Смена политической власти в России в ноябре 1917 года привела к кардинальным изменениям в концептуальном подходе к ведению вооруженной борьбы в тылу противника. На первом этапе советского периода развитие теории и практики специальных действий характеризовалось наличием двух подходов: классового и военно-профессионального.

В основу классового подхода к партизанской войне было положено понимание В.И. Лениным этой формы вооруженной борьбы, изложенное им в 1906 году в работе "Партизанская война".

Военно-профессиональный подход выражался взглядами генералов и офицеров старой армии, перешедшими на сторону Красной Армии. Суть его заключалась в признании стратегической важности партизанских действий войск, необходимости централизованного управления партизанскими отрядами, действующими в тылу противника, формирования соответствующих частей, имеющих специальное вооружение и снаряжение. В результате в январе 1918 года при оперативном отделе Народного комиссариата по военным делам (Наркомвоен) был создан Центральный штаб партизанских отрядов. Опыт партизанской борьбы нашел отражение в Полевом уставе РККА 1918 года (часть 1-я, Маневренная война), где самостоятельным разделом были изложены указания по подготовке и ведению партизанских действий{40}.

Аннотация. Статья посвящена выявлению общественных настроений и состояния исторической памяти о революционных событиях Октября 1917 г. Анализируются результаты социологического исследования, проведённого среди студентов Кубанского государственного университета.

Ключевые слова: Великая российская революция, Октябрь 1917 г., власть, феномен исторической памяти, современное студенчество.

Tazhidinova I.G., Dontsova M.V. (Russia, Krasnodar) «The revolution has a beginning…»: what modern students know and think about the events of October 1917 Abstract. The article is devoted to revealing public moods and the state of historical memory about the revolutionary events of October 1917. We analyze the results of a sociological research, which was made among students of the Kuban State University. Keywords: the Great Russian Revolution, October 1917, power, the phenomenon of historical memory, modern students.

Русские и польские революционеры почти всегда шли рука об руку. Деятельность российских социал-демократов практически нельзя отделить от польских соратников. И во время Октябрьской революции они неизбежно оказались рядом. Польские социал-демократы в России полностью поддержали выработанный Лениным курс на вооруженное восстание в целях осуществления социалистической революции. На съезде С. Бобиньским было оглашено приветствие от польских социал-демократов. Подчеркивалось, что СДКПиЛ, будучи автономной частью РСДРП, издавна поддерживала большевистское крыло партии. Съезд, демонстрируя признание нерушимости единства польских социал-демократов с большевиками, избрал в состав ЦК Ф.Э. Дзержинского. 6 августа Дзержинский был избран в образованный из 5 человек Секретариат ЦК партии большевиков.

Предпринята попытка оценить вклад тамбовского историка Л. Г. Протасова в изучение роли офицеров российской армии в революционных событиях 1917 г. Автор приходит к выводу, что работы Л. Г. Протасова 1960-1980-х годов в целом находились в рамках советской официальной историографии, но содержали существенные элементы новизны, не характерные для работ большинства историков того времени. В статье показано, что Л. Г. Протасов стремился преодолеть сугубо классовый подход к источникам об офицерах, на основе конкретных источников показал демократизацию офицерского состава накануне Революции 1917 г., определил малую политическую ангажированность офицеров в революционный период. В заключении статьи автор привел некоторые результаты своих исследований в развитие взглядов Л. Г. Протасова.

Ключевые слова: историография, офицерство, Революция 1917 года.

Key words: historiography, the officers, the Revolution of 1917.

В России традиционно роль военных или, как сейчас чаще принято употреблять термин «силовиков», была довольно высока. Дух милитаризма всегда был присущ нашей стране, была ли она империй, союзом или федерацией. В свете 100-летия Великой Октябрьской социалистической революции актуально было бы рассмотреть роль и значение офицерского состава русской императорской армии в событиях вековой давности. Данная тема, конечно, не осталась без внимания отечественных историков и политологов, но хотелось бы обратить особое внимание на истоки ее изучения, у которых в том числе стоял наш земляк, коллега, профессор Л. Г. Протасов. Работы Л. Г. Протасова уже давно заслужили высокую оценку научной общественности. Интересны высказывания современных историков. В частности, воронежский историк Н. В. Михайлов в 1996 г. сказал о работах Протасова: хотя они и были написаны в русле общепринятой официозной трактовки, но уже в 1960-1970-е годы отличались новизной постановки ряда вопросов, широтой источниковой базы. Им, по сути дела, впервые поставлены вопросы об особом масштабе роли солдат в установлении Советской власти и победе большевиков в Черноземном центре.

Этот автор обратил внимание и на стремление Л. Г. Протасова изучить социальный состав военнослужащих российской армии [3, с. 10]. К сожалению, Н. В. Михайлов прямо не сказал о том, что в работах Л. Г. Протасов рассматривался и состав офицерства российской армии, поскольку он не мог не затрагивать тему участия офицерства в революционных событиях. Оценивая работы своих предшественников и коллег (П. А. Зайончковского, Ю. И. Кораблева, В. Г. Миллера, С. А. Федюкина), он делал вывод о необходимости изучать процессы классового и политического расслоения офицерского корпуса на конкретном уровне. И начинал он исследование вопроса с тщательного источниковедческого анализа. Да, Л. Г. Протасов в духе своего времени долго признавал, что источники по истории старой армии – документы классовой борьбы. В их содержании выразился процесс распада армии на противостоящие друг-другу офицерство и рядовую массу.

На основе анализа личных писем В. В. Бартольда сравниваются внешние, явные и скрытые социокультурные представления событий начала XX века в России. Доказана тесная связь форм человеческого поведения и стереотипов вербального текста. Дискурсивноисторическая методология помогла выявить черты неосознанного отторжения событий революции, косвенные негативные оценки, ускользающие при использовании традиционных методов. Ключевые слова: В. В. Бартольд, революция, 1905 г., 1917 г, политический дискурс, интеллигенция, востоковед, методы исследования.

Восприятие событий всегда носит личностный характер, отражая и эпоху и самобытность мышления. Революции начала XX века были не просто событиями: они знаменовали переворот сознания всех людей. Этот переход совершался болезненно и был связан и со степенью вовлеченности субъекта в события, его активностью, и с подготовленностью к восприятию происходящего. Обращение к психологическому опыту отдельного человека, переживающего революционные трансформации, позволило сосредоточить внимание на ментальных установках и их реализации одного из представителей научной интеллигенции северной столицы В. В. Бартольда (1869-1930).

Через призму воспоминаний современников, представлявших различные политические течения в событиях 1917 г., в статье затрагиваются ключевые вопросы революции 1917 г. в России: ее причины, альтернативы, характер событий, а также поставлена проблема революции в исторической памяти россиян. Автор подчеркивает роль субъективного фактора в развитии событий Февраля-Октября и вопроса о социальной справедливости, определившего превалирующий образ Октябрьского восстания в национальной и международной памяти. Ключевые слова: русская революция 1917 г., историческая память, субъективный фактор революции 1917 г., образ Октября 1917 г., русская революция 1917 г. в воспоминаниях современников.

Столетняя годовщина русской революции 1917 года стала эпохальным событием не только для нашей страны. Идея возможности построения справедливого общества оказала небывалое воздействие на мировой процесс: ХХ век предстал веком революционных потрясений, идеологических битв и формирования социально ориентированных государства в странах Запада как альтернативы социалистическому пути развития. В одной из последних работ, посвященных революции 1917 г., американский историк Ш. Мак-Микин отмечает, что две революции – Февральская и более радикальная Октябрьская, познакомили мир с коммунизмом и на десятилетия проложили путь к идеологическому конфликту, кульминацией которого стала холодная война 1945-1991 гг. [24].