголы жалеть, страдать, жертвовать, мучиться, любить в русском мировосприятии, мироощущении, как правило, синонимы. Не случайно знаменитые любовные русские песни называются «Саратовские страдания». По мнению многих литературоведов, тип женщины-страдалицы, молчаливо несущей свой крест, свою неразделённую любовь, хотя и нередко ответную, готовую на самопожертвование, берёт своё начало с карамзинской «Бедной Лизы».

Тень бедной Лизы (и ее фольклорных предшественниц) можно обнаружить и во многих произведениях Ф.М. Достоевского. Достаточно часто в его произведениях встречается имя Лиза. Лизавета Ивановна, жертва Раскольникова, в какой-то мере «крестовая сестра» Сонечки Мармеладовой, «вечной Сонечки». Писатель-философ, глубочайший мыслитель Ф.М. Достоевский в романе «Преступление и наказание» еще более усилит идею жертвенности, тяжелого, почти непосильного креста, но все-таки любым путем одолеваемого русскими женщинами. «Сонечка, вечная Сонечка, пока мир стоит!» - восклицает писатель, говоря о вечности и верности (в его понимании), жертвенного женского образа. Мотивы обманутой любви, крушения иллюзий, греха и святости, жертвенности, искупления, можно встретить также в романах Л.Н.Толстого. Н.С.Лесковым дана целая галерея типичных женских характеров из народного, купеческого и дворянского быта. Жертвенность характерна в определённой степени и для тургеневских героинь, подобные же типы мы обнаруживаем и в романах И.А.Гончарова. Литература не только XIX в., но и XX в. повествует о женщинах, несущих свой непосильный крест судьбы по жизни, свои «земные печали». Тень «нежно любящей женщины, жизнь и чувства которой разбиты», можно обнаружить и во многих рассказах И. Бунина («Дурочка», «Таня», «Визитные карточки», «Галя Ганская», «Антигона»). Подобный мотив очевиден и в стихотворении А.Блока «На железной дороге», которое в определённой степени перекликается с некрасовской «Тройкой». Следовательно, как показывает сама жизнь, как иллюстрирует её суть русская литература (классическая в особенности), «крестовые сестры», «смиренницы» составляют сущностные особенности традиционной российской женщины. Уже с первых летописных преданий известно о первых славянских женщинах: Ольге, Рогнеде, Евфросиньи Суздальской, княгине Евдокии, о которых упоминается с большим уважением и благоговением как об активных участницах упрочения Земли Русской, голос и слово которых прошли через толщу веков. Их имена можно причислить к тем, которые обозначены в классификации с точки зрения стереотипов женского поведения, женского отношения к жизни к женщинам-героиням.

Герой, по определениям толкового словаря, это человек, совершивший подвиг мужества, доблести, самоотверженности или тот, кто чем-то привлек к себе восхищенное внимание, стал образцом для подражания. Тип «женщины-героини», «женщины-воительницы» (совершающей подвиг мужества) история знает еще с древности. Русская история, русская культура знает немало имён женщин-героинь в самом разном понимании этого слова. Древнерусские былины знают лучших стрелков из числа женщин (жена Дуная). История русских земель с середины XII века (по упоминаниям Киевской, Ипатьевской, Новгородской и других летописных сводов) знала много имен княгинь и боярынь, участвовавших в политической жизни отдельных княжеств и даже осуществлявших единоличное правление. В русском фольклоре XIII-XV вв. в одной из исторических песен упоминается об Авдотье Рязаночке, простой горожанке, которая совершает подвиг, проявляя при этом мудрость, терпение, душевную стойкость.

Она уводит из полона жителей Рязани и заново возрождает город. Она, миновав леса, озёра, реки, ходила в «землю басурманскую», вызволяла пленных из неволи. В древнерусской литературе предшественницей этой женщины-героини можно считать Ярославну из «Слова о полку Игореве». По мнению Евгения Осетрова, исследователя древнерусской культуры, образ Ярославны мы находим в разных столетиях, что вполне справедливо. Во времена татарского ига её звали Авдотьей Рязаночкой, в период Смутного времени - это Антонида, благословившая своего отца Ивана Сусанина на ратный подвиг, «в памятном 1812 году» - это старостиха Василиса. Многим известно имя Надежды Дуровой, кавалерист-девицы, участницы и героини войны 1812 года. В послужном списке этого заслуженного кавалерийского офицера, этой живой легенды - данные о многочисленных походах, боях и наградах. Она много сделала и на другом поприще - художественной литературы. Ее талант писательницы благожелательно оценил А.С.Пушкин. «Записки кавалерист-девицы» имели шумный успех сразу же после их опубликования и представляют немалый интерес для нашего времени. Не менее героична ещё одна женщина, Мария Бочкарёва, под «предводительством» которой женщины в ночь октябрьского переворота защищали Зимний дворец. Если снова обратиться к истории, то поистине героическими женщинами в полном понимании и толковании этого слова можно назвать жен декабристов, отправившихся за своими мужьями в суровые условия ссылки, разделив их далеко не уютную и спокойную судьбу, лишившись всех привилегий. Княгиня Е.И.Трубецкая, А.Г.Муравьёва, графиня Е.П.Нарышкина, А.В. Ентальцева, Н.Д.Фонвизина, П.Е.Анненкова, М.К. Юшневская, А.В. Розен, К.П.Ивашева героически делили с мужьями все тяготы жизни.

Однако чаще всего исторические документы и законодательные акты освещают судьбу женщин привилегированного сословия, хотя существуют отдельные сведения о представительницах незнатного происхождения, в частности о русской крестьянкеврачевательнице Февронии Муромской. Гораздо больше сведений имеется о роли женщины в развитии русской культуры более позднего периода, особенно с XVIII века, периода правления Петра Великого, кардинально изменившего культурную жизнь России и, естественно, жизнь и судьбу русской женщины, что дало ей возможность определить себя, более сообразуясь со своими наклонностями и устремлениями. В этот просвещенный XVIII век идеал женщины образованной, просвещенной стал цениться особенно высоко. Особенно велика роль в развитии культурного преобразования России, всех ее областей, Екатерины II. Первой русской женщиной-поэтессой, выразившей свои чувства в стихах, стала представительница XVIII века, императрица Елизавета. Именно в период ее правления был открыт Московский университет, с ее именем связан первый взлет отечественной науки и рождение русской литературы Нового времени. При Елизавете Россия добилась крупных успехов, как экономических, так и военных. Елизавета была единственным русским монархом, в чье царствование никто не был приговорен к смерти. XVIII век славился деятельными женскими натурами. История упоминает барыню Е.М.Румянцеву, которая не только активно занималась хозяйством, но и учредила шерстяношелковую ткацкую фабрику для выработки чулок и ковров, улучшила работу конского завода.

Княгиня Дашкова помогала плотникам возводить стены собственными руками, участвовала в прокладке новых дорог, кормила коров, сочиняла пьесы и занималась множеством других дел, как интеллектуально-возвышенных, так и прозаических. Именно в это время появилось множество женщин, которых условно можно назвать «Пифагорами в юбках», «академиками в чепцах». Подобные женщины относятся с полным правом к типу женщин-героинь. Тип женщины-героини, способной ни в чем не уступать мужчине, и, если понадобится, даже во многом противопоставить себя духовной слабости мужчины, мы можем найти во множестве художественных явлений русской культуры: от той, что «коня на скаку остановит», созданной фантазией словесного творчества, до той, что стоит вместе с рабочим на высоком постаменте, олицетворяя образ неутомимой и не сломленной никакими невзгодами труженицы-колхозницы, рожденной полетом мысли скульптора - монументалиста Веры Мухиной. В русской литературе истоки этого типа идут от Веры Павловны Кирсановой, с ее мастерскими и многочисленными снами о светлом будущем, которое обязательно наступит, если женщина поменяет роль хранительницы домашнего очага на роль женщины-воина, героини произведения «Что делать?», созданного одним из первых русских социалистовутопистов Н.Г.Чернышевским. В русской классической литературе мы найдем и несколько иные идеалы героинь, так называемые «горячие сердца», рушащие привычные нормы женского поведения.

Подобные образы наиболее наглядно представлены в произведениях русского драматурга второй половины XIX века А.Н.Островского. В его пьесах выведены такие яркие и несколько непривычные для стереотипов женского поведения личности, как Лариса Огудалова, Снегурочка, Катерина. Эти героини отличаются неукротимым стремлением к воле, свободе, самоутверждению. Близка к героиням Островского и Грушенька из повести Н.С. Лескова «Очарованный странник», Саша из драмы А.П.Чехова «Иванов». «Крестовых сестер», «горячие сердца» и в то же время героинь мы видим на страницах произведений Н.А.Некрасова. В русской культуре представлены разнообразные женские образы, которые воплощают в себе тот или иной конструкт понятия «женственность». Большая часть этих образов ведет свои начала из народной культуры или опирается на христианские представления о качествах женщины. В любом случае, стереотип женственности, переходя из произведения в произведение не только литературы, но и живописи, драматургии, обогащается, сохраняя свои традиционные черты и обретая новые, созвучные культурной эпохе и социально-духовным особенностям своего времени.

Литература и источники: 1. Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре: быт и традиции русского дворянства (XVIII - начало XIX века). - СПб., 1994. 2. Кайдаш С. Сила слабых: Женщины в истории России (XI -XIX вв.) - М., 1989. 3. Кардапольцева В.Н. «Женские лики России». - Екатеринбург, 2000. 4. Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. - М., 1998.

Гуливец С. Ю.