24 Апрель 2022

Соотношение национально ориентированных и глобалистских подходов в экономической политике ведущих мировых держав

#процессы#кризис#экономика

В современный период противоречия национально ориентированных и глобалистских подходов в политике стали — и уже достаточно давно — неотъемлемым элементом и внутригосударственной, и мировой политики, которая, как известно, есть концентрированное выражение экономики. И такие противоречия возникли не сегодня. Они являются выражением двух объективных тенденций в экономическом и в целом общественном развитии. Первая, очевидно, более ранняя по времени возникновения тенденция — к образованию национальных хозяйственных комплексов и на этой основе — национальных государств.

Ее корни уходят в средневековый период мировой истории, когда из отдельных племен и племенных союзов возникали нации, стремившиеся к формированию своих национальных государств. В Европе ранее всех других возникли Английское, Французское, Испанское, Португальское, Датское, Шведское, Австрийское, Венгерское, Польское, Сербское, Румынское, Черногорское, Российское национальные государства. Позже, через череду национально-освободительных и национально-объединительных войн создать свои национальные государства удалось голландцам (середина XVI в.), затем грекам (начало XIX в.), еще позже — немцам и итальянцам (середина XIX в.). Правда, у немцев и итальянцев были многочисленные разделенные друг с другом государства, объединенные железной волей прусского канцлера О. фон Бисмарка и вождя итальянской унитаристской революции Дж. Гарибальди, опиравшегося на экономическую и военную мощь Сардинского королевства. Лишь в конце XIX в. добились создания, точнее, воссоздания, после трех столетий тяжелого османского ига — национального государства болгары. Наконец, завершающим этапом формирования национальных государств в Европе явился ХХ в. Стали независимыми государствами Норвегия, начавшая «парад суверенитетов» ХХ в. разрывом в 1905 г. унии со Швецией; Чехия, Словакия, на протяжении 1918–1939 и 1945– 1992 гг. объединенные в Чехословакию (Чехо-Словакию в 1938–1939 и 1990–1992 гг.); Финляндия, постепенно институционализировавшаяся в нацию в 1809–1917 гг. в качестве Великого княжества Финляндского в составе Российской империи; добившаяся независимости от Великобритании в результате тяжелой войны 1919–1921 гг. Ирландия; Исландия (1918); балканские народы: албанцы (1912), хорваты, словенцы, боснийцы-мусульмане и македонцы, объединившиеся в 1918 г. вместе с сербами и черногорцами в Королевство сербов, хорватов и словенцев (с 1929 г. — Югославию) и вновь разделившиеся в 90-е гг. ХХ в. Восстановила в 1918 г. свою государственную независимость Польша, утратившая ее в 1795 г. в результате разделов Польши между Россией, Австрией и Пруссией. Впервые появились в 1918 г. независимые Эстонская, Латвийская и Литовская Республики — Великое княжество Литовское, существовавшее в 1219–1569 гг., было славянолитовским государством.

Практически все народы Европы к настоящему времени обладают своими национальными государствами. Исключения составляют баски, каталонцы и галисийцы, проживающие в Испании и систематически напоминающие, особенно каталонцы и баски, о своих устремлениях к независимости; образующие вместе с англичанами Великобританию (Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии) шотландцы, уэльсцы и северные ирландцы (ольстерцы). И в Великобритании, как и в Испании, вопрос о возникновении независимых национальных государств не снят с повестки дня. Он периодически вспыхивает, особенно в периоды «бурных потрясений», таких как, например, Brexit. Не имеют своих национальных государств и некоторые весьма небольшие по численности народы: лужицкие сербы, проживающие на территории Восточной Германии; гагаузы, проживающие на территории Молдовы; караимы, проживающие в Крыму, а также в Белоруссии и Литве; проживающие в балканских государствах аромуны; жители северных регионов Финляндии, Швеции, Норвегии и Кольского полуострова Российской Федерации саамы; русины, проживающие в Закарпатской области Украины, а также в Восточной Словакии, Юго-Восточной Польше, Северо-Восточной Венгрии, Северо-Западной Румынии, ряде регионов Сербии и Хорватии.

В Азии и Африке процессы формирования национальных государств и, соответственно, национальных хозяйственных комплексов еще далеки от завершения. Пожалуй, только Китай, Вьетнам и особенно Япония представляют собой законченные в этническом отношении государства. В Китае при этом достаточно много неханьских народов (хуэйцзу, уйгуры, тибетцы, монголы, маньчжуры, и, мяо, яо, чжуаны, туцзя, бай, хани, дун, буи, дайцы, ли, казахи, корейцы и другие, названы только народы-миллионники), хотя китайцы (хань) затмевают их своей численностью, составляя 92% численности населения. В Корее на повестке дня стоит объединение возникших по чисто политическим причинам Корейской Народно-Демократической Республики и Республики Корея, то есть Северной и Южной Кореи. Особенно взрывоопасна грядущим переделом границ Африка, где национальные границы были установлены по произвольно проведенным бывшими колонизаторами линиям разграничения колониальных владений. Это относится и к искусственно разделенным арабским государствам. Не случайно такой выдающийся деятель арабского национально-освободительного движения, как президент Египта Гамаль Абдель Насер, считал объединение арабских государств важнейшей институциональной задачей национального развития. Кстати, при его правлении с 1958 г. и даже в течение года после его кончины, по 2 сентября 1971 г. Египет именовался Объединенной Арабской Республикой.

Следует отметить, что имманентная тенденция стремления к образованию национальных государств в той или иной форме свойственна всем без исключения этносам, то есть народам в этническом смысле этого слова. В период интенсивного становления национальных государств в Европе, пришедшийся на XIX — первую половину ХХ в., понятия «этническая нация» и «политическая нация» практически двигались к совпадению. Конечно, это не отменяет такого закономерного явления, как переплетение этносов и образование на этой основе гетерогенных этносов. Так, в основе английской нации лежат кельтский, германский и латинский этносы. В основе французской — кельтский, латинский и германский этносы, но со значительно большим влиянием латинского и значительно меньшим — германского. В основе немецкой нации — германский и славянский этносы, причем славянской нацией на территории Германии остаются лужицкие сербы, потомки многочисленных полабских славян, заселявших в раннем Средневековье не менее трети территории современной Германии.

В основе русской (великорусской) нации лежат славянский, угро-финский и тюркский этносы. В основе украинской (малороссийской) нации — славянский, тюркский и — в меньшей степени — аланский (протоосетинский) этносы. В этом плане от малороссов, основной части современных украинцев, отличаются карпатороссы (червонороссы), в основе которых лежит именно славянский этнос без существенных вкраплений других этнических начал. В основе белорусской нации — славянский и балтский (протолитовско-латышский) этносы. При этом преобладание славянского начала, историческая и культурная близость делает возможным и даже политически необходимым считать современных русских (великороссов), украинцев (малороссов и червонороссов) и белорусов субэтносами в рамках единого восточнославянского (русского, если вести его происхождение от Древней — Киевской, Новгородской и Полоцкой — Руси, что соответствует исторической правде) этноса, о чем неоднократно говорил президент В. В. Путин. Критерий тут один — представители субэтносов, говоря каждый на своем языке (который в этом случае рассматривается как диалект единого языка), понимают друг друга без помощи переводчиков. Ясно, что великороссам, белорусам, малороссам, даже червонороссам в общении друг с другом переводчики не нужны.

Но сформировавшись на основе, как правило, нескольких этнических начал, этническая нация начинает стремиться к собственному политическому, а значит, и экономическому бытию. Задача государственных руководителей — определить применительно к каждой этнической нации, какой должна быть форма этого политического бытия. В этой связи не следует огульно критиковать и тем более шельмовать концепцию и политическую практику государственного строительства в советский период отечественной истории. Исходя из исторического опыта, степени и характера этнического развития, численности и социальной структуры каждого из этносов Российской империи, получившей «реинкарнацию» в лице вначале Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, а в конце 1922 г. — Союза Советских Социалистических Республик, была определена форма государственного существования этнических наций. Наиболее крупные из них и обладавшие опытом государственного строительства получили форму союзной республики: Российская, Украинская, Белорусская, Грузинская, Армянская и Азербайджанская (три последних в 1922–1936 гг. образовывали Закавказскую Социалистическую Федеративную Советскую Республику, что было сделано по инициативе центрального руководства для преодоления тяжелых межэтнических противоречий, имевших давнюю историю, но с особой силой вспыхнувших в период независимых Грузинской, Армянской и Азербайджанской Республик). Государственные традиции России не подлежат сомнению, их трудно переоценить.

В 1917–1920 гг. были попытки сформировать независимые Украинское и Белорусское государства на враждебных Советской России началах, что нельзя было не учитывать в практике государственного строительства: у этих государств было немало сторонников в самих Советской Украине и Советской Белоруссии, особенно среди образованных слоев населения. Кроме того, в результате распада Российской империи и Австро-Венгерской империи и Гражданской войны Западная Украина и Западная Белоруссия оказались в составе возрожденного в 1918 г. Польского государства. Это делало необходимым формирование у жителей этих областей Польши привлекательного облика Украины и Белоруссии, входивших в состав Советского Союза, в том числе в части обретения ими государственности, ее институционализации, укрепления и развития. Грузия, Армения и Азербайджан существовали в форме независимых государств в 1918–1920 гг., а Грузия — до марта 1921 г. Естественно, что сторонников независимого государственного строительства в этих республиках было достаточно много, чего центральная советская власть не могла не учитывать. В 1924 г. были образованы Узбекская и Туркменская Социалистические Советские Республики на территориальной основе Бухарской Социалистической (до сентября 1924 г. Народной) Советской Республики и Хорезмской Социалистической (до октября 1923 г. Народной) Советской Республики, созданных в 1920 г. в результате ликвидации вооруженным путем Бухарского эмирата и Хивинского ханства, а также части территории Автономной Туркестанской Социалистической Советской Республики в составе РСФСР. В 1924–1936 гг. статус союзной республики получили Таджикская ССР (декабрь 1929 г., в 1924–1929 гг. — Автономная Социалистическая Советская Республика в составе Узбекской ССР); Казахская ССР (декабрь 1936 г., до этого — в 1920–1925 гг. Киргизская, а в 1925–1936 гг. Казакская (Казахская) Автономная Социалистическая Советская Республика в составе РСФСР) и Киргизская ССР (декабрь 1936 г., до этого в 1924–1927 гг. Киргизская (Кара-Киргизская в 1924–1925 гг.) автономная область, а в 1927–1936 гг. Киргизская Автономная Социалистическая Советская Республика в составе РСФСР). Понятно, что в ходе национально-государственного строительства были и ошибки, и перегибы. Например, руководствуясь стремлением повысить роль и долю рабочего класса в численности населения, территории, населенные в основном великороссами, но где проживали также и малороссы, и казахи, включали в состав Украинской ССР и Казахской ССР. В то же время в 1919 г. в состав Белорусской ССР вошли только шесть из девяти уездов Минской губернии, что потребовало в 1924–1926 гг. расширения территории Белорусской ССР более чем в два раза, а численности населения — более чем в три раза, поскольку за ее пределами оставалась основная часть белорусов. Это, естественно, контрпродуктивно воздействовало на западных белорусов, для привлечения которых на сторону Советской России и СССР в значительной степени и институционализировалась Советская Белоруссия.

Одновременно с созданием союзных республик была выстроена система автономных республик, автономных областей, национальных (с 1977 г. — автономных) округов, в период до 1937 г. — также и национальных районов, уездов, волостей и даже сельсоветов. Они были предусмотрены для небольших по численности народов, прежде всего, тех, которые практически не имели традиций национальной государственности, а также для представителей тех или иных этнических наций, проживающих компактно на территории, преимущественно населенной представителями другого этноса. Конечно, данная система, особенно экстравагантная в части национальных районов, уездов, волостей и сельсоветов, была очень сложной, иерархичной и мало способствовала взаимному переплетению и смешиванию различных этнических наций, что постоянно имелось в виду в качестве перспективной цели Советского государства — формирования единого советского народа или, как писал В. В. Маяковский, «чтобы в мире без Россий и Латвий жить единым человечьим общежитьем» («Товарищу Нетте, пароходу и человеку»).

Она содержала в себе и потенциальную угрозу дезинтеграции и даже распада страны, которая вполне могла стать — и стала в начале 90-х гг. ХХ в. — реальной в условиях критического ослабления государственной власти. В то же время сложная система административно-территориального деления по этническому признаку в полной мере позволяла удовлетворить реальные и даже потенциальные стремления этнических наций к самоопределению, усилившиеся в ходе революционных потрясений 1917–1922 гг. (период Революции и Гражданской войны). Опыт формирования «многоуровневой» Советской федерации подробно проанализирован в статьях профессоров В. А. Шамахова и М. Н. Межевича в журнале «Управленческое консультирование» [17; 18].

Поэтому в той или иной форме советская модель федерализации была взята на вооружение и в других многонациональных государствах, например в Югославии, правда, как показала жизнь, державшаяся как единое целое исключительно железной волей маршала Иосипа Броз Тито; Индии; Китае. Китай, очевидно, не распадается, и его руководство даже не мыслит о распаде Китая. Тем не менее там успешно развиваются административно-территориальные единицы, построенные по этническому признаку: приравненные по статусу к провинциям с очень широкими полномочиями Гуанси-Чжуанский автономный район, автономный район Внутренняя Монголия, Нинся-Хуэйский автономный район, Синьцзян-Уйгурский автономный район, Тибетский автономный район, имеющие окружной статус Боро-Тала-Монгольский автономный округ в составе Синьцзян-Уйгурского автономного района, Хайси-МонголоТибетский автономный округ в составе провинции Цинхай, ДэхунДай-Качинский автономный округ в составе провинции Юньнань, бывшие в первые годы существования КНР автономными районами, а также всего 30 автономных округов, 117 автономных уездов и 3 автономных хошуна (в составе автономного района Внутренняя Монголия), 985 национальных волостей и один национальный сомон в автономном районе Внутренняя Монголия. Практически все этнические национальные меньшинства КНР имеют свои административные национально-территориальные единицы.

Успешно, что бы ни говорили некоторые критики, функционирует система национальных республик (республик в составе Российской Федерации) и автономных области и округов в Российской Федерации. Она юридически и в основном и экономически обеспечивает как сохранение и укрепление государственного единства Российской Федерации, так и осуществление стремления к самоопределению и институционализации этнических наций, проживающих в России. В настоящее время сколько-нибудь заметных сепаратистских тенденций и тем более движений в России нет. Это — результат грамотной и взвешенной национальной политики российского руководства во главе с президентом В. В. Путиным, включая серьезную экономическую поддержку национальных республик, области и округов. Это — результат самоотверженной и очень точной, хирургически точной работы российских спецслужб, прежде всего, Федеральной службы безопасности, Службы внешней разведки, Министерства внутренних дел. Это — без-

условно, результат напряженной и компетентной работы региональных руководителей, соратников и учеников В. В. Путина, таких как Герой Российской Федерации Р. А. Кадыров, настоящий патриот России и Чечни, на своих плечах, при поддержке федерального руководства, во главе поверившего в своего лидера чеченского народа вытягивающий свою многострадальную республику на уровень в полном смысле слова современной высокоразвитой страны. Но сказанное, безусловно, ни в коей мере не означает призыва почивать на лаврах, притупить бдительность. Всевозможные дезинтеграционные тенденции инспирируются вероятным противником и внутри страны не имеют какой-либо объективной основы. Но питательную среду для них создают ошибки в региональной политике, прежде всего, в финансово-экономической области, а также в культурной политике, в политике в области образования. На социально значимых отраслях экономить ни в коем случае нельзя. В том числе и прежде всего в национальных регионах.

В каждой стране присутствовали и присутствуют сторонники национально ориентированного пути развития. В первую очередь это касается тех стран, которые являются «аутсайдерами» процессов глобализации, начавшихся еще в период Великих географических открытий, когда люди поняли, что Земля представляет собой единое целое, и соответственно этому стали планировать и организовывать свою хозяйственную деятельность. В XIX в. в такой роли выступала Германия, где период феодальной раздробленности продлился вплоть до 60-х гг. столетия. К началу XIX в. уже сложилась единая немецкая этническая нация, институционализированная в десятках различных государств, самым крупным из которых была Пруссия. Сложилась единая и весьма развитая немецкая литература и вообще культура. Развитой и все более продвигающейся вперед немецкой нации для ее дальнейшего развития требовалось единое централизованное государство. Многие представители немецкой интеллектуальной элиты выступили носителями идеи объединения Германии и формирования единого германского государства. В части экономической науки и идеологии в таком качестве на первое место выдвинулся Фридрих Лист (1789–1846). Он не только стал наиболее выдающимся немецким экономистом первой половины XIX в., что оценили такие совсем не последние немецкие экономисты и вообще обществоведы, как Карл Маркс и Фридрих Энгельс, но и явился основоположником экономического национализма как одного из магистральных направлений в экономической науке и политике. Лист одним из первых выдвинул тезис, согласно которому именно нация должна стоять в центре внимания экономической науки и экономической политики.

Это обусловлено наличием у нации экономических интересов, стремления к национальному единству и суверенитету (самоопределению) и вытекающих из ее исторического опыта и условий проживания, прежде всего, природных особенностей экономического поведения. Руководство государства и национальная элита, даже в том случае, когда нация еще не обзавелась своим государством в той или иной его конкретной форме (которые могут быть разными), должны — на основе рекомендаций науки — формулировать и воплощать в практической политике национальные интересы. Таким образом, Ф. Лист — и в этом заключается его историческая заслуга — придал экономической науке четкую государственно и национально ориентированную практическую направленность. Одновременно он подверг резкой критике «английскую классическую буржуазную политическую экономию» (характеристика, данная этому направлению экономической мысли К. Марксом) не только за чрезмерную абстрактность рассуждений, но и за «химерический космополитизм», с помощью которого невозможно адекватно оценить реально происходящие в мировой экономике процессы. Более того, Лист оценил абстрактные космополитические конструкции классической школы, прежде всего, Д. Рикардо и его учеников как обоснование глобалистских интересов английской буржуазии, заинтересованной в поддержании и укреплении господства английского капитала в мировой экономике, а Великобритании — в мировой политике.

В значительной мере это напоминает в наши дни столь же космополитические глобалистские конструкции американских экономистов, рисующих экономику в масштабах мира в терминах «продавец-покупатель» и «производитель-потребитель». Графики, формулы и схемы, выдаваемые американскими экономистами и их адептами, в том числе в нашей стране, за обязательные атрибуты современной экономической науки, на деле затушевывают реальную картину мира, прежде всего объективно существующие и усугубляющиеся национальные и социальные противоречия. Цель та же самая, что и у ученых, а их, безусловно, надо признать настоящими учеными, стремящимися к раскрытию — по мере возможности — истины в изучаемом ими обществе, «английской классической буржуазной политической экономии», «школы», по выражению Листа. Эта цель — обоснование с помощью якобы абстрактной экономической теории ведущей роли самой развитой капиталистической страны в мире, как в экономике, так и в политике.

Только в XIX в. в этом качестве выступала Великобритания, а во второй половине XX в. и (пока еще) в начале XXI в. — Соединенные Штаты Америки. Безусловно, тут налицо объективное противоречие. Оно отражало столь же объективно существовавшие противоречия между уже давно и устойчиво сложившейся, институционализировавшейся Великобританией, «владычицей морей» и «мастерской мира», над владениями которой «никогда не заходит солнце», и только-только формирующейся как единое государство Германией, ищущей свое место под солнцем. Великобритании совершенно был не нужен новый мировой конкурент в лице единой Германии [2; 12]. Как говорится, ничего личного. Фридрих Лист был немецким патриотом, но такими же патриотами, только британскими, были Дэвид Рикардо [14], Джеймс и Джон Стюарт Милль [13], Джон Мак-Куллох. Точно так же не стоит отказывать в американском патриотизме Полу Самуэльсону, бывшему многолетним консультантом Комитета начальников штабов Вооруженных сил Соединенных Штатов Америки [15], или Милтону Фридману, советнику по экономике Президента США Рональда Рейгана [16]. Только не стоит делать из них и других американских экономистов гуру для России и следует помнить об их нахождении на страже американских национально-государственных интересов. Эти интересы никто не отменял и отменить не может. Чистой экономической науки нет и быть не может, даже если те или иные ее представители об этом с напускной серьезностью заявляют. Об этом необходимо постоянно помнить, в том числе в преподавании и развитии экономических дисциплин в стенах Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.

В связи с вышеизложенным следует предположить, что в настоящее время национально ориентированная и не стесняющаяся этого экономическая мысль и политика сосредоточены, прежде всего, в тех странах, которые — подобно Германии XIX в. — ищут себе места под солнцем. Это в первую очередь страны третьего мира, как их определил в 1964 г. председатель Мао Цзэдун, или — иначе — страны «новорастущих сил», по определению «Вечного Президента» Корейской Народно-Демократической Республики Ким Ир Сена. Говоря конкретнее, это — страны Азии, Африки и Латинской Америки. После распада (точнее — развала) Советского Союза и Совета экономической взаимопомощи в эту славную категорию можно смело записывать практически любую бывшую советскую республику и страну Восточной

Европы. Когда-то тот же Мао Цзэдун рассматривал Советский Союз как «сверхдержаву», наряду с США, а страны Восточной Европы относил к развитому «второму миру», наряду со странами Западной Европы. Как говорится, яркий, очевидный и выпуклый результат «бархатных» и не очень «бархатных» революций и «радикальных социально-экономических реформ».

Экономисты и политики развивающихся стран (более точное и неполитизированное определение) озабочены поиском путей развития своих стран, становления национальной экономики, достижения реального, а не формального, юридически-бумажного суверенитета. Не случайно в мусульманских странах в качестве ориентира пути развития выбираются идеалы ислама как традиционной религии, имеющей глубокие корни в истории народов этих стран и объективно противостоящей западному глобализму, далекому от какой-либо религиозной первоосновы вообще. Тем более у мусульманских богословов имеются и четко сформулированные концепции экономического развития, основанные на постулатах и нормах Корана.

В числе ключевых это — нестяжательство, ориентация предпринимательства на достижение реальных производственных результатов, отрицание финансовых спекуляций вплоть до отказа от банковского процента («Аллах разрешил торговлю, но запретил рост») и переход на строго целевое финансирование, в том числе и банковское кредитование по принципам «исламских банков», где банк и заемщик отказываются от процента и залога в качестве обеспечения возврата кредита. На смену этим греховным, с точки зрения ислама, да и христианства тоже, институтам приходят заключение договора (агда) о строго целевом финансировании — со стороны банка — обоснованного заемщиком, точнее, партнером проекта с заранее определенным участием обеих сторон в прибылях и возможных убытках. Точно так же строго целевой характер имеют и выпускаемые согласно исламскому финансовому праву ценные бумаги — облигации, приобретая которые инвестор заранее знает, на какие цели пойдут его деньги. Такая система, очевидно, более консервативная, нежели европейская, но одновременно и значительно более устойчивая, что весьма важно в условиях нестабильной и, прямо скажем, очень неустойчивой современной экономики с ее бесконечными конъюнктурными колебаниями под влиянием чисто спекулятивных действий и факторов типа действий международного афериста Дж. Сороса.

Но сторонники национально ориентированного развития имели и имеют место и в странах — бенефициарах глобализации. Это объясняется тем, что и в этих странах далеко не все удовлетворены влиянием переплетения национальных экономик и культур в единую мировую экономику и культуру. Так, в период пика британского могущества с призывами сосредоточиться на национальных интересах в узком смысле этого слова, следовать вековым традициям и не стремиться к чрезмерной внешнеэкономической и внешнеполитической экспансии выступил видный британский ученый и политический деятель Эдмунд Бёрк (1729–1797). Он очень опасался, что тогдашняя глобализация может привести к распространению на Великобританию влияния Великой Французской революции 1789–1794 гг.

В наши дни в явно в целом выигрывающих от участия в глобализационных процессах Соединенных Штатах Америки не только вышел на высший уровень политической элиты, но и четыре года (2017–2021) проработал на высшем государственном посту президент Дональд Трамп, открыто обосновывающий и продвигающий политику возврата к изоляционизму, характерному для США XIX в. Он выразил интересы тех американских предпринимателей и наемных работников, которые не выдерживают конкуренции с китайскими производителями, заваливающими весь мир, в том числе и Америку, своими гораздо более дешевыми товарами. Дело ведь дошло до того, что американские автомобилестроители терпят поражение в конкурентной борьбе с китайскими автомобилестроителями, предлагающими американским организациям и автолюбителям значительно более дешевые, хотя и гораздо менее долговечные китайские автомашины. Этому способствует развитая система утилизации старых автомобилей, созданная и действующая в Соединенных Штатах. И такая ситуация наблюдается и в других отраслях. Еще ранее с резкой критикой глобализма и подчинения американских национальных интересов интересам транснациональных финансовых компаний выступили такие американские ученые и политические деятели, как Линдон Ларуш (1922–2019) [3]–[11] и Патрик Бьюкенен (р. 1938) [1]. Возникло такое направление общественной мысли, как палеоконсерватизм, понимаемый как возврат к традиционным ценностям, в том числе к изоляционизму в большей или меньшей степени.

В Европе сторонники национально ориентированного развития имеют существенное влияние в каждой стране. В Великобритании это проявилось в движении за выход страны из Европейского союза, куда она вступила еще в стадии Европейского экономического сообщества в 1972 г. Brexit, осуществленный в 2020 г. на основе и по итогам референдума о пребывании Великобритании в Европейском союзе, состоявшегося 23 июня 2016 г., стал серьезным потрясением как для самой Великобритании, так и для всего Европейского союза. Нарастает евроскептицизм и антиглобализм во Франции. В его авангарде идет партия «Национальное объединение» (в 1972–2018 гг. — «Национальный фронт»), созданная консервативным французским политиком Жаном-Мари Ле Пеном и ныне руководимая его дочерью Марин Ле Пен. Партия выступает против наднациональных органов власти в Европейском союзе и призывает к созданию «Европы ста флагов», где будут сохранены и упрочены национальные государства. Характерно, что по очень многим вопросам, прежде всего, связанным с защитой национальных интересов Франции, укреплением ее реальной независимости, «Национальное объединение» занимает позиции, аналогичные позициям левого движения, а с 2016 г. — партии «Непокоренная Франция», возглавляемой харизматичным лидером Жан-Люком Меланшоном. Это доказывает то, о чем уже говорили в 60–70–80-е гг. ХХ в. такие лидеры коммунистического движения в Западной Европе, как Энрико Берлингуэр (Италия), Жорж Марше (Франция), Сантьяго Каррильо (Испания), Алваро Куньял (Португалия), а еще раньше Пальмиро Тольятти (Италия), Морис Торез (Франция), Долорес Ибаррури (Испания), что в наше время противостояние идет уже не столько по линии социальных интересов различных классов и слоев, сколько по линии защиты или сдачи национальных интересов. В феврале 2013 г. в Германии была создана правоконсервативная партия «Альтернатива для Германии», также занимающая антиглобалистские и евроскептические позиции. Она уже второй раз по итогам последних выборов, состоявшихся 26 сентября 2021 г., представлена в бундестаге ФРГ. В Италии серьезные позиции занимает правоконсервативная партия «Лига Севера», придерживающаяся антиглобалистских и евроскептических позиций. Национально ориентированных позиций придерживаются правящие партии Польши («Право и справедливость») и Венгрии («Фидес — Гражданский союз»). В Венгрии и Финляндии важное место в раскладе политических сил занимают консервативные националистические партии «Йоббик» («За лучшую Венгрию») и «Истинные финны». Обе эти партии в важнейших странах финно-угорского мира занимают вторые места в парламентах. Правая консервативная Австрийская партия свободы занимает в австрийском парламенте по общему числу депутатов третье место, причем в Национальном совете, избираемом исключительно по пропорциональной системе по партийным спискам и, соответственно, отражающем партийно-политические предпочтения избирателей, занимает второе место. Ее также отличают антиглобализм и евроскептицизм. Подобные влиятельные партии существуют практически во всех европейских странах. В Европейском парламенте в июне 2015 г. представители правых консервативных национально ориентированных партий создали фракцию под самим за себя говорящим названием «Европа наций и свобод». В нее вошли представители соответствующих партий из Франции («Национальное объединение»), Италии («Лига Севера»), Австрии (Австрийская партия свободы), Нидерландов (Нидерландская партия свободы), Бельгии («Фламандский интерес»), Польши («Конгресс новых правых») и Великобритании (Партия независимости Соединенного Королевства). К ним примыкают и независимые депутаты Европарламента. В 2019 г. по результатам выборов в Европарламент было создано более широкое объединение «Партия идентичности и демократии», куда вошли представители правых национально ориентированных партий из двенадцати стран, кроме того, партии из четырех стран сотрудничают с этим объединением на ассоциативной основе. Это — «Альтернатива для Германии», «Истинные финны», Датская народная партия и Нидерландская партия свободы. Из бывших союзных республик в новом объединении представлена Эстонская консервативная народная партия.

В основе европейского национально ориентированного движения лежит такой фактор, который практически не играет существенной роли в Соединенных Штатах Америки, во всяком случае, на нынешнем этапе их развития. Речь идет о миграции. Сама по себе она представляется естественным атрибутом глобализации. Совершенствуются транспортные средства, сокращаются расстояния между странами и континентами. Там, где ранее был необходим для перемещения месяц, а то и больше, теперь достаточно нескольких часов. Кроме того, сближаются стереотипы одежды, питания, проведения досуга, воспитания детей, жизни в целом. Создаются межэтнические семьи. В рамках таких многонациональных государств, как Советский Союз и Югославия, процессы взаимного переплетения и в конечном счете слияния наций поощрялись федеральным руководством. Концепция «единого советского народа» стала, начиная с конца шестидесятых годов ХХ в., магистральной в национальной политике советского руководства. Она была подробно обоснована в главном партийном документе «брежневского» периода отечественной истории, посвященном национальной политике: докладе Л. И. Брежнева на торжественном заседании ЦК КПСС, Верховных Советов СССР и РСФСР, посвященном пятидесятилетию СССР (декабрь 1972 г.), а затем в докладе Ю. В. Андропова на аналогичном торжественном заседании, посвященном шестидесятилетию СССР (декабрь 1982 г.). Аналогичную политику в Социалистической Федеративной Республике Югославии проводило руководство Союза коммунистов Югославии и государства во главе с Иосипом Броз Тито. Там было введено в оборот такое понятие, как национальность «югослав». Людей стимулировали относить себя именно к югославам. И в Советском Союзе, и в Югославии поощрялись межнациональные браки, особенно в Вооруженных силах и других силовых структурах. Не столь настойчиво, но не менее последовательно такая же интеграционная политика проводится и в Европейском союзе.

Однако массовая миграция порождает и многочисленные проблемы, вызывающие общественный резонанс и противодействие. Во-первых, речь идет о чрезмерной скученности населения. Плотность населения в европейских странах и так чрезмерно высока, и любой приток населения извне повышает антропологическую нагрузку на территорию. А это — объективный показатель, динамика которого в сторону увеличения вызывает неблагоприятные последствия, в том числе экологические и санитарно-эпидемиологические. С природой шутки плохи, что показывает, в частности, и нынешняя пандемия коронавирусной инфекции. Во-вторых, притирка людей, относящихся к разным культурам, это — тяжелый и длительный процесс. И он не всегда завершается взаимным привыканием и тем более установлением отношений

«любви и дружбы». Часто бывает обратное. Возникает и принимает хронические формы, становится застарелой болезнь взаимной нетерпимости и даже ненависти. Вспоминается такой случай из отечественной истории шестидесятых годов ХХ в. На заседании Президиума (так при Н. С. Хрущеве называлось Политбюро) ЦК КПСС отчитывался первый секретарь ЦК Компартии Литвы Антанас Снечкус. Ему, как положено, задавались многочисленные вопросы о развитии промышленности, сельского хозяйства, культуры — «национальной по форме, социалистической по содержанию». И среди вопросов возник один, вызвавший дискуссию. Речь пошла о том, что в Литве очень трудно прописаться (а это был обязательный атрибут поселения в том или ином городе или регионе) людям «со стороны», нелитовцам. Особенно это вызывало многочисленные жалобы демобилизованных офицеров. Вел заседание Первый секретарь ЦК КПСС Н. С. Хрущев. И, обращаясь к нему, А. Ю. Снечкус сказал довольно жестко: «А ты, Никита Сергеевич, хочешь, чтобы у меня в республике снова появились лесные братья?» — имелись в виду антисоветские партизаны послевоенных лет. И Хрущев, подумав быстро, согласился с позицией литовского руководителя. Тот знал, что говорил. Литовцы встретили бы наплыв приезжих, что называется, «в штыки». Аналогичным образом обстоит дело в европейских странах в наши дни. Концепция «мультикультурализма», согласно которой на территории стран Европы возможно параллельное существование различных, в том числе и некомплиментарных, культур, явно оказалась несостоятельной. Межнациональные отношения в европейских странах предельно обострились, и каждый новый мигрант из африканской или азиатской страны усиливает эту напряженность. Поэтому усиливается и национально ориентированный вектор во внешней и внутренней политике и общественной жизни европейских стран, включая и так называемую новую Европу, то есть восточноевропейские страны и прибалтийские республики. Это требует от российских государственных деятелей, политиков и обществоведов большего внимания к этому национально ориентированному консервативному вектору и институционализирующим его политическим силам. В известной мере продвижение в соответствующем направлении происходит, но его нужно интенсифицировать.

Не следует сбрасывать со счетов и глобалистский вектор. В XXI в. он опирается уже не столько на национальные интересы тех стран, которые выигрывают от глобализации мировой экономики (этот выигрыш становится все более иллюзорным, что видно на примере Соединенных Штатов Америки), сколько на корпоративные интересы транснациональных корпораций. Это — очень опасная сила, намного превосходящая силу любого, даже самого серьезного государства. Более того, монстры глобального бизнеса подминают под себя сами государства. Об этом, в частности, выражают глубокую озабоченность и представители национально ориентированных сил в Соединенных Штатах Америки. Д. Трамп прямо связывает свое поражение на выборах 2020 г., которое он до сих пор не признает, с деструктивной деятельностью глобальных финансовых корпораций, «оседлавших» Америку. Поэтому следует активно взаимодействовать с национально ориентированными консервативными силами и в США. И столь же решительно следует давать отпор отечественным глобалистам, внедренным мировым финансовым капиталом и спецслужбами вероятного противника, теснейшим образом взаимодействующими с ним, в российскую политическую и экономическую «элиту». Стремление

российского крупного бизнеса ассоциироваться с транснациональными корпорациями (самый известный, но далеко не единственный пример — «Юкос» М. Ходорковского) в сегодняшней сложной международной обстановке может рассматриваться как движение в направлении столь ясно квалифицируемого уголовного преступления, как измена родине. Так же следует рассматривать в условиях резко обострившихся международных отношений и вывоз капитала за рубеж, в том числе в офшорные зоны, что способствует напрямую укреплению финансовой, а значит, и военной мощи вероятного противника. Непонятны и контрпродуктивны с точки зрения национально-государственных интересов и попытки крупных российских компаний привязывать внутренние цены на свою продукцию к растущим внешним ценам, что проявляется сейчас, например, на рынке металла и лесоматериалов. То, что это раскручивает инфляцию по всей длинной технологической цепочке и вызывает социальную напряженность в обществе, владельцев и высокопоставленных менеджеров этих компаний не слишком волнует. Спрашивается, в чьих интересах действуют эти, с позволения сказать, бизнесмены?

Только ли в интересах своих компаний и максимизации их прибыли? Или также в интересах мировой финансовой олигархии и вероятного противника? И не пора ли к ним посылать, как это однажды выразительно сформулировал В. В. Путин, докторов из таких компетентных медицинских учреждений, как Федеральная служба безопасности и Следственный комитет? Те предостережения, которые в начале XIX в. выдвигал и обосновывал великий немецкий мыслитель Фридрих Лист в отношении британского капитала и его негативного влияния на объективные процессы объединения Германии, вполне актуальны и в наши дни применительно к современной России и тем более интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Ведь эти процессы, начиная с образования и укрепления Союзного государства России и Белоруссии, Евразийского экономического союза, попыток вдохнуть новую жизнь в Содружество Независимых Государств, имеют столь же объективный характер, что и интеграционные процессы на «общегерманском пространстве» в XIX в. И столь же объяснимы и закономерны всевозможные разветвленные действия «мировой финансовой олигархии» и вероятного противника по парализации объективных интеграционных процессов на постсоветском пространстве и по торпедированию не менее востребованного и объективно необходимого воссоздания и укрепления экономического и военного могущества России. Задача ученых-экономистов и обществоведов в целом — разработать целостную и надежную концепцию осуществления благотворных возрождающих процессов в нашей стране и на постсоветском пространстве, вооружить государственных управленцев соответствующей методологией и методическими приемами. И одновременно — раскрыть всю человеконенавистническую суть современного глобализма и выработать надежные приемы его преодоления, прежде всего, на отечественной почве.

Библиографический список

  1. Бьюкенен П. Дж. Смерть Запада : пер. с англ. — М. : АСТ, 2003. — 444 с.
  2. Витте С. Ю., Менделеев Д. И., Лист Ф. Национальная система политической экономии. — М. : Лань, 2013. — 372 с.
  3. Ларуш Л. Будущее без Америки [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Алгоритм, 2014. — URL: https:royallib.com>author>larush-lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  4. Ларуш Л. Вы на самом деле хотели бы все знать об экономике? [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт, Украинский университет в Москве, 1992. — URL: https://royallib.com>author>larushlindon (дата обращения: 13.02.2022).
  5. Ларуш Л. Место России в мировой истории [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт науки и культуры, 1996. — URL: https://royallib.com>author>larush-lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  6. Ларуш Л. Научные основания принципов физической экономики Линдона Ларуша [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт науки и культуры, 1996. — URL: https://royallib.com>author>larushlindon (дата обращения: 13.02.2022).
  7. Ларуш Л. Новая роль России в современной политике США [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт науки и культуры. — URL: https://royallib.com>author>larush-lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  8. Ларуш Л. Нынешнюю систему ничего не спасет [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт науки и культуры, 1996. — URL: https://royallib.com>author>larush—lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  9. Ларуш Л. О сущности стратегического метода [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт науки и культуры, 1996. — URL: https://royallib.com>author>larush-lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  10. Ларуш Л. Перспективы развития народного хозяйства России [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Шиллеровский институт науки и культуры, 1996. — URL: https://royallib.com>author>larush-lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  11. Ларуш Л. Физическая экономика [Электронный ресурс] : пер. с англ. — М. : Научная книга, 1997. — URL: https://royallib.com>author>larush-lindon (дата обращения: 13.02.2022).
  12. Лист Ф. Национальная система политической экономии : пер. с нем. — М. : Европа, 2005. — 382 с.
  13. Милль Дж. Ст. Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии : пер. с англ. — М. : Эксмо, 2007. — 1040 с.
  14. Рикардо Д. Сочинения. В 5 томах : пер. с англ. — М. : Госполитиздат, Соцэкгиз, 1955–1961.
  15. Самуэльсон П. А., Нордхаус В. Д. Экономика : пер. с англ. / под ред. проф. Л. С. Тарасевича и проф. А. И. Леусского. — М. : Бином, Лаборатория базовых знаний, 1997. — 800 с.
  16. Фридмэн М. Капитализм и свобода : пер. с англ. — М. : Новое издательство, 2016. — 288 с.
  17. Шамахов В. А., Межевич М. Н. Почему причины распада СССР следует искать до формирования СССР. Статья первая // Управленческое консультирование. — 2020. — № 10. — С. 10–17.
  18. Шамахов В. А., Межевич М. Н. Почему причины распада СССР следует искать до формирования СССР. Статья вторая. Стратегическая ошибка советской федерализации как рефлексия в отношении имперского устройства // Управленческое консультирование. — 2020. — № 12. — С. 10–23.

  Тренды глобализации : монография / А. В. Голубев, В. И. Белов, О. Н. Мисько [и др.]. — СПб. : ИПЦ СЗИУ РАНХиГС, 2022. — 248 с.

Другие новости и статьи

« Брифинг Межведомственного координационного штаба Российской Федерации по гуманитарному реагированию 23.04.2022 г.

Основные формы украинского военного коллаборационизма в г. Сталино (Донецке) в период германской оккупации (1941–1943 гг.) »

Запись создана: Воскресенье, 24 Апрель 2022 в 9:14 и находится в рубриках Новости.

метки: , ,

Темы Обозника:

COVID-19 В.В. Головинский ВМФ Первая мировая война Р.А. Дорофеев Россия СССР Транспорт Шойгу армия архив война вооружение выплаты горючее денежное довольствие деньги жилье защита здоровье имущество история квартиры коррупция медикаменты медицина минобороны наука обеспечение обмундирование оборона образование обучение оружие охрана патриотизм пенсии подготовка помощь право призыв продовольствие расквартирование реформа русь сердюков служба спецоперация сталин строительство управление финансы флот эвакуация экономика

А Вы как думаете?  

Комментарии для сайта Cackle

СМИ "Обозник"

Эл №ФС77-45222 от 26 мая 2011 года

info@oboznik.ru

Самое важное

Подпишитесь на самое интересное

Социальные сети

Общение с друзьями

   Яндекс.Метрика