Кулацкий обрез: за что его ненавидели красноармейцы и сельские активисты?
Есть аксессуары, определяющие облик и восприятие того или иного персонажа. Например – какой же пират без чёрной повязки на глазу, деревянной ноги и попугая -матерщинника на плече? А вот представить кулака без обреза и вовсе немыслимо – он тогда ничем не отличается от обыкновенного селянина.
Строго говоря, обрезы как раз и были у крестьян, а не только у кулаков, но образ и стереотип сложились, так что и мы будем говорить об обрезе, используя прилагательное «кулацкий».
Казалось бы, что проще, чем сделать обрез: отпилил ствол, укоротил приклад… И можно выбрасывать получившийся обрубок или использовать его в рукопашной схватке вместо дубинки. Потому что мазать такая поделка будет нещадно и предсказать траекторию полёта пули не возьмётся ни один прорицатель или экстрасенс.
Срез ствола должен быть идеально перпендикулярен оси нарезного канала, фаску с дульного среза следовало снять идеально ровно. А, отпиливая приклад, не нарушить центровку оружия. Словом, доказательств нет, но, похоже, обрезы делались силами деревенских кузнецов, обладающих необходимой компетентностью и оборудованием. А то и - городскими рабочими на станке за продуктовое вознаграждение. Вряд ли работа была единичной, скорее, обрезы изготавливались мелкооптовыми партиями.
Стрельба из обреза требовала навыков, ну так крестьяне, вернувшиеся с Первой мировой, ими обладали. Дальнобойность обреза достигала 200 метров, но чаще их использовали из засад и в ближнем бою на расстоянии от 25 до 75 – 100 метров, так что промаху мужички не знали, снимая красных конников с их боевых коней или убивая активистов практически в упор.
Обрез не был однозарядным – основная винтовка, которую и переделывали в обрез, Мосина, известная как «трёхлинейка», была пятизарядной со скорострельностью 10 выстрелов в минуту. Частенько обрезали карабин Мосина. Обрезами становились и трофейные немецкие «Маузеры» и даже японская «Арисака» - тоже многозарядные, с более высоким темпом стрельбы. Так что нужная плотность огня достигалась довольно просто. Стрелять из обреза можно было как одной рукой, так и с применением упора, что увеличивало точность.
Винтовками русская деревня наводнилась после Первой мировой войны, когда уставшие воевать не пойми за что пехотинцы массово возвращались в родные места, не забыв прихватить штатное оружие. Для понимания – в начале Первой мировой войны в императорской армии состояло на вооружении свыше 4,5 млн «трёхлинеек» и ещё 3,3 млн изготовили в ходе войны.
В горячке Гражданской войны запасы стрелкового оружия и патронов пополнялись за счёт неприятеля. С учётом того, что крестьяне фактически не воевали беспрерывно и круглосуточно, патронов хватало надолго.
Бои велись не в чистом поле с линией окопов, а на деревенских улицах и в лесу, для чего ТТХ обреза подходили практически идеально, что позволяло наносить существенный ущерб неприятелю, будь он красным, белым или зелёным.